Я не закрывала глаза, и потому увидела, как в тот миг, когда молот был готов обрушиться на меня, в тело гнома с сухим треском вонзилось огромное копье, затем еще и еще одно! Я вздрагивала, будто копья попадали в меня, и не могла поверить, что смерть снова прошла стороной! Но надолго ли? Не позволяя себе расслабиться, я крепко сжимала меч в руке, наблюдая, как чудище истекает кровью. Молот рухнул рядом со мной, от чего земля ощутимо вздрогнула. Страшно выдохнув и вскинув голову к тучам, титан опустился на колени и, пуская кровавую слюну, повалился к моим ногам, ломая древка копий и вгоняя их еще глубже в собственное тело. Я будто окаменела, глядя на поверженное чудовище, не замечая суеты прочих монстров вокруг. К счастью, меня они тоже не замечали, поскольку к нам внезапно пришло подкрепление.

– Ты пришел!

Я с трудом заставила себя оглянуться на Нартагойна. Он нашел в себе силы подняться, его лицо озаряла счастливая улыбка, а взгляд был устремлен на… короля Севера. Кранадж гордо восседал на белогривом жеребце, небрежно удерживая окровавленный топор. Вокруг ярились его скабениты, отвечая на ярость чудовищ не менее чудовищной яростью людской. Я видела баллисты, которые разделавшись с титаном, перезаряжали вновь, чтобы одним выстрелом сметать сразу с десяток монстров. Среди множества северян я с удивлением обнаружила редких гвардейцев, которым, как и нам посчастливилось дожить до прибытия помощи.

– Отрадно видеть, куда тебя завела твоя глупость, Нартагойн, – Скривившись, ответил Кранадж и неспешно слез с коня.

Глава 10

Взгляд Кранаджа скользнул по мне:

– Миледи Санрайз…, путь оказался сложнее, чем вы полагали?

– Есть, немного, – Кивнула я, все еще ощущая дрожь в теле от миновавшей смерти.

Несмотря на столь своевременное появление Кранаджа, я никак не могла расслабиться и вдохнуть полной грудью, ощущая, что вокруг еще предостаточно возможностей умереть.

– Мы обязаны тебе жизнью,

Нартагойн, сделал шаг к королю Севера, вольно или невольно скрыв меня от его глаз, и протянул ему руку в искреннем приветствии. Кранадж лишь посмотрел на протянутую ладонь, ничуть не скрывая своей прежней затаенной обиды даже сейчас, посреди поля боя. Он взглянул на меня с легкой улыбкой:

– Уже не в первый раз…

Во взгляде Кранаджа таилась какая-то неуместная враждебность. Мне хотелось одернуть его, напомнить, что монстры, хоть и разбежались, но все еще рыщут вокруг. С другой стороны, он планировал казнить меня и вполне возможно спас лишь потому, что одновременно спасал Нартагойна. Все еще разогретый адреналином разум, не позволял мне с благодарностью принять руку помощи бывшего лорда и нынешнего короля Оскернелия. Мне казалось, что эта рука охотней перережет мне горло, и я не стала дожидаться этого, спросив прямо:

– Вы пришли за Нартагойном, верно? Мне бы вы позволили погибнуть.

Кранадж молчал, глядя мне прямо в глаза, тогда вспыхнул Нартагойн:

– Это не так, миледи, верно, Кранадж?

Король Севера по-прежнему смотрел на меня, игнорируя Нартагойна, и это показалось мне крайне странным:

– Разумеется, – Усмехнувшись, ответил Кранадж, добавив, совершенно неожиданно, – Иначе мне бы пришлось искать вас по всей округе.

Что-то в голосе и взгляде короля Оскернелия убеждало, что он вовсе не имел в виду мои останки, которые разнесло бы вокруг, если бы он не остановил удар гнома. Пока Нартагойн хмурился, как и я, пытаясь понять, что скрыто за этим ответом, Кранадж бросил за плечо своим воинам:

– Заковать ее!

