– Салим!

Я бросилась к любимому. Он снова пытался удержать щит под натиском дракона, а я ощущала себя совершенно бесполезной. Наконец, Дархаз решив, что нас так просто не возьмешь, вспомнил о более доступной добыче. Он взвился в небо к черным тучам, закрывшим звезды, снова закружил над долиной, словно забыв о нас, но в свете бурлящего Барьера мы все еще могли видеть наступающую армию некроманта. Она была минутах в двадцати от нас, а значит все, что мы могли попытаться сделать, это сбежать.

– Теперь самое время уходить, – Согласился с моими мыслями Слидгарт.

Я взяла Салима за руку и нежно убрала прядь мокрых от пота волос с его лица:

– Прости меня за это.

– Я прощу тебе все что угодно, только позволь забрать тебя отсюда!

– Всадники еще там, мы не уйдем, пока они не вернуться! – Заявила Элидрис.

– Пока они там, мы можем попробовать снова, – Тихо произнесла я, словно испугавшись собственной мысли.

– Мы уже попробовали, довольно!

В глазах Салима внезапно вспыхнула злость, но он ее тут же унял:

– Хватит, Санрайз, прошу тебя!

Мы смотрели в глаза друг другу, и я не выдержала его взгляда, признавая поражение.

– Вернемся домой и клянусь, я найду способ исцелить тебя и спасти наш мир, – Уже спокойно произнес Салим привлекая меня к себе.

– Без Меркриста я не уйду, – Заявила Элидрис,

Салим кивнул и оглянулся на приближающуюся армию:

– Я призову портал, а вам всем следует поспешить, пока щит еще способен нас защитить.

Смирившись с поражением, я выбралась из объятий Салима и отошла к краю взгорка, Устремив взгляд к Барьеру, словно прощаясь с ним.

– «Санрайз!».

– Мы отступаем, – Без лишних слов ответила я своему демону, от которого, видимо, не избавлюсь никогда, – Мы пытались одолеть эту тварь.

Глупо было надеяться, что удастся с одного удара, но на второй у нас просто не было ни сил, ни времени!

– «Эту тварь нужно мочить изнутри!» – Внезапно ответил Дима,

– Как?!

– «Желательно гранатометом»,

– Чем?

Я отыскала взглядом дракона, который снова рыскал над долиной, выслеживая в темноте Всадников. Идея Димы показалась мне гениальной, но я понятия не имела что такое гранатомет.

– «Бывали у нас игры, когда монстру нужно было зарядить взрывающимися гранатами в пасть. Он их проглатывает и его разносит на куски».

Мне внезапно вспомнилась игра, которую я видела в портале у Димы, с монстрами, снующими по потолку. Там была штука, выплевывающая взрывающиеся снаряды… Ничего подобного у меня не было, но мой взгляд внезапно наткнулся на эльфийских лучников и меня озарило.

– Будут вам гранаты!

Я бросилась к Элидрис, словно воспарив от идеи Димы. Эльфийка высматривала своего Андрея, надеясь, что он все еще жив. У нас был уговор с Всадниками, что они возвращаются под купол, если план провалится, но с приходом ночи в долине просыпались монстры. С одной стороны, они отвлекали Дармуза, но с другой могли напасть на Всадников…

– Мне нужны твои лучники! – Без предисловий заявила я.

– Зачем?

– Скорее!

Вернувшись к Салиму в компании с Владычицей, я, вложив в голос всю свою уверенность, объявила:

– У меня есть план!

Салим тут же помрачнел, но на время оставил призыв портала. Его руки дрожали, на лбу снова выступил пот, а зелий у нас не осталось. Отбросив тягостные мысли, я торопливо рассказала о своем замысле. Особого восторга он не вызвал особенно у Салима, но меня поддержала Элидрис, тревожась за Андрея и желая поквитаться с чудовищем. Скрепя сердце Салим уступил. Мне казалось, что все эти уступки проистекали из вины, которую он все еще испытывал за то, что оставил меня однажды, и это терзало мою совесть, будто я вероломно использую его. Чтобы хоть как-то унять совесть и утешить Салима, я на мгновение приникла к его губам, выдохнув искреннее «спасибо».

Слидгарт запоздало начал вдохновенную речь перед гвардейцами, изрядно сдобренную лицемерием. Он напомнил им, что они взяли в руки мечи не для того, чтобы бежать от врагов, хотя минуту назад сам гнал их к порталу. Элидрис обошлась без речей. По ее приказу элидримы выставили перед собой по паре стрел, и я призвала на них руны, наполненные огненными шарами. К тому моменту, как мы управились, окольными тропами на взгорок стали возвращаться Всадники. Но вернулись не все. Пикселя никто не видел, а дракон, то ли отловив всех, кого мог, то ли пресытившись охотой, все чаще стал налетать на магический щит, укрывающий нас, испытывая его на прочность. Но мне это и было нужно. Слидгарт кратко ввел в курс дела Всадников и теперь мы все с трепетом ждали, когда тварь решит взяться за нас всерьез.

