– Шанс? – Поднял брови Андрей.

– Сейчас нас отцепят от столбов, – Пояснил Дарлис, – Если не сообразим, как этим воспользоваться, другой возможности освободиться у нас может уже не быть.

Я не представлял, каким образом мы можем выбраться, даже если нас отцепят от столбов. Вокруг нас собралось кольцо северян, а при нас не было ни оружия, ни магии. Уповать оставалось только на то, что Амерону мы нужны живыми. Король Севера собрал четырех здоровяков и уже направился к нам. За мельтешением фигур в подрагивающем сумраке я не видел, как идут дела у Рыжика, но рассчитывать сейчас на его помощь явно не стоило. Едва Амерон в компании нежити растворился в бушующей толпе, как ночь засверкала новыми безумными магическими огнями, а хор агонии пополнился новыми голосами.

– Попробуем сбежать, затеряться в толпе, – Предложил Дарлис.

– В такой толпе со связанными руками мы долго не протянем, – Покачала головой Вероника.

С этим было сложно поспорить. Если Кранадж едва ли решиться убить нас вопреки воле Амерона, то твари вокруг сдерживать себя точно не станут, а ответить им нам было нечем. Я бросил взгляд на зловещий портал, пытаясь угадать, что таится за ним, но это было бессмысленно. Возможно, там был еще один шанс на спасение, а может быть окончательный тупик, из которого нам не выбраться.

– While the necromancer is busy, we can die, – Выдохнул Джеймс, глядя на приближающихся скабенитов.

– Что он сказал?

Вероника бросила взгляд на канадца и с явной неохотой перевела:

– Предлагает сдохнуть, пока Амерон занят.

Мы переглянулись, невольно отводя этому варианту самое последнее место в чертовски коротком списке. Я сомневался, что Кранадж допустит нашу смерть, но мы действительно могли попытаться. Да и, в конечном счете, предложении Дарлиса не сильно отличалось от идеи Джеймса. В этой патовой ситуации мы могли выбрать только смерть.

– Даже если умирать, то лучше как можно дальше от Амерона или личей, – Напомнил Игорь.

Других идей у нас не родилось, а время на размышления истекло. Кранадж со своей свитой остановился напротив.

– Ваши ушастые друзья вам не помогут, – сходу заявил Кранадж, – Но если повезет, вы встретитесь с ними снова в рядах армии мертвецов. Как сослуживцы.

Ни у кого из нас не нашлось достойного ответа. Мне казалось, мое тело одеревенело от напряжения. Я дико устал от вынужденного бездействия, и где-то в глубине меня созревала готовность погибнуть, лишь бы оказаться на свободе, лишь бы получить хотя бы малюсенький шанс втащить по этой рыжей бородатой морде! Я намеренно выбросил из головы все навязчивые воспоминание о предыдущих смертях, словно бы и не умирал никогда. Иначе я точно спасую и покорно отправлюсь в портал Амерона, где будет ждать еще более скверная судьба.

Удовлетворенный нашим молчанием, Кранадж кивнул скабенитам, и они направились к нам. Мы переглянулись, пытаясь мысленно синхронизировать свои действия. Я видел, как напрягся Джеймс. На его лице была написана готовность покончить с собой, и я его не осуждал. Для него смерть могла оказаться не только избавлением от участи стать нежитью, но и шансом вернуться на свой сервер. В этот момент я даже подумал, почему он сам не убил себя или не попросил кого-то из нас убить его? Хотя тут же напомнил себе, что смерть может стать личным выбором только при совсем скверных обстоятельствах. Например, таких как сейчас.

– Бежим к башне, – Шепнул Пиксель,

Башня находилась за нами, а что творилось позади, я не видел, но логику Сереги понимал: в башне можно было спрятаться, раздобыть оружие и броню и, в конце концов, какое-то время удерживать оборону. Если мы сумеем до нее добраться. Я ответил кивком, поскольку северяне уже принялись расстегивать наши оковы. Скабениты стояли перед нами стеной, и я не представлял, как можно через нее пробиться, но подсознательно тешил надежду, что нам это удастся, и умирать не придется. Наконец мои руки были свободны. С невероятным облегчением я опустил их, но меня тут же подхватили и вздернули на ноги. Колени дрожали, и даже мысль о бегстве казалась абсурдной. Рядом поднялся Пиксель, тут же оглянувшись на башню. Она возвышалась над нами черным колосом с горящими все той же мертвенной зеленью глазами-окнами, на фоне страшного клубящегося тучами неба, с которого вот-вот обещал сорваться дождь, унимая пламя на горящих телах. Башня казалась обманчиво близкой, но, чтобы до нее добраться, нам нужно было пробиться через кольцо северян, толпу нежити и миньонов. Наши шансы уцелеть при этом стремились к нулю.

– Бежать не советую, – Словно прочел наши мысли Кранадж, – У нас есть масса способов остановить вас, не прибегая к убийству.

– Тогда зачем было стрелять мне в спину? – Дерзко спросил я, исключительно чтобы потянуть время.

Кранадж подошел ко мне, сверля меня глазами:

– Но вы ведь выжили.

Блин и хрен поспоришь!

– Уводите их!

Северяне выстроились коридором, ведущим к порталу, обозначив единственный доступный нам маршрут. Древками топоров нам задали скорость. Мы, не сговариваясь, крутили головами, пытаясь найти хоть какой-то намек на брешь в обороне скабенитов, но натыкались только на их самодовольные лица. Все, что нам оставалось, это броситься в обреченный на поражение бой, в надежде, что все же удастся погибнуть.

– We need to act now, while there is still an opportunity, – Произнес Джеймс, шедший впереди.

– Чего ты там бормочешь? – Нахмурился скабенит рядом, – Заклинания?

Возможно, я бы еще поискал альтернативные варианты спасения, но такой возможности Джеймс нам не предоставил.

– Даже не пытайся, ты больше не м…

Последнее слово Джеймс затолкал скабениту обратно в глотку мощным ударом кулака. В первое мгновение скабениты даже не поняли, что произошло, но через секунду, обиженный северянин замахнулся топором, приведя в движение всех собравшихся вокруг. Скабениты бросились усмирять канадца под вопль Кранаджа: «Не убивать!», в тоже время Вероника чисто по-женски и от всей своей подлой души, втащила другому скабениту по шарам, от чего он заметно подпрыгнул. Я даже не успел включиться в наш предсмертный бунт, как мне прилетело обухом топора по голове. Мелькнули искры перед глазами, подступила темнота, но я усилием воли отогнал ее, обнаружив себя на земле с дико ноющим виском. Перед глазами все плыло. Я с трудом различал людей вокруг, внезапно осознав, какой нелепый план пришел нам в голову. Вокруг собралось не меньше двух десятков северян вооруженных и обозленных внезапным нападением эльфов. Им не составит труда унять наш бунт без излишнего кровопролития. Все, на что мы могли рассчитывать, это внезапность, после которой следовало ломануться сквозь толпу врагов, распихивая их локтями в надежде, что они когда-нибудь закончатся. Но нападение Джеймса оказалось внезапным даже для нас самих.

Я видел, как Игорь пытался пробиться ко мне, но на него навалилось сразу двое северян, обещая похоронить заживо. Где-то кричал Андрей, но я не мог разобрать слов в безумном гомоне. Унимая головокружение, я едва сумел подняться на ноги, когда перед глазами мелькнули первые брызги крови.

– Я вас сам сделаю нежитью, пид…ры! – Взревел Пиксель.

Неведомо как он раздобыл топор и теперь удерживал северян на расстоянии от себя. Несмотря на изначальный план, никто из нас не желал умирать, но теперь бой начался всерьез, и наши шансы погибнуть изрядно возросли.

– Не убивать! – Надрывался Кранадж, нависнув над лежащим на земле Джеймсом.

Но Пиксель не оставлял выбора северянам, кидаясь на них в полную силу и пытаясь прорубить дорогу к башне. Я пытался найти взглядом остальных. На моих глазах Андрей словил удар в челюсть и повалился на землю, его тут же подхватили разъяренные северяне и поволокли к порталу, но были встречены Серегой, который вовсе не планировал сохранять им жизнь. Такими темпами наш бунт окончится очень скоро, вместе с терпением скабенитов. Я растерянно крутился на месте, пытаясь разобраться в бардаке мыслей, который собрался в голове после удара и едва не пропустил новый. Уклонившись от него с удивительной ловкостью, я тут же ощутил боль, когда меня дернули за волосы. Кто-то буквально притянул меня к себе, и я оказался в тисках объятий здоровенного пухлого детины, в отличие от соратников, напрочь лишенного растительности на голове.

– В портал ее! – Тут же рявкнул Кранадж, бросившись к разошедшемуся Пикселю.

Я видел, как северяне скрутили Андрея и потащили его следом за мной. Как точно так же за волосы ухватили визжащую Веронику. Куда делся Дарлис, я не видел, хоть и вращал головой во все стороны, одновременно пытаясь вырваться из стального захвата. Твердо стоял на ногах только Пиксель с топором в руках, но к нему уже подбирались со всех сторон, а кто-то уже размахивал арканом, чтобы стреножить Серегу как племенного жеребца. Джеймс лежал у самого портала в луже крови. Похоже, ему одному удалось осуществить свой план.

– Допрыгалась, ведьма! – Рыкнул мне в затылок плешивый скабенит, сжимая меня так, что я начал задыхаться.

Ублюдок вовсю наслаждался обстоятельствами. Я ощутил, как он сжал мою грудь, чуть ослабив захват. Стиснув зубы от прорвавшейся ярости, я боднул засранца головой, угодив по носу. Захват ослаб полностью, и я снова оказался на земле. Не медля ни секунды, я развернулся к врагу и замахнулся ногой, пытаясь угодить ему по яйцам, но здоровяк быстро оклемался и перехватил мою ногу.

