ЛОЖЬ ДАЛА МНЕ ТЕБЯ… На моем лбу появляется легкая морщинка, и Энцо проводит по ней большим пальцем, расправляя, потом берет меня за руку и ведет на балкон.

Мои ноги покалывает от предвкушения. Вид отсюда кажется нереальным – настолько широкое пространство открывается передо мной.

Вместо ковра на полу уложена фактурная плитка, которая вполне подошла бы для королевского дворца.

– Пол подогревается, – говорит Энцо, но я это и так знаю.

Молча улыбаюсь и смотрю на огромное озеро в клочьях тумана.

– Садись. – Он пододвигает стул, и я сажусь, подогнув одну ногу под себя. Мой халат соскальзывает с плеч, и когда я поправляю его, замечаю, как он наблюдает за мной. Темный взгляд скользит по шелковистой ткани в зеленых завитках.

Приятное покалывание пробегает по моей коже. Я догадываюсь, о чем он думает, но не спрашиваю: захочет – скажет потом.

Он мог бы придвинуть мой стул ближе к столу, но вместо этого он двигает ко мне стол и указывает на красиво украшенные тарелки:

– Это тебе.

Внимание Энцо сосредоточено на каждом моем движении, когда я довожу свой кофе до ума – кладу сливки и поливаю сверху невообразимым количеством карамели.

Когда я облизываю кончик дозатора, он говорит:

– Ты меня мучаешь, Маленькая Невеста.

Замерев, я поднимаю глаза, а затем… снова облизываю дозатор. Медленнее, с вызовом, и дрожь пробегает по мне от его злой ухмылки.

– Итак. – Я пытаюсь говорить максимально бесстрастным тоном. – Ты сказал, что не лжешь и что ложь дала тебе меня. – Обхватив руками чашку, подношу ее к губам. – Как это понимать, Энцо? Ты лжец или нет?

Его ухмылка исчезает, лицо становится непроницаемым.

– Я не лжец, – коротко отвечает он, но то, как он держит паузу, подсказывает мне, что есть еще кое-что и он хочет, чтобы я спросила об этом.

Ему требуется две минуты, не меньше, чтобы понять: я не собираюсь действовать по его плану, поэтому он продолжает:

– Чуть больше года назад я объявил, что хочу то, что может дать Райо Ревено…

– Я знаю эту историю, Энцо, – прерываю его. – Как знаю и то, что ты хотел уничтожить моего отца.

– Нет. Ты не все знаешь. – Энцо кладет локти на стол и наклоняется ко мне. – Ты явно не понимаешь, что я все время пытался тебе сказать. Поэтому повторю еще раз: я всегда хотел то, что мог дать твой отец.

– Его империю.

– Его дочь.

Откидываю голову назад и, прищурившись, смотрю на мужчину напротив меня, пытаясь понять смысл его слов. Но все, что у меня выходит, это – что?..

Карие глаза впиваются в меня с такой силой, что волосы на затылке встают дыбом.

– Мне не нужно было его имя, или деньги, или возможность увеличить масштаб моего бизнеса, – продолжает он. – Несмотря на то, что тебе говорили, у меня все есть. Кроме одного. Когда я увидел тебя, я сразу понял, что хочу только тебя. И ради тебя я готов пожертвовать всем.

Мое сердце пропускает удар. Затем второй.

Я забываю дышать, в упор глядя на Энцо. В голове полная путаница. Я сбежала от его сына, а потом стала строить планы, связанные со старшим Фикиле. Я предала все, что было вложено в меня, действуя за спиной у отца… чтобы заключить сделку с человеком, который хотел его убить.

Насколько были оправданы мои действия?

Я была тонущим кораблем, и я просто села в спасательную шлюпку.

Моя сестра избегала меня.

Мои так называемые друзья отвернулись от меня.

Мой отец… отец искал свою выгоду.

И все стало только хуже после того, как Энцо принял мое предложение.

Я потеряла шанс стать девушкой Грейсон, когда мне было пять лет и моя сестра превзошла меня во всех областях: в учебе, умственном и физическом плане.

Я потеряла мать, когда мне было восемь.

Моя сестра переехала в поместье Грейсон, оставив меня с отцом, чья работа никогда не кончалась. Чувствуя себя ненужной, я посвятила себя танцам. Я мечтала учиться в престижной академии, но медосмотр, выявивший сколиоз, раздавил все мои мечты, а вместе с ними и мою неокрепшую душу.