Две дюжины эльфов нацелили луки. Салим удерживал щит из последних сил, я сама испытывала магический голод после того, как зарядила рунами четыре дюжины стрел. Видя, как не просто приходится Салиму, я пообещала себе, если это не сработает, мы вернемся в Эглидей и будем молиться, чтобы нам еще представилась возможность добраться до Разлома.

Когда монстр отринул от щита, чтобы атаковать набрав больше скорости, я оглянулась на Салима и кивнула ему. Помедлив какое-то время, чтобы примириться с моим решением, он развеял магический купол.

– Стрелять только когда тварь разинет пасть! – Напомнила Элидрис, – Не переводите выстрелы зря!

– Еб…тый план, – Высказалась Вероника, когда монстр заметил, что купол исчез, словно крышка с блюда, наполненного лакомствами.

Дархаз заложил крутой вираж и устремился к нам, освещенный бурлящей позади бурей. Он несся так быстро, что даже просто попасть в него стрелой казалось невозможным, но только не эльфийским лучникам! Наконечники стрел отслеживали монстра, дожидаясь, когда он приблизиться на расстояние огненного всполоха. Мое сердце дико билось в груди от страха, что монстр просто атакует лапами и Салим не успеет вернуть щит, но в последний миг, в единственное мгновение, которым мы могли воспользоваться, драколич разинул пасть. Купол над нами возник снова и вместе с этим зазвенели тетивы, отпуская заряженные рунами стрелы, тучей устремившиеся к дракону. Они все сошлись прямо у его морды, но не все угодили в цель. Те, что взорвались, ударившись о шкуру дракона, по крайней мере, вынудили его отпрянуть от нас, судорожно заиграв крыльями. Стиснув зубы и кулаки, мы все неотрывно следили за ящером. Я не рассчитывала на то, что стрелы, разнесут дракона как Димин гранатомет, но эффект превзошел все мои самые смелые ожидания. Собственное пламя так и не вырвалось из пасти Дармуза, но в одно мгновение его морда засветилась как раскаленный уголь и вспыхнула рвущимся на свободу магическим огнем. Стрелы проникли не глубоко, но этого и не требовалось. Каким бы живучим не был драколич, без головы он окончательно стал мертвецом. Мы словно завороженные смотрели, как огромная туша летит к земле. Ни единого движения, ни одного торжествующего крика даже от Всадников. Словно мы все ждали, что монстр набросится снова. Но вот земля вздрогнула, принимая чудовище, лишившееся головы и долгожданные вопли радости разнеслись по рядам.

– Вот это красота! Реально как в игрушке! – Хохотал Дарлис.

– Или в фильме! – Поддержал Андрей.

Я оглянулась на торжествующих спутников: Всадники обменивались впечатлениями, гвардейцы поздравляли лучников так, словно мы, наконец, победили. Слидгарт улыбался до ушей и, заметив мой взгляд, учтиво поклонился, хотя мое участие в этом бою было минимальным. Впрочем, видимо, так считала только я. К моему удивлению, гвардейцы, проследив за взглядом герцога стали славить королеву Орлинга и скандировать мое имя.

– Славный план, Ваше величество, – Улыбнулась Элидрис, – И славная победа.

– До победы еще далеко, – Рассеяно ответила я, уже не пытаясь откреститься от роли, которую мне назначили.

Я прислушалась к шуму в голове и с облегчением подумала:

– Ты снова спас нас, и я благодарна тебе опять.

– «Это была твоя идея», – С явной улыбкой и не меньшим облегчением ответил Дима.

– Как минимум наша.

– «Не возражаю, моя леди».

– Леди?

Дима никогда меня так не называл, и это прозвучало весьма странно.

– «Эмм, извини, это так… просто из фильма одного».

Я улыбнулась смущенному тону Димы и, поблагодарив еще раз, оборвала связь, позволив себе на время развеять магическое виденье. Отыскав взглядом Салима, я тут же бросилась к нему.

– Ты в порядке?

В порыве внезапного облегчения, я кинулась к нему в объятия. Он тяжело дышал и выглядел изможденным, но нашел в себе силы улыбнуться мне, крепко прижав к груди:

– Со мной все хорошо. Это был интересный трюк. Ты не перестаешь меня удивлять и должно быть, поэтому я полюбил тебя, королева Орлинга.

– Эй! – Я игриво ткнула его пальцем в грудь, – То есть ты меня разлюбишь, если я больше не смогу тебя удивить?

Он заглянул мне в глаза, нежно погладив по щеке, и покачал головой:

– Никогда.

На мгновение я позволила себе расслабиться и наши губы встретились. Почти в тот же миг рядом раздался насмешливый голос Пикселя:

– Теперь ясно, чем вы тут занимались, пока мы от дракона бегали!

Салим явно смутившись взглянул на альдерга, а я, ощущая внезапный подъем, улыбнулась другу:

– Я рада, что ты уцелел.

– Я тоже, хотя немного припозднился, пришлось отпи…дить «веронику хреновидную», если помнишь такую заразу.

– Веронику хреновидную? – Удивленно посмотрел на нас Салим.

– Есть такой монстр, – Улыбнулась я.

Пиксель направился к остальным отпраздновать победу над драколичем радостными воплями, а мы с Салимом обратили взгляд на юг.

– Времени совсем мало!

Теперь, когда дракон был повержен, Салим мог снова призвать портал в Эглидей. После битвы с монстром, истребившим половину из тех, кто не успел уйти в Эглидей раньше, желающих оказаться в безопасном месте прибавилось, тем более что к нам двигалась многотысячная армия, в которой было не мало чудовищ. Не нужно было понимать в военном деле, чтобы предсказать исход сражения, если до него дойдет. Но, как оказалось, среди уцелевших нашлись и те, кого победа над драконом вдохновила на новые подвиги. Некоторые гвардейцы и эльфы не спешили перемещаться, как и их командиры. Слидгарт, похоже, рассчитывал что я «одумаюсь» и мы вернемся в Эглидей, в то время как эльфы на пару с Андреем пытались убедить воспользоваться порталом свою Владычицу, не желавшую оставлять Меркриста.

Герцог покачал головой и взглянул на меня:

– Вы не представляете, что вас ждет за барьером, и желаете отправиться туда всемером?!

Я посмотрела на Всадников и к своему удивлению не увидела сомнений в нашем плане. Они все явно были готовы к тому, чтобы добраться до Разлома. Дарлис тут же пояснил Слидгарту:

– Возможно, большего от нас и не потребуется.

Герцог покачал головой:

– То есть вы желаете принести себя в жертву?

Он не верящими глазами посмотрел на меня:

– Миледи? Если вы правда… в положении, для вас выбор должен быть очевиден!

– Пока вы будете думать, Амерон решит все за нас! – Напомнила Вероника, окинув меня взглядом.

– Мы отправимся с вами, – Внезапно вступила Элидрис, – Будем держать оборону, пока вы не пройдете Барьер и…, дождемся вашего возвращения.

Элидрис посмотрела на Андрея с явной надеждой. Я не думала, что Всадники вернуться, но вероятно Меркрист убедил эльфийку в обратном, и я не решилась разрушать эту надежду.

– Толково придумано, – Улыбнулся Пиксель.

Все посмотрели на меня, но за меня ответил Андрей:

– Нет!

Он посмотрел на Элидрис и покачал головой:

– Мы можем пройти через Барьер, а вы нет! Если Салим не успеет создать портал, вы окажетесь в ловушке! Вы должны уходить сейчас!

– А как Салим пройдет за вами? – Спросил Слидгарт.

– Так же как планировал Амерон, – Ответил Салим, – Я связал себя магией с Всадниками.

– Тогда свяжи и нас! – потребовала Элидрис.

– Нет!

– Твою мать, походу мы вообще никогда не доберемся до Разлома! – Выругалась Вероника, пнув комок грязи под ногами.

– Ты нужна своему народу, – Напомнил Андрей.

– А тебе?

Ответа Меркриста я не услышала, потому что следуя его примеру, Салим решил еще раз испытать судьбу и мою совесть. Отбросив предисловия, он спросил:

– Ты все еще намерена рисковать малышом?

– У меня нет выбора, Салим. Любое мое решение — это риск!

– Но есть риск больший или меньший. Уйти сейчас это меньший риск для малыша, чем остаться здесь.

Он говорил терпеливо, ясно осознавая, что это последний шанс меня убедить. На этот раз я сама решила ответить мягкостью на мягкость, ибо знала, что он вправе переживать за своего ребенка.

– Ты хочешь выиграть нам еще пару месяцев жизни, но я не смогу так жить. И ты не сможешь.

Салим вздохнул.

– И выиграв эти месяцы, мы можем проиграть все остальные.

Я взяла Салима за руки и он, кивнув, заглянул мне в глаза.

– Я не могу вернуться, но ты можешь пойти со мной. Ты можешь защитить меня и исцелить от одержимости, – Я смотрела в глаза Салиму и находила те самые причины, который руководили мной, и которые я осознавала лишь теперь, – Нам не убежать от этого, не укрыться в пустыне или где-то еще. Если ты хочешь, чтобы это закончилось, идем со мной.

– Я всегда с тобой. Куда бы ты не пошла.

Наши глаза снова встретились. Я видела, какая мука засела в ответном взгляде, но я знала, что он уступит мне, потому что не хотел делить меня с «демоном из другого мира» и понимал, что даже если мы отступим, вскоре Разлом поглотит весь наш мир и наш ребенок возможно так и не родиться.

– Хорошо, – Салим опустил взгляд.

Он смирился и на этот раз окончательно.

– Что ж, – Вздохнул Слидгарт, – Совесть и рыцарская четь не позволяют мне оставить вас в опасности, не попытавшись убедить изменить ваше решение, но видимо вы свой путь выбрали. Я же могу лишь сопроводить вас и держать оборону сколько смогу.

Мое отношение к герцогу менялось не раз, но теперь я окончательно убедилась в его благородстве. Мне не просто было отвергнуть его помощь, но я не могла оставить Орлинг и людей без лидера.