– Но сюда вы можете присаживаться без опасений, – Указал некромант на стул возле стола.

Стул был словно сплетен из какого-то светлого металла, но его конструкция не долго занимала меня, ровно до тех пор, пока я не обратила внимание на стол, заставленный множеством ароматных блюд. Голод мигом отозвался на столь впечатляющую картину, даже не допустив мысли о том, что еда отравлена. К чему такие трудности Амерону, если я была полностью в его власти?

Стоило мне покорно сесть, куда было указано, Амерон тут же налил мне вино в кубок, более привычного вида, и лишь после сел напротив меня.

– Вы не против тоста?

Я сидела за столом, сложив руки на коленях, не решаясь прикоснуться ни к еде, ни к вину, хотя желудок прямо сводило от голодных спазмов.

– Есть слова, которые, я думаю, описывают наши общие интересы, – Подняв кубок, улыбнулся Амерон, – Ну же, миледи! Жить в одиночестве я привычен, но провозглашать тосты без компании — это абсурдно даже для безумца, коим вы меня считаете.

Я повиновалась скорее жажде и голоду, чем воле некроманта. Едва я подняла кубок, как он торжественно провозгласил:

– За то, чтобы все вернулось на свои места!

Слова действительно казались подходящими и явно намекали на осведомленность Амерона о моих бедах. Я вспомнила свое послание Диме. Мне очень хотелось знать, что он успел пережить в моем теле…, мог ли он быть источником этой осведомленности Амерона? Как далеко она простирается? Подняв глаза на некроманта, я гадала, можно ли доверить ему то, что не вышло у Салима, но не решилась, вместо этого спросив:

– Кто-то еще, кроме духа мертвого короля составит нам компанию?

Возможно, в стражах Амерон действительно не нуждался, и ему хватало неведомой магической охраны самой крепости, но мне было сложно поверить, что он обходился без слуг. Кто-то приготовил этот обед и сервировал стол. Вообразить за этим занятием самого Амерона казалось смешным.

– С некоторых пор я избегаю живого общества. На то есть множество причин, но, поверьте, ни одна из них не стоит того, чтобы тратить время на разговор об этом. Есть темы куда более важные.

С этим я спорить не стала. Образ жизни Амерона меня точно не занимал до тех пор, пока не сказывался на моем. Не в силах больше сопротивляться голоду и жажде, я пригубила приторное вино и взяла со стола вилку. Все мои действия Амерон сопровождал взглядом, от чего я ощущала себя будто на прицеле.

– Смелее, миледи, – Подтолкнул он, – Вы должны попробовать местную кухню.

– Местную кухню?

Я отвела взгляд от нежно розовых ломтиков мяса, толщиной не больше древесного листа в какой-то ягодной подливе с орехами и окинула взглядом зал, будто в надежде, что увижу, наконец, поваров. Но не увидела... Амерон только с улыбкой смотрел на меня, затем неожиданно произнес:

– Осмелюсь заметить, миледи, что наряд королевской гвардии вам необыкновенно к лицу.

– Королевской? – Ощущая себя невеждой, снова спросила я.

Конечно, речь могла идти только о короле Канрексе, обитавшем здесь, но с тех пор прошло больше ста лет… Внезапно лаконичная, но крайне удобная одежда показалась мне ветхими лохмотьями.

– Для одежды столетней давности она неплохо сохранилась.

Амерон улыбнулся, отставив кубок в сторону:

– Эольдер в познании магии ушел дальше всех людей и эльфов. Стараниями королей, о нем вспоминают как о безумном темном властелине, но забывают о том, какого процветания достиг Асагрион благодаря ему. Он не прятал своих открытий от людей и заставил магию служить не только себе, но и простым смертным.

Амерон обвел роскошный зал небрежным жестом:

– Эта крепость лишь бледная тень Асагриона. Эольдер запечатывал магию в механизмы, вдыхал в них жизнь, которая длится до сих пор.