Письмо Димы не достаточно подготовило меня к такому исходу нашей встречи, поэтому я ощутила, как по телу пробежала дрожь. Хотя я быстро вспомнила, что прошлая встреча с Кранаджем у меня состоялась, когда я по его велению оказалась за решеткой. Это позволило несколько смириться с внезапным приказом короля. Но Нартагойн с ними мириться не собирался. Когда ко мне направилась дюжина скабенитов, он выпалил во весь голос:

– Не смейте приближаться к ней! Проклятье, Кранадж, ты лишился рассудка?!

Я подняла меч, не позволяя северянам подойти ближе. Страх смерти все еще цепко сжимал сердце, и я едва осознавала происходящее, столь нелепым оно казалось. Я еще не решила, стоит ли вступать в бой, но и бросать оружие не торопилась. Плен вполне мог оказаться хуже смерти. Особенно после слов Кранаджа о причине моего спасения.

– Миледи, вам лучше бросить оружие, иначе лучники убьют вас раньше, чем вы призовете свои чары.

Лучников я не видела, но не сомневалась, что они есть, впрочем, меч опустила скорее от усталости, нежели исполняя просьбу Кранаджа. Между мной и скабенитами тут же встал Нартагойн с маской холодной ярости на лице:

– Отзови своих псов, Кранадж! Ты не посмеешь причинить вред Санрайз!

– Ты многого не знаешь о своей возлюбленной, Нартагойн, а просвещать тебя у меня нет ни времени, ни желания.

– Я не позволю тебе приблизиться к ней!

Угроза Нартагойна казалась смешной, поскольку против него стояло несколько огромных северян с оружием в руках, а свой меч король потерял в схватке с троллем.

– Я надеялся, что ты усвоил урок. Кем бы ты ни мнил эту женщину и ее друзей, тебе не хватит их сил, чтобы даже добраться до Разлома.

– Ты прав, – Кивнул Нартагойн примирительно,

Похоже, он осознал, что мы в меньшинстве и теперь включил дипломатию:

– Все оказалось сложнее и потому ты чертовски вовремя. Нам нужно вернуться в Скират и все обсудить…

– Вот так запросто?

Кранадж окинул взглядом окрестности. Я сделала это вмести с ним. Чудовищ вокруг стало меньше, они пытались обогнуть армию Кранаджа, разгоняемые баллистами и топорами. Некоторых удалось загнать на магическую аномалию с парящими клинками, другие нырнули в русло Линаксы или умчались к ущелью Клибур. Теперь они отступали и искали пути спасения, обещая нам не простую дорогу назад к Скирату. Я взглянула на небо, опасаясь повторения огненного дождя. Возможно, следовало рассказать о нем Кранаджу, но он, похоже, был настроен говорить, а не слушать.

– Ты не принял моего предложения, моей руки помощи. Предпочел связаться с демонами из Бездны.

Снова взгляд Кранадж скользнул по мне, будто лезвие. Скабениты замерли чуть в стороне, видимо ожидая, когда Кранадж повторит свой приказ. Мне казалось абсурдным стоять посреди битвы с чудовищами, вспоминая былые обиды, и я выпалила:

– Если у вас ко мне личные претензии, то быть может, стоит обсудить их в более подходяще обстановке?

– На мой взгляд, эта обстановка самая подходящая, – Улыбнулся Кранадж, – Здесь, среди трупов южан и сотен монстров…, ты, Нартагойн, возможно будешь разумнее.

– Святая Благодать, Кранадж! Вернемся в Скират и все обсудим!

– Я проделал этот путь сюда, спас твою жизнь не для того, чтобы в очередной раз сотрясать воздух речами! Время слов вышло, Нартагойн! Либо ты отдаешь мне Всадников, либо…, – Кранадж развел руки и пожал плечами, – Либо я оставлю вас здесь. Считай, что я великодушно подарил тебе еще один шанс проявить мудрость.

