Еще раз перечитав письмо Димы, я подумала, что он решил избежать ответа на неудобный вопрос, но оказалось, что для него он выделил отдельный лист и приложил его к остальным письмам. Ощущая необъяснимый трепет и волнение, я развернула письмо и прочла:

– «Я не спал с Вероникой и уж тем более не насиловал ее, как она тебе, возможно, заявила. Я знаю, что тебе сложно довериться мне, но прошу поверь. Возможно, ты решишь, что я мщу тебе за то, что произошло между тобой и Салимом, но я не вправе мстить и осознаю это. Все вышло случайно и не по моей вине. Я не прикасался к ней и даже не думал об этом. В моих мыслях…». Снова зачеркнутые строчки, но в этот раз как-то небрежно, будто Дима боялся сказать что-то, но в тоже время хотел. Я поднесла пергамент ближе и посмотрела на просвет, различив скудно спрятанные за лишними штрихами буквы: «… нет никого кроме тебя».

От этих слов мне стало одновременно странно приятно и до дрожи жутко. Возможно я прочла что-то не так, но перечитывать не стала, сосредоточившись на ответе Димы в целом. Я не решила, верю ему или нет, но он ответил мне, хотя мог и не делать этого. Свое письмо он обильно присыпал извинениями, хотя вины не признал и возможно не должен был. Мои мысли переключились на Салима, упоминание которого больно кольнуло сердце.

– Санрайз!

Вздрогнув я посмотрела на дверь. Мысли увели меня прочь от реальности, и я не узнала голос. Раздался нетерпеливый стук, и я судорожно подхватила письма, все какие нашла. Повторять ошибку прошлого я не стану! В руке вспыхнуло пламя и пергаменты через минуту обратились в пепел. Теперь я намеривалась поступать так с каждым прочитанным письмом.

– Это Андрей, – Наконец представился посетитель, когда дым, покружив по комнате развеялся под потолком.

Я подошла к двери и открыла ее. На пороге действительно был Андрей, он тут же нахмурился, тревожно произнеся:

– Блин, мы думали, что тебя уже Кранадж прикончил…

Андрей бросил косой взгляд в сторону, и я заметила у своих дверей двух рыцарей, не иначе, приставленных Нартагойном. Не желая общаться с товарищем при свидетелях, я позволила Андрею войти. Ступив за порог, он потянул носом воздух:

– Ты шашлыки жаришь?

– Вроде того, – Помедлив ответила я, разглядывая спутника.

Он был облачен в свою прежнюю броню, но явно успел принять ванну, о чем говорили спутанные мокрые белесые волосы. Меч у бедра убеждал в том, что все обвинения Кранаджа с нас действительно сняты, а стража за моими дверями похоже действительно поставлена для защиты, а не ограничения свободы.

– Них…я себе!

Андрей уставился на прожженные дыры в балдахине, потом на подпалины на полу:

– Ты тут просто разминался или опять какие-то клопы замучили?

Я невольно вообразила, как Нартагойн распускает руки, как Дима пытается отбиться или не пытается? Я не знала! Возможно он солгал насчет Вероники и не побрезговал отдать мое тело Нартагойну для утехи и лишь инсценировал следы самозащиты…, а может и вправду не лгал? «В моих мыслях нет никого, кроме тебя». Эти слова совсем не обязательно могли быть очередным откровенным признанием…

– На тебя снова напали?

Я качнула головой, вздохнув. Андрей смотрел на меня нахмурившись.

– Клопы замучили, – Выдохнула я.

Меркрист пожал плечами:

– Ясно. Мы к тебе два часа ломились, пока Нартагойн не прислал этих мудаков. Сам ничего не сказал, только им велел охранять дверь. Разок постучался к тебе, а после удалился, не дождавшись ответа.

Возможно именно его стук я услышала. Все это было слишком странно и непонятно.

– А остальным охрану не предложил?

Андрей покачал головой и пожав плечами добавил:

– Кранадж похоже свалил куда-то в чулан и сидит тихо, хотя северяне уже вовсю шмотки собирают и болтают о возвращении домой.

– Ясно.

– Так что здесь произошло?

Андрей снова окинул комнату взглядом. Мне бы самой хотелось знать и, пожалуй, мне было у кого спросить. По крайней мере, стоит проверить, выпустит ли меня стража из комнаты и позволит ли добраться до Нартагойна, а там уже по его глазам я смогу прочесть, правду написал Дима или нет.

Вероятно, Андрей отслеживал мою тревожную мимику, поскольку, не дождавшись ответа, нерешительно спросил:

– Ты из-за писем паришься?

Бросив взгляд на пол, где с пылью смешался пепел сожженных посланий, я качнула головой, но Андрей не поверил, вероятно решив, что у меня приключилась истерика после пережитого позора:

– Да это пиз…ц как паршиво, когда твою переписку так публично зачитывают. Я бы грохнул этого пид…са Кранаджа!

