Сима каталась на коньках. Упала, разбила губу. На зубах брекеты. Губа, как заявила дочь, «больше головы». Консьержка посочувствовала: «До свадьбы заживет».

– Все, до свадьбы из дома не выйду, – заявила дочь, решив, что консьержка говорила правду.

Кое-как ее переубедила, объяснив значение фразеологизма. Заодно дочь узнала, что это известный фразеологизм, а не консьержка его придумала. Я вспомнила, как спросила у своей бабушки, почему так говорят? И бабушка ответила, что это вроде как защита от злых духов. Если человек думает о проблеме, то невольно призывает злых духов, которые эту проблему сделают бедой. И надо не «расчесывать царапину», так сказать, чтобы она не стала раной. Но потом я узнала, «до свадьбы заживет» имеет вполне практический смысл. В селе, где я выросла, перед свадьбой устраивали смотрины, на которые приглашались не только родственники, но и местная гадалка, по совместительству знахарка и повитуха. Сваты хотели убедиться в том, что невеста сможет рожать детей, заниматься хозяйством, не страдает какими-то заболеваниями. Так что к смотринам всех девушек старались привести в наилучшую физическую форму. Не дай бог насморк или кашель. Смотрины переносились. Слишком бледная – в ход шли румяна. Слишком худая – девушку начинали откармливать как на убой. Слишком толстая – сажали на хлеб и воду. В буквальном смысле слова. Это сейчас все худеют для красоты, а тогда, полвека назад, любая знахарка знала, что лишний вес не позволит девушке забеременеть. Как и излишняя худоба. Все смотрины сводились, говоря грубо, к проверке здоровья. А до этого собирался анамнез семьи: кто в роду чем болел, от чего умер. Если соседки припоминали, что прабабка страдала нервами, а прадед вдруг сошел с ума, сваты могли и передумать. Даже если невеста отвечала всем требованиям. Впрочем, такие проверки тоже не всегда гарантировали идеальный брак и рождение здоровых детей. Разные были случаи. Даже самая идеальная невеста, став женой, оказывалась неспособна родить ребенка. Или рождался больной ребенок. Но проверяли только девушек, на женихов это правило не распространялось. Во всем всегда винили женщину, не мужчину. Считалось, что все болезни передаются через женщину и ее род.

– Бабушка, я не хочу так, – сказала я тогда. Дочь наших соседей, Алану, выдали замуж. Все было не по договоренности, а по любви. Алана с Сосланом были знакомы с раннего детства, и еще в школе все считали их парой. Сослан обожал Алану, а Алана рядом с собой не хотела видеть другого жениха. Семья Сослана не собиралась проверять невесту, они ее с детства знали. Семьи дружили поколениями. Свадьба была настолько пышной и громкой, насколько это вообще возможно. Молодые были счастливы, как и все родственники. Но прошло полгода, год, два, а Алана так и не могла забеременеть. Ее проверили все врачи и заявили, что она совершенно здорова. Спустя три года Алана вернулась в родительский дом. Можно сказать, с позором. Так это тогда называли. Она не смогла стать матерью, не оправдала ожиданий. Развод устроили тихо. Замуж Алану больше никто не звал, да она и не хотела. Однажды отдав свое сердце Сослану, она осталась ему верна.

Даже когда семья подобрала Сослану другую невесту, и та уже в браке с ним снова не смогла подарить семье наследника, никто не подумал, что проблема не в женщине, а в мужчине. Считалось, что мужчины не могут страдать бесплодием. Сколько браков, жизней, судеб из-за этого было искалечено. Никто не считал. И никто не знает, насколько это все еще живо сейчас. Во многих семьях. Не сельских, а городских, образованных. Где по-прежнему считают, что во всем виновата женщина.

