– Тогда покончим с этим поскорее!

Улыбнувшись, Салим взял меня за руку и мы вместе шагнули в портал. На миг свет померк, но тут же вспыхнул снова, холодный ветер окатил нас влажными брызгами. Из сумрачного дня мы шагнули в назревающий вечер. Небо по эту сторону заволокли тяжелые черные тучи, с него острыми каплями в мерзлую землю вонзался ливень в одно мгновение промочивший нас насквозь. Воздух дрожал от трескучих раскатов грома – крайне необычных в эту пору. Мы оказались на небольшом утесе, нависшем над знакомым ущельем, которое сейчас наполнялось грязью. Но кое-что изменилось с тех пор, как я была здесь в последний раз. Спешно оглядевшись вокруг, я замерла в оцепенении.

– Святая Благодать!

Разлом стал шире и поглотил половину долины, раскинувшейся внизу перед нами. Исполинский Барьер стал ближе! Словно завороженная я смотрела на ужасающую бурлящую черную стену заслонившую горизонт и поднимавшуюся на сотни километров в небеса. В Барьере клубились гигантские ветвистые молнии, с треском соединяя землю и небо. Я была уверена, что одной такой было достаточно, чтобы убить все население среднего города! Воздух гудел, завывал, словно за клубящейся черной пеленой скрывались обезумевшие души. От одной мысли, что мне придется войти в эту бурю, меня забила дрожь. Я все так же прижимала руку к животу. В голове под ритм сердца стучала мысль, что наш план безумен! Я должна вернуться назад! Я должна защитить своего ребенка!

– Портал еще активен, Санрайз, – Сказал Салим, встав рядом со мной, – Мы можем уйти, если ты передумала.

Он надеялся на это. Надеялся, что, увидев Барьер снова, я просто не решусь осуществить задуманное. Словно почувствовав мой страх и споря с голосом Салима, у меня в голове прозвучал голос Димы:

– «Мы прорвемся, Санрайз. Остался всего шаг…».

Только услышав его голос, я вспомнила о магическом зрении. Он видел то же, что и я, но, находясь в своей уютной квартире, он едва ли мог чувствовать то, что чувствовала я, стоя в шаге перед бурей!

– Санрайз?

Салим взял меня за руку и отгородил от жуткой «стены». Портал, все такой же нежно золотой, манил, обещая мир и покой, но я знала, что мир продлиться не долго, и никакого покоя мне не будет, пока мы с Димой не расстанемся.

– Я должна освободиться, – Сказала я Салиму.

Он смиренно кивнул:

– Тогда нужно найти твоих друзей.

Салим развеял портал и в тот же миг едва слышные на фоне шелеста дождя, вокруг раздались неясные шорохи. Монстры, заселившие Пустошь словно только и ждали этого момента. Со стороны чащи позади нас раздалось утробное рычание. Салим тут же, укрыв меня за своей спиной, вскинул посох и выпустил широкий шлейф огня, озарив окрестности ярким светом. Перед нами мелькнули силуэты волков, которые отпрянули прочь испуганно завывая. Магическое пламя охватило вымокшие деревья, вгрызаясь в ветки и плоть укрывшихся от дождя монстров. Деревья словно ожили. От них отделялись паукообразные твари, объятые огнем и дико вереща сыпались на землю.

– Держись за мной! – Крикнул Салим.

Сумерки разродились подвижными тенями. Учуяв добычу, из неприметных нор, из чахлых кустов на нас бросилась дюжина самых разных монстров: валькарди словно оживший валежник, огнивцы, прежде не отличимые от камней в грязи, вилермы, успевшие спрыгнуть с деревьев прежде, чем Салим их сжег. Меч уже был у меня в руке, но от страха за ребенка и продолжительного бездействия, я чувствовала себя дико неуклюжей! К счастью рядом был Салим. Казалось, он успевал везде: атакуя одного магией, второго он тут же бил посохом и мгновенно разворачивался к третьему. Теперь его силы не уходили на поддержание жизни в оазисе, и он с невероятной, чарующей непринужденностью разделывался с врагами. Я словно завороженная следила за ним, лишь в самом конце короткого сражения выпустив пару огненных шаров и то лишь затем, чтобы добить раненых приметримов.

– Здесь слишком опасно для тебя!

Салим взмахнул посохом, сразив последнего монстра воздушным клинком.

– Скоро станет совсем темно, и найти твоих друзей будет не просто. Позволь мне вернуть тебя назад. Я сам отыщу Всадников и приду за тобой.

Салим с мольбой посмотрел на меня. Его предложение звучало разумно, но я не могла с ним согласиться. Мы зашли слишком далеко и одна мысль о том, что я вернусь в Рантею дожидаться, когда мы с Димой снова поменяемся местами, повергала меня в отчаяние.

– Я искуплю свою вину за все то время, что меня не было рядом.

– Нет! Я не собираюсь сидеть в стороне, мучаясь от бесконечного страха, что ты за мной не вернешься!

Я твердо посмотрела на Салима:

– Я не хочу гадать, жив ты или нет.

Салим вздохнул и бросил взгляд на завывающий Барьер, на трупы только что убитых монстров и тени еще живых, которые ползли по истерзанной долине под нами. Теперь, когда Разлом наступал на Пустоши, монстров внизу стало гораздо меньше, впрочем, какие-то могли попрятаться от дождя, да и Бездна вполне могла разродиться новыми в ближайшее время.

– Хорошо. Надеюсь, твои друзья еще живы…, хотя если они бессмертны иначе быть не может, так?

Он посмотрел на меня, словно надеялся, что я сознаюсь во лжи, но я промолчала.

Салим повел меня вниз с утеса в сторону Скирата, оглядываясь всякий раз, когда ему казалось, что я слишком отстала, даже если я замедлялась всего на пару шагов. Едва мы повернулись спиной к Барьеру, как мне стало легче, словно если я его не вижу, его и вовсе нет. В голову закралась малодушная мысль: нужно было дождаться, когда мы с Димой снова поменяемся местами! Довериться ему как в логове Амерона, когда было необходимо принять слишком сложное для меня решение. Я одновременно злилась на него за то, что он рисковал моим ребенком, и была благодарна ему, потому что сама на такой риск не могла решиться. Я двигалась вперед лишь потому, что до Разлома еще нужно было добраться, и вовсе не была уверена, что когда окажусь перед ним, мне хватит смелости в него войти… проклятье!

Повинуясь внезапному порыву, я мысленно призналась:

– Дима, мне страшно.

Меня связала с ним не только неведомая магия, но и насыщенный немыслимыми приключениями путь, который должен был закончиться здесь. Возможно поэтому я рассчитывала, что у него найдутся слова утешения, которых мне не мог сказать Салим.

Он отозвался почти сразу, признавшись в ответ:

– «Мне тоже. Я дико боюсь за тебя и…, черт, мне кажется, я бы боялся меньше, если бы мы поменялись местами, если бы ты оказалась в безопасности, а я прошел весь этот путь за тебя».

У меня не было никакого желания находиться здесь, но вообразив себе, что снова окажусь в квартире Димы, не способная никак повлиять на происходящее, я покачала головой:

– Я доверяю тебе, но не вынесу неведенья и беспомощности.

– «Понимаю, я ощущаю их прямо сейчас. Но с тобой Салим и он защитит тебя».

Кутаясь в промокший плащ, я посмотрела на своего Салима. Да, он мог защитить меня от врагов, даже от Амерона, но сумеет ли защитить в Разломе от угрозы, о которой мы даже представления не имеем? Возможно поэтому я была зла на него в Рантее. Не потому что он не верил мне, а потому что не был уверен, что сможет защитить. А мне была необходима его уверенность, потому что своей мне катастрофически не хватало!

Дима меня не успокоил, да и вряд ли бы смог. Пока это не закончится, я буду постоянно пребывать в сомнениях и страхе за ребенка. А значит нужно закончить все поскорее, как отрезать зараженную ядом конечность, чтобы отрава не лишила жизни.

– Ты говорила, что Диана может связаться со своими друзьями, – Вспомнил Салим, приглядываясь к кустам и деревьям вокруг.

– Только если они окажутся в своем мире.

Мы, наконец, спустились к ущелью, выходящему в долину монстров. Барьер снова раскинулся пред нами во всей своей ужасающей мощи. Салим остановился, вглядываясь в даль укрытую чернильной темнотой. Наступающая ночь высасывала последние остатки света, и я всерьез опасалась, что нам придется вернуться в Рантею. Но прежде мы все равно должны найти Всадников!

– Если они все погибли, как мы найдем их? – Салим посмотрел на меня.

Дождь стеной застил дорогу. Казалось, Пустоши медленно, но верно уходят под воду. Я сжала медальон Эольдера в руке, пытаясь отделить шум в голове от шума вокруг.

– Дима.

– «Я здесь».

– Попробуй связаться с остальными, мы должны знать, здесь они или в твоем мире. Если кто-то из них ответит, пусть скажет, где их искать.

– «Хорошо».

Оборвав связь, я посмотрела на Салима:

– Диана попробует с ними связаться. Если не выйдет, значит, они в нашем мире.

Дожидаясь вестей от Димы, мы укрылись от дождя под небольшим выступом у выхода из ущелья. Перед нами раскинулась долина, путь к Разлому через толпы чудовищ. Сейчас она казалась одновременно пугающей и спокойной, словно дремлющий медведь, но мы знали, что за каждым ее кустом, каждым валуном или деревом могли скрываться мыслимые и немыслимые твари или магические аномалии.

– Отсюда я бы мог призвать портал к самому Барьеру, – Заметил Салим, вглядываясь в пелену дождя.

Я молча смотрела на Барьер, пытаясь одолеть страх перед ним. Как ни странно, но справиться со страхом помогало осознание, что у меня просто нет выбора: Разлом растет и, вероятно, рано или поздно это погубит наш мир.

