– Миледи Санрайз, прошу прощения, что без стука.

На пороге в компании с двумя северянами стоял герцог Слидгарт. Не часто я был рад его обществу, а иногда и вовсе старался его избегать, но в этот раз испытал настоящее облегчение, хотя длилось оно не долго. Вопреки обыкновению Слидгарт не улыбался и выглядел сильно замученным: щеки впали, поросли щетиной за пределы его прежней щегольской бородки, под глазами расцвели синяки от недосыпа, а сами глаза смотрели на меня толи со страхом толи с укором. Я мысленно напомнил себе, что он приходится кузеном Кранаджу и вполне может оказаться очередным предателем.

– Оставьте нас, – Бросил герцог бугаям за спиной.

– Не велено, милорд.

Слидгарт смерил взглядом темноволосого верзилу, вроде того самого, которого я видел, пока дожидался Скормуза, валяясь в грязи с раненой спиной. Может он меня и приволок сюда со своим дружком? Тогда где спрятался Амерон, и был ли он на самом деле или привиделся мне в горячке?

– При ней нет ни меча, ни магии, вы полагаете, я не управлюсь с безоружной девушкой?

Скабениты переглянулись и покорно отошли в сторону. Слидгарт вошел в комнату и прикрыл за собой дверь. Все это время я боялся открыть рот, несмотря на море вопросов в голове. Я решил дать высказаться герцогу, чтобы хоть как-то сориентироваться в происходящем и не наболтать лишнего. Мельком осмотрев мои хоромы, Слидгарт сложив руки за спиной, окинул взглядом меня. Похоже, он решил, что разговор начать должен я и, не выдержав воцарившегося напряжения, я нервно спросил:

– В чем дело? Что здесь происходит?

Я надеялся получить развернутый ответ, но герцог ловко уклонился от вопроса, напряженно заявив:

– Это я бы и хотел выяснить. Надеюсь, вы пришли в себя достаточно, чтобы ответить на мои вопросы?

Мне хотелось ответить нет, но тогда придется отказаться от возможности задать свои вопросы.

– Признаться, у меня масса своих, – Ответил я, – Начиная с того, как я здесь оказалась и…

– Учитывая обстоятельства, – Перебил меня герцог, – Прежде вам стоит ответить на мои вопросы.

У меня тут же возник вопрос про обстоятельства, но я удержал его на языке, жестом предложив Слидгарту вещать дальше. Жизнь меня уже приучила, Что в любой непонятной ситуации лучше помалкивать и не отсвечивать, пока не разберешься что к чему.

Одернув плащ, герцог снова обвел взглядом комнату, произнеся:

– Я хотел удостовериться лично.

– Удостоверится в чем?

– Как погиб Нартагойн? – Быстро, словно выпад, последовал вопрос.

Слидгарт подошел к столу и устроился на стуле с выражением лица как у следователя НКВД, то есть без выражения.

– Кранадж рассказал мне свою версию, теперь я хочу услышать вашу.

Разумеется, по закону подлости, своей версии у меня не было, только та, которую поведал Скормуз, который вполне мог впасть в маразм и навешать мне лапши на уши… По крайней мере, Слидгарт окончательно убедил меня в том, что Нартагойн действительно погиб и возможно все, что произошло после, произошло на самом деле, а не оказалось моим лихорадочным бредом.

Я не выдержал пристального взгляда Слидгарта и опустил глаза, догадываясь, что в этот раз изображать потерю памяти не лучшая идея.

– И что же рассказал Кранадж? – Уже догадываясь, спросил я, больше для того, чтобы потянуть время и собраться с мыслями, нежели для того, чтобы услышать ответ.

– Вы убили его.

Слидгарт буквально впился в меня взглядом, вероятно надеясь прочесть мои мысли, а я с облегчением понял, что он не предатель. Будь иначе, моя версия событий его бы мало волновала.

– Это ложь.

В этом я был уверен, но от нервов и усталости, я сам себе казался не убедительным. Еще чуть-чуть и я сам поверю, что Санрайз убила Нартагойна, просто потому что нихрена не знаю и ничего не понимаю! Тем не менее, я решился посмотреть герцогу в глаза, надеясь, что он мне поверит.

Переведя взгляд на танцующих в интимной близости птиц, изображенных на столешнице, герцог объявил загробным голосом:

– Я видел тело Нартагойна…, пронзенное вашим мечом.

От удивления я раскрыл рот, ощущая, как на меня волной накатывает паника. В голове мелькнула и тут же пропала мысль, что Санрайз действительно с какого-то хрена зарезала Нартагойна. А может Скормуз спиз…л мой меч и дал поносить в печень Нартагойну? Это было абсурдом! Этого не могло быть, но я ведь ничего не знал о том, что произошло после утеса в пустошах! Ничего кроме версии Скормуза…

– Мой меч пропал после…, – Я едва не ляпнул «после того, как Кранадж пристрелил меня» но вовремя оформил мысль в более адекватное выражение, – …После падения с обрыва. Кранадж хотел убить меня…, ранил…

– Когда вы, убив Нартагойна, попытались сбежать, – Уверенно закончил за меня Слидгарт.

