К тому времени, когда Дарина и ее друзья вошли в лес, совсем стемнело. Стояла зловещая тишина. Триш в который раз предложил не ходить в Королевский госпиталь ночью, но Дарина заявила, что с призраками лучше всего общаться именно в темноте, потому что при свете дня они могут не показаться.

– Да и чего бояться? – сказала она. – Вспомните ведьму Амалию, которая вселилась в тело гомункулуса. Не такая уж она была страшная. Ну, до того, как рассыпалась в прах.

– Это другое, – зябко поежился Триш. – С ней мы не собирались разговаривать, а тут сами лезем в пекло!

Но его никто не слушал. Пройдя по лесной тропе, ребята поднялись на высокую скалу и вскоре приблизились к развалинам гигантского старинного здания, казалось, растущего прямиком из горной породы.

Неподалеку от входа в стене зияла огромная, оплавленная по краям трещина, уходящая в глубь утеса.

– Знатно сюда молния бабахнула, – отметил кот Акаций. – Глядите, камень едва в стекло не превратился.

– Магия Эсселитов, – кивнула Дарина. – Эти колдуны и не на такое способны.

Открыв повисшие на одной петле двери, ребята прошли в сумрачный холл, где начиналась широкая каменная лестница с растрескавшимися ступенями. Пима зажег керосиновый фонарь, и друзья стали подниматься на второй этаж, вздрагивая и замирая от каждого шороха. В гигантском пустом здании то и дело что-то шуршало, потрескивало, постукивало.

– Это уже призраки? – нервно поинтересовался Триш и сам испугался звука собственного голоса.

Огромные пустые пространства исказили его почти до неузнаваемости. Триш будто крикнул в старый глубокий колодец и услышал в ответ собственное эхо.

– Ага, ждут тебя в гости, – поморщился Акаций. – Уже и плюшек напекли.

– Это просто сквозняки, – твердо сказала Дарина. – Гляньте на потолок.

Все тут же задрали головы. Полотнища серой паутины развевались на ветру подобно грязным флагам. Но это было еще полбеды – с темных балок свешивались гроздья спящих вниз головой летучих мышей. От такого зрелища все мигом притихли.

Поднявшись по ступенькам, путники оказались в длинном коридоре, который привел их в еще один пустой зал. В тусклом свете фонаря казалось, что под сводчатым потолком клубится сизый туман, и от этого становилось еще страшнее.

Когда-то здесь была большая больничная палата. Кое-где вдоль стен до сих пор стояли металлические кровати, покрытые паутиной и ржавчиной. Торчали обломки старых деревянных ширм, стульев и тумбочек, на полу валялись полуистлевшие тряпки и книги, на которых росли странные бледно-голубые грибы.

Ребята прошли через несколько таких залов, похожих между собой, как две капли воды. Свет почти не проникал сквозь пыльные окна, даже в зале, где стену и пол разрезала огромная трещина, царила непроглядная тьма. Одного фонаря было мало, поэтому Пима вытащил из карманов еще два – для Дарины и Триша. Вскоре во мраке весело мерцали уже три огонька.

Когда стало светлее, даже Триш слегка воспрянул духом.

– Может, тут и призраков никаких нет, – сказал он. – Мало ли что болтают деревенские пустомели? А брат Шестихвост мог соврать. Он служит Бие. Что ему терять?

– Ты же сам слышал. Все, что рассказывают о госпитале, – правда, – покосился на него Пима.

– Парацельс говорил, что нет никого, кто действительно общался с духами. Так с чего нам в них верить?

– Гляди, как Сосиска запел, – ухмыльнулся Акаций. – На словах-то все смелые. А как увидят призрака, зададут такого стрекача, только его и видели!

– Я не трус, – насупился Триш. – Но привидений побаиваюсь.

– Трусишка! – захохотал кот, тыча в Триша лапой. – Цыпа-цыпа! Маленький трусливый цыпленочек!

