– «Вот ведь сука!» – Выругался Пиксель, – «Мы надеялись, что тебя он не достанет».

Звучало так, будто остальные уже знали о предательстве короля Севера и Пиксель подтвердил это, добавив:

– «Он отловил нас, обвинил в убийстве Нартагойна и теперь тащит в Скират».

– Значит, он поймал вас всех? Дима тоже с вами?

– «Нет, Димы нет. Поэтому мы и надеялись, что тебе удалось сбежать. Черт, это ведь пиз…ц какой-то!».

Я бы могла рассказать о своем побеге, но это казалось не существенным на фоне новостей Сереги. К тому же, если Дима загрузился там, где мы сохранились, значит, Кранадж скоро настигнет его, а может уже настиг, просто мы об этом пока не знаем.

– Далеко уйти мне не удалось и Диме вряд ли удастся…, – Вздохнула я.

– «Почему?».

– Кранадж знает о нашем бессмертии.

Серега притих, явно переваривая неожиданную для него новость, затем спросил:

– «Откуда?».

– Скорее всего, от Амерона. Он поделился своим открытием со мной и Нартагойном, после того, как спас нам жизнь, вмешавшись в бой с монстрами.

– «Кранадж сказал, что ты убила Нартагойна…» – Вспомнил Серега, – «Мы сразу решили, что он пиз…ит, но эту позицию мудак активно продвигает в массы».

Перед моими глазами возник бледный, угасающий король Юга, я снова ощутила его холодную руку в своей. Мною опять овладела досада на то, что я не решилась погибнуть и обратить время вспять, но разум упорно твердил, что это могло сработать только в том случае, если бы погибли все Всадники. Кранадж верно подметил, что у нашего бессмертия есть масса условностей, которые не позволяют нам играючи справиться с Разломом.

– Он мертв, – Ответила я, наконец, выбравшись из мрачных мыслей, – Кранадж убил его лично, на моих глазах.

Кратко, сдерживая чувства, я рассказала о том, как к нам на выручку пришел король Севера, чем это обернулось для Нартагойна и что мне удалось узнать от Кранаджа после.

– «Зае…сь! А потом он тебя прикончил?».

Несмотря на то, что, по сути, так и было, я все же рассказала Сереге о том, как меня выручил Скормуз, и еще какое-то время нам удалось протянуть, убегая от разъяренного короля Севера.

– «Да уж…, хрен мы теперь доберемся до Разлома» – Вздохнул Пиксель,

– Кранадж говорил вам о планах Амерона? О том, что вас ждет в Скирате? – Я пропустила мимо ушей пессимистичное утверждение, пытаясь понять, с чем нам придется столкнуться и есть ли еще какой-то шанс вырваться из плена.

Быть может, у нас будет время, прежде чем Амерон прибудет в Скират.

– «Нет. Он Амерона даже не упоминал. Предатель гребаный!».

– Где он вас держит?

– «В клетках. Не поленился тащить с собой специально для нас. Видать с самого начала это планировал. Гвардейцам навтирал, что мы преступники и убили Нартагойна, так теперь они на нас как на чудовищ смотрят. Только Рыжик ему вроде не поверил и все про тебя спрашивает».

– Он жив? – Искренне обрадовалась я.

Мне казалось, что Кранадж добьет мага по дороге, чтобы не возиться с ним, но, похоже, решил использовать его в своих интересах.

– «Жив», – Голос Пикселя внезапно стал безжизненным, – «Из нашей компании только Лийсар…».

Он замолчал, но я знала, каким должно было быть продолжение, и тихо ответила:

– Я соболезную. Мы видели могилу, когда шли с Нартагойном обратно и добавили к ней камней.

Мне послышалось, что Пиксель всхлипнул, а после не твердым, срывающимся голосом произнес:

– «Я тогда испугался смерти. Вспомнил, как меня волки погрызли. Черт…, я сбежал как трус!».

Пиксель словно исповедался, но я не могла отпустить его грехов, а обвинять и не думала. Более того, слова Сереги напоминали мне о собственной трусости.

– «Если бы не мешкал, мог бы ее спасти, но… Суки повылазили изо всех щелей! Я вернулся за ней, но слишком поздно и ни одного еб…чего пузырька зелья не осталось как назло!».

Я молчала, отчасти позволяя Пикселю пропустить через себя болезненное прошлое, отчасти просто потому, что для таких случаев отыскать подходящие слова было невозможно. Только когда его слова стали совсем не разборчивыми, я заметила:

– У нас всех есть шанс не вернуться из этого похода. Возможно, даже бессмертие вскоре иссякнет.

Подобные слова бодрости не внушали, но я и не ставила себе такой цели. Я лишь напомнила Пикселю о том, какая цель перед нами стоит, переключив его внимание с прошлого на настоящее.

– «Я теперь считаю, что нам просто нужно встретиться с Амероном» – Предположил Серега, придя в себя, – «Выслушаем его, выясним все про Разлом, а после прикончим. Может на этом все и закончится».