Но я все равно продолжала танцевать, вопреки сопротивлению моего тела. Может, я и не добилась больших успехов, но по крайней мере я занималась тем, что мне нравится.

Вся моя жизнь была полна маленьких взлетов и огромных падений, но я никогда не чувствовала себя такой слабой и никчемной, как в тот день, когда стало ясно, что я, посредственная дочь, вряд ли смогу удержать мужчину, который мог бы вытащить меня.

– Чушь, – выдыхаю я, может быть, слишком тихо, чтобы Энцо мог услышать, но затем, словно в замедленной съемке, я моргаю, и туман рассеивается.

Вскакиваю на ноги, хлопаю ладонями по столу и наклоняюсь прямо к нему.

– Чушь. Полная чушь! – кричу я, и мои глаза пронзают его. – Я не знаю, какую ложь ты скормил своей предыдущей невесте, чтобы заставить ее подчиниться, но я не она. Я не слабая гребаная принцесса, нуждающаяся в красивых словах.

– Нет. – Его глаза удерживают мои. – Ты не такая. Ты королева, которая заслуживает знать, как далеко готов зайти ее король.

– Хватит! – Со злостью смахиваю все со стола, и посуда со звоном разбивается. Фарфор хрустит под моими босыми ногами.

Глаза Энцо расширяются, он встает, поднимает меня за талию и усаживает на стол. Я бью его по лицу, пытаясь оттолкнуть. Его взгляд дикий, и он притягивает меня к себе.

– Если я найду хоть каплю крови на твоих ногах, клянусь, я…

– Мне насрать, что ты сделаешь, Энцо! Сделай так, чтобы мне было больно, потому что хуже, чем то жалкое положение, в которое ты меня загнал, быть не может, а я хочу только одного – сбежать!

Все тело Энцо напрягается, но через долю секунды он справляется с собой. Отпускает меня и делает шаг назад. В его глазах кипит миллион эмоций.

– Ты права, Маленькая Невеста. Я обманул тебя. Я обманул тебя, а ты даже не подозревала, что тебя обманывают.

– Да? А ты не забыл случайно, что я сама тебя нашла!

– Как.

Мои брови сходятся, глаза бегают по его лицу. Это непохоже на вопрос.

Как?

Почему он так сказал?

Подождите.

Энцо медленно кивает, прежде чем мысль укладывается у меня в голове.

– Теперь все складывается, да? Однажды Николас появился в твоем классе. Ведь он говорил тебе, что именно его дядя делает для нашего мира? Что он решил переехать сюда, оставив свою прежнюю жизнь, чтобы пойти по стопам дяди.

Я вспоминаю обрывки моего разговора с Николасом и как в него вмешался Энцо.

Да ладно, босс…

Бросаю взгляд на Энцо, хмуря брови в замешательстве.

– В свое время я наняла его, чтобы он нашел возможность добраться до тебя…

– Да, – кивает он. – А я нанял его, чтобы он подал тебе эту идею.

Что это значит?

Какого хрена он мне сейчас говорит?

Как будто он может слышать мои мысли, Энцо отвечает на мои вопросы одним предложением:

– Я сам привел тебя к себе. И сделал бы это снова и снова.

Сильные пальцы обхватывают мое предплечье, Энцо притягивает меня к себе, игнорируя мои попытки высвободиться. Он поднимает мою левую руку так, чтобы я видела ее, – кольцо сверкает в лучах утреннего солнца.

– Теперь ты моя. Вся. Навсегда.

– Я могу заколоть тебя во сне, уйти и не оглядываться.

Энцо смеется, а я и сама слышу, что в моем тоне нет ни намека на сопротивление.

Его пальцы скользят по моему подбородку.

– Моя дорогая, в некоторых случаях нож не может разрезать, пуля не может пронзить, а огонь не может сжечь. – Он скользит губами по моим, и я вздрагиваю. – Это любовь, детка. Сколько хочешь уверяй себя в том, что ты не моя, борись со мной, дави на меня, но все это не имеет значения… потому что ты будешь любить меня в любом случае.

Мои губы приоткрываются на резком вдохе, и Энцо поглощает звук своим ртом, захватывая мои губы в плен. В сладкий, желанный плен. Невидимая цепь обвивается вокруг моей шеи, накрепко привязывая меня к нему.

