– Похоже, ему повезло уцелеть, – Решил Нартагойн.

– Если и мы хотим уцелеть, то следует поторопиться, – Ответил Скормуз.

Могилу Лийсар мы разорять не стали, разделив скорбь Пикселя. Напротив, я добавила еще один камень к ней. Моему примеру последовали и остальные воины. После того как мы покинули последнее пристанище Лийсар, над ней вырос достойный курган, способный укрыть ее от хищников до тех пор, пока не придет время предать земле или огню всех павших в этом походе.

– Слышите?

Нартагойн замер, вскинув руку. Мы уже были совсем рядом с оврагом. Я надеялась, что мы услышим признаки присутствия гвардейцев, но воздух дрожал вовсе не от человеческих звуков. Слева от нас «гудело» зловещим шелестом русло Линаксы, а справа устрашающей черной пропастью зияло ущелье Клибур, населенное отвратительными и смертоносными червями. Ночь подкралась вплотную, и окрестности засверкали зловещими огоньками, бликами на сетчатке вполне мирных сов, а может быть чудовищ, поджидающих нас. Мы не решались укрываться в зарослях и избегали даже низеньких кустарников лоха, поскольку уже потеряли четверых воинов, когда в хитросплетениях веток внезапно, будто пауки, объявлялись жгучие валькарди или вилермы.

– Они догоняют нас, – Сказал Скормуз, взглянув назад, – Нужно скорее добраться до оврага.

– Там оборону не удержать, – Покачал головой Нартагойн,

– Но там могут быть остальные.

Я смотрела на темнеющий впереди провал, украшенный кустами и куцыми деревьями. Никаких признаков жизни я там не видела, но дожидаться монстров на открытом пространстве совсем не хотелось.

– Идем, не стоим на месте! – Приказал Скормуз.

И мы пошли, потому что других вариантов у нас не было. Пройти нам удалось совсем не много, ровно до того места откуда уже стало ясно, что до оврага живым не добрался никто из двух тысяч воинов. Опаленные кратеры от огненных шаров были повсюду, убеждая нас в том, что огненный дождь пролился на многие километры вокруг. Только лошади с седоками и без, сумели добраться до этих мест, но лишь затем, чтобы погибнуть от когтей раплингов, максагов и напасти, которая осталась неизвестной.

Когда мы добрались до оврага, сразив по пути нескольких кальтерпиев и маркиланов, шум надвигающейся стаи был уже совсем близко. Монстры выбрались из русла и теперь двигались сплошной волной, а при нас осталось около двухсот воинов. Утешало лишь то, что великана из оврага мы не увидели. Как и уцелевших гвардейцев, Всадников или путей отступления. Овраг был полон теней, едва укрывающих трупы тех, кто поспел сюда раньше нас и теперь выглядел зловещей дырой или общей могилой, любезно выкопанной для нас.

Теперь для всех стало очевидно, что наш поход завершен. Шансов дожить до рассвета у нас почти не было. Воины, не стесняясь, сетовали на свою глупость, втянувшую их в это мероприятие, но никто не позволил себе трусливых всхлипов и паники. Ветераны остались верны Нартагойну и теперь готовились погибнуть вместе с ним.

– Обойдем овраг слева, оставим его между нами и монстрами, – Хладнокровно предложил Скормуз.

Воины равнодушно направились в указанном направлении. Нартагойн подошел ко мне и тяжело вздохнул:

– Я подвел вас, миледи.

У меня не было ни сил, ни желания для очередного душевного разговора, потому я молчала, оглядывая окрестности, беспрестанно вопрошая про себя: «Где же Всадники?!». Мысль, что они погибли окончательно, все больше захватывала меня. В то же время, я подумала, что Дима, быть может, тоже каким-то образом оставил меня? И теперь, едва обретя свободу, я потеряю жизнь у безымянного оврага…. Я ощущала, как подступают слезы обиды, ноне давала им воли. Не здесь, не сейчас, ни при короле и воинах, которые скоро погибнут и в отличие от меня, точно не воскреснут.

– Мы постараемся задержать монстров, а вы бегите, – Предложил Нартагойн.

Я бросила на него удивленный взгляд. Меня удивляло вовсе не великодушие короля и его самоотверженность, а сам нелепый замысел. Бежать куда?! Вероятно заметив мое замешательство, Нартагойн решил пояснить:

– Мне не хватило духа удержать вас в безопасности за стенами, но я не могу позволить вам погибнуть здесь. Пусть неделю или день, пусть хотя бы час, но я постараюсь продлить вашу жизнь насколько это в моих силах. Бегите, прошу вас!

– Мне некуда бежать, – Лишенным эмоций, безжизненным голосом ответила я.

Нартагойн опустил глаза, в поисках других аргументов, но найти их не успел. Воздух прорезал дикий вопль. Одного из гвардейцев подбросило в воздух, земля под ногами воинов ощерилась стальными клыками, будто нежить пыталась пронзить ее мечами из своих могил, но то были не мечи. В воздух взвились стальные пластины или нечто подобное, размером с ладонь, заостренное со всех сторон. Они вгрызались в плоть воинов, небрежно просачиваясь сквозь кирасы и кольчуги. Скормуз вовремя отскочил в сторону за пределы действия неведомой ловушки, в которой мы оказались. Я видела, как чудовищной смертью погибло не меньше тридцати воинов, пока остальные в панике отступали. Вспомнились слова Дарлиса, сказанные перед самой его смертью: «…под конец становится только хуже». И они оправдались полностью, когда я взглянула направо в темный провал оврага. Там, среди хитросплетений теней забрезжил тусклый огонек, обрисовав знакомый горбатый силуэт. Свет блеснул на горсти паучьих глаз во рту щербатой старухи и ее посох с фонарем тут же ударил о землю…

– Святая Благодать! – Выкрикнул Нартагойн, запоздало хватая лук со спины.

Он был хорошим лучником и едва ли кто-то мог быстрее достать стрелу, быстрее положить ее на тетиву, быстрее прицелиться и выстрелить, но когда он все это сделал, портал уже образовался. Он возник именно так, как описывал Скормуз. Вокруг Сигримы быстро вырос купол света, сметя стрелу Нартагойна, а после под этим куполом стали собираться бесчисленные множества тварей в один миг заполнив весь овраг.

– Проклятье Диссура! – Выдохнул Скормуз, безвольно опустив меч и окинув взглядом множество троллей, оборотней, макнумаров, рипшотов и сотни других тварей.

– Держитесь за мной, миледи! – Крикнул Нартагойн, подняв щит.

К этому моменту я уже призвала свой и успела метнуть несколько огненных шаров в толпу, беснующуюся в овраге. Все это казалось абсолютно бессмысленным, и самым разумным было бы последовать совету Нартагойна и бежать, но куда? Путь нам перекрыли вращающиеся клинки, вспархивающие из-под земли, словно потревоженные птицы, справа ярилась толпа монстров, взбираясь к нам по пологому склону, слева обрывался берег в русло Линаксы, а позади отчетливо слышалась поступь чудовищного войска. Выхода не было… осталась только смерть! Смерть для всех, кроме меня…

У нас не было ни мгновения, чтобы подумать и это было хорошо, иначе мы бы просто сошли с ума от ужаса. Все, что я успела, это заметить, как гвардейцы, опекающие раненого Рыжика, бросили его на землю и взялись за мечи. Выругавшись про себя, я смирилась с тем, что мага мне сейчас не защитить. Возможно, твари не тронут его, пока он лежит без сознания, несильно отличаясь от трупа. В этом случае нам останется лишь позавидовать Рыжику. Воздух сотрясали чудовищные вопли, как атакующих монстров, так и гибнущих людей, но в моей голове наступила приятная ясность, сопровождавшая каждый бой. Санрайз, замученная вопросами без ответов, страхами и усталостью затаилась где-то на задворках сознания, вместо нее на гребне оврага замерло нечто лишенное чувств и лишних мыслей. Все что мне требовалось, это верно взмахнуть мечом, вовремя увернуться, восстановить магический щит и жечь огнем. Я не считала тварей, которые шли ко мне и гибли от моей руки, не позволяла себе надежды, что они вскоре иссякнут. Я просто сражалась! Выпад! Прямо в мохнатую шкуру оборотня, только для того, чтобы выиграть пару мгновений и ответить рипшоту, человекоподобной твари с множеством ртов по всему телу и двумя щупальцами на спине, извергающими липкие волокна наподобие паутины. Нартагойн ни на шаг не отступал от меня и удивительным образом подстроился под мою манеру боя. Я узнала его как великолепного мечника. Каждый его удар наносил урон, и пока никому из монстров не удалось пустить ему кровь. Что происходило вокруг, я едва осознавала, лишь до той степени, до которой было необходимо, чтобы не подпускать к себе врагов. Лишь краем уха я уловила, что со стороны барьера к нам движется новая волна монстров.

– Обойдем овраг справа! – Закричал где-то Скормуз.

Я пригнулась от удара шестипалой лапы максага, представлявшего собой чудовищное подобие огромной кошки с вытянутым черепом, почти лишенным кожи. Ее выпученные глаза свободно вращались в провалах глазниц, а из пасти то и дело извергались сгустки обжигающего яда. Монстр пытался ослепить меня и метил плевками в голову, но я оказалась проворнее и перехватила тварь огненной плетью вокруг шеи. Тут же подскочил Нартагойн и одним ударом пробил монстру череп. В этот момент я позволила себе задуматься о путях отступления, взглянула туда, где все еще действовала странная магическая аномалия с клинками и направо, туда, куда предлагал бежать Скормуз. Большинство гвардейцев последовали его совету и уже пробивали себе путь к другой стороне оврага. Самые отчаянные решили срезать путь и бросились в сам овраг, но дела у них шли не важно…. Хоть твари, призванные Сигримой частично уже выбрались из ямы, внизу их оставалось достаточно, чтобы усложнить жизнь воинам. Положение казалось безвыходным, но когда я решила, что хуже просто некуда, земля вздрогнула от поступи титана!

