Демиен

Жуткое похмелье. Алис тормошит меня и что-то требует.

– Дем, подъем. Я бужу тебя уже двадцать минут. Просыпайся, нам пора выезжать в аэропорт.

Я жутко перебрал вчера, хотя казалось, что все под контролем. Поднимаю телефон и смотрю на время. Не хочу никуда ехать, голова разрывается.

– Ты натворил вчера дел. Вставай! – в меня прилетает лиф от купальника. Симпатичный. Кидаю вещь обратно.

Стоит присесть, как становится еще хуже. Чувство, будто в голову стреляют из минометов, палящих каждую секунду.

С трудом перебираю ногами, перед глазами дымка. В голове кружат вертолеты. Не помню, когда последний раз так вставляло после алко. Лет в восемнадцать? Добираюсь до ванны, мне срочно нужен прохладный душ, иначе не вывезу. Как вообще в таком состоянии я могу куда-то лететь?

– Мать ее. – Замечаю на левом плече багровый синяк.

Шумно выдыхаю и ступаю на кафель душевой. Холодная вода приводит меня в чувства. В голове рассеивается туман, сознание становится чище. Пока капли несутся по телу и разбиваются о плитку, я размышляю о Катрине. Как мне перестать думать о ней? Нет необходимости тревожить ее и докучать своим вниманием до тех пор, пока не освобожусь от призрачной любви к Алис, которую считаю остатками недоношенности.

– Муж, – протяжно зовет девушка, стоя за дверью. Да, я заперся от нее. – Водитель уже ждет нас внизу. Поторапливайся.

Может не ехать? Придумать какую-нибудь отмазку, вроде: «Так трещит голова, что боюсь потерять сознание в частном самолете». Или прикинуться, что уже потерял. Вариантов множество, но ни один из них не походит на реальную причину, по которой я мог бы остаться в Нью-Йорке.

«Что бы ты делал, Дем, если остался здесь? Следил за Катриной и вынашивал план, как поскорее порвать с Хьюз?», – задаю себе вопросы я.

На первый ответ так и не находится. После того, как я встретил Хеймсон, в некотором роде я стал жить ею. Не понимаю, как ты вышло, что за каких-то несколько дней, она стала моим всем, новым смыслом жизни.

Кажется, что все двадцать три года я тупо существовал. Без нее мое пребывание было туманным. Ебанная романтика! С каких блять пор, извините, я стал таким… Ванильным?

За одну неделю Катрина навела свои порядки.

Моя голова всегда была забита чем-то бессмысленным и однообразным. Драки, начиная со школы, тусовки, девушки, мечтающие оказаться в моих объятиях. Ночной образ жизни практически никогда не сменялся на дневной. В светлое время я отсыпался после диких гулянок, которые вдоволь были преисполнены спиртным, сигаретами, кучей потраченного кэша, сожженных яхт, разбирательств, в хлам убитых тачек, когда я не справлялся с управлением авто, рассекая по ночным трассам.

– Где ты застрял, Каррас? Выходи я тебе говорю! – Покрикивает Алис, когда я стою под душем и обдумываю детали прошлого.

У меня никогда не было нужды в чем-то. Жизнь не ставила меня в подобные ситуации, где нужно выбирать (я сразу брал все, что хотел).

Привык, что за меня многое могут решить родители. Знал, папочка с мамочкой всегда вытащат меня из любого дерьма. Но теперь они мне не помощнички. Впервые мне приходится решать что-то самостоятельно. Насколько мне известно, более осознанные люди, чем я, называют это «взрослостью и выходом из детской позиции».

Взрослый – одно слово, восемь букв и бесконечная головная боль. Говорят, что у детей нет денег и ахуенного секса. Не знаю, насколько правдива эта херня.

Алекс – мой погибший брат твердил на каждый мой день рождения (начиная с четырнадцати), что быть взрослым – это так круто! В ответ я крутил у виска, потому что уже тогда видел, сколько обязанностей висят на нашем отце. Глядя на его бешеную занятость, ничего крутого во взрослости я не видел. Как и говорил – головная боль, не более.

Мне нравилась моя безответственная жизнь. Нравились гулянки, дни без четких планов. Такое себе беспросветное существование, у которого было одно -но. Время беспощадно ускользало из пальцев. Даже не знаю, что путевого я сделал в жизни…

– Демиен! – Голос Хьюз звучит одновременно с тем, как я открываю дверь и чуть не заряжаю ей по лбу.

Жаль, она могла бы отключиться, решая все мои проблемы.

– Может поедешь одна? Я вообще на нуле.

– Собирайся. Едем вместе!

– А может ты не будешь управлять мной? – надвигаюсь на нее я, не испытывая даже рядом тех чувств, которые бушуют рядом с Катриной.

Мне нравится занимать лидирующую позицию, где бы то ни было. И я не позволяю ни одной девице помыкать мной. За исключением Хеймсон, но это уже другой случай. Алисии это право я не давал.

– Дем, давай не сейчас. – Жена принимает мой порыв за игру на раздевание. Я приближаюсь еще ближе к ней и загоняю в угол, но никакого подтекста и в мыслях нет.

Временами мне даже жаль Хьюз. Сколько мы знакомы, столько она пытается увидеть хоть какие-то чувства с моей стороны. Но год за годом ничего не меняется.

Влечения к девушке как не было, так и нет. По отношению к Алисии у меня внутри стужа, ледяная глыба. И как бы Хьюз не пыталась растопить ее, ничего не выйдет.

Зато одного взгляда Катрины в мою сторону достаточно, чтобы что-то дрогнуло и начало плавиться. С каждой нашей новой встречей куски льда с сокрушительным грохотом отваливаются. Оледеневшее сердце начинает подавать признаки жизни. А его удары вызывают во мне еще больший интерес к жизни.

– Я не хочу ехать в путешествие. Мне нужен Нью-Йорк.

«И Катрина», – мысленно добавляю я.

– У тебя кто-то появился? – прищуривая зеленые глаза, спрашивает Алис.

– Возможно. – Я не собираюсь утаивать от девушки этот факт.

– Это же пройдет? Все временно, правда? – Хьюз хлопает глазками и мотает головой. – Не отвечай. Все в порядке. Ты и я, мы со всем справимся.

Какая же она бесхарактерная. Я напрямую ей говорю о том, что у меня есть любимая женщина, а в ответ она что-то продолжает говорить про нас. Не первый год я сплю с Алис и еще с другими. Она даже согласилась на свободные отношения, лишь бы просто зафиксировать факт существования нас с помощью брака.

– Алисия, тебе не надоело? – Ходить вокруг да около не в моем стиле. – Мы столько лет знакомы. Неужели статус столь важен? Жена Демиена Карраса…

– Отец говорит, что это выгодный брак для обеих сторон. – Перебивает она и пожимает плечами. – И ты мне нравишься. Демиен, я же сказала, что все в порядке. Я не злюсь на то, что у тебя есть кто-то, помимо меня.

Меня тошнит. От Алис, ее болотных глаз и коротких волос, наигранных эмоций. Приторно-сладкий характер Хьюз после сумасшедшего дьявольского уже не привлекает меня. Да и навряд ли привлечет чей-то еще…

***

Путешествие проходит отвратительно. Мы проводим около десяти дней в Париже. Остается продержаться еще пару дней.

Алисия каждое утро таскает меня по забегаловкам на улице и лезет целоваться на каждом французском углу, то есть везде. С другой стороны, если бы не она, то я бы окончательно свихнулся. Все десять дней моя голова забита какой-то херней, круговорот мыслей не прекращается. Ежедневно я просыпаюсь с осознанием, что жизнь похожа на какую-то бессмыслицу. Нет даже желания вставать с кровати.

Однажды я не выдерживаю и набираю Хеймсон. Каждую ночь мне снятся ужасы, и в один из дней я пугаюсь до усрачки.

– Катрина, – я стою по пояс в океане и ищу глазами девушку.

Секунду назад она обнимала меня и весело смеялась, а сейчас ее нигде нет. Бью руками по бушующей воде и ныряю, чтобы найти любимую.

«Я не могу потерять тебя», – мысленно посылаю ей сигналы.