Теперь некромант указал на меня:

– Наряд, что на вас вовсе не вековой давности. Он пошит несколько часов назад автоматонами, созданными еще при правлении Канрекса Амелита.

Мой взгляд невольно скользнул по наряду.

– В этой крепости все автоматизировано…, включая охрану, – Многозначительно добавил Амерон.

Очередной намек, в котором я не нуждалась. Даже если в этой крепости нет никого, кроме Амерона, я не справлюсь с ним без магии или хотя бы меча. Все, на что я могла надеяться, это отыскать выход и попытаться сбежать. Мне нужно было только понять, сколько времени у меня в запасе. В письме Диме я изложила наши скверные обстоятельства, но надеялась, что мне удастся сбежать прежде, чем он сам окажется здесь в моем теле. Проклятье, как же мне хочется поговорить с ним прямо сейчас!

– Если вы примите мое предложение, то у вас еще будет возможность оценить комфорт этого места,

– Я все еще не знаю сути этого предложения, – Сдержанно ответила я, позволив себе попробовать грибы в сливочном соусе.

Учитывая компанию, в которой оказалась, я старалась выбирать на столе только то, что меньше всего походило на изысканно приготовленное мясо мертвецов. Похоже, Амерона это забавляло, но он не стал комментировать мою избирательность, хотя сам едва притронулся к еде.

– Уверен, что знаете. Мне нужна ваша помощь, чтобы найти остальных Всадников.

Его глаза лихорадочно блестели сквозь спутанные пряди тонких черных волос:

– Вы сэкономите время мне и продлите собственную жизнь.

Я покачала головой, чуть улыбнувшись:

– Выходит им удалось ускользнуть от твоего дракона?

– Лишь на время. Рано или поздно, они встретят свою судьбу, но уверяю вас, лучше рано, поскольку Разлом растет и времени у нашего мира осталось совсем не много.

Эти слова стали еще одним ударом по моему аппетиту. Мой мир гибнет... Возможно, Амерон лгал о своих мотивах, лгал о Всадниках, но это неизменно оставалось фактом. Уже почти привычно я поделилась с Димой своей тревогой, когда записывала видео для него. Теперь мне очень хотелось услышать от него слова утешения. Здесь, в этих холодных, чуждых стенах в обществе Амерона на краю казавшейся неизбежной гибели, Дима остался моим единственным другом, которому я доверяла свои мысли. Вот только ответить сейчас он не мог.

– Откуда я могу знать, где они? – Ощущая нарастающую тревогу за собственный мир, я вернулась к предложению Амерона.

– Я знаю, что вы бессмертны, но возвращаетесь к жизни не сразу.

Слова Амерона напомнили мне о сохранениях. Из-за того, что наша с Димой переписка оказалась невозможна в последнее время, я не представляла, где произошло сохранение и произошло ли вообще. Возможно, Амерон лгал и если мне удастся погибнуть здесь, то я окажусь на свободе! Эта мысль меня никак не отпускала, и как-то рассеяно я вслух задалась вопросом:

– Откуда тебе известно?

– Милорд Дарлис был убит на моих глазах в Сантерии, помните?

Это могло лишь объяснить уверенность Амерона в бессмертии Игоря, но не известные ему подробности.

– Тогда я вернулся к месту нашей встречи, – Не дождавшись моего ответа, продолжил Амерон, – И не обнаружил ни следа милорда Дарлиса. Уверен, что он вернулся к жизни где-то в другом месте…, к которому был привязан некой магией, дарующей вам бессмертие.

Точность выводов Амерона поразила меня, но я не собиралась так просто признавать их:

– Даже если Дарлис бессмертен, с чего ты решил, что бессмертны мы все?

– О, мне будет весьма приятно поделиться с вами моими изысканиями, но прежде вам стоит поесть. На этом столе нет человеческого мяса, равно как и мяса монстров, хотя, осмелюсь заметить, что некоторые из них вполне годятся в пищу.