Теперь я догадывалась, что «пид…с» вовсе не выражение восторга. Этого чувства на лице Андрея и близко не было. Он замолчал, неловко переминаясь с ноги на ногу. Я нашла возле стола кувшин с водой и налила себе в чашку выпить.

– Мы решили собраться в общем зале, перетереть о том, что делать дальше, – Сказал Андрей, – Дарлис пошел Веронику звать, Пиксель Джеймса.

– А ты за мной, – Догадалась я.

– Не волнуйся, мы не будем донимать тебя вопросами про письма.

Я бросила взгляд на Меркриста. Несмотря на произнесенные слова, его глаза буквально светились любопытством. Во мне внезапно ожила совесть. Я осознала, как мой вопрос про Веронику подставил Диму. Его услышали все и теперь мне была понятна эта внезапная неловкость, излучаемая Андреем.

– Мне проще ответить, чем что-то утаивать, выслушивая ваши шепотки за спиной и ловя на себе взгляды, вроде того, каким ты смотришь сейчас.

Меркрист тут же виновато отвернулся:

– Извини. Просто…, черт, ты действительно переспал с Вероникой?

Андрей почти вцепился в меня взглядом, в котором была едкая смесь любопытства, недоверия и отвращения. Мне стало ясно, что ответа на этот вопрос ждала не только я.

– Почему бы не спросить у Вероники?

Внезапно я решила, что это действительно вариант. Одно дело, если Вероника солгала мне, подставив Диму, другое дело, если она скажет тоже самое остальным. Будет ли это означать, что Диме действительно с ней спал или нет? Я не знала и смирившись решила, что никогда не узнаю. Проклятье, чем скорее мы доберемся до Разлома, тем лучше! Мне нужно разрушить эту связь!

– Пиксель спрашивал, – Неожиданно пожал плечами Андрей.

– И что она ответила?

– Ха! На х…й послала конечно! А после заперлась у себя и даже с Джеймсом не разговаривает.

– Ясно, – Я выпила воды и, помедлив, добавила, – Тогда это вопрос к Диме.

– А…,

Меркрист завис на добрые две минуты и только после ругнувшись высказался:

– Бл…ть, вас забавляет, что мы не можем понять, когда вы поменялись?

– Нет, не забавляет. По крайней мере меня.

Я прошла к кровати мимо все еще удивленного Андрея, подобрала меч и направилась к двери:

– Вы хотели обсудить, что делать дальше. Не будем терять время.

– А Дима тебя ввел в курс дела?

Я бросила взгляд на Андрея и кивнула, тут же открыв дверь. Выйдя за порог, я насторожилась, оказавшись в компании двух рыцарей.

– Вы приставлены в качестве охраны ко мне?

Тот что был повыше и носил на бригантине узор из золотистых башен, учтиво поклонился и растянул губы в улыбке:

– Его Величество велел стеречь ваш покой.

– Боится, что Кранадж казнит тебя втихаря, – Вскинул бровь Андрей.

Признаться, теперь такие опасения были и у меня, но мой покой уже давно был утрачен, да и не хотелось строить планы в обществе шпионов Нартагойна:

– Сейчас в вас нет надобности. Оставайтесь здесь.

Рыцари переглянулись и к моему удивлению, спорить не стали, только снова поклонились и старший ответил:

– Как вам будет угодно, миледи. Король просил заверить вас, что в башне вам ничего не угрожает.

– Так же, – Встрял второй, явно недавно выросший из оруженосцев, – Его величество просил вас об аудиенции, когда вам будет удобно. Речь пойдет о завтрашнем походе.

Я бросила взгляд на Андрея, он только пожал плечами. Едва ли он был в курсе того, что произошло между Нартагойном и Димой. Просвещать его по этому поводу я разумеется не планировала.

– Хорошо,

Хоть мне теперь и хотелось пообщаться с королем с глазу на глаз, прежде стоило решить вопросы со спутниками. Если Нартагойну действительно удалось найти тайную тропу к Разлому, то я планировала воспользоваться ею как можно скорее. Больше никаких остановок, лишних забот и слов! Я надеялась покинуть Скират на рассвете, даже если остальным это не понравится.

Общий зал башни сильно походил на таверну, вероятно потому, что по сути ею и являлся. Несмотря на то, что здесь обретались только максимально приближенные к трону воины, в прошлый раз здесь было не протолкнуться от топящих в пиве и эле тоску северян и гоняющихся за маркитантками гвардейцев. На наше счастье, тревожные новости, доставленные нами, навели шороху в крепости, и «таверна» опустела. Командиры взялись за муштру подчиненных, едва успевших перевести дух после возвращения из Пустошей, а северяне, как и говорил Андрей, спешно собирали вещи, готовясь покинуть Скират. Сейчас в мрачном, пропахшем винными парами небольшом зале засиделась только пара вояк: уже дряхлого возраста гвардеец и, как ни странно, светловолосый северянин с едва проступающей щетиной. Когда мы с Андреем вошли в зал, взгляд скабенита тут же метнулся к нам. Старик продолжал что-то вещать, но его похоже уже давно перестали слушать.