Его поцелуи жадные, его прикосновения собственнические и требовательные. Его ладони скользят по моим бедрам, по пояснице и вверх по ребрам, пока не добираются до затылка. Черт возьми, от всего этого я не могу дышать, но мне все равно. С каждым движением его языка я все глубже погружаюсь в сладкую темноту.

Когда Энцо наконец отрывается, то только для того, чтобы зарычать мне в рот:

– Ты моя, Маленькая Невеста… – Он собирает мои волосы в кулак и нежно тянет, наши глаза встречаются. – Все, что я есть, все, что у меня есть, это твое навсегда. – Он тянет за пояс халата, но останавливается как раз перед тем, как он распахнется. – Так возьми меня. Возьми то, что я могу тебе дать. Возьми то, что, как мы оба знаем, ты хочешь, и к черту все. Остальное приложится.

Я выдерживаю его взгляд, и мое сердце бешено колотится в груди. Желание пульсирует во всем моем существе, крошечные искорки, бегающие по коже, заставляют меня нервничать.

Я на пределе.

Я на пределе, а этот мужчина… ему не терпится столкнуть меня в бездну.

Столько всего нужно выяснить… но разве несколько минут могут навредить?

Я не произношу ни слова и подаюсь ему навстречу.

Прекрасные карие глаза темнеют, и когда его руки снова находят мои бедра, приподнимая их, я охотно подчиняюсь.

Обвиваю ноги вокруг его талии, жар его кожи проникает сквозь ткань, словно лава.

Я вся теку от одного только его поцелуя, а из его груди вырывается рычание. Вместе со мной Энцо медленно отступает назад, пока его спина не упирается в балконные перила. Он наклоняет голову и прикусывает мою нижнюю губу, потом целует мою шею, и я не прекращаю стонать в его объятиях.

– Эти звуки… – Он опускает мои бедра ниже, и я чувствую, какой он твердый.

Я задыхаюсь, а он рычит, кусая меня за шею.

– Не могу дождаться, когда услышу, как ты будешь выкрикивать мое имя.

– Вот уж не думала, что это возможно, но ты говоришь так уверенно… – шепчу я.

– Да, черт возьми, это возможно.

Улыбка растягивается на моих губах, и он снова прикусывает их. Это… это почти мило – игриво и в то же время сексуально, но я забываю обо всем, когда Энцо подталкивает меня к следующему шагу.

– Расскажи, зачем ты купила эту шелковую штуку. – Он теребит подол халата, его руки исчезают под ним и скользят везде, где им хочется.

– Ты и сам знаешь. Ты понял это в ту же минуту, как увидел.

– Хм… – Он кивает в знак согласия, и на его губах медленно расплывается ухмылка. – Конечно, знаю. Но я хочу услышать это от своей невесты.

– Я так и подумала, что халатик тебе понравится, – говорю я. – Потому что он подходит к постельному белью и к остальному…

Теперь Энцо улыбается во весь рот, и это было бы почти пугающе, если бы не было таким чудесным.

– Ты думала обо мне, когда выбирала его… Мне нравится, и мне нравится вот это. – Он комкает ткань в руках.

– В таком случае не буду его снимать.

В глазах Энцо таится крошечная угроза, но в зрачках пляшет адское веселье. Он кладет мои руки на перила и садится на пол. Понимая, что сейчас произойдет, сжимаю перила. Он тянет меня за лодыжки, безмолвно прося раздвинуть ноги. Горячие ладони скользят к моей попке, мнут и массируют ее. Я вздрагиваю от прикосновений, а кончики его пальцев дрожат от удовольствия.

Энцо наклоняется вперед и зубами хватает пояс моего халата, его движения слишком медленные, и я помогаю ему. Халат распахивается, открывая то, что под ним.

Абсолютно ничего.

Но Энцо не смотрит – его глаза не отрываются от моих.

– Я знаю, что тебе нужно, но я бы хотел, чтобы ты сама сказала мне, чего ты хочешь.

– Разве это не одно и то же?

Карие глаза обжигают, когда он медленно качает головой.

– Не для меня.

В этот момент все кажется слишком… интимным.

Я двигаю плечами, пока халат не спадает на пол, и провожу большим пальцем по нижней губе Энцо. Когда его рот смыкается вокруг кончика моего пальца, внутри меня все дрожит.