Амерон многозначительно посмотрел на меня:

– Я маг, а не изверг, миледи. Вся разница между нами только в тех силах, которые мы выбрали для изучения и в том, что мои намного превосходят ваши.

Амерон вовсе не кичился, и я это знала и ему это было известно. Помедлив, я все же насадила на вилку ломтик мяса и положила в рот. От голода, порой, даже кора с дерева кажется деликатесом, но это мясо даже сытой мне пришлось бы по вкусу. Оно буквально таяло во рту, оставляя после себя невероятное послевкусие из ягод, специй и чего-то едва уловимого. Амерон остался доволен моей реакцией, которую я не смогла скрыть.

– Вас можно поздравить.

– С чем? – Насторожилась я.

– Вам довелось попробовать блюда со всех королевских столов. Оскернелий, Орлинг, а теперь и кухня Асагриона.

Это определенно не было поводом для гордости, тем более что кухня Асагриона для меня могла оказаться последней трапезой перед казнью.

– Как вы ее находите?

– Сносно, – Сдержанно ответила я.

Снова оглядев зал, я вообразила себе, какие пиры здесь происходили, хотя возможно король Канрекс не успел насладиться местными удобствами и ничего кроме смерти этот зал не знал. Мне нужно было понять, как устроена охрана в этом месте и найти выход отсюда, но единственным кто мог мне в этом помочь, был сам Амерон…

– И как тебе удалось здесь поселиться?

Губы некроманта чуть заметно дрогнули, он опустил взгляд, но после снова посмотрел на меня:

– Уверен, у вас найдутся куда более интересные вопросы.

Отложив приборы, я попыталась отыскать в череде бесконечных вопросов тот самый важный, который расставит все по своим местам. Я была уверенна, что отвечать на все Амерон не станет, а на какие-то почти наверняка солжет (например, об охране). Как я не пыталась сосредоточиться на Всадниках, на том, что могло как-то прояснить их роль в происходящем, я неизбежно возвращалась к Диме и нашей с ним проблеме. В тоже время я не находила в себе столько доверия к некроманту, чтобы рассказать ему о ней.

– Неужели вам все предельно ясно? Или вы сомневаетесь в моем искреннем желании просветить вас?

Я подняла взгляд на Амерона, пытаясь разглядеть это желание в, будто испивающих душу, глазах. Аппетит пропал, несмотря на все еще терзающий внутренности голод. Я вцепилась в это ощущение, словно боялась сорваться в бездну бесконечных вопросов и ответов, которые меня пугали. Опустив глаза к тарелке, я замерла словно статуя, в надежде, что и остальной мир замрет так же, дав мне время подумать. Но мир не замер…

– Я бы мог отнять вашу душу прямо сейчас, – Внезапно объявил некромант, заставив меня вздрогнуть, – Но рассчитываю на вашу помощь.

Я посмотрела на Амерона, не скрывая удивления:

– Чего ради мне помогать тебе?

– Может, чтобы прожить чуть дольше? – Пожал плечами Амерон.

Я лишь покачала головой, разочарованная ответом.

– И оказать услугу этому миру.

– Услугу? Предать своих друзей это услуга?

Амерон улыбнулся:

– Так ли хорошо вы знаете своих друзей, миледи?

Случись этот разговор много раньше, я бы едва ли смогла ответить на этот вопрос. Хотя и сейчас он не показался мне простым. Перед моими глазами всплыли лица Всадников: Пиксель, казавшийся дурачком поначалу, но в итоге проявивший себя как смелый воин и хороший полководец; Андрей, производивший впечатление изворотливого хитреца, теперь виделся мне благородным и достойным человеком. Дарлис…, я не могла сказать, что знала его, потому что он всегда казался мне загадочным, но одно мне было известно о нем наверняка: более достойного, чуткого и надежного товарища едва ли выйдет повстречать. Пожалуй, только о Джеймсе и Веронике я мало что могла рассказать. Хотя добродетель последней постоянно была у меня под сомнением…. Больше всего я знала о Диме, но даже здесь, небрежно брошенные слова Амерона пробудили прежние сомнения, которые я тут же подавила. Дима уже доказал, что честен со мной, как и его друзья!

