– Конечно, мне не помешает еще одна пара глаз.

– «Спасибо».

На этом я абстрагировалась от шума в голове и повернулась к Салиму. Он терпеливо ждал чуть дальше на берегу и походил на приведение, ярко белое пятно на фоне серой действительности, огонек света, который все так же манил меня, несмотря на затаенную обиду. Я подошла к нему, ощущая, что мои слова могут загасить этот огонь, но пришло время действовать, и отступать я не собиралась.

– Ты приняла решение, – Догадался Салим.

Я кивнула.

– Значит, она убедила тебя идти к Разлому?

– Если там ничего не получится, я доверюсь тебе.

– Если там ничего не получится, ты можешь больше не вернуться, – Вздохнул Салим, – Я не могу отпустить тебя на верную смерть!

– Я вернусь.

– Почему ты в этом уверена?!

Самое время заявить о своем бессмертии, но как подобрать слова для этого? Не найдя способа лучше, я ответила прямо:

– После встречи с Димой мне уже доводилось умирать.

– Что ты имеешь в виду? – Напрягся Салим.

Я посмотрела ему в глаза, признавшись:

– Он наделил меня бессмертием, но…

– Бессмертием?!

В глазах Салима было столько удивления, что я тут же осознала, насколько не просто будет разговор.

– Я не знаю, что это за магия, но все Всадники бессмертны, – Неуклюже добавила я, пытаясь хоть как-то объяснить сказанное, – Я знаю, тебе в это сложно поверить…

– Раз это так, то почему они еще не добрались до Разлома? – Перебил меня Салим сверля меня озадаченным взглядом,

– Святая Благодать, это очень не просто объяснить! У этой способности есть масса условностей, даже Всадники не все понимают!

Я внезапно осознала, насколько трудно пришлось Диме, когда я потребовала рассказать всю известную ему правду. Даже несмотря на то, что Салим уже знал о другом мире, о том, что я там побывала, мне все равно не просто было объяснить все те нюансы, о которых мне рассказали Всадники.

– Я надеюсь, потому что простое объяснение меня пугает, – Неожиданно вздохнул Салим.

– Простое?

Он посмотрел на меня, и опустив глаза покачал головой:

– Все, что ты мне рассказала ночью и теперь…, все это…

– Ты считаешь, что я сошла сума? – Прямо спросила я.

Салим вздрогнул и посмотрел мне в глаза:

– Нет…, я…, Санрайз, я совершенно не вижу того мира, который видишь ты и от мысли, что все твои решения происходит из него, меня охватывает паника! Я стараюсь поверить тебе, надеюсь, что смогу тебя вытащить из этого…,

Салим пытался подобрать слово и я подсказала:

– Безумия?

Он нервно облизал губы и вздохнул, заметавшись взглядом по линии берега, словно надеялся найти мне оправдание и не находил.

– Так и есть, Салим! – К его удивлению согласилась я, – Все, что со мной происходит кажется безумным и я была бы счастлива напиться зелий, чтобы это прекратить, но таких зелий нет! И даже умереть я не могу, не зависимо от того, веришь ты мне или нет!

Салим посмотрел на меня с печалью в глазах.

– Если бы не ребенок, я бы позволила тебе проверить, – Твердо глядя в ответ, добавила я.

Он ужаснулся и покачал головой:

– Я бы не посмел, даже если бы мог в это поверить.

– Но ты не веришь?

Он вздохнул снова:

– Если ты опасаешься за жизнь ребенка, значит, твое бессмертие его может не защитить от гибели?

– Диана уже умирала, – Помедлив, ответила я, – В Мисталире, когда я уже носила ребенка.

Удивленный и напуганный взгляд Салима скользнул на мой живот:

– И ты уверена, что с ним все хорошо?

Прежде, я старалась не думать об этом, уверенная, что ощутила бы, если бы с ребенком что-то было не так, но сейчас моих ощущений Салиму явно будет недостаточно.

– Уверена.

– Почему?

– Амерон уже в своей крепости узнал о душе в моем чреве.

Салим устало потер глаза и будто вынес вердикт:

– Ты готова отправиться к Разлому с моим ребенком в чреве, доверившись демону из другого мира, рассказу обезумевшего некроманта и полагаясь на невероятное бессмертие… Я ничего не упустил?

Салим посмотрел на меня. Заметив в его глазах откровенное недоверие, я промолчала, осознавая, что в такую историю действительно невероятно сложно поверить и мне потребовалось на это куда больше времени, чем было у Салима.

– Ты хочешь, чтобы я поверил в это все, но при этом не желаешь довериться мне.

– Я не могу тебе довериться! – Почти выкрикнула я, – Если я погибну в Разломе, то вернусь обратно, и мой ребенок вернется со мной! Ты уверен, что после твоего ритуала мы выживем оба?! Твой яд не убил Диану, но может убить ребенка.

– Я могу найти другой способ. Мы можем дождаться, когда малыш родиться…

– Разлом растет, Салим, монстров становится все больше, Амерон преследует остальных Всадников и скоро я не смогу сражаться. Возможно, другого шанса добраться до Разлома у меня больше не будет и если это единственная возможность разрушить нашу с Дианой связь, я не хочу упустить ее!

– Ты не думаешь, что я как отец тоже вправе решать?

– Все это время я сама принимала решения. Ты появился лишь сейчас!

Я знала, что мои слова не справедливы и жестоки. Салим не знал о ребенке, а если бы знал, то еще вернее отправил бы меня прочь из оазиса, лишь бы спасти от Амерона. Но он бы вернулся ко мне раньше…

Салим кивнул, отведя взгляд.

– Прости, я не хотела..., – Вздохнула я, устав от ссоры.

– Я лишь хочу защитить тебя и нашего малыша, Санрайз. Дай мне шанс, дай мне время.

Как бы мне этого не хотелось, я повторила:

– У меня его нет, Салим.

Я посмотрела на него:

– Ребенок растет, и скоро я даже верхом ездить не смогу! Если я могу освободиться только в Разломе, значит, я должна отправиться туда пока еще способна держать меч в руках.

Мне надоел этот спор, и я решительно посмотрела в глаза Салиму:

– Ты можешь помочь нам, а можешь остаться здесь…, со своей «семьей».

Салим дрогнул как от удара, но я уже не могла испытывать жалость и отвернулась от него, снова уставившись на озеро.

– Ты моя семья, – Тихо выдохнул Салим у меня за спиной, – Я знаю, что ранил тебя и готов на все, чтобы искупить свою вину. Даже довериться демону и нырнуть в Бездну.

Он подошел ко мне и опустившись на одно колено взял за руку:

– Я пойду за тобой куда угодно.

В его словах не было сомнений, а во взгляде теплилась надежда и любовь. Я сжала его руку, шепнув с облегчением:

– Спасибо.

Салим поднялся и обнял меня. Я выдохнув обиду, прижалась к его груди. Я была готова простить ему долгую разлуку, но лишь с условием, что мы больше никогда не расстанемся.

– Санрайз?

– Да?

– Ты можешь обещать мне, что, несмотря на свое бессмертие, не станешь рисковать собой?

– Обещаю.

Глава 22

– «Они уже почти на месте. Андрей убедил Элидрис и Слидгарта, что мы сумеем прорваться к Разлому, но долго ждать нас в долине монстров они не смогут», – Сообщил Дима у меня в голове, пока я собиралась в своей комнате.

Я стояла перед зеркалом снова облаченная в броню, добытую в кузнице Амерона и в который раз пыталась убедить себя, что поступаю правильно. Салим смирился с моим решением и почти сразу взялся за подготовку портала, который доставит нас к Барьеру. Если все пройдет как задумано, там мы встретимся с остальными Всадниками и отправимся к Разлому. Я догадывалась, что Салим согласился со мной в надежде, что Барьер не пропустит меня и в глубине души сама рассчитывала на это, но что тогда? У Димы не было ответа на этот вопрос. Он не знал, что произойдет, когда мы пройдем Барьер и удастся ли это вообще. Возможно, чтобы добраться до Разлома, он должен вернуться в мое тело, но меняться телами по собственной воле мы не могли, хотя сейчас, уже в самом конце пути я задумалась, так ли это на самом деле? Возможно это все же можно контролировать, а мы просто не разобрались как? Но в любом случае, времени выяснять это у нас уже не было. Всадники двигались к долине монстров и, если мы не встретимся с ними в ближайшее время, армия Амерона может разбить их. Тогда он обратит друзей Димы в нежить и нам не останется ничего кроме как согласиться на его условия, иначе Разлом поглотит наш мир.

– Мы найдем их, – Пообещала я Диме.

План казался простым: мы должны были встретиться с Всадниками, эльфов и гвардейцев отправить порталом в безопасное место, а сами пройти через Барьер, но ни у кого из нас не было представления, что находится по ту сторону и даже до того, как мы сможем пройти к Разлому все может пойти не так как задумано.

– «Санрайз?».

– Да, Дима.

– «Пускай сперва остальные пройдут через Барьер. Если все будет хорошо, пройдешь за ними…».

Я невольно улыбнулась одним уголком губ. Теперь я знала, что Дима готов пожертвовать друзьями ради меня, хотя деваться им все равно было некуда… и все же…

– «Возможно, сам Барьер нас разделит и на этом все закончится», – Не уверенно продолжил Дима.

Больше всего я боялась, что Барьер разделит меня и ребенка, что он погибнет, едва я попытаюсь добраться до Разлома. Именно этот риск не давал мне закончить сборы, убеждая согласиться с Салимом и дождаться, пока малыш родится. Я заглянула в глаза своему отражению и покачала головой, пытаясь избавиться от сомнений. Разлом ждать не будет, и мой ребёнок может появиться в этом мире лишь затем, чтобы застать его гибель, которую я должна предотвратить.

– Надеюсь, – Вздохнула я, повесив меч на пояс.

– Санрайз?

В дверях комнаты появился Салим, полностью готовый к походу. Брони на нем не было, но он в ней особо и не нуждался. Вместо нее он надел отливающий синевой дублет с серебряной вышивкой, а сверху накинул теплый черный плащ с капюшоном. В руке он держал белоснежный магический посох с тончайшей работы резьбой, изображающей обитателей пустыни.

– Я готова, – Кивнула я ему.

Помедлив, словно еще надеялся меня отговорить, он протянул мне руку. Я протянула свою в ответ и мысленно передав Диме, что мы отправляемся, за руку с Салимом вышла из дома. При мне был только меч, медальон и несколько спешно приготовленных Салимом зелий. А еще надежда, что это путешествие станет последним…

– Ты можешь рассказать больше о вашем бессмертии? – Попросил Салим, когда мы вышли из дома.

Осознав, что бессмертие оставалось моим последним секретом (не считая истинной личности Дианы), я испытала удивительное облегчение, словно стоит мне все рассказать и некая стена между мной и Салимом наконец падет, а я смогу целиком и полностью раствориться в нем. На подробности не было времени и в двух словах я рассказала все, что мне было известно: о тумане с таинственным предложением, о том, как Всадники возвращались к жизни, и как это происходило со мной. Но больше всего Салима интересовало, почему с такой способностью наш путь к Скирату занял столько времени. Казалось, сохранение вовсе не облегчало нам жизнь и логика его появления так и осталась для нас загадкой.

– Значит, если что-то случится, ты вернешься назад в сегодняшнее утро?

Мы остановились на середине пути к озеру. Салим держал меня за руку и с надеждой смотрел в глаза.

– Я не знаю и в этом вся проблема.

Мы не могли контролировать эту способность, хотя теперь, так же как с обменом телами, у меня возникла мысль, что мы просто не разобрались с тем, как это работает. Все, о чем мы думали это как скорее добраться до Разлома и не могли себе позволить экспериментов со своим бессмертием. Но что если эту магию можно контролировать? Поворачивать время вспять всякий раз, когда план не удался! Ведь Дима говорил, что в других мирах это возможно! Эта мысль настолько захватила меня, что я на миг представила себя в постели с Салимом в тот момент, когда сохранилась. Я воображала, как переношусь назад в прошлое на несколько часов, но тщетно…, я все так же стояла на берегу озера и не ощущала никакого намека на то, что могу управлять своим бессмертием.

Салим кивнул:

– Тогда прошу тебя, держись рядом со мной и не рискуй понапрасну.

Он коснулся моих волос, и я ответила, опустив глаза:

– Не буду.

Мы отошли от дома почти к самому озеру, которое уже покрылось тонким слоем льда у берега. Все прежнее напряжение и тревога сжались во мне в одну точку, где-то в районе бешено колотящегося сердца. Весь путь к порталу я одной рукой держала за руку Салима, а вторую прижимала к животу. Но несмотря на страх, я чувствовала, что за подрагивающей мелкой рябью мембраной портала меня ждет освобождение. Словно я уже была у Разлома, и остался всего один шаг, после которого кошмар закончится и начнется нормальная жизнь.

– Если твоих друзей у Барьера не окажется, мы вернемся, – Сказал Салим, взглянув на меня.

Он боялся, что я стану спорить, но мы отправлялись в долину, захваченную монстрами и рисковать ребенком больше, чем необходимо я не собиралась:

– Хорошо.

Портал сиял багряным светом, будто водная гладь, в которой утонуло закатное солнце, при этом серый дневной свет наоборот словно угас, и вокруг нас собрались преждевременные сумерки.

– «Санрайз?», – Тихо позвал Дима, – «Вы на месте?».

Я не стала отвечать, вместо этого призвав магическое зрение. Теперь Дима мог сам видеть происходящее. Салим встал напротив меня и совершив несколько пассов руками, добавил к моей магической защите свою. Заглянув ему в глаза, я ощутила, как страх отступает и улыбнулась, уверенная, что он защитит меня и нашего ребенка. Повинуясь порыву, забыв о минувшей ссоре и активном магическом зрении, я потянулась к нему и нежно поцеловала, шепнув в губы:

– Я люблю тебя.

Лицо Салима словно озарилось светом, и он улыбнулся в ответ:

– Когда все закончится, ты станешь моей женой?

Вопрос оказался неожиданным для меня. Совсем не так я представляла себе предложение руки и сердца, и мне оно показалось совершенно лишней формальностью. Я носила ребенка Салима и любила его, но он ждал ответа, и я шепнула:

– Да.