На следующее утро Аня и Кристофер сидели на кухне, склонившись над миской с противоядием, и добавляли в смесь лист сонника.

Внезапно в кухню зашли Найтхэнд и Ириан. Они очень торопились – Ириан не успела снять с волос серебряную шелковую сеточку для сна, а Найтхэнд в спешке случайно выбрил зигзаг у себя в бороде. С ними была Рэтвин, успевшая начистить рог лишь наполовину.

– Некогда тянуть волынку, – сказала рататоска. – Мы забежали предупредить, что уезжаем на несколько часов, а может, и дней.

– Нам пришло сообщение, – объяснил Найтхэнд, придерживая нож на поясе. От волнения у него на лбу пульсировала венка. – То, что мы все это время искали… похоже, оно нашлось. Нереиды прислали весточку!

– Крайне неудачное время, – посетовала Ириан. – Страшно не хочется оставлять вас одних, но надо ехать. Мы надеемся, что нереиды не откажутся поговорить со мной, даже если не захотят общаться с кем-то другим.

– Но что же вы все-таки ищете? – спросил Кристофер.

– И куда плывете? – добавила Аня.

Ириан покосилась на Найтхэнда и сразу отвела глаза.

– Я не могу сказать. Но это очень важно, иначе мы не уехали бы.

Рэтвин кивнула:

– Сегодня среда, к пятнице вернемся.

Найтхэнду так хотелось поскорее отправиться в путь, что он еле сдерживался. Стукнул от нетерпения по дубовой двери – и случайно сорвал ее с петель.

– Пора, Ириан. Надо поспеть на место раньше всех! Другие тоже рванут туда же.

Ириан направилась было к выходу, но вдруг остановилась в дверном проеме:

– Будьте бдительны, оба. Неизвестно, что придумает Клод. Постоянно держи меч при себе, Кристофер.

– Конечно, – кивнул мальчик.

– Аня, а ты возьми вот это.

Ириан вынула из-за пояса нож в янтарных ножнах. Ане хотелось крикнуть: «Не уезжайте! Останьтесь, пожалуйста!» – но она лишь молча кивнула и, взяв нож, сунула за шнуровку ботинка.

– Я напек оладий, – сказал Найтхэнд. – Поешьте на завтрак. Они с медом и куриной печенкой.

– И берегите себя, – повторила Ириан.

Но в таком деле ничего заранее обещать невозможно.

* * *

После завтрака Аня и Кристофер – а вместе с ними Галлия и Ку – отправились в сад и снова принялись втирать жемчужный порошок в локвиллан. И тут появилось существо.

Зашумели крылья, и кто-то со стуком опустился на ветку ближайшего дерева.

Аня вскинула голову и еле сдержала крик ужаса. Схватив Ку, она крепко прижала его к себе.

У незваного гостя было туловище льва, но с крыльями, а на лбу закручивалось два бараньих рога. Из львиной пасти торчали острые клыки, но в человеческих глазах пылала не менее человеческая злоба. За спиной существа покачивался хвост скорпиона.

– Мантикора, – выдохнул Кристофер.

– Не двигайтесь, – тихо велела Галлия. – Рогатые мантикоры встречаются редко, но они еще более хищные и жестокие, чем их безрогие родичи. Живут на востоке, высоко в горах, ненавидят друг друга и считают, что так и надо.

Ку удивленно пискнул, и Аня стремительно запихнула его в заросли белых цветов.

– Сиди там. Галлия, последи за ним.

Девочка посмотрела прямо на мантикору – существо было бы даже красивым, если бы его лицо не выражало такую холодную жестокость и если бы от него не воняло кровью и мертвечиной.

– Ты Аня Арджен, принцесса острова Души? – низким голосом слегка неразборчиво спросила мантикора.

Может, не сознаваться? Но какой в этом смысл? Все равно мантикора знала.

– Да.