– Вы задумались, – Заметил Амерон, – Значит не против узнать больше…

Некромант внезапно поднялся из-за стола:

– Не желаете узнать о людях, тела которых заняли ваши так называемые друзья?

Я удивленно взглянула на некроманта. На миг мне показалось, что я ослышалась, но нет. Слова Амерона исключали двоякое толкование. Его предложение будто вернуло меня в дни прошлого, когда я была уверена, что одержима демоном, когда я еще сомневалась в словах своих спутников…. Они убеждали меня, что сами создали тела, в которых явились в мой мир, но…, неужели это ложь? После всего пережитого, после всех объяснений Андрея, Дарлиса и Димы, мне казалось, эта тема закрыта, но вот теперь Амерон вскрыл ее, словно едва затянувшуюся рану.

– Тела людей? – Непроизвольно выдохнула я.

Амерон протянул ко мне руку:

– Прошу вас. Думаю, вам будет интересно.

Страх сковал меня, и я не сразу решилась подняться. Казалось, что если я приму предложение Амерона, пути назад уже не будет. Если теперь, когда из близких людей у меня остался только Дима, вдруг выясниться, что он лгал мне, я больше не смогу его простить, не смогу оправится от этого удара, просто потому что останусь совсем одна в погибающем мире.

– Позже вы сможете закончить трапезу.

Амерон терпеливо ждал. Голод уступил место любопытству, и я впервые приняла руку некроманта. Какой бы правда не оказалась, я должна была узнать ее.

В этот раз коридоры, которыми меня вел Амерон, были куда богаче и светлее. Местами все теми же ровными тонкими линиями в стенах проскальзывала позолота и светящиеся кристаллы. Иногда свет проникал прямо через потолок, сотворенный из какого-то магического стекла. В одном из залов, в форме усеченной пирамиды я впервые смогла выглянуть наружу: высокие окна без стекол смотрели на все четыре стороны, открывая вид на горные кряжи, речную долину где-то далеко внизу под крепостью и бескрайний горизонт, стелящийся над ровной гладью лесов.

– Где находится эта крепость? – Спросила я.

– Это один из тех вопросов, на которые я не стану отвечать.

– На какие еще мне не стоит ждать ответов?

Амерон бросил взгляд на меня:

– Уверен, вам важнее на какие я отвечу.

Больше с расспросами я не лезла, гадая, стоит ли рассчитывать на честность и какую ложь Амерон может сочинить для меня, лишь бы убедить принять его предложение.

Наш путь по гулким коридорам и дышащим древностью залам закончился в весьма скромной комнате с высоким потолком и почти совершенно пустыми стенами. По крайней мере, в сравнении с остальными, она казалась крошечной, но при этом вмещала в себя куда больше вещей, чем пустые предшественники. Здесь уместилась довольно ветхая софа, словно «привет» из моего привычного мира, такой же стол, на удивление грубо сколоченный и без изысков оформленные канделябры. Точно так же как в мастерской Салима, здесь же располагались мольберты, астролябии и целый алхимический стол с перегонными кубами и ретортами. В дальнем конце комнаты я разглядела ровными рядами выставленные емкости с высаженными в них растениями, отчасти знакомыми, отчасти прежде не виданными. На еще одном столе я увидела банки с частями тел монстров в соляном растворе, там же растянутые на присыпанных реагентами досках лежали конечности то ли огнивца, то ли краба-пливерна. Пожалуй, в этой комнате Амерону было самое место.