– Святая Благодать! – Воскликнул Нартагойн, тут же получив удар по ребрам от тролля.

Не сильно разбирая врагов и союзников, к нам, размахивая гигантским молотом, двигался четырехметровый монстр. Он походил на статуи, изображавшие сказочных гномов, и теперь я могла воочию увидеть того, на ком основывались эти сказки. Возможно, некогда похожие существа уже попадали в наш мир и оставили свой след в истории, но тогда барды прошлого сильно ошиблись с размерами. Монстр был в полной броне, с бородой, в которую словно бусы, были вплетены черепа людей и не только. Я доставала чудовищу лишь до середины бедра и от мгновенной смерти меня спасло только то, что между нами собралась неповоротливая масса других монстров. Вынудив себя оторвать взгляд от гиганта, я в последний момент заметила, как тролль заносит дубину для смертельного удара по Нартагойну. Подскочив к нему одним прыжком, я воткнула меч прямо троллю в подмышку, тут же призвав огненную плеть и отогнав взмахом от себя остальных монстров, алчущих нашей крови.

– Бегите! – Прохрипел, поморщившись, король.

Я не стала тратить время и силы на споры, а ухватила его за ворот и потащила туда, где в последний раз видела Рыжика. Прочь от огромного гнома, очень кстати разогнавшего монстров поменьше. Своим молотом он явно пытался отогнать конкурентов от заманчивой добычи, которую мы из себя представляли. Впрочем, успешней молота с этим справлялся ужас, вселяемый в тварей. Они проносились мимо меня, едва обращая внимания. Один из маркиланов столь резво ретировался с пути титана, что сбил меня с ног, похоже, сломав мне пару ребер. Уже лежа на земле, я увидела сапог Рыжика. Куда подевались его защитники гвардейцы, я вряд ли когда-нибудь узнаю, но сейчас меня это и не волновало. Даже не пытаясь подняться, я волокла за собой Нартагойна, все еще приходящего в себя после удара тролля. Оказавшись рядом с магом, я улеглась рядом, придвинув короля как можно ближе к себе.

– Бегите…, – Все еще бормотал Нартагойн, выпучив глаза на здоровенного гнома, пробивающегося к нам.

– Заткнись, – Устало выдохнула я.

То ли крайне неформальное обращение, то ли усталость, но что-то заставило Нартагойна выполнить мою просьбу. В сумраке ночи, среди мельтешащих вокруг теней невозможно было распознать своих и чужих, несмотря на то, что чужие зачастую имели значительно больше конечностей или располагали шипами и крыльями. Я больше не слышала криков Скормуза и решила, что он либо погиб, либо бросился в овраг, чтобы перебраться на другую его сторону. Мне бы не хотелось убить его ненароком, но искать его не было ни сил, ни возможности и все же, я пару раз заставила себя выкрикнуть его имя:

– Скормуз!

На мой зов откликнулись только твари. Они оглядывались на меня, щерили зубастые пасти, но тут же бросали взгляды на «гнома» и спешили скрыться. Его тень накрыла нас и я поняла, что больше тянуть нельзя. Где бы ни был Скормуз, я надеялась, что Диссур присмотрит за ним. На миг я подняла глаза, встретившись взглядом с горящими, словно угли, глазами титана. Я попыталась разглядеть в них признаки разума, с которым можно договориться..., кто-то когда-то писал или говорил, что среди монстров могут быть разумные существа, но либо мне не повезло, либо монстру было чуждо милосердие. Огненный смерч я призвала как раз тогда, когда огромный молот взлетел вверх, чтобы одним ударом превратить и меня и Нартагойна с Рыжиком в кровавое месиво. Сквозь пламя я разглядела, как занялась огнем борода гнома, полопались черепа на ней, а воздух сотряс сильно обиженный рев. Я не рассчитывала, что моя магия легко одолеет монстра…, так и вышло. Распугав всех монстров вокруг, а некоторых обратив в пепел, мой смерч лишь обжег гнома и привел его в еще большую ярость. Он отступил в сторону, уронил молот на землю, но лишь затем, чтобы поудобнее перехватить снова. У меня было всего мгновение, чтобы принять решение: бросить Рыжика и короля, бежать прочь, куда глаза глядят в надежде, что сумею как-то уцелеть и встретиться с Всадниками, или призвать защиту, а после сразиться в рукопашную с титаном. Дима как-то сумел справиться с химерой, а она едва ли уступала в силе этому гному. Время вышло, а я все еще нависала над Рыжиком и Нартагойном. Молот снова вознесся к небесам, снова укрывшимся тучами, а я призвала магическую защиту, четко осознавая, что гному хватит сил пробить ее одним ударом и возможно, чтобы убить меня, второго ему не потребуется. В последний миг я молилась лишь о том, чтобы смерть оказалась быстрой и утешала себя надеждой, что после нее сразу окажусь рядом с Всадниками, и мы отыщем путь к Разлому.