Сима прибежала ко мне, выпучив глаза. Она иногда любит посидеть в комнате брата – там спокойно и в кресле можно спрятаться. За перегородкой его не видно. Мы все там периодически скрываемся. Так вот, если смотреть из окна, то видно окно квартиры другого подъезда. И вот из соседского окна высунулся Артур и начал кричать: «Халява, приди!» – размахивая зачеткой. Сима ничего не знала ни про Артура, ни про халяву. Она перепугалась, услышав крики, и прибежала ко мне.

Артура я помнила совсем маленьким и никак не ожидала, что он уже стал студентом. Поэтому пошла посмотреть, он ли это завывает за окном или нет. Вроде бы он. Я рассказала Симе про давнюю студенческую традицию, которая мало кому помогает, но все в нее верят.

– А все, что хочешь, можно кричать? – уточнила серьезно Сима.

– Ну, в принципе, да, – пожала плечами я.

Сима открыла окно и закричала: «Не хочу завтра в школу!»

Где-то внизу открылось окно и явно подросток прокричал: «Я тоже!»

Кажется, они так кричали двумя подъездами. Возможно, всем домом, но я слышала только наш и соседний подъезды. Артур обалдел и прекратил зазывать халяву. Подростки ему не то что слово, возглас во Вселенную не давали вставить.

В домовом чате интересовались: «Кто устроил флешмоб? Это по всей Москве или только в нашем районе?» Но взрослые как-то спокойно реагировали. Подростки, прооравшись на всю Ивановскую, покорно пошли спать, а утром в школу.

– Хороший флешмоб. Надо родителям тоже такое устроить с криком: «Не хочу завтра на работу!» – предложил кто-то.

– Мам, а правда, что перед экзаменом нельзя мыть голову, иначе все знания смоешь? – пришла ко мне Сима. Ей, кажется, опять было плохо. И я понимала почему. У нее все по графику, включая мытье головы. Она, как и я, не может выйти из дома с грязной головой. А тут ее график нарушал какой-то важный тест по теории вероятностей и статистике.

– И кто тебе это сказал? – уточнила я.

– Вера Васильевна, – ответила Сима.

Вера Васильевна была учителем математики. И я бы ни за что не могла предположить, что математичка верит в подобные приметы.

– Она пошутила, – ответила я.

– Не уверена. Мальчикам она сказала, что нельзя бриться перед экзаменом, – заметила Сима. – А эпиляцию делать можно?

– Господи, Симуль, ну ты чего? Ваша Вера Васильевна так шутит! Ну хорошо, иди в школу с грязной головой и волосами на ногах и верь, что от этого ты сдашь тест, – предложила я.

– Какой кошмар.

Дочь помыла голову, сделала эпиляцию и прекрасно написала тест.

– Ну как? Приметы действуют? – уточнила я.

– Не знаю. Но Вера Васильевна всем сегодня сообщила, что мы должны пойти домой, пообедать, помыть голову, побриться и выспаться. Теперь уже можно, – ответила дочь.

– Ну слава богу, – рассмеялась я.

– Между прочим, все мальчики сегодня пришли не бритыми, а девочки не мыли голову, – призналась Сима.

– Они хотя бы мылись? Или тоже нельзя смывать душем знания? – хмыкнула я.

– Не мылись! – закричала Сима. – Это какой-то кошмар был! Зачем Вера Васильевна рассказала эти дурацкие приметы? Все воняли так, что она сама пожалела, что так пошутила!

– Вот поэтому я всегда считала, что все ужасы жизни лучше встречать с чистой головой и маникюром, – заметила я. – А лучше еще и с педикюром.