– Хорошо. Я нашла старую рататоску, которая видела, как ты летела сюда. После того как я съела ее семью, она рассказала, где тебя искать. – Мантикора тяжело дышала. – Меня послали убить тебя.

И тварь прыгнула с ветки прямо Ане на голову. Девочка успела отскочить в сторону, в густую траву. Правда, мантикора зацепила когтем ее ногу, но Аня отпрянула и тут же выхватила из ботинка нож Ириан. Когда мантикора снова бросилась на нее, девочка вскочила на ноги и несколько раз с силой ударила тварь ножом.

Мантикора зашипела и попятилась, потом присела, готовясь к прыжку. И в этот момент ярко сверкнул меч Кристофера, устремившегося на чудовище. Мантикора, плюясь и шипя, перевела взгляд с принцессы на мальчишку. Из каждой ее лапы выдвинулось по четыре когтя, длинные и острые, как серпы.

Мгновение мальчик и зверь смотрели друг на друга, готовясь к схватке, а затем мантикора прыгнула, обрушив на Кристофера всю свою мощь. Мальчик, метнувшись вправо, обогнул ее сбоку и ударил по ядовитому хвосту. Махнули острые когти, оставляя на щеке кровавый след. Меч звякнул о когти, как о железо, обсидиановое лезвие раскалилось, и мальчик ударил тварь по голове. Меч со звоном врезался в витые рога, и существо споткнулось и зарычало.

Было что-то странное в поведении мантикоры. Она двигалась все медленнее, задыхалась, потом ее дважды стошнило.

Аня торопливо наклонилась, пошарила рукой по земле, ища, чем бы запустить в зверюгу. В кустах лежали два камня размером с кулак, и, когда мантикора попятилась, готовясь к новому прыжку, Аня с воплем швырнула их в тварь – и даже довольно метко. Один камень пролетел мимо цели, зато другой попал мантикоре прямо в глаз.

Зверь завизжал, наполнив воздух ужасной вонью, и Кристофер воспользовался моментом – приставил острие меча к груди существа. Оно замерло.

– Говори, кто тебя прислал, – потребовала Аня, тоже приставляя нож к горлу зверя, – или мы тебя убьем.

Мантикора хватала воздух ртом.

– Убейте, – сказала она. – Я все равно умираю. Я отравлена.

Анина рука дрогнула.

– Что?

– Во время полета сюда я заметила тушу мертвого дракона. Спустилась и поела. Но его мясо оказалось отравленным.

– Отравленный дракон? – произнес Кристофер.

Они с Аней переглянулись и подумали об одном и том же – им выпала возможность проверить противоядие. Девочка пожалела, что ее друг не понимает гаганский язык жестов. Пришлось сказать вслух.

– У нас есть противоядие. – Она с такой осторожностью произносила каждое слово, словно сжимала лезвие ножа. – Я дам его тебе, если ты поклянешься, что не причинишь мне вреда. Никогда. И если расскажешь, кто тебя послал.

– Неси. – Мантикора давилась воздухом. – Неси противоядие.

– Клянешься?

– Клянусь. Неси скорее, а то будет поздно.

– Мы можем ей верить? – спросил Кристофер у Галлии, которая сидела в цветах, раскинув крылья над Ку и прижимая его к земле.

– Думаю, да, – сурово сверкнула глазами гагана. – Рогатые мантикоры известны своими злодеяниями. Они убивают ради развлечения, но я никогда не слышала, чтобы они лгали.

Существо согнулось и сплюнуло кровью.

– Принесите противоядие!

– Сначала скажи, кто тебя прислал, – повторила Аня.

Она и так это знала, но хотела услышать подтверждение своей догадки.

– Человек. Его высочество регент Клод Арджен. Твой дядя.

Девочка не дрогнула, не шевельнулась.

– Не знала, что мантикоры выполняют приказы людей.