– Я хочу то, что ты предлагаешь.

– Я предлагаю все.

Я качаю головой, снова хватаясь руками за перила.

– Нет. Образно говоря, ты стоишь на коленях, так почему бы тебе не перестать тратить время впустую и не приступить к работе?

– Ни одно мгновение, проведенное с тобой, не потрачено впустую.

Я хмурюсь, чувствуя, как что-то неприятно шевелится у меня в животе.

– Прекрати это делать.

– А что я делаю?

Растерянность, промелькнувшая в его глазах, говорит мне о том, что вопрос вполне искренний, и он звучит так, что у меня поджимаются пальцы на ногах.

– Я мокрая, Энцо, – огрызаюсь я, вытягивая левую ногу вперед и медленно приподнимаясь. Замечаю, что его руки дрожат от желания. – Сделай так, чтобы с меня капало.

Прижимаюсь своей вагиной к его лицу, и он не теряет времени даром.

Он бешено нападает, он пожирает меня так, словно умирает с голоду. Он погружает в меня свои пальцы быстрыми, совершенными изгибами, сосет и покусывает, и не проходит и минуты, как все мое тело сотрясается. Оргазм угрожает взорвать меня, как чертова бомба, прямо на его языке, но я не хочу кончать.

Нет, я хочу большего.

Слегка дергаю его за волосы. Он отрывает мокрый рот от моей горячей плоти, смотрит на меня, и я довольно улыбаюсь.

– Ты мне нравишься такой… неряшливый и ниже меня, – признаюсь я.

– Я всегда буду ниже тебя, во всех смыслах, – хрипит он, и в его тоне слышится необузданное желание. – У меня нет шансов в сравнении с твоим абсолютным совершенством.

– Не хочу, чтобы ты был ниже меня, – говорю я, надеюсь, что он поймет, и он улавливает суть. – Не всегда.

Энцо облизывает губы.

– И где бы ты определила мне место?

– Сзади. – Можно было и не продолжать, но я не могу удержаться от просьбы: – Встань позади меня, Энцо… – Мой голос дрожит, и я не верю самой себе. Я что, боюсь влюбиться?

Что происходит, в самом-то деле?

Я влюбляюсь в своего мужа? В человека, на которого имела определенные виды?

Энцо протяжно стонет, сжимая мои бедра, и в следующий момент выползает из-под меня. Он встает у меня за спиной, и его язык скользит вверх по позвоночнику. Это чертовски эротично, это щекочет мне нервы, мурашки бегут по коже, а он продолжает. Когда язык задевает бугорок на моей спине – след от операции, мы оба замираем. Медленно-медленно его рот отрывается от моего позвоночника, и я вздрагиваю.

Что он скажет?

Почувствует ли отвращение?

Все испорчено?

Но Энцо удивляет меня. Его язык возвращается и очень нежно проводит по шрамам, от первого до последнего. Губы прижимаются к ним, задерживаясь на пару секунд дольше, чем необходимо, словно желая успокоить меня, заверить, что все в порядке.

Я совершенно забываю о своей неидеальной коже, пока он продолжает исследовать ее. Мой разум тает, и остается только он один – Энцо.

Он целует меня в шею, и я, не выдержав, поворачиваюсь. Мне хочется, чтобы он поцеловал меня.

На этот раз его поцелуй другой. Он похож на массаж моего рта, и я издаю долгий и низкий стон.

Отстранившись, Энцо прижимается своим лбом к моему, прежде чем уткнуться мне в плечо.

– Ты прекрасна. Каждая частичка тебя, – шепчет он.

Он снова встает за моей спиной. Сладкий гул прокатывается по моей гортани, когда Энцо опускает руку вниз. Мгновение спустя его член, толстый и чертовски теплый, оказывается у моего входа.

Я наклоняюсь вперед, опираюсь на перила, выгибаю спину и чуть отвожу бедра назад, чтобы помочь ему вогнать набухшую, похожую на гриб головку внутрь себя.

– Ты жаждешь моего члена, Маленькая Невеста? – дразнит он, но член не вставляет, мучая меня этим и заставляя чувствовать себя опустошенной.

Из меня вырывается стон, и я почти что смущаюсь этого жалобного звука – не уверена, что когда-либо издавала такой для другого мужчины. Но он вознаграждает меня.