– Хорош брыкаться, сука!

Выхватив кинжал, он вознес его с явным намерением проткнуть мне ногу:

– От этого ты не сдохнешь!

Я изо всех сил пытался освободиться, но захват варвара был просто чудовищным. Кинжал мелькнул в воздухе, но удивительным образом прошел мимо. Я в изумлении поднял глаза на великана. Он ошалело таращился куда-то на горизонт одним глазом, поскольку второй ему заменил наконечник стрелы. Моя нога внезапно оказалась на свободе, отчего я едва удержал равновесие. Скабенит судорожно переступил ногами и безмолвно рухнул мордой в землю.

С трудом оторвав взгляд от подрагивающего в конвульсиях борова, я огляделся, с удивлением обнаружив, что северянам стало не до нас. Темнота вокруг внезапно ожила и разродилась тенями, которые закружили вокруг сея панику и смерть среди скабенитов. Волна облегчения охватила меня, когда среди теней, я разглядел знакомую фигурку, увенчанную серебряными волосами.

На фоне ночи воспетой мучительными криками и украшенной бликами огня, пожиравшего трупы, она показалась мне прекрасной богиней войны или павшим ангелом, алчущим крови. Словно в танце она пронеслась сквозь ряды северян, оставляя за собой трупы в непреодолимом стремлении к двум обреченным отморозкам, которые удерживали избитого Андрея.

– Элидрис!

– Андрей!

Я видел, как с леденящей душу яростью, Элидрис разделалась с варварами, тут же прильнув к Меркристу. Я сам хотел броситься к ней на шею от того облегчения, которое завладело мной, но бой еще продолжался. Дерзкое нападение эльфов не осталось без внимания монстров, которые от башни поспешили на выручку Кранаджу, и теперь вокруг наших позорных столбов развязалась настоящая бойня! Не давая северянам опомниться, эльфы, отложив луки и взявшись за мечи, молниеносно выскакивали из тени, рубили головы, отрубали руки и ноги, делая все возможное, чтобы воины Кранаджа больше не поднялись, даже если их призовет Амерон. Скабениты вертелись на месте, пытаясь разглядеть врагов, но умирали прежде, чем успевали понять, кто оборвал их жизнь. Они вздрагивали от пронизывающих темноту стрел, оседали на землю. Один выронил Джеймса, которого подобрал и тащил к порталу. В его спине торчал целый пучок стрел. Я было бросился к магу, но лезть в пекло безоружным мне не хотелось, поэтому я склонился над убитым толстяком и вырвал из его рук кинжал. Бросив взгляд на топор, прицепленный за спиной, я на мгновение вернулся в тот самый первый день в Даклии, когда, впервые одолев миньона, собирал с него лут. Вокруг все так же пылало, так же разносились крики раненых и умирающих и точно так же как тогда, я решил, что топор для меня слишком велик. Отбросив неуместные воспоминания, я уже направился к Джеймсу, как внезапно, несколько скабенитов обезумев от страха перед эльфами, решили, что портал Амерона вполне годится для отступления и в мою сторону устремилось сразу трое северян. Добежал, правда, только один, но зато с топором, против моего жалкого кинжала. По счастливому стечению обстоятельств им оказался тот самый темный бородач, которого я впервые встретил, отлеживаясь с раной в спине в каких-то еб…нях. Рыча как обезумевший йети, он несся на меня с поднятым топором, будто планировал прорубить путь к спасению прямо сквозь меня. Как на зло, поблизости не оказалось ни одного эльфа, готового мне помочь. Уже по привычке, я воззвал к магии, но она осталась глуха. От столь прямолинейной атаки уклониться было не сложно, но вот атаковать в ответ коротким кинжалом я не решился и ушел в глухую оборону. Темный закрутил топор так, что его почти не было видно, а я только крутился вокруг него, пытаясь не споткнуться о трупы и их отрубленные части. От большинства ударов я уклонился, но один все же принял на клинок и мой кинжал со звоном улетел в неизвестном направлении. Я даже не успел расстроиться, как вдруг изо рта ликующего варвара, словно язык, выскочил эльфийский клинок, которым скабенит тут же подавился.

– Мог найти себе железку подлиннее, – Язвительно стрельнула в меня глазами Вероника, вынимая меч из головы северянина.

Мне прежде не доводилось радоваться ее появлению, и не думал, что это когда-нибудь произойдет, но сейчас я все же искренне выдавил:

– Спасибо.

– Тоже не хочется помирать? – Уже веселее спросила девушка.

Я огляделся вокруг. Какое-то время, скабениты еще пытались сопротивляться натиску эльфов при поддержке все еще шатающихся вокруг мертвецов, но с каждым трупом, который уже не смел подняться, каждым павшим миньоном, их упрямство давало слабину. Элидримам удалось отрезать скабенитов от основной битвы, извести всю нежить и теперь северяне были окружены превосходящими силами.