– Я не выполняю приказ. Мы заключили договор. Человек поднялся в горы и пришел ко мне с предложением – он постепенно скормит мне всех своих пленников. – Задние лапы существа судорожно дернулись. – Но мне запретили есть тебя. Велели убить, принести нетронутый труп к замку и бросить на лужайке перед воротами.

– Перед воротами? Но зачем?

– Все должны увидеть, что ты мертва. – Мантикора закашлялась. – Чтобы он мог стать королем. – Тварь попыталась сделать шаг, но лапы у нее подломились, и она чуть не упала.

– Я поняла, – процедила Аня.

– Предательство, – выдохнула Галлия. – Подлое предательство!

– Теперь неси противоядие.

Ребята не решились оставить существо без присмотра. Они быстро пошептались, и Кристофер, отдав меч Ане, бросился к дому.

Он бегал быстрее подруги, а существо не должно было умереть раньше, чем они проверят действие противоядия.

– Он очень хочет твоей смерти, этот дядя. – Мантикора снова сплюнула кровь. – Он даже дал тайные указания на случай твоего возвращения: схватить, связать и отравить, но так, чтобы никто не догадался о его причастности к твоей гибели. Вот почему… – Мантикора попыталась вздохнуть. – …Он не подослал к тебе убийцу-человека. Это могло вызвать подозрения. Но кто заподозрит мантикору?

– А надо бы, – заметила Аня, крепче сжав меч.

Существо оскалило зубы в жестокой усмешке:

– Я скажу тебе кое-что просто так, безвозмездно: замок – больше не твой дом. Ты никогда не вернешься туда живой. Никогда.

Тут примчался Кристофер с тарелкой в руках.

– Для нас, мантикор, Клод Арджен – великий человек. Он предложил мне поселиться в замке и, поедая недовольных, усмирять все волнения, которые могут подняться при его правлении. В последующие годы меня ждут сплошные праздники живота. А начну я с твоего отца.

– Что? – похолодела Аня.

– Твой отец обвиняется в убийстве. – Губы мантикоры растянулись в ужасной улыбке, так похожей на человеческую. – Разве ты не знала, что его скоро казнят?

Аня потеряла дар речи.

– Ты врешь! – воскликнул Кристофер, увидев ее побелевшее лицо. – Суда еще не было.

– Тебе следует быть вежливым с мантикорой, даже умирающей, – прохрипело существо. – Суд перенесли на более ранний срок… – Тварь грубо передразнила Клода: – «Чтобы избежать сомнений и волнений в городах». – Она фыркнула. – Твоего отца казнят через два человеческих дня.

Ане показалось, что у нее остановилось сердце.

– Казнят? – прошептала она, задыхаясь. – Его казнят?

– Они не могут! – снова вмешался Кристофер.

– Конечно могут, – усмехнулась мантикора. – Люди сделают все, что прикажет регент.

Смерив существо брезгливым взглядом, Кристофер почти кинул ему тарелку:

– Ешь. Я добавил противоядие в мясо. Все, что у нас было.

Мантикора склонилась над тарелкой. Плечи существа ходили ходуном, ребра вздымались и опадали. Существо ело медленно, с трудом глотая и роняя слюни. Потом его затрясло, глаза наполнились слезами.

– А-а-а, – просипела мантикора. – О да. – Она вскинула голову и вдохнула полной грудью, с чувством, с наслаждением, как будто пила небо и яркий солнечный свет. – Мои легкие, – проговорила она. – Мой желудок. Это исцеление, я знаю.

Мантикора выпрямилась и зарычала так, что задрожал воздух. Исходящие от нее звуки и запахи напугали птиц, и они взмыли в небо с тревожными криками.

– Теперь можешь уходить, – сказал Кристофер. Его тело напряглось, как натянутая струна.

– Могу, но не уйду, – ответила мантикора. – Не сразу. Потому что я хочу есть.

– Ты поклялась, что не причинишь нам вреда, – напомнила Аня.

– Вовсе нет. Я поклялась не причинять вред тебе, девочка. Но мальчику…

И мантикора кинулась на Кристофера.