– Они догоняют, – Напомнил я, бросив взгляд за спину.
– Это хорошо. Пусть не отстают.
Выбрав одному ему понятный маршрут, паладин снова погнал измотанного коня вперед. Мы пробирались через нехоженые топки из грязи и «ржавой» травы, цеплялись плащами за острые ветви шиповника, сбивали последнюю листву с низкорослых деревьев. Я все ждала, что Скормуз укажет на какую-то пещеру, где мы сможем укрыться, но не видела ничего похожего вокруг. Холм полого прирастал к гребню горы и петляя словно зайцы, мы все больше углублялись в какие-то дикие земли. Пару раз я замечала живых существ и уже была готова использовать магию против чудовищ из Бездны, но они оказывались зайцами или лисами. Пока из признаков того, что места эти были не безопасными, нам попалась только туша медведя с отметинами огромных зубов. Зато чудовище, которое убило Нартагойна погоню не оставляло и было все ближе. Уже достаточно близко, чтобы мы услышали яростные крики, среди которых прозвучала отчетливая инструкция Кранаджа, внезапно явившего новые познания в природе моего бессмертия:
– Достаточно ее убить и она возродиться рядом с остальными!
Похоже, Амерон успел неплохо изучить Всадников, хотя тут явно знал не все. Дорога стала совсем непригодна для езды верхом, но Скормуз упрямо гнал коня то в ямы, то на взгорки. Конь уже взмок от пены, а я была готова спрыгнуть с него и искать убежище самостоятельно, или вступить в бой с Кранаджем. Я даже напомнила себе, что он-то в отличие от меня не бессмертен и я могу отомстить за Нартагойна. Мне казалось это важным, будто кольцо Нартагойна требовало, чтобы я заслужила право носить его. Но в тот момент, когда я уже была готова к бою, Скормуз снова остановил коня. На этот раз на пустом невысоком утесе, которым оканчивался путь.
– Проклятье!
Он так скрупулезно выбирал дорогу, чтобы мы оказались в тупике?!
– Без паники! – Бодро отозвался Скормуз.
Я снова посмотрела назад, туда, где в паре сотен метров от нас пробирались скабениты. Паника только усилилась и стиснув зубы, я почти прорычала на ухо Скормузу:
– Что теперь?! Какой у вас план?!
– Спешиваемся!
Коню дальше явно было не пройти и я спорить не стала. Оказавшись на земле, я выхватила меч из ножен и развернулась к преследователям. Скормуз, к моему удивлению, браться за меч не спешил, вместо этого он достал мошну с монетами…
– Боюсь, милорд, у вас с собой не найдется столько денег, чтоб выкупить наши головы у Кранаджа.
– Это не для него, – Кратко ответил Скормуз, – Взгляните вокруг своим особым зрением.
Я повиновалась и тут же обнаружила вокруг нас отблески магической энергии.
– Что это?
– Дрянь редкостная, поэтому внимательно смотрите, куда ступаете.
Следуя собственной инструкции, Скормуз направился к обрыву:
– Здесь-то мне и удалось раздобыть фонарь Сигримы. Едва успел, пока старуха корчилась в судорогах.
Теперь я видела потаенные ловушки, но все еще не понимала, как Скормуз надеется отсюда выбраться, ведь дороги дальше не было.
– Ты ведь не рассчитываешь, что они все попадутся в ловушки.
– Мне хватит и одного Кранаджа, – Злобно оскалился старик, – Потом уйдем отсюда.
Я не успела спросить как. Скабениты уже подошли на расстояние выстрела. Некоторые подняли луки, но сам Кранадж не спешил. Он вел коня, не сводя глаз с меня:
– Прогулялись? – Крикнул он, – Развеялись, набрались ума?
– Куда теперь? – Прошипела я Скормузу, надеясь, что он, наконец, посвятит меня в детали плана.
– За мной, миледи!