В этой ситуации, после всего пережитого, согласиться на условия Кранаджа было чертовски соблазнительным вариантом. Пусть в кандалах, но в Скирате явно было спокойнее, чем здесь. Но тогда я могла больше не встретиться с Всадниками и окончательно лишиться шанса добраться до Разлома. Проклятье!

– Даже если бы хотел, я не могу выполнить твое условие, Кранадж, – Покачал головой Нартагойн.

Лицо короля Севера поплыло от злости, но Нартагойн не дал ему возмутиться, объявив:

– Всадники погибли.

Он посмотрел на меня:

– Только миледи Санрайз выжила и я…

– Ложь! – Как-то слишком уверенно объявил Кранадж.

В его глазах, снова обращенных ко мне, вспыхнуло какое-то пламя, а с губ не сходила улыбка. Возможно, ему уже удалось схватить Пикселя и Веронику? Кранадж сделал несколько шагов ко мне.

– Я говорю правду! Если угодно, я могу проводить тебя туда, где еще лежит тело милорда Дарлиса, – Предложил Нартагойн, но Кранадж бросил на него такой снисходительный взгляд, что мне вдруг стало дурно.

– Нужно найти Скормуза, он подтвердит мои слова…

– Время слов прошло, Нартагойн, – Повторил, Кранадж, не отрывая глаз от меня, – Тем более что правды ты не знаешь, верно, миледи?

– Я не понимаю, – Вздохнула я, ощущая подступающую тревогу, от которой общество монстров показалось вдруг более предпочтительным, нежели общество короля Севера.

Этот разговор казался чудовищно странным и неуместным. Я знала, что Кранадж покинул Скират затаив обиду на Нартагойна, но все разногласия между ними можно было решить в куда более подходящее время и подходящем месте.

– Не понимает Нартагойн, а вы все прекрасно понимаете, – Оскалился Кранадж,

– Чего я не понимаю? – Нахмурился король Юга.

И тут Кранадж внезапно объявил:

– Всадники бессмертны.

От этих слов по моему телу снова пробежала дрожь. Откуда Кранадж знает?! Почти тут же пришел логичный ответ: он убил кого-то из Всадников и дождался его воскрешения, но кого и когда? Значило ли это, что Кранадж не властен лишить Всадников жизни окончательно? Море вопросов тут же заполнило мой утомленный разум, но отвечать Кранадж не спешил.

– Что? – Удивился Нартагойн.

– Бессмертны, – Повторил Кранадж, переведя взгляд на Нартагойна.

Король Орлинга нервно усмехнулся, бросив на меня взгляд:

– Хорошо, Кранадж.

Его тон изменился, будто Нартагойн обращался к умалишенному, хотя теперь я знала, что Кранадж скорее обрел знания, нежели потерял их:

– Это очередное дополнение к сказке Тиллария?

– Это правда! – Почти сплюнул Кранадж, – Всадники бессмертны. Их можно убить, но они возрождаются снова. Так ведь, миледи?

Глаза короля Севера будто пронзали меня, а я никак не могла отыскать подходящего ответа. Теперь все сошлось: Кранадж знал, что я воскресну, если погибну от руки гнома и вовсе не Нартагойна он спасал!

– Взгляни в ее глаза, Нартагойн и ты увидишь правду!

Нартагойн послушно посмотрел на меня и покачал головой, снова посмотрев на Кранаджа:

– По-твоему она нежить?! Нелепая история древнего старца затмила тебе разум будто ребенку!

Изо рта Кранаджа раздался злобный рык, а топор в руке заметно приподнялся, но он позволил кончить Нартагойну:

– Ты можешь кем угодно считать этих Всадников: демонами, бессмертными богами или чудовищами, но Санрайз не имеет к ним никакого отношения! Открой глаза и убедись, наконец, что видишь перед собой человека!