– Ты знал, что Разлом будет расти дальше? – Спросила я Салима.

Он посмотрел на Барьер и покачал головой:

– До Сантерии редко доходили слухи о Разломе. Отчасти поэтому я и выбрал ее для нового дома. Я хотел быть как можно дальше от своего прошлого.

Салим взглянул на меня, криво улыбнувшись:

– Как, впрочем, и все те, кто уцелел в Асагрионе.

– Хотела бы я просто сбежать от всего этого, но мое прошлое уже настигло меня.

Салим нежно взял меня за руки и заглянул в глаза:

– Санрайз, не ищи правды в словах Амерона. Эольдер был могущественным колдуном, быть может, самым могущественным в нашей истории, но я убежден, что он один не мог сотворить это.

Салим кивнул на Барьер, затем едва заметно улыбнулся:

– Тем более меня никто не убедит, что к возникновению Разлома причастна твоя семья.

Я улыбнулась ему в ответ, чуть успокоившись и все же глядя на Барьер не могла поверить, что эту стихию смогут укротить шестеро пришельцев из другого мира. С другой стороны, прежде я и о других мирах не слышала, а теперь мне даже довелось побывать в одном из них. Как ни странно, но сейчас те приключения вспоминались с улыбкой, словно чудной сон: загадочная квартира Димы, странные улицы, дома, «машины», удивительные технологии, стражи, и чудесные лепешки с мясной начинкой в уютном светлом трактире. Все это походило на сказку, которую я бы могла рассказать своему малышу, когда он родиться и…, наверно когда-нибудь расскажу, лишь бы он родился и был в полной безопасности.

– «Санрайз!», – Взволнованный голос Димы ворвался в мои мысли.

– Я здесь.

– «Они вошли в долину через высохшее русло. Я говорил с Дарлисом, его убили, и он сейчас дома. Похоже, у них там настоящая бойня! Вам лучше поторопиться!».

– Ясно.

Я бросила взгляд на Салима, и он понял меня без слов.

– Диана ответила?

– Да. Всадники в долине, нужно спешить!

– Выходит не все, если Диана сумела с кем-то связаться?

Вздохнув, я призналась:

– Дарлис был убит и вернулся в свой мир.

По лицу Салима было ясно, что ему не просто переварить эту странную информацию, но он воздержался от новых вопросов. Только когда мы выбрались из своего скромного укрытия и стали спускаться по пологому каменистому склону в долину, он все же спросил:

– А если он не успеет возродиться и останется только пять Всадников?

– Если мы найдем остальных, он может вернуться туда, где окажутся все.

Я не знала наверняка и могла лишь надеяться, но видимо Салим понял это и не стал мучить меня расспросами. Дальнейший путь мы проделали в молчании, высматривая монстров и безопасный маршрут на скользких от дождя камнях. Русло, о котором говорил Дима, находилось справа от нас, но сейчас его заслоняла стена ущелья. Нам предстояло пройти метров двести, прежде, чем мы окажемся на ровном месте и сможем осмотреться.

Мы старались держаться открытых мест, избегая рощ и любых других укрытий от дождя, которыми могли воспользоваться монстры. Через четверть часа, которая прошла без происшествий, дождь стал стихать. Это улучшило видимость, но в тоже время повысило уровень тревоги. Дождь укрывал наш запах и звук шагов от монстров, но теперь они могли нас учуять и выбраться из своих нор на охоту.

Постоянное напряжение вымотало меня и путь, который прежде не вызвал бы трудностей, теперь стал для меня испытанием. Я буквально ощущала, как слабею с каждым днем, как тело теряет плавность движений и становится все тяжелей. Это словно болезнь, которая медленно пьет твои силы, вынуждая отдыхать все чаще. Но я сопротивлялась, отгоняя слабость прочь и надеясь, что Салим ее не заметит, иначе непременно решит вернуть меня в Рантею.

Одолев неожиданный приступ тошноты, я подняла глаза на Салима. Он в этот момент высматривал врагов с флангов, замерев на секунду и прислушиваясь.

– «Там, прямо!» – Внезапно воскликнул Дима, от чего я заметно вздрогнула.

Замерев, я вглядывалась в горизонт, пока не заметила металлический отблеск и парящую над ним неясную точку.

– Салим!

Наматхан посмотрел туда, куда я указывала. Чем дольше я вглядывалась в кружащую над долиной тень, тем больше в ней угадывались очертания летающей твари, а под ней сверкая бликами на броне, суетились люди.

– Своим ходом мы туда не успеем, – Заметил Салим, – Нужно найти безопасное место и призвать портал.

Несмотря на то, что мы двое были куда более доступной добычей с виду, мы все же привлекали куда меньше внимания, чем армия эльфов и людей, забредших на территорию монстров. Вполне возможно, что нам пока везло не встречаться с чудовищами именно благодаря тому, что все они ринулись на наших союзников. Возможно даже, что Всадники уже погибли или погибнут, пока мы до них доберемся.