– Да, – хрипит он. – Плачь, как плачет твоя киска… – Место члена занимают пальцы. Сначала они скользят по моим влажным складочкам, а затем он засовывает два пальца глубоко внутрь меня.

Я сжимаюсь вокруг них, и он мурлычет, стискивая другой рукой мое левое бедро.

– Я нужен тебе, не так ли? Я нужен внутри тебя? Ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить?

От его слов волна жара пробегает по моему позвоночнику, я дрожу, мои соски тверды, как алмазы, и они просто умоляют о прикосновении.

Я хочу быть истощенной.

Трахнутой.

– Энцо…

– Вот так, так, – бормочет он, и его тепло льется между моими ногами. Все мои мышцы пульсируют, когда головка скользит по клитору. – Готова ли жена принять член своего мужа?

– Черт… – Я и сама слышу дрожь в своем голосе.

Закрыв глаза, я позволяю всему идти своим чередом.

Есть только я и он, и больше ничего.

– Да, да, – признаю я, прижимаясь к нему задницей в отчаянной мольбе. – Заставь меня страдать.

– И что же заставляет тебя страдать? – Его член снова находит мой вход, медленно проталкивается внутрь, и из меня вырывается сдавленный вздох.

Он крепко держит меня за бедра, но не двигается.

– Заставить тебя страдать? И кто же может причинить тебе боль… кто?

– Мой муж… – бормочу я.

Повернув голову, вижу, что Энцо выглядит безумцем. Грудные мышцы напряжены, буквально сведены судорогой, как будто он целый час занимался тяжелой атлетикой. Вены вздулись, глаза потемнели. Он похож на дьявола, и я хочу, чтобы он овладел мной.

Прикусываю нижнюю губу, чтобы не застонать от одного его вида, затем даю ему то, чего он хочет.

– Сделай мне больно, муж мой…

Он молча смотрит на меня, его ногти все глубже впиваются мне в кожу, когда он начинает медленно продвигаться внутрь.

– Надеюсь, мне не следует еще раз повторять, что ты моя? – говорит он и рывком входит в меня полностью, а потом еще и еще.

Моя вагина мгновенно реагирует – сжимается вокруг его члена, как будто хочет отдоить его. Я судорожно ловлю ртом воздух, и он кажется мне сладким и обжигающим.

Мне хочется укусить его, заставить его зашипеть от боли, но я не могу этого сделать, потому что повернута к нему спиной, все глубже и глубже я погружаюсь в бездну.

Он мощно трахает меня, звуки громкие и грубые: тяжелый шлепок, скольжение, тяжелый шлепок. Моя голова падает на грудь, а он все сильнее и быстрее двигает бедрами.

– Ты такая тугая. Твоя киска волшебная. Волшебная – и моя, и… м-м-м… – стонет он. – Я не могу этого вынести. Не могу поверить, что до сих пор не овладел тобой всеми возможными способами, черт побери. Ну ничего, мы наверстаем упущенное. Я войду в тебя везде, где можно и нельзя. Я погублю тебя так же, как ты погубила меня. – Он прижимает ладонь к центру моей спины. – Ты будешь жаждать меня. Ты будешь нуждаться во мне. Всегда.

Теперь его толчки – жесткие короткие удары, мои ноги трясутся и грозят подкоситься. Он трахает меня до потери чувств, и кульминация близка.

Энцо хватает меня за волосы, словно подзывая, и я с готовностью подчиняюсь ему. Теперь моя спина прижата к его потной груди, и я рычу от этого ощущения. Ставлю ногу на перила, чтобы обеспечить ему лучший доступ между моих ног.

Он берет в рот мое ухо, проводя зубами по чувствительной коже, прежде чем пососать местечко под ним.

– Но лучше всего то, моя сладкая, моя идеальная Маленькая Невеста… – Его бедра приподнимаются, а свободная рука сжимает мой клитор. – Что ты полюбишь меня.

Как будто он изобразил что-то вроде трюка Гудини и произнес волшебные слова – я кончаю как по команде, и моя жадная вагина засасывает его еще глубже.

Оргазм стремителен и охватывает все мое существо, волна накатывает все сильнее и сильнее, а затем и его освобождение растягивает мое удовольствие.

И я теряю сознание в объятиях своего мужа.