– Нет!

Твою мать, как сложно отстаивать правду, когда ты ее не знаешь! Но я не мог поверить, что Санрайз внезапно обезумела и напала на Нартагойна. Разве что все произошло наоборот, и он в очередной раз решил завалить ее где-нибудь в кустах и получил мечом по шарам…

– Это ложь! – Повторил я, не скрывая злости.

– Тогда какова правда по вашему мнению? – Спокойно спросил герцог.

От внезапного визита и непростых вопросов у меня снова заныла спина, и я медленно отступил к постели. Со стороны могло показаться, будто я надеюсь затащить туда герцога и лаской убедить его, что Кранадж меня оклеветал, но мне было все равно. Усевшись на кровать, я только теперь вспомнил о письмах Санрайз, зажатых в руке. На них обратил внимание и Слидгарт, но ничего не сказал. Уцепившись глазами за потасканные листы, я, помедлив, поднял их, продемонстрировав герцогу:

– Здесь записаны некоторые события нашего похода…, все, что я запомнила и смогла записать.

Возможно, Слидгарт уже давно прочел эти письма, но я рассчитывал, что, добровольно передав ему заметки Санрайз, смогу вызвать некоторое доверие.

– О смерти Нартагойна тоже?

Герцог поднялся и протянул руку. Я отдал ему письма, еще раз отметив в памяти, что Санрайз ничего личного не написала, и покачал головой, вспомнив слова Скормуза:

– Не всегда есть возможность запечатлеть происходящие события.

– Это верно, – Кивнул Слидгарт, изучив письма, – Но ваши записи обрываются задолго до возвращения в Скират.

У меня в голове крутились собственные вопросы, и я уже почти решился спросить про Амерона, но его появление было столь внезапным и мимолетным, что я все еще считал его галлюцинацией. Тем не менее, я все же решился спросить:

– Как я оказалась здесь? Где мои друзья? Где Кранадж?

Слидгарт ответил не сразу, но все-таки ответил:

– Вас и ваших друзей из Пустошей привез Кранадж, вместе с телом Нартагойна и вы увидитесь с ним, возможно раньше, чем вам бы хотелось.

Я не понял, с кем именно мне обещал встречу Слидгарт: с Кранаджем или Нартагойном и максимально уверенно заявил:

– Я не убивала Нартагойна, это сделал Кранадж!

Лицо герцога почти не изменило выражения, только уголок губ едва заметно дернулся. Он положил мои письма на стол и снова устроился на стуле:

– И вы, конечно, можете это доказать?

Нервно облизав губы, я припоминал все, что мне рассказал Скормуз. Мой взгляд метнулся к руке, но кольца Нартагойна я на пальце не обнаружил, как и других колец. Даже кольцо Рыжика у меня спиз…ли! Хотя может и к лучшему…, по крайней мере, герцог не сочтет, что я позарился на королевство Нартагойна и только поэтому убил его.

– Мне хорошо известна репутация моего кузена, как и ваша. Только поэтому я здесь, – Медленно произнес Слидгарт, – Но события складываются таким невероятным образом, что я, признаться, сильно озадачен. Как мне и велел Нартагойн, я дожидался вашего возвращения, но мы дождались только монстров. Скират выдержал не одну осаду, прежде, чем увидел стяги Оскернелия. Мы ликовали, встречая внезапную помощь…

Слидгарт покачал головой:

– Я был уверен, что Кранадж одумался и вернулся, чтобы восстановить союз с Нартагойном, но вместо этого привез его тело с вашим мечом, торчащим из живота.

– Это подстава, – Уверенно пробубнил я себе под нос.

– Он пришел в город, возвещая о том, что пророчество Тиллария сбылось. Всадники убили короля Юга…

Взгляд герцога уплыл куда-то в неведомые дебри. Облизнув губы, он, покачав головой, произнес:

– Даже мне было сложно отрицать очевидное, и я пришел сюда, к вам, чтобы вы мне помогли понять происходящее.

Ну, бл…ть, герцог явно ошибся адресом! Хотя такой ответ его явно не устроит, зато будет только на руку Кранаджу. Мне не осталось ничего другого, кроме как пересказать версию Скормуза. Потихоньку восстанавливая в голове хронологию событий, в которых не принимал участия, я даже на какой-то момент решил, что может мы повстречали реальных Всадников и они, суки такие, подставили меня, порешив короля и умчавшись чинить беспредел, пока Кранадж бегал за мной с луком? Нет уж, лучше ограничиться версией Скормуза не домысливая лишнего.

– Кранадж подставил меня и сам взялся воплощать пророчество, в которое так сильно верит! – В качестве эпиграфа заявил я.

– Эта мысль посетила и меня, – Не стал спорить герцог, – Хотя его версия так же звучит правдоподобно.

– Он заключил союз с Амероном.

Взглянув на герцога, я заметил, как он изменился в лице, чуть нахмурив брови.

– Это вы утверждали и раньше, – Вздохнул Слидгарт.

