– «Привет, Санрайз. Прости, что не написал в прошлый раз. Мне так много хотелось сказать тебе, но сил подбирать слова, путаться в предложениях раз за разом зачеркивая их и начиная заново, у меня уже нет. Как и тебе, мне важно доверие между нами, но я не уверен, что ты сможешь полностью довериться словам на бумаге, поэтому я записал видео для тебя…».

Конечно, Дима счел нужным пояснить, что же такое видео, но сделал он это так, как не могли сделать ни Андрей, ни Дарлис, ни Пиксель, обратив мое внимание именно на то, что было важно для нас обоих: «Не буду вдаваться в технические подробности, тебе следует знать лишь то, что мой телефон может записать, как я говорю с тобой. Ты увидишь и услышишь меня, таким, какой я есть, так, будто нам, наконец, удалось встретиться в разных телах». От этих слов по моему Диминому телу пробежала дрожь. Все то, о чем говорил Андрей! Непрошенными вспомнились и слова Вероники о том, что Дима мог записать видео с демонстрацией своего мужского достоинства…, хотя в этом не было никакого смысла. Мой взгляд против воли опустился на промежность тела, в котором я оказалась, а щеки внезапно загорелись огнем. Я уже видела все, что Дима мог показать…, и…, знает ли он об этом?

– Проклятье, Санрайз, о чем ты думаешь?! – Разозлилась я на саму себя.

Мы оба видели друг друга без одежды и оказывались в весьма пикантных ситуациях. Все это уже пройденный этап и судя по предисловию, которое написал Дима, настроен он был отнюдь не демонстрировать свое достоинство!

«Внизу я нарисовал схему, как ты можешь запустить видео, а после сделать свое, если захочешь. Я был бы рад услышать тебя, хотя знаю, что ты будешь в моем теле и говорить моим голосом…, надеюсь, ты запишешь ответ, и он не сведет меня с ума…» Последние слова были зачеркнуты, но я сумела их разобрать. Если я правильно поняла принцип работы видео, то мне была понятна тревога Димы. В конце своей инструкции Дима позволил мне оставить ответ на бумаге, если я вдруг не смогу или не захочу записывать видео. Выдохнув, я, наконец, взяла со стола телефон, будто магический артефакт, способный уничтожить мир. Быть может мир целиком это устройство уничтожить не в состоянии, но вот мой собственный пошатнуть вполне могло…. Кранадж, бегство от него, даже смерть Нартагойна, все это осталось где-то в прошлом, как будто мой мир уже перестал существовать. Меня волновало только видео в телефоне. Устроившись в кресле, я пододвинула к себе инструкцию Димы и «оживила» телефон. Я вновь подумала о Всадниках, с трудом одолевая любопытство, но мнимая уверенность, что мои сведенья уже запоздали, убедила меня отложить общение с ними. Предвкушая увидеть Диму почти воплоти, я шаг за шагом взялась выполнять инструкцию для запуска видео. Все оказалось на удивление просто и заняло не больше минуты. Передо мной возникла маленькая картинка, подписанная «Для Санрайз», на которой я видела Диму в этом самом кресле, будто он мгновение назад был здесь…, нервно облизав губы, я коснулась ее и Дима ожил!

«Привет, Санрайз…».

Я с удивлением увидела как у маленькой копии Димы, поместившейся в этом устройстве, шевелились губы, как он смущенно водил взглядом по комнате, будто боялся заглянуть мне в глаза, но потом набирался смелости и смотрел на меня. Его голос… Я успела привыкнуть к его голосу, но сейчас он звучал как-то иначе. Возможно, потому что так работало видео, а может, это просто больше не было общением с самим собой.

«Извини, я впервые записываю подобное видео…, это довольно не просто: впервые обращаться вслух к человеку…, к которому ты не равнодушен…».

Он опустил взгляд, но я слышала, что эти слова были искренними. Святая Благодать, это было то, чего мне так не хватало в нашей переписке! Видеть его глаза, слышать его голос, наблюдать за его непроизвольной мимикой, жестами. В это мгновение наша переписка показалась мне общением с мертвецом, но теперь Дима был живой передо мной!

«Прежде всего, я бы хотел рассказать тебе о Веронике, потому что хочу, чтобы ты знала всю правду. Я не намерен ничего скрывать от тебя и…»

Теперь он покраснел и снова спрятал взгляд. В свете минувших событий я уже успела забыть о Веронике, но Дима напомнил вновь, и я снова ощутила неприятную тяжесть в груди. Что-то в подсознание пожелало остановить видео, заставить Диму молчать, но я не стала этого делать, позволив ему продолжить речь, которая давалась ему с явным трудом…

«Кое-что действительно произошло между нами, но не по моей инициативе. Вероника не знала, что я был в твоем теле, и прикасалась ко мне…». Дима шумно вздохнул, покачав головой. Я видела, как нелегко ему давались эти признания, но он не останавливался: «Все мои мысли в этот момент были о тебе, и я позволил Веронике больше, чем следовало…».

Дима замер и мне на миг показалось, что видео на этом и закончится, но он снова наклонил голову, украдкой потерев глаза. Мне показалось, что в них мелькнули слезы, но Дима тут же отвернулся от меня и теперь смотрел куда-то в сторону. Его слова вызвали во мне смятение. Он думал о Веронике как обо мне? Поэтому позволил ей прикасаться ко мне? Этот вопрос и масса других так и вертелись на языке, но видео, несмотря на то, что позволило мне взглянуть на Диму и услышать его, не давало мне возможности поговорить с ним прямо сейчас. Это было только записанное мгновение прошлого. Проклятье! Я могла лишь смотреть и слушать, а после пытаться понять…

«Я нарушил наше правило и прошу у тебя прощения». Дима посмотрел на меня, и теперь я отчетливо видела, что его глаза влажно блестели. Он не лгал мне и явно чувствовал вину, хотя я так же нарушила наше правило, проведя ночь с Салимом. Более того, я встретилась с Таней за спиной Димы. В этом не было ничего интимного, но тоже походило на предательство, учитывая его просьбу не покидать квартиру. В своем видео Дима не стал меня расспрашивать о Тане, но покорно отвечал на все вопросы, которые я задала ему в письме.

«С Таней я познакомился благодаря тебе…, номеру, который она тебе дала, когда вы встретились. Тогда я решил, что могу расспросить ее об игре…».

Так же решила и я. Похоже, Дима намеривался сделать все то, что в итоге сделала я, хотя ему не было нужды выяснять, кто такой «Bit Entertainment» и как его найти. Я уже знала ответы на эти вопросы благодаря Всадникам, но все равно ловила каждое слово Димы. Он подтвердил мою догадку, что общение с Таней было необходимо ему, чтобы не сойти с ума от одиночества в собственном мире. Казалось, все, что он произносил вслух, не подлежало сомнению, всего лишь потому, что я видела его и знала, что он не лжет. К тому же он подтвердил слова Андрея и Дарлиса о «гильдии» создавшей диск, приведший Всадников в мой мир. Удивительно, но пока я слушала Диму, у меня в голове зародилась странная мысль, не является ли его мир центром Разлома? Возможно, прямо сейчас я нахожусь там, куда мы пытались попасть с Нартагойном и его армией! Всадники пришли в мой мир отсюда, а значит, само это место может быть павшим Асагрионом! Эта мысль настолько захватила меня, что я пропустила мимо ушей рассказ Димы о кино, но из того что услышала, догадалась, что это вроде театра, точно так же записанного на видео, как это послание Димы. Я видела, как он раз за разом обращается к письму, которое я оставила, чтобы ответить на очередной вопрос. Я нашла его на столе, и теперь оно было одновременно у Димы в руке и у меня перед глазами. Поразительно!

«Я бы очень хотел встретиться с тобой в моем мире, прогуляться вместе, сводить тебя в кино и рассказать все, что тебе будет интересно…».

Глаза Димы стали мечтательными, обратились куда-то в область фантазий, и я невольно последовала за ним. Взглянув на окно, я слушала его голос и представляла, какой жизнью он живет здесь и как мы делим эту жизнь вместе.

«В моей жизни не так много событий, о которых было бы интересно рассказывать. Так уж вышло, что все бледнеет на фоне того, что происходит сейчас. Большинство людей в моем мире живут обычной жизнью: рождаются, учатся, работают, создают семьи и умирают. В почете шоумены, которых в твоем мире наверно назвали бы бардами, все те, кто занимается творчеством. Мой мир огромен и даже будь у нас пара лет, я бы вряд ли смог рассказать тебе все о нем. Что касается меня в этом мире, то я простой студент, о чем уже говорил тебе. Подрабатываю в разных местах, чтобы оплатить учебу и проживание Квартира, в которой ты сейчас находишься мне не принадлежит, я снимаю здесь комнату у пожилой женщины, которая ушла по делам как раз, когда я запустил диск с твоим миром…».

Теперь образ не богатого студента казался мне ближе к реальности. Дима рассказал, что хоть в его мире по прежнему в цене драгоценные металлы и камни, люди расплачиваются особыми бумагами и монетами, на ценность которых влияет экономическая политика. Он любезно предложил мне изучить его кошелек, что я уже успела сделать без его ведома ранее. Слушая Диму дальше, я все больше склонялся к мысли, что это его мир напоминает вымышленную сказку с ненастоящими деньгами, фальшивым оружием и приключениями.

«Я не владею оружием, а о магии у нас люди только мечтают. Меч, который ты нашла, это просто сувенир из еще одной игры, но не такой как твой мир. Я бы хотел показать тебе, как оказался в твоем мире, я бы не стал скрывать этого, но ноутбук и компьютер разбиты и я опасаюсь теперь экспериментировать с этим диском».

Дима покопался в тумбочке и показал мне диски, которые я уже видела. Он на словах и жестами пытался объяснить мне, как обычно происходит «игра». Теперь, когда я могла наблюдать за ним и слушать, все это стало куда яснее, и что для меня был особенно важно, так это то, что Дима постоянно акцентировал внимание на том, что мой мир отличается от простых игр. Он во всех подробностях рассказал, как запускает игру, как создает персонажа, за которого в дальнейшем будет играть. Все это он проделывал сидя в этом кресле, наблюдая за ненастоящими существами через экран компьютера, управляя ими с помощью «клавиатуры» и «мышки»... Не было никакого перемещения в другие миры, как произошло с моим!

«Я сам не обладаю никакими сверхспособностями, именно поэтому люди в моем мире создают такие игры, чтобы на время забыть об унылой реальности и почувствовать себя магами, киллерами, рыцарями, да кем угодно, лишь бы не обычным собой».

Дима вздохнул, погрузившись в раздумья. Казалось, он забыл о том, что говорит со мной, но и я невольно погрузилась в размышления над его словами. Все сказки, фэнтези, кино и игры…, все это было простым развлечением для простого студента, который ворвался в мой мир и мою жизнь!

«Поэтому я чувствую себя никчемным рядом с тобой…» – внезапно продолжил Дима после долгого молчания. «Ты даже не представляешь, как изменила мою жизнь…».

– Представляю, – Сорвалось у меня с губ, – Ведь ты изменил мою не меньше.

«Санрайз…» – Он посмотрел как будто прямо мне в глаза, – «Если бы я нашел способ покинуть твое тело, но остаться в твоем мире…, я бы остался. Поначалу эта мысль казалась мне безумием, но теперь…. еще одна причина, по которой я решился записать это видео, желание сказать то, о чем раньше мог только написать…».

Мое чужое сердце забилось в груди чаще, нагнетая тревогу. Дима облизал губы, опустив глаза, но потом снова посмотрел прямо на меня и произнес на выдохе, будто спустил тетиву:

«Я люблю тебя, Санрайз».

Он замер, и я замерла вместе с ним. Какое-то время мы смотрели в глаза друг другу. Я знала, что он не видит меня, но я видела его: невзрачного, худощавого мальчишку из унылого мира, главным достижением в котором было найти хорошую работу и не умереть со скуки. Мальчишку, который в моем мире одолел множество монстров, нежити, враждебных эльфов и стремился в самое пекло, чтобы вернуться в мир, из которого пытался сбежать с помощью книг, фильмов и игр. Мне хотелось остановить видео, но оказалось, Дима сделал это раньше. Он так и не шелохнулся, и я поняла, что это конец его послания. Вспомнив, что очнулась в его теле лежа на диване, я догадалась, что он прервал видео намеренно. Вероятно вложив всю свою оставшуюся смелость в последние слова. Его лицо снова превратилось в неподвижную картинку, но я не могла оторваться от него. В голове еще звучали слова, которые он раньше только писал. Тогда я принимала их за игру, я не желала относиться к ним серьезно, но сейчас… Он смотрел на меня и говорил со мной, несмотря на то, что не видел меня. Я видела его глаза и знала, что за его словами не скрывается никакого обмана. На мгновение мне показалось, что он сидит рядом со мной, в этой комнате, и мы действительно встретились здесь в его мире. И он произносит эти слова. Я почувствовала, как мои губы тронула улыбка, которую я не могла объяснить. Возможно из-за безумного бегства от Кранаджа, эта квартира, тихая и безопасная показалась мне уютной, но стоило представить здесь Диму, представить, что я нахожусь в собственном теле, как уюта заметно прибавилось. Даже пурга за окном действовала на меня успокаивающе. Но покой длился не долго. Димы здесь не было, я была в его теле, а он сам сейчас был в опасности, в моем мире! Я снова посмотрела на его изображение, коря себя за то, что не нашла свободной минуты, чтобы написать ему о гибели Нартагойна, о предательстве Кранаджа, о его связи с Амероном, о том, что Дима был прав и теперь нам нужно искать способ самим, без поддержки армии, добраться до Разлома. Я снова вспомнила о своем намерении связаться с Всадниками и, помедлив, закрыла видео послание Димы. В голове все еще звучал его голос, поэтому пальцы сами неведомым образом отыскали нужные кнопки, и вот я уже увидела список друзей Дима, как вдруг телефон запиликал, уведомляя меня о том, что со мной пытается связаться Пиксель. Выдохнув, я отложила мысли о Диме и коснулась зеленого кружочка.

– «Алле, Димон?!» – Раздался возбужденный голос Сереги.

– Это Санрайз, – Ответила я.

Телефон замолчал, и только чрез минуту Пиксель заговорил снова:

– «Черт, ты давно в его теле?».

– Недавно, – не желая откладывать важную весть, я тут же добавила, – Меня убил Кранадж.