Врачи, к сожалению, поддерживают в девочках чувство ущербности. Не все, конечно. Но иногда мне хочется спросить, у вас вообще есть голова на плечах? Как можно какие-то вещи говорить подростку? Позвоните мне, матери, тем более что так положено, если ребенку не исполнилось шестнадцать лет, поговорите со мной, но неужели нельзя быть хоть немного корректнее с подростком? На дворе же не прошлый век, когда девочек в шестнадцать уже сватали замуж, а в семнадцать устраивали свадьбу.

Дочь была на школьной диспансеризации. Пятнадцать лет, десятый класс, остальным девочкам в классе по шестнадцать. Пришла в слезах. Начала рассказывать. Во-первых, возникли проблемы с гинекологом. На самом деле это очень важная тема, если можете, обратите на это внимание.

Девочки-спортсменки не обычные девочки. Они не попадают под норму. Менструация может начаться в пятнадцать лет, в семнадцать, в восемнадцать. Менструация может начаться, но пропасть на несколько месяцев – многочасовые тренировки, сборы, выступления, потеря веса. Районный гинеколог скажет девочке-спортсменке, что у нее серьезная проблема, она не сможет родить ребенка и так далее.

Поскольку девочка-спортсменка уже привыкла к подобным диагнозам, она плакать не станет. Но тут к гинекологу подключаются ортопед и хирург.

И Даше, кандидату в мастера спорта по художественной гимнастике, и Симе, бывшей гимнастке, теперь фехтовальщице, врачи поставили диагноз сколиоз. На глаз. Даше посоветовали бросить гимнастику, Симе фехтование. Для обеих это конец жизни. Обе гнутся во все стороны, сидят на всех шпагатах и делают такие мостики, которые при сколиозе не сделаешь. Но врачи сказали, что причина именно в гимнастике и в фехтовании. Надо ходить на лечебную физкультуру. Обе девочки наблюдаются в физдиспансере, иначе их не допустят до соревнований. Да, плоскостопие есть, но сколиоз никто не ставил.

Сима плакала, что ей придется бросить фехтование. Я показала ей фотографии, как выглядит спина при сколиозе, записала к другому врачу. Опять твержу, что нужно второе мнение, третье, четвертое, если понадобится. Даша и Сима ходят как балерины, у них идеальная осанка. Обе мучаются ОФП, общей физической подготовкой, которая не идет ни в какое сравнение с лечебной физкультурой. Обе регулярно проходят курсы массажа.

Но у меня другой вопрос. Почему врачи не звонят мне, родителю, и не сообщают о проблеме? Почему они сразу, без рентгена, без обследования объявляют, что ребенок должен отказаться от любимого спорта? Сыну тоже ставили сколиоз в той же поликлинике, он занимался большим теннисом, и правая лопатка у него была чуть выше левой. Прошло почти десять лет. Ничего не изменилось.

Эти подростки, у которых и так все черно-белое безо всяких полутонов, реагируют на слова так, будто завтра их жизнь будет окончена. Из-за сколиоза, которого нет. Или он есть, как и у всех подростков, которые еще растут, сидят часами перед компьютерами, при этом умудряются находить время на спорт. И тогда нужен врач, который специализируется на спортсменах, и лечебная физкультура, тоже специальная. Ищите, используйте сарафанное радио, и вы найдете врачей, которые помогут и будут общаться с подростками на языке спортсменов. Эти дети неплохо знают анатомию, все понимают про свои мышцы и про то, как они работают. Они никогда не скажут: «Болит вот здесь». Они четко говорят: «болит икроножная мышца», «потянула паховую связку». Да, они знают, что такое плюсна и предплюсна!

Последнюю точку в диспансеризации поставил эндокринолог. Моя дочь при росте сто шестьдесят семь весит сорок девять килограммов. На что врач сказала: «Ну, хотя бы не толстая». Как можно такое вообще говорить девочке-подростку? Они и так то худеют, то становятся вегетарианками, то у них булимия, то еще бог знает что. Да, не толстая. После гимнастики я ума не приложу, чем ее накормить. Сима все еще ограничивает себя в еде, хотя фехтовальщицам есть можно и нужно. Иначе не будет сил выдерживать поединки.