Я на это особо не рассчитывала. Даже если Амерон действительно собирался вернуть Всадников в их мир, цена такого возвращения могла оказаться непосильной для нас. К тому же он едва ли мог помочь мне с Димой. Но иного выхода у нас, похоже, не было. Проклятье, Диме не просто будет во всем этом разобраться без моих писем! Все, что я могла для него сделать, это поделиться всеми новостями с Пикселем, в надежде, что он успеет передать их, но я не могла себе даже представить, чем обернется для Всадников встреча с Амероном и, несмотря на страх перед некромантом, предпочла бы сама принять участие в этой встрече. Во мне пробудилась неожиданная тревога за Диму, будто я оставила его один на один с неведомым чудовищем. Пришлось напомнить себе, что Дима уже проделал не маленький путь и лично встречался с Амероном. Передо мной возникли кадры из его видео, я будто наяву услышала его голос. Быть может, здесь, в этом мире он и был всего лишь студентом, но в моем…. Нет, Дима, ты вовсе не никчемен! Разговор с Пикселем еще не закончился, но мои мысли уже сочиняли ответ для Димы, и я была готова записать видео для него, потому что тоже хотела, чтобы он увидел мою искренность! Словно почувствовав, куда убежали мои мысли, Пиксель произнес:

– «Осталось только дождаться Димона. Ты смогла посмотреть видео, которое он тебе записал?».

– Да, – Кратко ответила я.

Пиксель вроде повеселел, вспомнив похабное замечание Вероники:

– «Он не тряс перед камерой своим хозяйством?».

– Нет, – Снова без подробностей ответила я.

Несмотря на то, что видео Димы было абсолютно целомудренным и пристойным, я все же считала его слишком откровенным, чтобы делиться с кем-либо подробностями. Это послание касалось только меня и его, и я была настроенная ответить взаимностью на откровенность Димы. А для этого мне потребуется время.

– «Это логично» – Рассудил Серега, – «Ты ведь сама, прямо сейчас, можешь его изучить».

Рассудив, что Пикселя понесло в сторону от адекватного разговора, и что я вроде бы рассказала ему все важные новости, я ровным голосом ответила:

– Мне нужно записать ответ Диме, пока я еще здесь. А тебе следует передать ему все, что я рассказала.

– «Передам».

– И…, скажи ему, что я просто не успела написать обо всем из-за Кранаджа. Просто не было времени…, ни одного мгновения.

Пиксель, похоже, услышал в моем голосе тревогу и спешно ответил:

– «Не волнуйся, на тебя он точно не обидится».

Не найдя слов, я просто молча кивнула.

– «Ладно, я пойду хоть передохну пока, снова не очухался в вонючем лагере мудака Кранаджа. Удачи тебе с ответом Димке».

– Спасибо, – Искренне поблагодарила я.

На этом мы распрощались. Я положила телефон на стол и, какое-то время, просто смотрела на него, будто разговор с Пикселем отнял последние силы. Мне действительно хотелось отдохнуть, прежде всего, от собственных чувств и волнений. Мой взгляд непроизвольно скользнул ниже пояса Димы, а в голове всплыли слова Пикселя. Чушь какая! Я не собиралась раздевать Диму, зачем мне это?! Я потрясла головой, прогоняя прочь воспоминания о пробуждении в ванной с пульсирующей плотью в руке, но тело Димы отозвалось на него прежде, чем непрошеные картинки растворились в небытие. Я спешно отвела глаза от брюк Димы, не представляя как унять внезапное возбуждение. Проклятье! В собственном теле, это было гораздо проще! Решительно поднявшись из кресла, я направилась в ванную комнату и, припомнив инструкцию Димы по использованию крана, включила воду. Лишь мельком взглянув на ванну, я снова вспомнила обнаженного Диму в ней и, закусив губу, уставилась в зеркало. Парень в нем был совсем растерян, возбуждение выдавал легкий румянец на щеках, теперь я уже не просто ощутила, но увидела небольшую щетину, которая определенно делала Диму более мужественным. Наряду с возбужденным достоинством, которое никак не покидало моих мыслей, напирая внизу, образ был крайне провокационным.

– Уймись! – Почти рыкнула я, то ли Диме в отражении, то ли его достоинству в штанах, то ли самой себе, запрятанной в это чужое тело.

Умыв лицо холодной водой, мне удалось немного согнать возбуждение. Мысли стали успокаиваться, но браться за ответ Диме я еще не была готова. Вместо этого я прошла на кухню и взяла себе поесть. В этот раз я уже не боялась холодильника и могла изучить все продукты, которые там были. Взяла все более-менее знакомое и наскоро перекусила. Тело Димы, хвала Благодати, успокоилось, и я снова вернулась в комнату. Какое-то время я собиралась с мыслями, осознав, что предстоящее послание для меня даже важнее, чем то, что я сообщила Пикселю. То были всего лишь факты, теперь же мне предстоял куда более личный разговор. Сев в кресло я взяла телефон и подвинула к себе инструкцию Димы. Записать видео было не намного сложнее, чем включить его и очень скоро я увидела на маленьком экране себя в теле Димы. Нужно было только нажать на красный кружок и начать говорить…, но это было самым сложным. Я видела, как Дима на экране нервно облизал губы, повторив за мной будто отражение в зеркале.

– Давай, Санрайз, – Сказала я себе, – Ему это тоже было не просто, но он справился.

Решительно отбросив мысль снова взяться за ручку и бумагу, я нажала на «запись».

– Уффф, бл…ть, – Выдохнул я, открывая глаза.

Меня разбудила дикая боль в спине, от которой будто онемело все тело. Нечто подобное я ощущал, когда на мне полдня проспал кот Яшка, пренебрегая моим комфортом. Я лежал на животе с отчетливым впечатлением, что меня переехал КамАЗ. Даже с открытыми глазами я не смог сориентироваться на местности, по выцветшей, увядшей траве, серым валунам и пропаже моего дивана догадался только, что снова оказался в мире Санрайз. Резво вспомнив о том, что этот мир кишел чудовищами и то, которое меня явно покалечило, могло находиться рядом, я кое-как попытался подняться, но кто-то настойчиво удержал, надавив на плечо, отчего я снова ткнулся лицом в свернутый плащ. Для монстра прикосновение было весьма любезным и тактичным, да и голос у него оказался вполне человеческим:

– Спокойно, миледи, я лишь промою рану.

Голос был знакомый, но узнал я его не сразу. Скормуз! Удивиться его компании я не успел, зашипев от нового приступа боли.

– Скверно, миледи, – Пробормотал паладин, которого я все еще не мог видеть, – Похоже поврежден позвоночник.

Заеб…сь! По телу волной пробежала дрожь, я едва не ударился в панику, вообразив, что оказался парализованным, но вроде бы мог пошевелить и руками и ногами. Может Скормуз так себе врач? Я ощутил, как по онемевшей спине растекся холод и только теперь я осознал, что обнажен по пояс. Бл…ть!

– Что… случилось? – Выдохнул я, примиряясь с новой волной боли.

Дико хотелось развернуться, оглядеться и понять, где нахожусь и с кем.

– Мы сорвались с магического моста, – Не особо прояснив ситуацию, ответил Скормуз, – Мне удалось воспользоваться кое-каким трюком, чтобы мы уцелели при падении, но стрела Кранаджа, доставшаяся вам ранее, сильно усложнила мне задачу.

– Кранаджа?! – Удивленно выдохнул я, непроизвольно дернувшись и тут же застонав.

– Осторожней, миледи. Давайте я вам помогу.

Я ощутил на этот раз теплые прикосновения где-то в районе поясницы, Скормуз принялся бережно заматывать мою рану, приговаривая:

– Я нашел немного силен-корня, сделал холодный настой и обработал рану, но какое-то время вам придется ограничиться исключительно горизонтальным положением на боку или животе.

Наконец с помощью паладина я перевернулся на бок и когда очередной спазм, ослепивший меня, прошел, картина мира значительно расширилась. Сперва мне казалось, что мир вокруг плывет сквозь пучину вод. Очень к месту шелестел дождь, сбивая с ветвей последние листья. Кое-как я сфокусировал взгляд на Скормузе, который тут же отвернулся, напомнив мне, что я несколько обнажен. Грудь Санрайз была скрыта задранной черной рубашкой, но она с трудом справлялась со своей задачей, обнажая нижнюю часть сфер, которую я тут же прикрыл рукой.

– Позвольте…, – Резво подобрался Скормуз и ловко завершил повязку у меня на животе, – Мне пришлось вас немного раздеть, не переживайте, пределы дозволенного я знаю, хотя успел заметить, что шрамов для столь юного тела многовато.

Паладин, покончив с повязкой, помог мне облачиться в доспехи. Его слова вызвали во мне чувство вины перед Санрайз, которое сорвалось с губ тяжелым вздохом. Впрочем, не за все шрамы ответственность на мне. Кроме того, я впервые задумался о возрасте Санрайз, но задумался ненадолго: спрашивать у девушки о возрасте не прилично, да он меня и не волновал. Даже если Санрайз на деле перевалило за сотню лет, мои чувства к ней это не изменит. Вздохнув, я снова огляделся, на этот раз внимательней, на предмет наличия хоть какого-то объяснения происходящему, поскольку Скормуз с этим не справлялся. Похоже, мы оказались в каком-то овражке, едва прикрытые от дождя куцыми деревьями над головой и кустом смородины справа. Монстров я вокруг не видел, но это не значило, что их здесь не было.

– Вот, – Паладин протянул мне флягу, – Я набрал немного воды, попейте.

Несмотря на изобилие воды вокруг, я действительно обнаружил сухость во рту и послушно приложился к фляге.

– Оставаться здесь нельзя, нужно найти убежище,

Скормуз огляделся по сторонам, и я последовал его примеру. Ни армии, ни моих друзей…, никого вокруг, только кривые деревья, терзаемые дождем и ветром.