– Hi, – Раздалось от большого стола чуть в стороне от центра зала.

За ним собралась вся моя непрошенная компания. Дарлис покачивался на стуле и прервал свое занятие только чтобы помахать мне рукой. Пиксель улыбнулся мне, повторив приветствие Джеймса уже на знакомом мне языке. Только Вероника явно делала вид, что не заметила нашего с Андреем появления и продолжала хрустеть яблоком, глядя куда-то в темный угол с пустыми бочонками.

– Ты куда пропал? – Спросил Дарлис, едва я села рядом.

– Это Санрайз, – Бросив на меня взгляд, объявил Андрей.

Только теперь Вероника будто встрепенулась и посмотрела на меня.

– Да, это я.

– Чем докажешь?

Подобного вопроса я никак не ожидала.

– Димка у нас мастак притворяться, так что…

Я растерянно смотрела на Веронику, судорожно соображая, какие у меня могут быть доказательства того, что я, это я. К счастью, Андрей решил вступиться за меня:

– Поверим на слово. Тогда у Димы была причина притвориться, а теперь он едва ли заинтересован в этом.

– Ну да, – Саркастично дернула бровью Вероника.

– Как она тебе это докажет? – Спросил Дарлис.

– Я не собираюсь ничего доказывать, – Мне надоела эта пустая болтовня, – Хочешь считать меня Димой, мне все равно!

В углу, где устроился северянин с пожилым гвардейцем раздался шорох. Блондин явно старался выведать побольше интересного для Кранаджа, а в том, что он шпионит для него я не сомневалась. Проклятье, мир Димы мне казался все приятней и приятней, по сравнению с моим собственным! Впрочем, после новой встречи с полицией, я могла устроить очередные неприятности для него. Возможно в этот самый момент, стражи порядка ломятся к нему в квартиру. Я взглянула на своих спутников, гадая, стоит ли им рассказывать об этом.

– Лучше нам быть потише, – Заметил Дарлис, – А то обратно закуют и прилепят какое-нибудь обвинение.

Он любезно пододвинул мне стул, и мы с Андреем сели за стол.

– Он написал тебе? – Тут же спросила Вероника, сверля меня взглядом, – Или после того, что произошло, побоялся сочинять очередное письмо?

– Написал, – Спокойно ответила я, глядя в глаза Вероники.

Краем глаза я заметила, как напряглись остальные, явно рассчитывая узнать подробности, которые их совершенно не касались.

– Написал и ладно, – Прервал напряженное молчание Дарлис, – То, что эти письма всплыли…, короче нас это не касается.

Я едва заметно улыбнулась Игорю, который решил поддержать меня.

– Главное, что Дима ввел тебя в курс дел.

Вероника продолжала сверлить меня взглядом и пропустив все тираду Дарлиса мимо ушей, спросила:

– Что он ответил?

Я догадывалась ответ на какой вопрос больше всего занимал Веронику, но не ожидала, что она захочет услышать его здесь при всех. Дарлис поморщился и потянулся к бутылке вина, стоявшей рядом с корзиной фруктов.

– А мне интересно, почему этот вопрос вообще возник, – Добавил Пиксель, бросив на Веронику ехидный взгляд.

Я еще раз вспомнила письмо Димы, рассказ Вероники и помедлив ответила:

– Это не важно.

Сейчас я это четко осознала и не собиралась больше тратить время на поиски неуловимой истины. Мое тело временами оказывалось во власти гостя из иного мира и пока я это не изменю, сомнения никуда не денутся.

Брови Вероники дрогнули в легком удивлении. Пиксель дернулся, явно намереваясь оспорить мой ответ, но его остановил Дарлис, пихнув локтем и произнеся:

– Отлично. Значит можем сосредоточится на вопросах о Разломе.

Вероника, казалось потеряла интерес к разговору и откинувшись на спинку стула, смотрела на пламя, резвящееся в большом камине.

– Что нас может ждать там? – Подхватил Андрей, взглянув на меня.

Я облегченно вздохнула, радуясь, что за столом нашлась тема куда более интересная, чем то, что происходило между мной и Димой.

– I don't know what's going on, but if you have secrets from me, then I can just leave, – Внезапно произнес Джеймс.

Он обвел нас взглядом и опустил взгляд к столешнице. Вероника снова вернулась к жизни, качнув головой:

– There are no secrets here.

Она посмотрела на Джеймса, натянуто улыбнувшись.

– Что он сказал? – Спросила я.

– Что не гоже секретничать в кругу друзей, – Сверкнув глазами ответила Вероника.

– Нихрена! – Дарлис покачал головой, – Он не так сказал.

– О, ты его понял лучше меня?

– Stop! – Выпалил Джеймс подняв руки.

Все замолчали. Джеймс покачал головой и произнес ультимативным тоном:

– Either you tell me what's going on, or I'll go to the rift alone.