– Мам, я вся кривая! – рыдала Сима. – У меня кривые зубы, кривая спина. Я еще и слепая!

– Зрение минус один – не слепота, – заметила я.

– А еще у меня нервы! И мне только пятнадцать! Что будет дальше?

Я не стала рассказывать дочери, что будет дальше. Просто положила под язык таблетку от давления. Опять скачет. Мне нет еще пятидесяти. Что будет дальше?

Дальше позвонила мама. Она в свои семьдесят пять любит включать режим дряблой старушки с деменцией. Но при этом может планировать очередную свадьбу. Свою собственную. Я сбилась со счета какую. Когда говорю, что шестую, мама кокетливо смеется, будто речь идет как минимум о десятой. Мама прекрасно освоила образ вдовы. Двух ее мужей она похоронила за мой счет. Я шла за гробом рядом с совершенно не знакомыми мне людьми, бывшими женами, бывшими невестками и искренне не понимала, почему я за все плачу. Место на кладбище, отпевание в исполнении косноязычного священника, поминки в кафе. После того, как я съездила на похороны маминого последнего мужа, выбираясь из непролазной грязи дорог, скандалящей первой жены и заикающегося священника в недостроенной церкви-новоделе, я сказала маме, что больше ни за что не буду платить. Ни за ее свадьбу, ни за похороны очередного мужа. А то у нее есть уникальное женское свойство: она может выйти в магазин и найти там свое счастье. На всю жизнь. И каждый раз сама в это верит.

Когда мы снова заговорили про возраст, мама опять включила режим деменции и бабульки-стародульки, хотя я точно знала, что она в тот момент играла на деньги в покер или в преферанс. Она вдруг романтично объявила, что хочет вернуть свои шестьдесят. Моему мужу, ее любимому зятю, в этом году как раз исполняется шестьдесят.

– Я ему сказала, что в шестьдесят два я окончила школу вождения и села за руль. И вышла замуж, – заявила с явным намеком мама.

– Ты попала в тяжелую аварию, у тебя переломан позвоночник, а твой тогдашний муж уже был тяжело болен. Ты лежала в больнице. Твой муж в хосписе. И я оплачивала ваше лечение. Пожалуйста, хватит, – не сдержалась я.

– А что такого я сказала? – возмутилась мама.

– Только то, что предлагаешь моему мужу, с которым я живу уже почти тридцать лет в браке, бросить меня, снова жениться и сесть за руль. Да, он не водит машину, я семейный водитель, – ответила я.

– Ты всегда все усложняешь! Гениям нужны новые музы, – заявила мама.

– Все, не хочу даже слышать.

Наверное, это счастье, когда теща обожает зятя. Когда у них особая связь. Но это забавно только в том случае, когда это не ваша мать и не ваш муж. А так да, со стороны все весело.

Кстати, про бабушек, которые бывают разные. Девочка-подросток в поликлинике с бабушкой. Бабушка хочет пить, посидеть, таблетку под язык. Подросток требует активных действий и поговорить:

– Мама тоже работает, но всегда все для меня делает. А папа вечно занят. Мам, можешь заказать нам с бабушкой такси? Да, выходим. Потом расскажу. Папе звонила. Он опять не может говорить.

– Маша, куда тут нажать, чтобы вода полилась? – уточнила бабушка, пытаясь справиться с кулером, пока внучка звонила маме, успевая сообщать бабушке о семейных проблемах.

– Вот сюда. – Маша подставила стаканчик и налила воды. – Мама нам такси вызовет, а папа опять не при делах.

Девочка продолжала возмущаться, перескакивая с информатика, который поставил ей ни за что трояк, на Пашку, который оказался дебилом.

– Маша, не пыли, – тяжело выдыхая, попросила бабушка.

– Что это значит? – не поняла девочка.

– То и значит, не пыли, – ответила устало бабушка.

Очень мудрый совет на самом деле. Я, когда хочу закатить скандал, всегда теперь себе говорю: «Маша, не пыли!»