– Как бы нам не заплутать.

Пелена дождя стала плотнее, местность на все триста шестьдесят градусов казалась мне одинаковой: все тонкие деревца, кустики, редкие валуны, канавы и холмики. Пробираться по валежнику было тяжко даже со здоровой спиной, а с больной я и вовсе проклинал каждый выбравшийся из земли корень или скользкий от дождя валун. Как Скормуз и обещал, мы передохнули у березки, но буквально через пару минут увидели неясные силуэты позади.

– Ух, бандиты! Нужно двигаться, миледи. Если на наш след нападут, уже не оторвемся. И когда Кранаджу приестся гоняться за призраками?

Если он искал меня для Амерона, то наверно никогда. Только теперь я догадался, почему северяне так самоотверженно ищут нас. Возможно, Кранаджу действительно известно о моем бессмертии, но вот о бессмертии Скормуза речи не шло. Они искали не только меня, но хотя бы труп паладина. А его не было…

– Вы говорили о каком-то магическом мосте, с которого мы упали, – Вспомнил я.

Скормуз кивнул:

– Память возвращается к вам?

– Нет, – Вздохнул я, – Поэтому хотела спросить, как мы уцелели?

Паладин говорил о каком-то трюке, но тогда меня больше заботила моя спина. Она и сейчас меня заботила, но к ней присоединились толпы злобных северян, которые явно пытались отыскать труп Скормуза, нагло разгуливающего по горам.

– Кое-какой дар от Благодати мне все же достался. Им я и воспользовался… Осторожно, миледи, здесь скользкие камни.

Я покорно уставился под ноги и после небольшого кордебалета ступил на пожухлую траву.

– Что за дар?

Я оглянулся назад: преследователи либо отстали, либо скрылись из виду.

– Мне удалось замедлить наше падение. Тогда вы уже были без сознания, так что не удивительно, что вы этого не помните.

– Не помню ничего, что произошло после утеса над долиной монстров.

Помедлив, Скормуз, как и обещал, в двух словах поведал мне об огненном дожде и событиях, которые последовали после него. Рассказал, как выжил в бою с монстрами и стал свидетелем смерти Нартагойна.

– Я едва не выдал себя Кранаджу, но вовремя остановился. Дождался, когда мерзавец уведет своих людей вместе с вами и лишь потом подошел к Нартагойну.

Скормуз нахмурился, облизав пересохшие губы:

– Он был еще жив, но помочь ему я уже не мог. Только забрал кольцо по его просьбе… и простился.

Паладин замолчал, погрузившись в скорбные воспоминания, а я не стал больше его расспрашивать. Как Скормуз преследовал Кранаджа, было уже не столь важно, а что в это время происходило у Санрайз, он мне рассказать не мог. Больше мы не тратили сил на слова. Скормуз лишь изредка предупреждал меня о корнях, камнях и прочем мусоре, который мешал идти. Спустя полчаса боль в моей спине унялась до терпимого уровня. Возможно, помог силен-корень, а может я просто начал к ней привыкать. Так или иначе, но уже минут через сорок, я смог передвигаться хоть и неуверенно, но самостоятельно.

– Как доберемся до укрытия, сварю вам настой и к утру вы забудете о ране.

– Но не забуду о засранце, который ее нанес.

– Да, Кранадж свое получит. Я буду счастлив, если вы позволите мне возглавить новую армию, когда взойдете на престол. Обещаю, что голова Кранаджа будет доставлена вам в кратчайшие сроки.

Я потерялся в собственных мыслях после этих слов. Скормуз говорил так, будто решение уже принято и из всех проблем в Орлинге осталась только коронация Санрайз и засранец Кранадж. Да, я был бы рад отомстить мудаку, но это точно не было целью номер один. Кроме того, я понятия не имел, планирует ли Санрайз стать королевой Орлинга.

– Прежде стоит разобраться с Разломом и Амероном, – Напомнил я.

– Кранадж уже стал частью этой проблемы и вполне может случиться, что с ним придется разбираться в первую очередь, – Ответил Скормуз.

Где-то из глубин моего подсознания подал голос Димка-игрок, решивший, что слова Скормуза могут оказаться подсказкой, но я определенно не собирался бросать друзей в плену и тащиться на какую-то коронацию. Черт, мне нужно было посоветоваться с Санрайз, узнать…, может она действительно собралась стать королевой и до моих друзей ей дела нет. Проклятье, как же мне хочется поговорить с ней прямо сейчас!

– Осторожно, миледи!

Я запнулся об очередной корень и устоял на ногах только благодаря расторопному паладину.

– Спасибо, – Выдохнул я.

Скормуз кивнул, указав вперед:

– Вот эта роща, совсем близко.

Не сговариваясь, мы оглянулись назад. Утро было в самом разгаре, но солнце застилали толстые серые тучи, поэтому весь пасторальный пейзаж казался тоскливым и унылым. Нас это радовало, поскольку любое лишнее движение на горизонте не предвещало ничего хорошего. В эту пору хотелось устроиться возле камина и послушать жуткие истории про всяких оборотней и прочих тварей, но так уж вышло, что мы оказались в подобной истории и чудища вокруг были самые настоящие, поэтому пересекаться с ними не было никакого желания.

Мы продолжили путь, почти скатились с неровного склона по скользкой траве, миновали полностью затопленный дождем овраг по топкой грязи.

– Следов для толкового следопыта мы оставили массу, – Вздохнул Скормуз.

На мой взгляд, тут и бестолковый разберется, но я не стал об этом говорить. Мы наконец-то добрались до рощи. Бесконечный дождь теперь донимал чуть меньше, хотя у меня все равно было ощущение, что я искупался в реке. Только через полчаса блуждания по роще, вздрагивая от каждого шороха, мы добрались до крутого склона горного хребта и побрели вдоль него, рассчитывая найти хоть какое-то укрытие. Пару раз мы слышали вой, напоминавший волчий, но гораздо более грозный и утробный. Один раз наткнулись на изувеченную тушу оленя, от вида которой меня пробила холодная дрожь. Брюхо оленя было вспорото, но как будто изнутри. Из животного явно что-то вылезло!

– Черт! – Выдохнул я, поспешив убраться от туши подальше.

Скормуз промолчал, но по его лицу было заметно, что он, так же как и я задумался о том, чтобы убраться из рощи подальше. Х…й знает, что еще за твари тут обитали! С этого момента мне приходилось самостоятельно следить за своей устойчивостью, поскольку Скормуз теперь не выпускал меч из рук. Мы блуждали среди деревьев, путались в корнях, цеплялись за колючие кусты, но ничего похожего на надежное укрытие не находили. Я потерял счет времени, ко мне вернулся озноб. Пару раз мне мерещился темные дымок среди спутавшихся веток, который плыл параллельно нашему движению. В такие моменты, я пытался отыскать источник этого дыма, запинался о какую-нибудь корягу, матерился как сапожник и забывал о «тучке» спустившейся в чащу. Скормузу я о ней не говорил, поскольку был почти уверен, что меня глючит. Сам Скормуз метался глазами по округе и, судя по выражению лица, где-то за маской благовоспитанного паладина вовсю матерился обычный старикан. Свою злость он срывал на ветках, посмевших преградить нам путь, но ко мне обращался неизменно вежливо и учтиво. Похоже, он уже окончательно убедил себя, что я его королева и все, что от него требуется, это доставить меня до моего дворца. А я бы сейчас полжизни отдал даже за ветхий сарай, в котором можно было укрыться от вездесущего дождя и жутких теней.

– Эй! – непроизвольно сорвалось с моих губ, когда я заметил явное движение там, где раньше блуждала моя «тучка», – Там что-то есть.

Скормуз посмотрел туда, куда я указывал. На этот раз тень не размывалась, будто облако, а была вполне себе четкой. Я облегченно заметил, что Скормуз тоже ее видит, значит меня не глючило.

– Оставайтесь здесь, миледи, – Смело предложил Скормуз.

– Них…я, – Не очень смело ответил я, – Я с вами. Магия и меч лучше, чем просто меч.

Конечно инстинкт подсказывал, что нам лучше просто свалить подальше от неясного силуэта, но разум убеждал, что такое нечто лучше за спиной не оставлять, по крайней мере не выяснив, с чем мы имеем дело.

Крадучись мы стали приближаться к силуэту и с каждым шагом у меня отлегало от сердца. Уже после пяти шагов мы смогли опознать в силуэте очередного оленя, ростом метра в полтора. Он замер на небольшой прогалине, будто попал в свет автомобильных фар.

– Кажется, у нас есть шанс раздобыть себе ужин, – Улыбнулся Скормуз.

Припомнив предыдущую оленью тушу, неведомо кем выпотрошенную, я решил, что вполне могу ограничиться ужином из ягод или даже корой с дерева.

– Думаю, скабениты нас уже потеряли, – Не очень уверенно продолжил Скормуз, – Вы можете воспользоваться магией и подстрелить этого оленя.

Мы замерли метрах в десяти от животного, которое по-прежнему пребывало в каком-то ступоре, только пушистый хвостик подрагивал.

– А если скабениты не отстали? – Шепотом спросил я.

Помолчав, Скормуз предложил:

– Я могу обойти зверя, а вы спугнете его в мою сторону. Попробую прикончить его мечом.

Я слишком устал, чтобы спорить, поэтому согласился, хотя мне хотелось послать оленя на х…й и найти уже какую-нибудь пещеру, чтобы мирно потерять там сознание на пару дней.

Скормуз принялся обходить оленя слева, а я замер, опасаясь спугнуть его раньше, чем паладин встанет у него на пути. Борясь с ознобом, я вытер пот и капли дождя с лица. Снова перед глазами возникла странная «тучка». Она не исчезала, даже когда я пытался проморгаться. Слово в каком-то бреду я следил за маневрами «тучки», почти забыв о Скормузе. Дым, напоминавший кусочек тумана, только черного цвета подплыл к оленю, лишь теперь заставив его нервно переступить копытами. На какое-то мгновение мне показалось, что животное видит «тучку» как и я, но олень даже не дернулся, когда она заплыла ему прямо в ноздри. Снова потерев глаза, я убедился, что тучка исчезла, и только теперь заметил отблеск на мече Скормуза, который явно подавал мне знак. Я был уверен, что мне не потребуется сильно напрягаться, чтобы спугнуть животное, поэтому несколько удивился, когда отчетливо хрустнувшая ветка под моей ногой не произвела на оленя никакого впечатления. Он только медленно повернул голову в мою сторону и уставился на меня странными и жуткими блеклыми глазами. Он будто был слеп, но смотрел прямо на меня, от чего у меня волосы зашевелились на затылке. Краем уха я услышал, как Скормуз помчался к зверю, вскинув меч, но тот внезапно бросился прямо на меня. От накатившего страха я даже не сообразил использовать магию и просто отпрыгнул в сторону, насколько мне позволяла раненая спина. Х…евый из меня охотник! Оказавшись на сырой земле, я развернулся к оленю, убежденный, что засранец уже учесал галопом в лес, но проскакав метров шесть от меня, олень внезапно замер. Словно в каком-то кошмаре, он медленно развернулся ко мне. Только теперь на его морде я заметил кровавые разводы, словно травоядная зараза где-то успела напиться крови. Приглядевшись, я заметил, что кровь сочилась у оленя из ноздрей и даже глаз, окрашивая бельма в розовый цвет.

– Миледи, вы в порядке?!

Ко мне подскочил Скормуз, но я словно завороженный смотрел на обезумевшего зверя.

– Это что за хрень? – Выдохнул я.

Олень взбрыкнул и потряс головой, словно его одолели скверные мысли. Из его пасти хлынул целый поток крови.

– Ох, проклятье! – Выдохнул Скормуз, – Пожалуй, этого оленя лучше оставить падальщикам.

Похоже, животина приболела на всю кукушку, но у меня из головы не шла «тучка», которая забралась оленю в нос, и я теперь всерьез опасался заболеть также.

– Идем отсюда! – Предложил я.

Паладин кивнул и помог мне подняться, но уйти далеко мы не успели. Проблевавшись кровью, олень снова уставился на нас. Если бы не этот остекленевший взгляд, я бы не счел животное серьезной угрозой, но мне на память пришли фильмы про зомбаков, и сразу стало как-то дурно. Впрочем, тварь подохла раньше, чем сумела добраться до нас. Сделав пару шагов в нашу сторону, олень снова замер и издав какой-то потусторонний душераздирающий вопль, буквально взорвался! Его глаза лопнули, брюхо разошлось пополам, и из нутра животного внезапно показалась нечто, напоминавшее человека. Все мое тело онемело от ужаса, хотя мне казалось, что я уже насмотрелся всякого и к такому вполне мог быть готов. Должно быть, все дело было в ознобе и слабости, охвативших меня, а может в том, что существо сильно походило на коллекционера, с которым я бы предпочел никогда больше не пересекаться. Впрочем, не только меня впечатлило появление демона. Скормуз замер в таком же изумлении, как и я. Мы словно вкопанные наблюдали, как из позы терминатора прибывшего в прошлое, поднимается темнокожее существо с тонкими длинными волосами, напоминавшими дым. В один миг, она выросла до размеров среднестатистического человека. Тварь хоть и была худосочной, но при этом имела внушительные зубы, которые росли не только в пасти, но казалось, выбрались за ее пределы, торча шипами под белесыми глазами и вылезая под нижней губой до самого подбородка. Шею монстра укрывал шипованный костяной воротник, и в целом было сложно понять, где находится скелет монстра – внутри или снаружи. Хотя длинные когти прямо на наших глазах, выползли наружу из пальцев монстра. Монстр точно имел что-то общее с коллекционерами, но казался плотнее и больше походил на человека. Возможно, это был какой-то подвид, а может быть, монстр из Бездны эволюционировал, нажравшись местных ДНК. В любом случае, я был уверен, что намерения у твари самые скверные и, вырвавшись из ступора, решительно шмальнул в тварь магией. К счастью, в отличие от коллекционера, монстр не был огнеупорным и получил неплохой ожег, яростно зарычав на нас брутальным басом. К сожалению, одного магического шара ему было мало, чтобы успокоится и уже через мгновение, он бросился на нас. Скормуз заслонил меня, вскинув меч и ловко рубанув монстра. Тварь пореза даже не заметила, хотя он точно был. Заблокировав лапой второй удар паладина, монстр тут же ответил своим, припечатав Скормуза к тонкой березке. Я не мог атаковать магией, опасаясь, что задену паладина, но меча при мне не было, поэтому все, на что я решился, это отвесить монстру пня. Зад у него оказался каменным, и я едва устоял, добавив к искалеченной спине еще и искалеченную ногу. Зато в этот момент снова атаковал Скормуз и сумел воткнуть меч в брюхо монстра. Я помнил, что коллекционеру такие удары были до лампочки, но надеялся, что этот монстр будет повосприимчивей к металлу в организме. Как оказалось, зря. Тварь завыла, невозмутимо влепив старику пощечину, от которой он рухнул на землю, выпустив меч. Прихрамывая, я отскочил подальше и снова выпустил огненный шар, заставив отступить монстра. Рыча, он уставился на меня и, перехватив застрявший в пузе меч, выдернул его. Я изумленно наблюдал, как из раны сочиться не кровь, а уже знакомый дымок. Он курился из монстра, будто из лампады и поднимался над его головой, затем внезапно резко устремился ко мне. Я в панике отскочил, воображая, как зараза заплывает ко мне в нос, обещая судьбу несчастного оленя. Под ногу подвернулся очередной корень, и я свалился на задницу, завыв от боли в спине. Дымок пронесся надо мной, а сам монстр в это время, отбросив меч, бросился к Скормузу, который только теперь с трудом поднялся на ноги. Я бы мог как-то помочь паладину, но мой разум был полностью занят кружившей рядом тучкой. Она ловко терялась в сумраке, на фоне настоящих туч ее едва можно было разглядеть, но она никуда не делась и крутилась вокруг меня словно стая оголодавших комаров. Всякий раз, замечая ее, я выпускал по ней шлейф пламени, но оно оказалось бессильно против этой хрени! Зато мои силы пожирало в два раза активней, чем прежде…. Уличив момент, я убедился, что у Скормуза дела обстоят не лучше. Монстр с размаху пнул его ногой, снова повалив на землю, но паладин все же сумел увернуться от следующего удара и попытался добраться до меча. Не представляя как бороться с дымом, я выпустил огненный шар в более плотную мишень, надеясь, что помогу Скормузу добыть оружие.