– Он сказал, что рисует карту, – Рыжик взглянул на Дарлиса, заметив, что я заинтересовалась своим «братом», – Хотя я ему говорил, что перерисовал ту, которую нам показывал милорд Скормуз.

– Возможно, он решил составить свою версию.

Я пожала плечами, усмирив любопытство и желание взглянуть на труды Игоря. Вместо этого я обратила взгляд на горизонт впереди. Местность стала скалистой, и сильно далеко заглянуть было невозможно. Взгляд то и дело упирался либо в небольшие рощи, либо в склон очередного холма или утеса. Дорогу устилали крупные булыжники, выдающие стук конских копыт на пару километров вперед. Часть из них принадлежала к той давней эпохе, когда Асагрион еще существовал, другая часть осыпалась с утесов, нависающих справа, или скатилась вместе с селями – не редким явлением в этой местности в это время года. Одну из таких сыпучих лавин нам пришлось объезжать, углубившись в недружелюбный лес. Здесь мы впервые столкнулись с телами монстров, знакомыми воинам.

– Вон тот, паршивец, едва не лишил меня руки, – Кивнул Скормуз на изувеченный труп жуткого оборотня с паучьей головой.

Таких трупов по всей округе набралось не меньше полусотни. Среди них встречались и кальтерпии, и вилермы, пара троллей и даже один, обретший видимость благодаря луже крови, раплинг. Хотя возможно их было больше…

– Славная была сеча, – Ухмыльнулся один из ратников, пихнув локтем приятеля.

Оба воина предались воспоминаниям с улыбками, которых на их лицах явно не было в тот момент, о котором они вспоминали.

– На самом деле мы застали их врасплох, – Поделился Нартагойн, – Таким количеством они бы на нас не напали.

– Ага, – согласился Скормуз, – Стая волков что-то не поделила, начала грызню. Вон те рыжие горючие псы или по-эльфийски «климмерсаги», решили присоединиться к драке. Уж не знаю с чего бы. Может межвидовая неприязнь какая, или еще чего. В общем, мы дождались, когда они войдут в раж, позабыв кто враг, кто союзник, да и вломились в чащу всей толпой.

– А монстры часто между собой дерутся? – Спросил Андрей, чуть нагнав нас.

– Достаточно часто, чтобы вам довелось понаблюдать, но недостаточно часто, чтобы мы смогли это использовать.

– Каплитар Элеппо, монах из Арилузы изучал как монстры из Бездны взаимодействуют друг с другом, – Припомнил Рыжик, – В частности, он отмечал непримиримых врагов и те виды, которые не редко объединялись для охоты. Чаще всего конфликты между монстрами возникали из-за нарушения границ территории, в частности, если кому-то из монстров хватало глупости оказаться вблизи гнездовья других монстров.

– Благодарю, мастер маг, это ценные сведения, – Улыбнулся Нартагойн, – Впрочем, по большей части эти твари уживаются вместе. Как мне довелось наблюдать самому, многие из них просто разные звенья пищевой цепи. Там, где проходит тролль или макнумар, часто остается какая-то еда для хищников поменьше. Они бредут за монстрами как свита. И чем больше монстр, тем больше к нему уважения.

– Зарпии и твари похитрее умудряются использовать монстров побольше в собственных интересах и даже иногда направлять туда, куда им угодно, – Заметил Скормуз, – Тоже касается и Сигрим: старуха от земли метра полтора, а каждая тварь к ней с почтением относится.

– Потому что Сигримы для них все равно что глаза, – Заметила я, – Тихие и неприметные они могут забрести в густозаселенную деревню и переместить туда голодных тварей со всей округи.

– Верно, – Согласился Рыжик, взглянув на меня так, будто я выдала нечто не очевидное.

Андрей хотел спросить что-то еще, но тут на нас совершенно внезапно нахлынул туман, предлагающий сохранение. Поскольку этого момента мы ждали уже очень давно, медлить не стали. Я сомневалась, что нам удастся изменить решение Кранаджа, или как-то еще расширить нашу армию, да и умирать ради этого не хотелось. Приняв предложение и дождавшись, когда туман спадет, я взглянула на Всадников.

– Наконец-то! – Выдохнул Андрей.

– Походу пиз…ц неподалеку, – Тревожно заметила Вероника.

– Что-то не так? – Нахмурился Нартагойн, заметив наши переглядывания.

Всадники оглядывались, явно ожидая неприятностей. Я уже знала, что туман сохранения для них не редко значил приближение проблем, и теперь сама пыталась разглядеть их в чаще. Лес, основательно украшенный телами разнообразных чудовищ, внезапно показался еще более жутким, чем был прежде. Тучи сгустились, под порывом налетевшего ветра заскрипели кривые ветви-руки вековых дубов и каштанов. Казалось, что они принадлежат новым порождениям Бездны и норовят утащить нас в чащу, где затаилось нечто алчущее нашей крови и плоти. Ветер гудел меж стволов как зловещее шипящее дыхание, в один миг, напомнив нам, что отнюдь не только монстрами была опасна округа. Пролившаяся после падения Асагриона безумная магия изувечила и изменила даже вполне безобидные растения, землю и воду. Теперь даже простой камень, дерево или туман могли изрядно сократить численность нашего войска. Мне вспомнилась страшная битва с эльзилатом, летящие комья земли, булыжники, хлещущие ветви деревьев…. Все это могло повториться, но на этот раз без участия магов. По крайней мере, такие истории я успела прочесть в библиотеке Салима. Как же мне его не хватало!

– Погода совсем испортилась, – Констатировал паладин, – Если еще начнется ливень, то привал придется устроить пораньше, иначе кони ноги переломают, да и мы от усталости в руках оружие не удержим.

Нартагойна скривился, явно выражая свое отношение к преждевременному привалу. Зато остальным эта идея пришлась по душе. Здесь, в горной местности дождь имел привычку лить как из ведра, и с таким ветром добирался до каждого участка тела. Люди вымокали в одно мгновение, даже кутаясь в плотные плащи.

– Выйдем из леса, а там посмотрим, – Предложил Нартагойн.

Мы прибавили шаг, поглядывая на каменистый склон справа, с которого сошла сель. До дороги оставалось не так много, но, к сожалению, так просто лес нас отпускать не планировал…. Мы только пробрались сквозь заросший бурелом, когда позади внезапно раздалось утробное рычание и такой же внезапный звон стали. Где-то посреди колонны постоянно отстающих ратников, раздался клич:

– К оружию!

Я бросила взгляд на небо, решив, что над землей готов пролиться волчий ливень, но похоже внезапной напастью были не волки.

– Скормуз, уводи людей из леса! – Приказал Нартагойн.

Король кивнул своим личным гвардейцам и развернул коня обратно к чаще. Он взглянул на меня, потом перевёл взгляд на Всадников:

– Буду признателен за помощь, господа Всадники.

К моему удивлению, первой за оружие взялась Вероника:

– Хоть какое-то развлечение, – Хмыкнула она, прихватив щит и развернув коня.

Остальные согласились с ней. Дарлис спешно спрятал свой пергамент в седельную сумку и взялся за меч.

– Вас, миледи, я бы попросил составить компанию Скормузу, – Шепнул мне король.

Очевидно, под гнетом вины, Нартагойн решил всячески опекать меня, но я в этом не нуждалась. Поймав на себе взгляды Всадников, я качнула головой:

– Нет. Вместе быстрее управимся.

Опережая протесты короля, я лягнула кобылу пятками в бока и направилась к центру колонны, где уже отчетливо слышались крики рыцарей и булькающее рычание неведомых тварей. Уже на подходе, когда я сквозь последнюю листву и корявые ветки различила мельтешащие бригантины и кирасы, на меня с дерева спрыгнул тупорылый зарпий. Кобыла взбрыкнула, поскольку он впился в ее загривок когтями и едва не выколол мне глаза своим шипованным воротником. Я отклонилась назад, пытаясь достать тварь мечем, но она была слишком близко. Не задумываясь, я использовала огненную ауру и тут же спрыгнула с лошади, чтобы пламя не затронуло ее. Нога провалилась в валежник, я потеряла равновесие и оказалась на спине. Слева раздалось грозное рычание, и в один миг я очутилась посреди битвы. Вскинув меч и вскочив на ноги, я рубанула плечо внезапно выпрыгнувшего на меня оборотня. От него разило мокрой шерстью и пропитавшейся кровью землей. Косматая черная спутанная шкура была вся увешана сухими листьями и ветками. В полумраке лесной чащи такая маскировка очень удачно скрывала чудовище, и меня спасло только то, что я была объята магическим пламенем, которое явно напугало тварь. Отвратительные подвижные хелицеры подрагивали как лапы паука, а блестящие красноватые глаза, почти полностью состоящие из зрачка, смотрели на меня как само отражение бездны. Тварь отскочила от моего удара и оскалилась, распахнув хелицеры, но в тот же миг замолкла, когда на ее голову обрушилась шипастая булава.

– Жрать ее надо было, а не вопить, – То ли в шутку, то ли всерьез отчитала Вероника дергающегося в конвульсиях оборотня.

Она улыбнулась мне и унеслась на коне прочь. Я вспомнила о зарпии и своей кобыле, но рядом их не обнаружила.

– Проклятье!

Уняв магический огонь и призвав менее расточительный призрачный щит, я бросилась в гущу сражения. Оказалось, что наша армия перешла дорогу смешанной стае монстров, то ли выбравшейся на охоту, то ли мигрировавшей в сторону Скирата. Среди них попадались хорошо известные бакилары, приметримы, напоминавшие небольших черно-зеленых драконов с телом пумы и венцом острых шипов. Кальтерпии, давно заселившие почти каждый лес в Орлинге и твари, о которых я узнала лишь из бестиария Рыжика. Благо среди них не было ни коллекционеров, ни Сигрим. По крайней мере, я их пока не заметила.

Пробираться через чащу на лошади было крайне непростым делом, а сражаться верхом и вовсе безумием, поэтому едва достигнув эпицентра сражения, Всадники спрыгнули с коней и теперь метались между деревьями, весьма резво уменьшая поголовье чудовищ. Это зрелище лишний раз напомнило мне, как сильно изменились мои спутники. В их глазах давно не было страха, только мимолетный испуг, когда очередной приметрим спрыгивал с дерева, растопырив когти и яростно шипя. Но в одно мгновение этот испуг сменялась азартом и вскоре тварь уже жалела, что выбралась из Бездны. О том, насколько просто Веронике давались сражения, я узнала еще в драке с Лируфом. Если там она не особо сдерживалась, то здесь и вовсе наносила удары от всей души с диким, пугающим восторгом. Не сильно отставал от нее и Пиксель, порой влезая в драки между гвардейцами и монстрами, он атаковал монстров со спины, а пару раз и вовсе метал в них топорики с десяти шагов. Довольно успешно. С ним поблизости держался и Андрей, прибегая к своим жреческим силам. Вероятно, пребывая в плену у элидримов, он кое-чему научился у их эльзилата и теперь уже он заставлял деревья атаковать чудовищ разлапистыми ветвями, добивая искалеченных мечем. Дарлиса я нашла не сразу. Он оказался единственным, кто мог на равных драться с кальтерпиями в их родной стихии – на ветвях деревьев. Там, куда добирался Игорь, твари уже не прыгали на гвардейцев сверху, а просто сыпались вместе с остатками листьев, такие же мертвые.

С нашим подкреплением бой закончился быстро. Возможно, твари не сумели сразу подсчитать нашу численность, а может и считать то не умели, но так или иначе, те, кто уцелел, поспешили скрыться в чаще. Нартагойн запретил их преследовать и напомнил лучникам, чтобы берегли стрелы.

– Вы целы, миледи? – Тут же спросил Нартагойн, когда мы встретились на небольшой вытоптанной поляне, почти у самой опушки.

– Да, только лошадь потеряла, – Раздраженно качнув головой, ответила я.

Лошадь вскоре нашли, но, к сожалению, знакомство с зарпием она не пережила. Благо отыскалась запасная, которую держали для гонцов. Король решил, что мы либо вернемся в Скират все вместе, либо не вернется никто, поэтому нужды в лошадях для гонцов нет, и мне достался прыткий вороной конь, явно совсем недавно объезженный и с характером самоуверенного жеребенка. Примерно такой же самоуверенностью теперь светились Всадники. Со знакомым каждому воину смаком они обсуждали свою удаль, приукрашивая ее совершенно излишними деталями. Верный традициям скабенитов Пиксель решил набрать себе трофеев, хвала Благодати не тех, которые обычно прихватывали скабениты.

– Забацаю себе ожерелье! – Радостно объявил он, под брезгливыми взглядами Дарлиса и Андрея выбивая клыки приметрима.

– Лучше как твои дружки скабениты, срежь х…и с этих монстров, тебе больше пойдет, – Съязвила Вероника.

Пиксель скорчил гримасу, не ответив, зато Дарлис приглядевшись к кальтерпию, пожал плечами:

– Для этого х…й сперва нужно найти.

Благодаря этой нелепой болтовне мой словарный запас словечек Всадников расширился, но в той области, которая была мне совершенно не интересна.

– Не стоит искать этого у кальтерпиев, – Заметно покраснев, пришел на выручку Всадникам Рыжик, – А у приметримов анатомия не сильно отличается от кошачьей.

Я покачала головой и тронула бока жеребца пятками, посылая его следом за гвардейцами к дороге. Чем закончатся исследования Пикселя в области анатомии монстров, мне было не интересно. Рыжик спешно подогнал свою кобылу, бросив взгляд на поджидавшего нас короля.

– Совершенно дикие обычаи у северян, – Убежденно произнес маг.

Я не ответила. Дождавшись, когда разогнанное битвой войско соберется вновь, мы нагнали Скормуза, который вывел авангард из леса и теперь угрюмо поглядывал на тяжелые тучи, зависшие над нами.

– Потери есть? – Тут же спросил Скормуз.

– Обошлось, – Покачал головой Нартагойн.

Кивнув, паладин заметил:

– Скоро польет как из ведра. Надо найти убежище.

Король, помрачнев, оглянулся на лес, из которого мы вышли с боем:

– Не думаю, что здесь остались не занятые.

Все еще охваченный азартом битвы Пиксель тут же предложил:

– Найдем занятое и выселим того кто занял.

Нартагойн ответил улыбкой, и смирился. Если дождь он и не считал веско причиной устроить привал, то необходимость отдохнуть после внезапного сражения была неплохим поводом.

– Здесь есть небольшая пещера, – Вспомнил Скормуз, – С удобствами расположиться вряд ли получится, но просохнуть и переждать дождь места хватит.