– На этот раз он сам рассказал мне об этом, после того как убил Нартагойна! Скормуз был свидетелем!

– Жаль его нет, чтобы подтвердить ваши слова.

Охренеть как жаль! Я опасался, что смерть паладина тоже повесили на меня, но Кранадж, похоже, не стал чрезмерно увлекаться выдумками, хотя может я узнаю об этом позже.

– Расскажите мне все, миледи и возможно, я смогу как-то повлиять на вашу дальнейшую судьбу.

Казалось, герцог действительно надеялся меня вытащить из лап Кранаджа, но я не знал почему, то ли после смерти Нартагойна он решил заменить его в борьбе за сердце Санрайз, то ли разумно не доверял своему кузену. Вопреки обыкновению в этот раз я склонялся ко второму варианту. Черт, значит, мне нужно раздуть его недоверие до максимального размера!

– Мы столкнулись с гоном монстров, когда отступали от Барьера. К тому моменту большая часть армии была уничтожена огненным дождем…

Я говорил, с каждым словом все больше проникаясь чужими воспоминаниями. Слидгарт слушал внимательно, и мне казалось, не сомневался в моих словах. Я старался говорить уверенно, чтобы не нарваться на уточняющие вопросы, хотя знал, что не смогу их избежать. Описание смерти Нартагойна далось мне с трудом, но я надеялся, что мой неуверенный тон и паузы, Слидгарт сочтет за влияние печали и скорби. Он не перебивал меня вопросами, давал мне время подобрать слова и «вспомнить» какие-то моменты. Местами я даже позволил себе присочинить, драматизируя ситуацию, хотя возможно на деле драмы было еще больше. Я закончил историю на бегстве от обезумевшего Кранаджа в компании с паладином и падении с обрыва со стрелой в спине, решив, что последующая прогулка со Скормузом на словах окажется такой же бессмысленной, как и на деле. Про Амерона, привидевшегося мне, я так же решил не упоминать.

Слидгарт долго молчал, глядя куда-то мимо меня и переваривая услышанное. Наконец, он спросил:

– Зачем Кранаджу было вмешиваться и спасать вас от монстров, если он намеривался убить Нартагойна?

Я понятия не имел, но это явно было связано с моим бессмертием, о котором, я конечно умолчал.

– Возможно, он планировал спасти меня, – Пожал я плечами.

– Зачем?

Тут я демонстративно развел руками, ответив:

– Наверно по той же причине, по которой я еще жива. Если я убила Нартагойна, то почему Кранадж не убьет меня?

Слидгарт смотрел на меня, будто сканируя, и только спустя минуту медленно и неуверенно произнес:

– Может потому, что вы бессмертны?

Я растерянно завис и Слидгарт поспешно добавил:

– Так считает Кранадж.

– Он еб…тый, – Уверенно кивнул я.

– Что, простите?

– Он сумасшедший.

– Возможно, – Согласился Слидгарт, – Но ваша история так же полна неопределенностей.

Поразмыслив, я решил пойти ва-банк и поднялся с постели. Герцог тут же напрягся, готовый вскочить и защищаться от рассвирепевшей девушки, но я совершенно невозмутимо заявил:

– Если вы верите ему, то возьмите меч и убейте меня.

Герцог удивленно разинул рот, в поисках ответа и я убедился, что он скорее поверит мне, чем убьет. Возможно, потому что питал тайную страсть к Санрайз, а может, потому что действительно не доверял Кранаджу, для меня это было не важно. Главное, он не был врагом мне и возможно мог помочь.

Воцарившуюся неловкую паузу прервал внезапный стук в дверь.

– Еще минуту! – Крикнул Слидгарт.

– Я не буду ждать ни секунды, кузен! – Раздался знакомый голос, – Открой проклятую дверь или я велю ее выломать!

Слидгарт бросил взгляд на меня и поднялся со стула. В этот момент дверь дрогнула под мощным ударом. Герцог подошел к ней и отпер засов. На пороге стоял Кранадж, раздувая ноздри в гневе. Он был облачен в богатый доспех, отливающий золотом, чрезмерно вычурные сапоги и плащ из пушистой белой шкуры не иначе какого-то полярного медведя. Эдакий средневековый сутенер. Не хватало только пары ребят за спиной в спортивных костюмах с бейсбольными битами и бумбоксом. Впрочем, вместо них были местных гопники северного разлива.

– Я велел тебе уводить людей! – С порога рыкнул на Слидгарта король и, бросив взгляд на скабенитов, охранявших дверь, добавил, – А вам велел никого не пускать сюда!

Северяне пристыжено опустили глаза, но герцогу было что ответить, с явным трудом сохраняя спокойствие:

– Ты не король Орлинга, чтобы распоряжаться здесь, кузен,

Кранадж усмехнулся, сверкнув кольцом Нартагойна на пальце:

– Другого короля у вас теперь нет, – Кранадж посмотрел на меня, добавив, – Благодаря прелестной миледи Санрайз.

Он прошел в комнату, бросив герцогу: