– Санрайз!

Крик Дарлиса вернул меня к реальности, и я тут же ощутил, как в меня вонзается огненная стрела. Щит выдержал, но он был таким хилым, что я ощутил болезненный жар. Меня швырнуло на песок, и я с ужасом осознал, что портальный камень вылетел у меня из руки!

– Готов спорить, вы сожалеете, что отказались от моей милости, миледи Санрайз, – Произнес Амерон.

Он внезапно оказался совсем близко и пинком отшвырнул мой меч, валявшийся в паре метров от меня. Я чувствовал, как колотится сердце где-то в горле и метался взглядом по песку, пытаясь найти портальный камень. Я не мог погибнуть, не мог допустить, чтобы погиб ребенок Санрайз! Я не мог подвести ее! Но уже подвел…

Амерон поднял посох и атаковал, но не магией, а словами, которые болезненно пронзили мою совесть:

– Что ж, по крайней мере, ваш ребенок увидится с отцом.

– Нет!

За спиной Амерона внезапно возник Дарлис с искаженным от злости лицом, залитым кровью. Он в прыжке рубанул некроманта, но клинки не пробили защиту. Амерон мигом обернулся и поймал Игоря за горло. Я тут же попытался вскочить, но некромант ткнул меня посохом в грудь, отбросив обратно на землю. Я видел, как по его руке, сжимавшей шею Дарлиса пробежала молния и он в один миг обратился в дымящуюся головешку, которую Амерон небрежно швырнул на землю, медленно обернувшись ко мне.

– Прежде я хотел, чтобы вы наблюдали, как ваши друзья обратятся в нежить, но теперь, пожалуй, начну с вас!

Стиснув зубы от отчаяния, я оставил попытки подняться и, вскинув руки, призвал остатки магии. Шлейф огня вышел жалким и Амерон без труда его развеял, а после ударил молнией на миг вернув меня в тот далекий первый день в мире Санрайз, когда я впервые познакомился с подобной молнией в тренировочном бою с Рыжиком. Но этот бой не был тренировочным, Амерон не был Рыжиком, а его молния была куда мощнее. Меня скрутило от мучительной боли. Все тело содрогалось в конвульсиях. В ушах зазвучал крик, но я не мог понять мой или Санрайз, все еще наблюдающей за происходящим. Казалось, мое тело вскипело! Я уже ждал, что сознание покинет меня и все закончится, но когда судороги прошли, я все еще мог видеть Амерона. Я дрожал словно от озноба, ощущая себя беспомощной тряпичной куклой, не в силах пошевелиться и наблюдая, как некромант поднимает с земли мой меч. «Вот и все, Димка» – возникла мысль безапелляционным вердиктом, – «Тебе пиз…ц!». Но в голове внезапно прозвучал отчаянный крик Санрайз:

– «Нет, Дима! Даже не думай сдаваться!».

– Санрайз!

В ее словах звучала сталь, и они на миг будто прогнали морок с моих глаз.

– «Ты обещал защитить меня и моего ребенка!».

Я стиснул зубы в отчаянии, не в силах ответить Санрайз. Я просто не знал, как! Тело не слушалось меня, и все что я мог это царапать пальцами песок, тщетно пытаясь найти взглядом выпавший портальный камень. Мне хотелось бежать от голоса в голове, но совесть не позволяла.

– «Дима!».

Санрайз звала меня и, похоже, не в первый раз. С большим трудом я сконцентрировался на шуме медальона в голове, не отрывая глаз от Амерона, застывшего с мечом над еще живым Дарлисом.

– Я думал, больше тебя не услышу, – Наконец выдохнул я.

– «Ты не можешь сдаться, Дима!».

Здесь я бы поспорил, но у меня не было сил.

– «Ты не можешь позволить ему победить! Мой ребенок не выживет, если ты позволишь ему!».

Ее голос дрожал от отчаяния и это больно ранило меня, в тоже время словно пробуждая где-то внутри дикий огонь злости. Я казался себе совершенно беспомощным, но она еще меньше могла влиять на ситуацию. Сейчас она полностью зависела от меня, но я не мог вырвать ее из лап Амерона!

– Я потерял камень..., – Ощущая, как глаза наполняются слезами, признался я, – Я не могу сбежать отсюда!

Какое-то мгновение Санрайз молчала. Я ждал, что она обрушит на меня поток обвинений, заплачет, и я не выдержу ее слез, ее боли, но ее голос прозвучал внезапно жестко, словно приказ:

– «Тогда убей его!».

Этот приказ вызвал дрожь в моем теле, словно внезапный холодный душ и необъяснимым образом еще больше разжег огонь в душе.

Я следил за некромантом, который вопреки ожиданиям не спешил добивать меня моим же мечом. Он решил начать с остальных и уже прервал жалобный едва слышный стон Дарлиса и не спеша направился к Веронике, не сводящей с него напуганного взгляда. Еще чуть-чуть и я останусь последним живым Всадником, но ненадолго...

– «Его силы не безграничны, он выдыхается!».

А я уже выдохся…, но удержал эту мысль при себе. Я видел, что Амерон после атаки Дарлиса лишился защиты и вероятно пренебрегает ею теперь, когда мы все оказались в его власти. Возможно, он медлил с обращением моих друзей в мертвецов, потому что Санрайз была права – Амерон выдохся, но скоро восстановит свои силы. Бл…ть! Сжав в кулаке горсть песка, я, стиснув зубы, пытался одолеть слабость. А Санрайз продолжала говорить то, чего не говорила мне раньше.

– «Едва узнав тебя, я думала, что ты всего лишь мальчишка, но ты гораздо сильнее, чем думаешь! Ты уже доказал это. Ты не жалок, и ты можешь победить его. Прошу тебя, встань! Убей его…, убей его ради меня! Защити моего ребенка, не дай ему погибнуть!».

С каждым ее словом ко мне возвращался контроль над телом, а гнев во мне разгорался все сильнее, он так рьяно набирал обороты, что в какой-то момент стал сродни безумию и внезапно я испытал просто невероятную легкость! Тело Санрайз подчинялось моим командам, но словно было чужим, таким, каким всегда были аватары в играх! Будто кто-то помогал мне управиться с ним, и я догадывался кто, хоть это и казалось невероятным! Я слышал дыхание Санрайз и оно будто синхронизировалось с моим!

– «Убей его!» – Повторил голос у меня в голове.

Я ощутил, как где-то у меня в животе разгорается огонь, словно в чреве у дракона. Все происходящее внезапно показалось столь ничтожным и смешным, что из моей груди против воли вырвался безумный смешок. Он нарастал вместе с легкостью, которая оторвала меня от земли под изумленным взглядом оглянувшегося Амерона, уже вознесшего меч над Вероникой. Тело не отозвалось ни каплей боли или усталости. Казалось, эти чувства принадлежали кому-то другому, но не мне. Кто-то другой валялся беспомощный в ногах некроманта…, но не я. Я был полон сил и первородной злости!

– Ну сука, держись! – Сквозь смех выдавил я.

Меня объяло пламя, но я этого даже не заметил. Казалось, магия во мне ожила и сама рвалась в бой. Амерон заметно изменился в лице, когда я бросился к нему словно обезумевшая гарпия. Он отбросил меч и призвал передо мной целую стену огня, но я прошел сквозь нее словно нож сквозь лист бумаги. Вокруг меня взревел огненный смерч, который я не помнил, как призвал, но в этот раз я и не думал останавливаться и наблюдать. Я не замедлил шага и смерч, покорившись мне, последовал за мной, защищая от отчаянных атак некроманта. Я видел, как трепыхается его силуэт за столбом огня и скалил зубы в беззвучном почти истерическом смехе. Все атаки Амерона рассыпались, угодив в воронку смерча, и только наполняли меня адреналином. Пламя унялось ровно в тот момент, когда я оказался перед Амероном. Он скрестил руки на груди, призывая новую защиту, но это ничуть не смутило и не замедлило меня. Я смотрел в глаза некроманта и видел в них удивление, смешанное с испугом. Таким притягательным и бодрящим, что я внезапно ощутил себя едва ли не богом! Я простер к нему скрюченные в гневе пальцы, объятые огнем и заглянув в бездну его черных глаз, разглядел на дне его жалкой души чистый и такой сладостный страх. На моем лице застыла безумная улыбка, когда моя рука, пробив мембрану магической защиты, впилась в грудь Амерона, прожгла его броню, плоть и кости, добираясь до самого сердца! Я сжал трепыхающийся комок в кулаке, обращая его в пепел и до последнего мига смотрел как, разгораясь снаружи, огонь угасает в глазах некроманта.

– Демоны тебе не по зубам, говнюк! – Выдохнул я незнакомым голосом,

Тело некроманта вздрагивало, повиснув на моей руке, а я наслаждался его агонией, словно забавным спектаклем. Только когда огонь вокруг меня унялся, я сквозь шум в голове услышал пораженный и будто испуганный голос Санрайз:

– «Святая Благодать, он мертв?!».

Безумие, охватившее меня, стало отступать, и лишь теперь осознав, что сделал, я брезгливо выдернул руку из грудной клетки Амерона. Он тут же повалился на землю, как истукан.

– Них…я себе!

Вероника, округлив глаза от изумления, таращилась на меня снизу.

– Вот это ты выдал! – С трудом выдохнул Пиксель и как-то нервно засмеялся.

Они говорили что-то еще, но я слушал только взволнованное дыхание Санрайз в голове.

– «Святая Благодать, ты одолел его!».

В ее голосе в равной мере звучали восторг и удивление. А еще слезы, но уже не страха и обиды, а избавления и надежды. Мне казалось, что ее облегчение и радость будто исцеляют меня и наполняют силой, хотя едва вспышка ярости прошла, как о себе напомнили полученные раны, и магическое истощение вернулось с новой силой.

– Без тебя я бы не справился, – С трудом ответил я.

Пытаясь отдышаться, я все смотрел на тело Амерона не в силах поверить, что он мертв. Хотя еще сложнее было поверить, что он притворяется. С такой-то дырой в груди! Я все еще ощущал его сердце в руке, хотя оно обратилось в прах и наверно уже никогда не забуду это ощущение. За все то время, что провел в этом мире я не испытывал такого неудержимого желания убивать и теперь мне казалось, что Амерон стал моей первой настоящей жертвой, а все прочие до него были вроде статистов, тренировочных мишеней. Возможно, так оно и было, и весь пройденный путь готовил меня к этому бою. Бою, который я выиграл!

– Димон?

Рядом возник Андрей и положил мне руку на плечо, возвращая в реальность, которую я никак не признавал.

– Ты в порядке?

– Я…

Я кивал и мотал головой одновременно и все не мог отвернуться от трупа некроманта, кошмарившего нас все это время. Вероника уже изучила его на предмет зелий, но ничего не нашла и с трудом поднявшись, уважительно кивнула мне:

– Впечатляет, брюхатый. Истеричка из тебя что надо! Но это еще не конец.

Глава 24

– Нужно валить отсюда! – Твердо заявила Вероника, едва мы собрались возле тела Амерона.

Радость от победы над главным засранцем, отравлявшим нам жизнь, довольно быстро прошла. Восторги утихли, адреналин схлынул, по обыкновению оставив после себя дикую усталость. Полученные раны заныли с удвоенной силой, а мысли о магии причиняли мне почти физическую боль. С благословения Санрайз я развеял магическое зрение, чтобы дать глазам отдых и хоть немного восстановить магию. Я был совершенно опустошен, и сил у меня хватило только на то, чтобы отыскать портальный камень, после чего я просто уселся на песок, не в силах оторвать взгляда от трупа некроманта. Мы собрались на почтительном расстоянии от него, словно еще опасались, что говнюк может воскреснуть, но он лежал смирно. Так же как и обожженный труп Дарлиса…

– Твою мать, мы только уделали засранца! – С трудом выдохнул Пиксель, – Мы заслужили маленькую паузу!

Из нас всех Пикселю досталось больше всего, и он явно с трудом удерживался в сознании, стремительно бледнея. Ни зелий, ни силен корня у нас не было, а Джеймс был истощен не меньше моего и последние силы истратил на лечение себя и Вероники, хотя ее состояние было не таким критическим. Все, что мы смогли сделать для Сереги, это вспомнить курсы оказания первой помощи, перевязав внушительный порез на его груди куском ткани от рубахи.

– Скоро здесь появятся новые монстры и тогда ты пожалеешь, что не сдох! – Оскалилась Вероника, – Стоит ли напоминать, что если мы перезагрузимся, этого мудака придется мочить заново?

Она ткнула пальцем в сторону Амерона и бросила взгляд на меня:

– Ты как, брюхатый, готов повторить свой подвиг?

Я отрешенно покачал головой, убежденный, что сейчас в теле Санрайз магии не больше, чем в моем собственном. И я совершенно точно не желал снова рисковать ее жизнью, но не представлял, как этого избежать. Все, чего мне сейчас хотелось, это снова услышать ее, поговорить с ней. Я надеялся, что смерть Амерона хоть отчасти искупила мою вину за гибель Салима, но я никак не мог решиться позвать ее, опасаясь, что она все еще зла на меня, хотя после смерти Амерона в ее голосе было явное облегчение. Время от времени, я прислушивался к шуму в голове и как будто улавливал тихие всхлипы, что еще больше меня угнетало и повергало в отчаяние.

– Чем скорее мы доберемся до Герсан-Гирота, тем больше шансов уцелеть! – Нужно уходить прямо сейчас!

– Куда?! – Развел руками Пиксель, – Дальше только это жуткое море. А я с этой раной, черт возьми, не поплыву!

– Тогда подыхай здесь, а после нагонишь! – Пожала плечами Вероника, – Вместе с Дарлисом.

– Да пошла ты!

Пиксель зарычал, но судя по его виду, уже был готов исполнить пожелание Вероники. На мгновение мне это даже показалось неплохим выходом. Должно быть, потому что я сам чувствовал себя так скверно, что предпочел бы перезагрузиться.

– Как по мне, тебя проще добить, – Ляпнула Копипаста.

– Иди на хрен! Я не собираюсь начинать все сначала!

– Тогда добей себя сам, – Тут же предложила Вероника.

– Сама убейся!

– Хватит уже! – Рыкнул Андрей, – В таком состоянии мы далеко не уплывем, нужно передохнуть и восстановиться.

Он уставился на меня за поддержкой, но я половину сказанного пропустил мимо ушей, все еще думая о Санрайз. С трудом поднявшись, и не желая откладывать неизбежное, я сказал:

– Мне нужно поговорить с Санрайз.

– Бл…ть, без консультации со своей подружкой уже ничего решить не можешь? – Скривилась Вероника, – Сразу видно, что твои яйца у нее.

Я оглянулся на нее, и, не скрывая раздражения, ответил:

– Я уже все решил. Мы дождемся Дарлиса, Джеймс поможет с исцелением и только потом будем искать Асагрион. Если тебя этот вариант не устраивает, можешь проваливать!