Слова Нартагойна будто срикошетили от короля Севера и попали в меня, вынудив задуматься, осталась ли я человеком? Кем была прежде, точно нет, но кто я есть теперь? Мне было не выносимо слышать слова Нартагойна, зная, что Кранадж куда ближе к истине. Где-то на краю сознания мелькнула мысль признаться, не столько Нартагойну, сколько Кранаджу. Раз уж он узнал о моем бессмертии, то быть может самое время раскрыть ему всю правду, притвориться жертвой, хотя даже притворяться нет нужды. Я была и есть жертва чудовищных обстоятельств и могу, пав на колени, просить Кранаджа не о смерти, а о спасении, о помощи…, предав всех остальных, включая Нартагойна, убежденного, что я всего лишь человек.

– Едва ли ты способен увидеть больше, чем девичьи прелести этой ведьмы…

Мое желание признаться Кранаджу испарилось в один момент, оставив после себя дикое желание вцепиться ему в горло, но я была одна против его армии и даже Нартагойн вполне может принять сторону Кранаджа, если я нападу первой.

– Она суккуба, Нартагойн, – Кранадж посмотрел на меня, – Просто куда лучше приспособившаяся к нашему миру. И к тому же бессмертная, что твои тараканы!

– Это абсурд! Ты окончательно лишился рассудка?!

Последние слова явно были лишними, но они уже повисли в воздухе подобно грозовой туче, исказив лицо Кранаджа гневом. Теперь Нартагойн метался взглядом по мне и королю Севера, будто ожидал демонстрации и мне вдруг показалось, что Кранадж вовсе не против провести ее со мной. Я все еще сжимала меч в руке и приготовилась отразить внезапный удар, но его не последовало. Вместо этого, Кранадж разочарованно качнул головой, опустив взгляд. Так протекла, должно быть, целая минута, но внезапно, король Севера, будто очнулся ото сна и атаковал. Я не позволила себе расслабиться ни на миг и сумела бы отразить его удар, но…, он предназначался не мне. Одним широким шагом Кранадж сблизился с Нартагойном, и я лишь в последний момент заметила в его руке небольшой кинжал. Нартагойн вздрогнул всем телом, принимая сталь в живот. Его глаза округлились от удивления, как и мои собственные. На какое-то невероятно долгое мгновение все будто замерло, только Нартагойн вздрагивал на клинке, будто рыба, выброшенная на берег.

– Кранадж…, – Сорвался с выдохом шепот короля.

– Абсурдом было бы считать бессмертным тебя, – Зловеще ответил король Севера.

С легким шелестом кинжал покинул тело Нартагойна. Я бессильно наблюдала, как король Орлинга медленно и неуклюже осел на землю. Слишком запоздало, будто очнувшись ото сна, я бросилась на Кранаджа, но мою руку перехватили в воздухе, тут же нацепив на нее блокирующие магию наручники. Рядом возникли скабениты, о которых я непростительно забыла. Меч вырвали из рук, и я оказалась в нерушимом захвате огромных северян, подкравшихся ко мне будто призраки. Кранадж неспешно обернулся ко мне:

– Что больше вас удивляет, миледи: моя осведомленность о ваших секретах или внезапная кончина нашего друга Нартагойна?

– Ты убил его! – Зарычала в ответ я, пытаясь вырваться из захвата.

Кранадж покачал головой:

– О нет, не я. Нартагойн был идеалистом, но от вас, разумной женщины, я ожидал большей живости ума. Глупец Нартагойн отправился в самоубийственный поход, обреченный на провал, в чем вы, как я смею надеяться, успели убедиться. Все на что вы могли рассчитывать, это быстрая смерть. Но не для вас, конечно. Быть может, таков и был ваш план с самого начала?

Я лишь теперь начала осознавать сколь глубоко капнул Кранадж в своем предательстве. Мы всего лишь хотели добраться до Разлома, но теперь Кранадж выставит этот поход в совсем ином, угодном ему свете, а сам станет править и Севером и Югом! Проклятье, все подозрения Димы оправдались! Он был прав!