Я оглянулась и в изумлении увидела, как Скормуз в слепую, ловко обходит ловушки.
– Подумайте еще раз, миледи Санрайз, – Покачал головой Кранадж, выезжая на «спину» утеса, – Отсюда можно только улететь.
Мне тоже так казалось, но прежде Скормуз безумцем не казался и уж точно стоил больше доверия, нежели король Севера. Я медленно отступала, краем глаза отмечая ловушки. Когда между мной и Кранаджем их набралось около десяти, я уже сама желала, чтобы он пошел за мной. Я замирала на минуту или две, дразня его. Старалась отмечать ловушки мельком, не привлекая его внимания, так словно просто пребываю в нерешительности. Скормуз уже стоял на краю обрыва. Мне хотелось верить, что он уже придумал как спуститься, хотя вполне могло оказаться, что он намерен здесь и погибнуть. Но оружия он так и не достал.
– Миледи, если вам угодно покончить с собой, то я могу предложить куда более гуманный способ, – Сказал Кранадж, подогнав коня ближе.
Я все ждала, когда он использует этот способ без предупреждения, но очевидно он все еще не желал искать меня после перерождения, потому скабениты не спешили выпускать стрелы.
– Хочешь взять меня живой, придется потрудиться, – Ответила я и развернулась спиной к королю.
Я не слышала команды, но Кранадж отдал ее. В землю передо мной вонзилась стрела, справа еще одна. Но сам Кранадж не решался подойти ко мне, помня о моей магии.
– Сколько выстрелов выдержит ваша защита, миледи? – Спросил король.
Я не стала отвечать, вместо этого продолжила двигаться к краю обрыва. Теперь стрела ударила меня в спину, заставив оступиться. Стиснув зубы от страха, я едва не наступила на серебрящуюся ловушку. Магическое зрение поглощало мои силы и скоро придется выбирать между ним и магическим щитом.
– Скорее, миледи! – Поторопил меня Скормуз.
Едва он это произнес, как скабениты вспомнили и о нем. Не дожидаясь пока стрелы лишат его жизни, паладин к моему изумлению подбросил в воздух золотой дикерт и прыгнул за ним в пропасть…, но не исчез из виду! Его голова все еще торчала над землей, словно он отыскал внизу еще какую-то приступку. Удивление возникло на лице Кранаджа, который внезапно подумал, что у нас все же есть путь к отступлению. Я больше не тянула время и тут же рванула к паладину.
– Взять ее! – Крикнул Кранадж.
Мне вдогонку полетели новые стрелы, возможно, какие-то настигли меня, но я этого не почувствовала. Я уже была на краю, но прыгнуть к паладину сразу не решилась. Он действительно стоял на приступке, но она была невидимой! Только золотой дикерт блестел у него под ногами, а еще ниже, метрах в десяти, укрытые туманом проглядывали острые камни, обещавшие если не смерть, то серьезные увечья.
– Скорее! – Скормуз протянул мне руку.
В этот самый момент, за моей спиной раздались вопли. Скабениты, изведя стрелы, бросились за мной с топорами и теперь я смогла увидеть магическую аномалию в действии. Там, куда ступили скабениты, земля внезапно дохнула мелкой пылью, будто спорами, но они не просто кружили в воздухе, а очевидно обжигали северян. Я видела, как их лица буквально плавились и стекали с черепов! Даже броня мгновенно покрывалась ржавчиной и распадалась на части. В диких воплях, за пеленой чудовищной пыли, потонул приказ Кранаджа:
– Стреляйте, идиоты! Убейте ее!
Стрелы стали вылетать из-за облака, но стрелки не видели меня и стреляли наугад. Только один силуэт замер неподвижно и я даже ощутила на себе взгляд Кранаджа, вызывающий сковывающий страх.
– Бежим!
Скормуз ухватил меня за полу плаща и буквально сдернул в обрыв. Я ощутила, как земля ушла из-под ног, но под ними тут же уплотнился воздух.
– Не стойте на месте!
Скормуз бросил еще одну монету дальше в пропасть. Там, куда она упала, воздух пошел рябью, и паладин тут же прыгнул следом, протягивая мне руку:
– Плотность возникает не надолго!
Преодолев страх я прыгнула к Скормузу, ухватившись за его руку. Лишь на миг я оглянулась, заметив, что скабениты отступили от ядовитого облака, оставив в нем почти растворившиеся трупы товарищей. Теперь они искали возможность обойти ловушку и нас с другой стороны. Очевидно, Кранадж решил, что мы нашли спуск с утеса и теперь надеялся перехватить нас внизу.
– Чертов трус уцелел! – Покачал головой Скормуз, – Но Диссур укажет мне способ покарать предателя.
Паладин швырял монеты вперед и тащил меня за собой увлекая по невидимой тропе, которая, казалось, забиралась все выше в небо, хотя на самом деле это застеленная туманом земля отступала все ниже.
– Как мы спустимся? – Запаниковав, спросила я.
Скормуз указал на еще один холм, блестевший росой в мутных лучах рассвета чуть левее нашего маршрута.
– Ясно, – Кратко ответила я.
Оставалось надеяться, что Кранадж не окажется там раньше. Было крайне не просто удерживать равновесие опираясь на воздух, каждый шаг казался безумием и мозг твердил, что мы сейчас рухнем, но мы продолжали идти, «расплачиваясь» с невидимой тропой монетами. Мне захотелось узнать побольше о похождениях Скормуза пока он следил за армией Кранаджа, но не раньше, чем мы окажемся на надежной земле.
– У нас хватит монет?
– Должно хватить. Признаться, это самая дорогая платная дорога, по какой мне доводилось передвигаться, – Улыбнулся Скормуз,
Шутка была смешной, но оценить ее мне не давала тревога. Мне не верилось, что мы смогли уйти, и как оказалось не зря. Я прикидывала, сколько еще шагов по воздуху нам предстояло сделать, чтобы добраться до соседнего холма, как вдруг ощутила сильный удар в спину. Моя голова была настолько занята тем, чтобы переставлять ноги по невидимой дороге, что в первое мгновение, я искреннее переживала, что упаду и не сразу ощутила разлившуюся от поясницы до шеи боль. Дыхание сбилось, и мозг тут же уверенно заявил, что мы падаем, хотя я все еще твердо стояла на воздухе.
– Миледи!
Скормуз развернулся и подхватил меня. Боль выдавила из меня тихий стон. Сумрак, казалось, стал гуще, но я успела рассмотреть в нем силуэт с луком в руке, замерший на самом краю утеса. Укутанный в переливающийся пурпуром плащ, Кранадж улыбался мне, пока невидимая тропа под нами не растворилась, и мы не полетели в молочное море тумана. Столкновения с землей я не ощутила, мир просто вдруг исчез во тьме.
Глава 11
Боль вспыхнув вновь, постепенно стала отступать, словно мрачное воспоминание, но зловещая фигура Кранаджа еще какое-то время мелькала перед глазами, даже когда я начала различать знакомую обстановку Диминой квартиры. Я лежала на диване, с трудом осознавая новую реальность. Спина ныла, но уже не так сильно, должно быть, потому что была Диминой. С трудом я выдохнула воздух, который пугливо забился в легкие, когда подо мной и Скормузом провалилась невидимая тропа. Мы разбились? Или я погибла еще до падения от стрелы, выпущенной Кранаджем? Тело и разум отказывались привыкать к чужому миру после безумного бегства от короля Севера. Мгновение назад я летела в пропасть со стрелой в спине, а теперь будто очнулась от кошмара и как водится, он не спешил отпускать меня, приковав к продавленному дивану. Тяжело дыша, я медленно осматривала комнату, ничего не ища, просто снова привыкая к другому миру. Удивительно, но сердце Димы заходилось в такой же панике, как минуту назад мое собственное, хотя он, похоже, минуту назад безмятежно спал. Не просто было выбросить из головы кошмар, зная, что он был реальностью, но здесь я уже ничего не могла сделать, только уповать на то, что Дима перезагрузится после смерти и найдет выход из сложившейся в моем мире ситуации. Сможет сделать то, чего не смогла я. Проклятье!
Стиснув зубы от боли волной прокатившейся по телу, я заставила себя сесть, по привычке осмотрев тело, в котором оказалась. Ничего не изменилось, да и с какой стати должно было? Его руки, как и прежде, слушались меня как мои собственные. Словно в наваждении, я погладила левой рукой правую, будто касалась его руки. Возможно, мое сознание еще не обосновалось в теле Димы полностью, но на мгновение мне показалось, что я действительно прикасаюсь к нему как к постороннему. Но посторонним он уже не был, ни телом, ни душой. Я прижала его ладони к его лицу, ощущая проступающую щетину…, ему бы следовало побриться. Странно, но эта простая мысль меня будто разбудила и я даже ощутила, как его губы изогнулись в улыбке, но когда я закрыла руками глаза, устало потерев их, перед моим взором снова возникла фигура Кранаджа. Проклятье! Я словно оставила горящий дом, видела, как занялось пламя, но, не загасив его, развернулась и ушла. Оставалось только гадать, что останется от этого «дома», когда я снова окажусь в своем мире.
– Прости, Дима, я не справилась…
Эти слова, произнесенные чужим голосом, еще больше уязвили меня, но я не могла ничего исправить! Мне нужно было покончить с собой, едва раскрылось предательство Кранаджа…, а может еще раньше! Погибнуть вместе со всеми и отыскать другой путь к Разлому! Но теперь в этих мыслях нет ни грамма смысла. Я не решилась и теперь Диме придется самому…
– Проклятье!
Я, чисто инстинктивно, сунула руку в рукав рубахи Димы, только через минуту осознав, что мои письма спрятаны в моем наруче в другом мире!
– Проклятье! – Злобно прорычала я, осознав, что с момента предательства Кранаджа ни слова не написала Диме! Он даже не знает о нем! Не знает о смерти Нартагойна, обо всем, что случилось после того, как огненный дождь прогнал нас прочь от барьера!
Уставившись на выцветший ковер на полу, я судорожно воображала себе грядущие приключения Димы. Мы со Скормузом сорвались с высоты метров двадцать, если не больше. Паладин погиб, это ясно. Если стрела Кранаджа достала меня, значит, моя защита тоже иссякла, а если и нет, то едва ли мое тело пережило падение. Я так и эдак прокручивала в голове варианты, с которыми Диме придется столкнуться, пока не осознала, что это совершенно бессмысленное занятие. Я не могу ему помочь отсюда, не могу сообщить, что Кранадж предал нас…, если только…
– Телефон!
Я могу позвонить его друзьям, если кто-то из них так же вернулся в этот мир! Вскочив с дивана, я тут же скривилась от новой волны боли и как вековая старуха, согнувшись, подошла к столу. Только обнаружив на нем лист бумаги со знакомой схемой, я вспомнила о «видео», которое Дима записал для меня. Какое-то время я смотрела на телефон, все еще раздумывая над тем, что нужно позвонить Всадникам, но новое послание Димы прогнало прочь все мысли и страхи, наконец, окончательно примирив мой разум с перемещением. Во мне одновременно что-то напряглось и расслабилось. Прежние заботы отступили, но вернулось волнение, будто мне предстояло настоящее свидание с Димой. Я взяла в руки его письмо. К схеме, очень напоминавшей схему, нарисованную Андреем, он добавил пару строк, чтобы я поняла, что к чему. Словно зачарованная, я отбросила прочие мысли и принялась читать: