Лица Всадников изменились, а Дарлис и вовсе одернул Копипасту, рекомендовав ей заткнуться. Похоже, меня от адекватной реакции как всегда спасло мое невежество. Часть слов я просто не поняла и привычно пропустила слова Вероники мимо ушей.

– Да ладно, парни любят такое высылать, – Убежденно продолжала Вероника, – Мне целую коллекцию присылали.

– Что присылали? – Ощущая подступающую тревогу, все же спросила я.

– Не парься, Санрайз, Дима такого точно не сделает, – Улыбнулся мне Пиксель, – Я бы может и сделал, но Димка джентльмен.

Андрей засмеялся, вместе с Пикселем, а Вероника вопреки протестам Дарлиса поспешила меня просветить:

– Парни фоткают свои члены и высылают девушкам, наивно полагая впечатлить таким образом. А на видео могут еще и поиграться со своим пипендром.

Мне казалось, я начала что-то понимать, но картина складывалась слишком нелепая, чтобы в нее поверить. Я обратилась за помощью к Дарлису, надеясь, что он сможет разъяснить слова Вероники и сделает это искренне, без обмана и выдумок. Дарлис заметно покраснел и кивнул:

– Бывает такое. Это называется интимное фото или видео.

Поскольку я еще смутно представляла себе, что такое «видео», картина все еще казалась мутной, но вот вообразить себе фото я уже могла и теперь всерьез опасалась увидеть то видео, которое мог записать Дима.

– Вот только Диме это ни к чему, – Уверенно заявил Пиксель, – Санрайз ведь была в его теле, и удивить ее у него вряд ли получится.

– Ха! Это если она видела его голым, – Парировала Вероника, – Что скажешь, Санрайз? Успела изучить Димчика?

Я была бы рада ответить, что у меня других забот хватало, но это было не совсем правдой. Пусть и не намеренно, но я все же «успела изучить Димчика», даже лучше, чем хотела. Проклятье, да я вообще не хотела! Мне казалось, что вокруг зарождалась какая-то буря, и я внезапно оказалась в ее эпицентре. Все взгляды обратились ко мне и даже Дарлис словно ждал ответа. На краю сознания уже оформилось воспоминание, как я впервые оказалась в теле Димы, в его голом теле!

– Воу, смотри-ка, глазки забегали! – Заулыбалась Вероника, – Так видела или нет? Может даже побаловаться успела с его прибором?

Картинка перед глазами сменилась, и я снова оказалась в ванной Димы, в его теле и с пульсирующей плотью в руке. Проклятье!

– Санрайз не ты, ей это не интересно! – Вступился за меня Дарлис.

– Если ей не интересен мужской член, то это хреновая новость для Димы, – Хихикнула Вероника.

Я спешно выбросила из головы навязчивые воспоминания и перестала искать подходящий ответ, решив, что участвовать в подобном разговоре у меня нет ни желания, ни причин. Вместо этого я пришпорила коня и покинула компанию Всадников.

– Эй, ты не ответила!

На память сам собой пришел жест, которым сама Вероника не редко пользовалась, особенно когда ее доставал Пиксель. Вскинув руку, я, не оглядываясь, продемонстрировала ей средний палец, вызвав целую бурю восторгов со стороны Сереги и даже одобрительное замечание Андрея:

– Я начинаю понимать, что Димон нашел в ней…

Не желая больше внимать несуразным речам иномирцев, я погнала коня в хоть и нежелательную, но куда более привычную компанию короля, мага и паладина. В голове все перемешалось: я воображала себе видео послание от Димы и никак не могла отделаться от воспоминания, где он был обнажен и совершенно точно наслаждался уединением. Я не осознано взглянула на свою руку, отмечая, что моя собственная кисть помнит горячую плоть Димы так, будто именно ею я сжимала ее. Святая Благодать! Наша связь сведет меня с ума! Напомнив себе об этом, я снова посмотрела на горизонт. Гоня все мысли прочь и сосредоточившись лишь на Разломе, что ждал впереди.

– Тпру! Миледи, осторожно!

Скормуз перекрыл мне путь и даже подхватил поводья, чтобы притормозить моего коня.

– Здесь нам лучше спешиться.

Он кивнул на частокол плотно растущих деревьев, за которым мелькнула какая-то тень. Только теперь я услышала раскатистое рычание, шорох валежника, а после глухой удар, от которого сотряслась земля. Скормуз указал рукой чуть в сторону, туда, где в корнях пихты валялось разукрашенная кровью непонятная куча. Вспомнив о раплингах, я переключилась на магическое зрение, и непонятная куча обрела знакомые очертания. Спешно окинув взглядом окрестности, живых монстров я не обнаружила, зато сквозь деревья увидела тускло подсвеченный огромный силуэт.

Рыжик и Нартагойн уже спешились и подобрались к естественной изгороди, пытаясь рассмотреть, что за существо укрылось за ней. Подъехали остальные и так же по велению Скормуз спешились, держа оружие наготове.

– Миледи Санрайз! – Шепотом позвал меня король.

Я подошла к нему и присмотрелась сквозь разлапистые ветви яблони. Солнце поднялось совсем недавно, но скрывалось за тучами, а сюда, в овраг его свет, похоже, и в ясную погоду добирался с трудом, потому я далеко не сразу уловила очертания существа. Оно походило на морскую звезду, высотой около четырех метров, которая передвигалась на двух лучах, будто человек на ногах, при этом верхний луч, являвший собой голову, вытягивался как морда муравьеда, покачивался, как настороженная змея и шумно всасывал мертвые туши раплингов. Разведчики не ошибся в подсчетах, монстров здесь было действительно много и магического зрения, чтобы их увидеть, не требовалось. Раплинги оставались невидимыми, но были столь обильно вымазаны кровью, что их невидимость почти сошла на нет.

– Что думаете?

– Не похоже, что это оно убило раплингов. По крайней мере не всех.

Судя по тому, как сочилась кровь из невидимых тел, раплингов иссекли чем-то острым, а гигант, что трапезничал их мертвыми телами, явно не имел при себе подобного оружия.

– Я тоже так считаю, – Кивнул король.

– И оно, похоже, не агрессивно совсем, – Заметил Рыжик, в сумерках пытаясь зарисовать нового монстра, – Возможно раплинги напали первыми.

– Я бы не был в этом уверен, мастер маг.

Король кивнул Скормузу и тихо объявил:

– Лучше обойдем. Крюк выйдет не большой и нам все равно нужно поворачивать к западу.

– Да, на такую ху…ню я с железкой не пойду, – Согласилась на свой манер Вероника.

– Согласен, – Кивнул Андрей, – Лучше сейчас поберечь силы, на случай если у Разлома таких монстров будет под сотню, а путей обхода не найдется.

Король кивнул, и мы тихо отступили к лошадям, которых Скормуз увел подальше, чтобы они не выдали нашего присутствия. Мы свернули на кромку оврага и, затаившись в небольшой роще, стали дожидаться остальное войско, чтобы задать ему новый курс.

– Как мы назовем это существо? – Спросил Рыжик, дорисовывая свой набросок.

– «Жирный Пиксель» – Тут же предложила Вероника, – Еще можно «тупой Пиксель», или «Пиксель гондон», в любом случае я считаю, что в названии должен упоминаться Пиксель. Сходство определенно есть: здоровенный и тупой!

Серега обменялся с Вероникой злобными взглядами и уже заготовил соответствующий ответ, но тут король вскинул руку, велев всем замолчать:

– Слышите?

В первое мгновение я решила, что тварь в овраге разъярилась и затрещала деревьями, но позже поняла, что звук шел с севера. Что-то трещало, напоминая отдаленные взрыва, будто молнии били в деревья. Обзора на север у нас не было, и мы могли лишь гадать, что это было. Гадать не долго, поскольку звуки уловила и пока еще безымянная тварь, которая явно укорениться в бестиарии под именем Пиксель. В овраге затрещало, и монстр явно направился в нашу сторону.

– Походу его придется мочить по любому, – Заметил Пиксель.

– Скорее, вернемся к армии! Нельзя, чтобы они вышли прямо на тварь. – Скомандовал Нартагойн.

Мы подстегнули коней и спешно припустили обратно. Далеко ехать не пришлось. Армия хоть и растянулась, но успешно продвигалась по пересеченной местности. После нашей разведки решили повернуть еще до злосчастного оврага. Нартагойн не желал больше терять людей, и мы, разминувшись с гигантом «Пикселем», снова оказались у русла Линаксы. Обзора на север у нас по-прежнему не было, и природа неведомых звуков осталась неизвестной. Они прекратились лишь через полчаса, посеяв страх не только в наших рядах, но и среди монстров, обосновавшихся неподалеку. То тут, то там на нас выскакивали самые разномастные твари. Кидались почти вслепую, не причиняя никакого вреда. Только несколько оборотней пришлось усмирить мечами, все остальные верно оценили свои силы и скрылись прежде, чем мы обнажили оружие.

Очередной переход нам скрасило внезапно проступившее сквозь тучи солнце. Несмотря на то, что дорога стала совсем разбитой, а местами и вовсе приходилось пробираться через рощицы и валуны, идти стало веселее. Впрочем, без инцидентов не обошлось. Мы прошли не более километра, когда наш путь пересек охотничью тропу маркиланов – укрытых панцирем свирепых тварей, напоминавших медведей, но с более гибким телом, усеянным маленькими шипами, покрывающими роговые бронированные пластины. Они появились столь внезапно, что у меня сложилось впечатление, будто монстры бежали от кого-то или чего-то. Возможно, только поэтому никто из воинов нашей армии не пострадал, а сами твари не стали настаивать на драке. Получив по пучку стрел в загривки, они спешно ретировались, укрывшись в русле реки.

– Бодренькое утро, – Улыбнулся Пиксель, поигрывая топором.

– Да, это тебе не в метро на работу ху…чить, – Согласился Андрей.

Решив избежать возможного возрождения прежней темы видео, я снова предпочла компанию короля и паладина. Благо в этот раз Нартагойн увлекся беседой с Рыжиком и избавил меня от своего внимания, зато Скормуз решил, что я нуждаюсь в компании. Подобно его взгляду, скользящему по окрестностям, наш разговор затрагивал самые разные темы: места, где мы бывали, сражения, которые довелось пережить и даже политические взгляды. Так постепенно Скормуз сконцентрировался на теме, ради которой, по всей видимости, и затеял весь разговор, проявив навязчивый интерес к моему знакомству с королем Нартагойном Симантиритом. К счастью, я мало, что могла рассказать по этому поводу, поскольку самое первое знакомство произошло, когда моим телом руководил Дима. Все, чем я могла порадовать Скормуза, это пересказанной историей о милостях, свалившихся на меня от короля, после геройских подвигов, совершенных не мной. Конечно умолчав о самом Диме.

– Не знаю, стоит ли мне говорить об этом, но думаю, за мой возраст можно простить излишнюю болтливость, – Произнес Скормуз, – Нартагойн множество раз бредил мыслями, что вы ускользаете от него и не редко винил в этом герцога Слидгарта, с которым дорога свела вас раньше. Ревность, свойственная юношам в рассвете сил…, злая штука. Я опасался, что он либо погибнет нелепой смертью в бою с очередным монстром, либо сопьется. Все гадал, какой исход предпочтительней.

Я мельком посмотрела на короля, но тут же опустила взгляд. Мне совсем не хотелось обсуждать терзания Нартагойна, и я поспешила заверить в этом Скормуза:

– Я не несу ответственности за его чувства и за чьи-либо еще.

– Не смею возразить, – Кивнул Скормуз, – Беда лишь в том, что никто из нас не несет ответственности за свои чувства. Их можно запрятать поглубже, молчать о них, но они никуда не денутся.

На это мне ответить было нечего. Мне хватало забот с собственными чувствами, чтобы проникаться еще и чужими. Судьба отняла у меня Салима, того, чьи чувства я была готова разделить, но теперь вокруг меня словно стены лабиринта возникли чувства Димы, чувства Дарлиса, чувства Рыжика и Нартагойна. И я не представляла, как мне пробиться сквозь них и выбраться, наконец, из отношений, которые мне сейчас были совершенно ни к чему.

– Он любит вас, – Внезапно объявил паладин.

Его взгляд, упирающийся в спину короля, не двусмысленно давал понять, о ком речь.

– Безусловно, любовью пылкой, юношеской и быть может наивной…

– Я знаю.

Мне хотелось прервать этот поток непрошенных признаний. Скормуз замолк, но ненадолго:

– В наше время, да и во времена получше, не часто встретишь девушку, готовую отказаться от любви короля, уж поверьте старику.

– Я не из тех, кого подкупают регалии и богатства.

– А что же ценит в мужчинах такая удивительная девушка? – Хитро прищурив глаза, спросил Скормуз.

Мне не понравился этот взгляд, словно паладин шпионил за мной для Нартагойна и по поручению короля заделался его сватом. Я была абсолютно уверенна, что каждое слово из этого разговора станет известно Нартагойну. Я будто попала в шпионскую сеть короля и словно охваченная паранойей видела его шпиков в каждом гвардейце. Снова захотелось собрать Всадников и бросить Нартагойна с армией позади, как в свое время поступила с герцогом.

– Прежде всего, соблюдение личной дистанции, – Сухо ответила я.

Скормуз улыбнулся и кивнул:

– Достойное качество, бесспорно! Хотя ожидать его от влюбленного я бы не стал.

– Тот, кто по-настоящему любит, не станет терзать любимого человека…, душить его своими чувствами.

Я посмотрела на Скормуза, твердо закончив:

– Или подсылать других людей с личными разговорами на темы, которые их не касаются.

Скормуз улыбнулся, чем сразу обезоружил меня. Он не стал отпираться и утверждать, что его никто не подсылал, просто заметил:

– Я старый воин, миледи. Сражался в строю и командовал войсками. Я повидал много командиров, некоторые из них живы до сих пор. Есть среди них великие стратеги, командиры попроще, а встречаются и бестолковые дураки, которые губят людей почем зря. Среди последних живых не осталось. Но даже в числе подобных дураков особенно отличаются дураки влюбленные.

Скормуз мотнул головой в сторону гвардейцев, шедших за нами:

– Эти люди идут на смерть за свой мир, за своих близких и они готовы умереть, даже если причиной гибели станет не слишком дальновидный поступок глупого стратега. Но умирать из-за глупости, порожденной пылким сердцем, страдающим от любви…

Паладин покачал головой: