Окончив университет, Джо начал работать в General Motors на полную ставку. Он подружился с одним из коллег, который родился в Китае, но с 12 лет жил в США. Его друг очень хотел посмотреть новый ресторан родителей около Сиэтла. И они оба мечтали объехать всю страну, так что решили отправиться в путешествие на машине.

«Это был фантастический отпуск», – вспоминает Джо. Но кроме того, он столкнулся с новым опытом. Он вспоминает, как на его друга пялились, как в одном из ресторанов враждебно бормотали что-то про Перл Харбор. Их останавливали пограничники, подозревая, что друг Джо пытается незаконно перебраться в Канаду. «Я чувствовал себя ужасно. И злился на их фанатизм. Это одни из моих первых “пробуждающих” воспоминаний, когда я начал осознавать свои белые привилегии, сочувствовать своему другу и в целом другим представителям маргинальных сообществ».

Спустя две недели после поездки Джо сложил вещи в ржавый Меркури Кугар 1971 года выпуска и отправился в бизнес-школу. Многие однокурсники (включая меня), любя называли его «Джо из Джи-Эм» из-за его страсти к производству, General Motors и Детройту. С особенным рвением он участвовал в заграничных поездках – Южная Корея, Гонг-Конг, Индия, Япония – во всех, в которых мог, хотя из-за этого сумма его кредитов достигла шестизначной суммы. В то время я особенно не задумывалась о целях его путешествий. Джо был таким общительным, человеком мира, с улыбкой и добрым словом для каждого, и мне казалось, что он просто из тех открытых людей, которые очень любят путешествовать.

Теперь я знаю, что поездка по стране изменила взгляд Джо на мир. И он намеренно старался расширить свои горизонты, увидеть как можно больше людей. И чем больше он видел, тем больше хотел еще. И знал, что чтобы увидеть еще больше, нужно проявить инициативу.

После бизнес-школы Джо вернулся в General Motors, и еще не достигнув 35 лет, построил карьеру руководителя, став одним из самых молодых управляющих в компании. Со временем узколобость оскорблений и шуток из детства стала для него очевидна. Его начали беспокоить расистские насмешки одних коллег над другими (хотя его они не касались). Язвительные шутки усиливались по мере роста конкуренции со стороны японского автопрома. Исследования показывают, что опыт Джо свойственен многим, кто имеет привилегии в одной своей идентичности и сталкивается с препятствиями в другой. Ученые Эшли Шелби Розетт и Ли Планкетт Тост считают, что «уязвимая» идентичность помогает лучше понять свои «обыкновенные» привилегии, особенно если уязвимость не преодолена полностью.

Джо вспоминает, что входил в команду из пяти руководителей, которую возглавлял «типичный старомодный директор завода». В команде были чернокожий мужчина и белая женщина. «Я заметил, что наше общение полностью менялось в зависимости от того, присутствовали ли они на встрече. Когда не было женщины, начальник позволял себе ругаться или отпускать сексистские комментарии. А если присутствовал чернокожий коллега, он постоянно (и незаслуженно!) давил на него. Мне было стыдно».

«Когда вспоминаю об этом, хочется, чтобы в тех ситуациях мне хватило мужества высказаться и защитить их. Конечно, можно оправдываться тем, что у меня было мало полномочий, но существовали варианты, которыми я не воспользовался, – размышляет Джо. – Но с теми коллегами мы подружились. Много и открыто беседовали. Мне хотелось больше узнать об их опыте». Наблюдения и разговоры помогли Джо увидеть собственные преимущества.

Пока он строил карьеру в General Motors, отец Джо задумался о том, чтобы продать свой бизнес – стоматологическую страховую компанию, и обратился к сыну за советом. За обсуждением вариантов действий Джо очень впечатлился потенциалом компании и перспективой работы вместе с отцом. И вот в 2006 году, после двадцати лет работы на Джи-Эм, он присоединился к DENCAP Dental Plans. В 2009 году он стал владельцем и президентом компании.