Может показаться, что ничего столь страшного во сне нет. Но то, как я ощущаю себя в нем – ничего не сказать. Беспомощность охватывает меня. Если бы я крепче держал Хеймсон во сне и не позволял себе убирать руки с ее бедер, Катрина никуда бы не делась. Я виноват.

Просыпаюсь в холодном поту. С трудом дыша, набираю девушку. Я не гружу себя думами по типу: насколько этично звонить ей после всего, что между нами было. Плюю на Алис, которая посапывает рядом, и просто набираю ту, за которую тревожусь больше жизни.

– Сахарок. – Начинаю я, когда она поднимает трубку и сонным голосом шепчет мое имя.

На часах 4.30 утра. Разница с Нью-Йорком составляет пять часов. У них нет и полуночи, а она уже спит. Блять, я разбудил ее!

– Демиен? Что-то случилось? С тобой все в порядке?

Сжимая балконную перилу, гляжу на Эйфелеву башню. Несмотря на наши разногласия, Катрина продолжает беспокоиться за меня. Слова девушки действуют на меня убаюкивающе, а тревога растворяется под тембр ее голоса.

– Не беспокойся за меня. Полный порядок.

О том, в каком я порядке, знаю только сам. Не хочу, чтобы вдобавок ко всему, что я натворил перед отъездом, Катрина еще и переживала за мое состояние. Я не заслуживаю эту девушку.

– Мне снился сон с тобой. Я испугалась, Каррас.

– Катрина…

– Заткнись, Дем, и береги себя. Будь осторожнее. – Перебивает Хеймсон и чуть дрогнувшим голосом продолжает. – Прошу, аккуратнее. Мне не хочется терять тебя, как человека.

Когда дело касается меня, ее принципы под натиском любви с треском рушатся.

– Обещаю.

Если расскажу о сновидении, Катрина не поверит. Поэтому молчу о том, что она тоже попала в беду.

Вскоре пожалею об этом…

Мне стоило предупредить о дурном знаке.

– С тобой все хорошо? – вновь задаю ей вопрос.

Прикрываю веки, готовлюсь услышать самый любимый и успокаивающий голос на планете Земля. Хеймсон… Не пойму, почему меня так прет от нее. Не похоже на то, что я просто хочу переспать с ней. Кстати, я до сих пор обдумываю эту мысль.

– Не считая сна, да. – Звучит неубедительно.

Не прикапываюсь, потому что Катрина один хрен не расколется. Мне не хочется прощаться, поэтому начинаю ей задавать ей вопросы по типу: «Как прошел твой день».

Когда Катрина не посылает меня на четыре стороны, удивляюсь.

– Как Франция?

Я поджимаю губы, чуть не рассказывая, как проходят мои дни в стране на самом деле.

– Стоит. – Отшучиваюсь я. Как и мой член на тебя.

Пошло и грязно? Да, не скрываю. Но к таким неприличностям она еще не готова. Подожди, Хеймсон, я оторвусь с тобой по полной!

– Рада, что путешествие проходит хорошо. – Из ее уст, как и обычно, звучат вежливые речи.

Она может хоть раз выключить в себе английскую королеву и передать бразды правления той, которая разжигала во мне пожар похлеще, чем в соборе Нотр-Дам-де-Пари?

– Извини, мне пора. Я не совсем одна. Неудобно разговаривать.

– Не одна? – переспрашиваю я, когда воображение начинает рисовать мой ураган в объятиях какого-нибудь мужлана.

– Ну да, я же четко сказала: не одна. Спокойной ночи.

***

Мы с Алис возвращаемся в Нью-Йорк. Мне становится чуть легче.

Я стараюсь не искать встреч с Хеймсон, но так уж выходит, что судьба снова сталкивает нас.

Подруга Алисии приглашает на ужин в один из ресторанов. У нас выходит что-то вроде двойного свидания. Я не приветствую такое, но соглашаюсь развеяться.

Сидим мы недолго. Я закрываю счет, а после дожидаюсь, пока Алис натрещится с подругой. Наступает какой-то новый период равнодушия ко всему. Искоса поглядываю на наручные часы, вглядываясь, как стрелки медленно перемещаются от цифры к цифре. В зале играет приятная музыка, шустро шныряют официанты с блюдами для уважаемых гостей.

– Да, конечно. – Где-то на фоне звучат голоса жены и ее подруги.

Слева слышится звон бьющихся бокалов и разбивающихся о темный дубовый паркет тарелок.

– Простите, – извиняется девушка.

Один из мужчин начинает катить бочку на официантку и громко возмущаться. Остальные присутствующие так увлечены собой, что не замечают данного инцидента.

Справа слышится веселый смех. Он кажется очень знакомым. Поворачиваю голову в сторону звука и теряю дар речи. Переворачиваются все органы, дышать становится труднее. Я потираю глаза, чтобы убедиться в том, что вижу. Катрина обнимает рядом стоящего мужчину и заразительно смеется. Она выглядит счастливо с ним, мать вашу!

Мой мозг отрицает увиденное. Может у меня что-то со зрением?

– Джаред. – Произносит Хеймсон, обнимая дрыщавого перца за шею. Его руки лежат на ее заднице. Какого хера она позволяет ему делать с собой такие вещи?

Судя по всему, они тоже уходят, на их столе лежит счет и полупустые тарелки с едой. Этот Джаред, как назвала его сахарок, что-то шепчет Катрине на ухо и еще сильнее мнет ягодицы.

Я сжимаю пальцы в кулаки. Так бы и врезал ублюдку, кем он ни был. Моя реакция в таком случае будет неоправданна. Ведь кто я такой для Хеймсон? Обычный знакомый, у которого она была на свадьбе. Ерунда!

– Демиен, – зовет меня Алис.

Мельком бросаю на нее взгляд и возвращаюсь к паре. Кажется, жена уже договорила со своей подругой и зовет домой. Ничего с собой не могу поделать. Хочу испепелить гребаного Джареда.

Неужели Катрина мне мстит таким идиотским образом? Ярость заполняет тело, и я окончательно слетаю с катушек, когда мужчина тянется к губам девушки. А Хеймсон вместо того, чтобы оттолкнуть слизня-придурка, отвечает на поцелуй.

– Эта же та девушка, которая была на нашей свадьбе. – Касаясь моего плеча, произносит Хьюз. – Пойдем поздороваемся?

Она берет меня за руку и тянет в сторону новообразовавшейся парочки. Постепенно я начинаю ненавидеть все вокруг. Ненавижу этот ресторан, Катрину, которая какого-то хера разыгрывает спектакль или уже действительно нашла себе кого-то. Я путаюсь в собственных догадках.

– Добрый вечер, – произносит Алисия, когда мы приближаемся к Катрине и Джареду. Кто он, мать вашу, такой?

Они не сразу обращают на нас внимание. Глядя на то, как Хеймсон нежно касается губ парня своими, невольно ощущаю вкус ее помады. До носа долетает утонченный парфюм девушки, который оставался на моей одежде всякий раз после встреч. Все похоже на безумие.

– Добрый, – произносит мужчина, отрываясь от Катрины.

Я смотрю в упор только на Хеймсон. Другие мне не интересны. Меня охватывает еще большая злость. И в этот раз на самого себя. Если бы я не натворил глупостей, мне не пришлось бы жениться на Алисии и соглашаться на меньшее.

Сахарок поднимает испуганный взгляд и белеет на глазах. Не ожидала увидеть меня здесь, детка?

Я больше не хочу быть с ней нежным. Жажду вернуться в то время, когда бросал одну телку за другой. Знаю, что Катрина ни в чем не виновата. Но сейчас она режет меня остро-наточенным ножом прямо по сердцу. И в ответ я хочу сделать ей еще больней.

Отдаю себе отчет, что мною правит гнев. Никто из нас ничего не должен другому. По сути, я сделал выбор, бросив Катрину на парковке. И требовать от нее верности – не в моей власти, пока я сам трахаю другую (без чувств, любви и удовольствия, прошу заметить). Возможно, мне просто завидно, что она нашла кого-то получше, чем такого придурка, как я.

В любом случае ей это просто так с рук не сойдет.

Демиен Каррас выходит на охоту.