Дарина вела фонариком вдоль темной стены. Внезапно его луч высветил уродливую рожу с оскаленной пастью. Дарина ахнула и едва не уронила фонарь.

– Что это? – вскрикнул Пима.

– Горгулья, – с облегчением выдохнула Дарина, рассмотрев рожу. – Каменная. Сидит на постаменте… А под ней что-то написано…

Луч света выхватил из темноты каменную табличку, покрытую письменами. Часть слов уже не читалась из-за многочисленных трещин.

– Что там? – тихонько спросил Триш.

– Что-то о жадности и смерти… – поморщилась Дарина, пытаясь разобрать каменные буквы. – Больше ничего не разобрать.

– С меня и этого вполне достаточно, – задергался Триш. – Валим отсюда!

– Цыпа-цыпа! – снова захихикал кот. – Ох, угодит этот цыпленочек в бульон!

В этот момент по пустому залу пронесся глухой, протяжный стон. Акаций тут же грохнулся на пол без сознания.

Триш, Пима и Дарина опасливо закрутили головами по сторонам. Не прошло и пяти секунд, как раздался новый стон.

– Что это? – дрожащим голосом спросил Пигмалион.

– Не что, а кто, – поправил его Триш.

– Похоже, тот, кого мы искали, – вполголоса произнесла Дарина.

Стон повторился, и из мрака перед ребятами соткался туманный призрак высотой почти четыре метра. В свете фонарей чернели его пустые глазницы и провал рта. На призраке был старинный военный мундир с эполетами и полупрозрачный шлем. Длинные седые усищи и борода струились по воздуху, как водоросли в реке.

– Пошел к черту! – взвизгнул Триш и бросился бежать, но в темноте почти сразу налетел на каменную стену.

Пима вытаращил глаза от ужаса. Фонарь закачался в его дрожащей руке, и по залу заметались полосы света.

– Кто посмел нарушить наш покой? – яростно взревел призрак в мундире. Он вскинул прозрачную руку, и в ней появилась сабля, тоже полупрозрачная. – Разве вы не знаете, что нарушители будут немедленно преданы смерти?

Позади призрака возникли еще две туманные фигуры. Та, что справа, была в широкополой шляпе с гигантским пером, а та, что слева, – вообще без головы. Присмотревшись, Дарина поняла, что привидение держит свою голову в руках. Все трое окружили путников и начали медленно сходиться, сжимая кольцо. За ними возникло еще несколько безликих расплывчатых фигур. Да этот госпиталь кишмя кишел привидениями!

– Мы не нарушители, – испуганно пискнула Дарина. – Мы пришли за помощью!

– Кто вы? – прорычал старший призрак. – Назовите себя!

– Дарина, Разрушительница заклятий. А это Триш, Пигмалион и кот Акаций.

– Вот так имена, – прогрохотал призрак. – Вы что – сборище бродячих артистов?

– Артисты! – восхищенно захлопал в ладоши дух в шляпе с пером. – Какая прелесть! Давненько я не видел настоящих артистов. Сколько же лет прошло?

– А ты вспомни, сколько лет назад помер, бестолочь, – ответил ему старший призрак.

Безголовый призрак тоже хотел зааплодировать, но чуть не выронил свою голову.

– А что, генерал Больдузер, – вкрадчиво произнес призрак в шляпе. – Может, пока не будем их убивать? Это мы всегда успеем. Пусть менестрели сначала споют.

– Никакие мы не менестрели, – возмутился Пима.

– Тогда незачем сохранять вам жизни! – грозно рявкнул генерал Больдузер, постукивая саблей по голенищу сапога. – Придушить всех, да и дело с концом.

– Мы артисты, совершенно верно, – дрожащим голосом произнес Триш. – Выступаем ансамблем то тут, то там. По всей империи.

– Да ты что? – уставилась на него Дарина. – Правда собрался выступать?

– Жить захочешь, и выступишь, – сказал ей Триш.

Троица призраков гулко расхохоталась. К ним присоединилась полупрозрачная толпа. Безумный хохот отражался от стен пустого зала, и от этих звуков кровь стыла в жилах.

В это время вяло зашевелился Акаций.

– Что с вами? – слабым голосом поинтересовался он. – Вы стоите вверх ногами…

– С нами все в порядке, – ответил Пима. – Это ты валяешься вверх тормашками!

Кот осторожно поднялся, но, увидев толпу призраков, едва не рухнул снова. Дарина подхватила его за шкирку.

– Так вы будете петь или нет? – нетерпеливо спросили привидения.

– У нас нет с собой музыкальных инструментов, – возразил Пима. – Мы не имеем права выступать без них. Законы бывшей империи запрещают.

– Да неужели? – скривился генерал Больдузер. – В таком случае мы вышвырнем всех вас в окно. Пока будете лететь вниз со скалы, может, еще что-нибудь придумаете или научитесь петь без инструментов!

– Нет! – испуганно воскликнул Триш. – Мы и без музыки споем!

– Вот сам и пой, – пихнул его в бок Пима.

– И спою!

– Тоже мне, певец нашелся, – буркнул Акаций. – Стоит кому-то вроде тебя запеть, все тут же начинают швырять в него тухлые помидоры.

– Никто так давно не делает, – огрызнулся Триш. – Кроме комендантши Коптильды.

– Я тоже так делаю, – заявил кот. – Повезло тебе, что у меня нет с собой помидоров.

– Да у тебя и карманов нет, – хохотнул Пима. – Куда бы ты их засунул?

– Уж я бы нашел способ заткнуть рот этому ушастому недоразумению, – заверил его Акаций.

– Стоп! – взвыл генерал Больдузер замогильным голосом, от которого у кота шерсть встала дыбом. – Мы уже вдоволь наслушались. Либо начинайте развлекать нас, либо вам не жить!

– Да что мы вам сделали? – возмутилась Дарина. – Откуда такая злоба?

– У нас тихий час, а вы нарушили наш покой, – ответил призрак в шляпе с пером.

– К вам все равно никто не ходит. Лучше скажите спасибо, что мы вас навестили в госпитале, – сказал Акаций.

Рядом с ним из воздуха соткалось гигантское лицо с черными провалами глазниц.

– Давненько я не встречал говорящих котов, – прошелестел дух.

– Прочь от меня, галлюцинация, – замахал лапами Акаций.

– Пойте! – прогудел призрак. – Иначе я точно кого-нибудь придушу!

И Триш запел.

Дарина и раньше слышала фразу «медведь на ухо наступил», но не понимала ее смысла. Так иногда выражалась комендантша Коптильда Гранже. Но сейчас, слушая Триша, девочка вдруг подумала, что медведь оттоптал ему не только оба уха, но и всю голову, руки и ноги. А напоследок попрыгал на нем, чтобы уж наверняка…

От такого пения Пима начал истерически хохотать, призраки выпучили глаза, а Акаций заткнул уши лапами и зашипел.

– Слишком рано я пришел в сознание, – простонал кот. – Лежал бы себе совсем бесчувственный и не слышал этого блеяния…

– Замолчи! – завизжал генерал Больдузер, уронив призрачную саблю. – Это же пытка, а не песня! Был бы я жив, у меня из ушей кровь пошла бы!

– Сами напросились, – обиженно буркнул Триш, прекратив петь. – Обидеть певца может каждый.

– Кто же знал, что ты такой никудышный менестрель? – выдохнули призраки.

– Без тухлых помидоров никак не обойтись, – согласился Акаций. – Хотите, сгоняю за ними? – хитро добавил он.

– Так вы поможете нам или нет? – перебила его Дарина.

– Убирайтесь отсюда подобру-поздорову, – сказал призрак с головой в руках. – Оставьте нас в покое! От вас слишком много шума.

– Помогите, а то Триш снова запоет, – пригрозила девочка.

– Нет, только не это, – заволновались призраки. – Этак в госпитале все летучие мыши передохнут.

– Сто лет не слышал такого мерзкого пения, – пробормотал генерал Больдузер.

Триш оскорбленно надулся.

– А давно вы здесь обитаете, уважаемые привидения? – спросил Пима.

– Со времен большой войны, когда власть в стране захватили Всевелдор и Лионелла Меруан Эсселит. Мы скончались от полученных ран в этом самом госпитале и с тех пор влачим здесь жалкое существование, – пояснил тип без головы.

– Приятель, тебе же башку снесли, – заметил кот. – Неужели ты был жив, когда прибыл сюда в таком виде?

– Мои соратники до последнего надеялись, что голову можно пришить обратно.

– А они, похоже, особой смекалкой не отличались, – хихикнул Акаций.

– Они стоят рядом со мной. Генерал Больдузер и капрал Пустовей.

– О! – Акаций зажал лапами рот.

– Столько лет мы обитали здесь в тишине и покое, и вдруг все изменилось. Шум, постоянный грохот. Странные посетители…

– Минутку, – нахмурилась Дарина. – Так мы поэтому и пришли. Одна юная Эсселитка ходит к вам вместе со своим облезлым котом. Они оставляют здесь бутылки с нитроглицерином. Вы видели, кто их забирает?

– Какие-то людишки в черных кожаных масках, – поморщился генерал Больдузер. – Подозрительные личности.

– Но кто они? – спросил Пима. – И что в них подозрительного?

– С виду все одинаковые, – ответил призрак без головы. – Как близнецы. Только ведь не бывает сразу девятерых близнецов! Без магии Эсселитов тут явно не обошлось.

– Они ходят в масках? – огорчилась Дарина. – Значит, лиц вы не видели. А еще кто-нибудь сюда приходил?

– В Королевский госпиталь – нет. А вот в подземельях под госпиталем постоянно кто-то бродит, – проворчал генерал Больдузер. – Куча народу! И еще кто-то жутко тяжелый. Когда он топает своими ножищами, все здание содрогается.

– Наверное, тот самый монстр, – пискнул Пима.

– Монстр?! – У призрака вытянулось лицо. – О чем речь?

– В окрестностях вашего госпиталя уже три месяца пропадают путники, – объяснила Дарина. – Вот мы и пытаемся понять, что происходит.

– Вы ведь к этому непричастны? – на всякий случай спросил Акаций.

– Мы не в курсе, что творится за стенами госпиталя, – мрачно проговорил генерал Больдузер. – Не можем покинуть его. Поэтому ничего не слышали о твоем грозном прозвище, Разрушительница заклятий.

– Мы мечтаем о тишине, – вставил капрал Пустовей. – Хотим, чтобы от нас отвязались.

– А значит, сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь вам обнаружить нарушителей спокойствия, – милостиво произнес призрачный генерал.

– Так что у вас здесь происходит? – спросил Триш. – Расскажете подробности?

– Дайте вспомнить. – Больдузер ущипнул себя за подбородок. – Сначала случилась гроза…

– Полыхало и сверкало так, что мы испугались, как бы госпиталь не слетел со скалы, – добавил призрак без головы. – А уж когда в здание шарахнула молния…

– Тут-то мы струхнули не на шутку, – продолжил капрал Пустовей. – Королевский госпиталь раскололся, как и каменная порода под ним. А потом… А что случилось потом?

– Сначала ничего, – ответил генерал Больдузер. – Но потом появились какие-то люди. Они бродили вокруг госпиталя и что-то вынюхивали. Вскоре они исчезли, и мы успокоились. Решили, что все прекратилось.

– Рано обрадовались, – хмыкнул безголовый призрак. – Начался шум и грохот. Каждую ночь! Иногда грохочет так, что стены трясутся. Как бы нам не остаться без крыши над головой. Если все будет продолжаться в том же духе, здание рухнет!

– Они постоянно что-то взрывают, – добавил Больдузер.

– Нитроглицерин! – догадался Пима. – Взрывные работы.

– А еще кто-то бродит в подземельях под госпиталем, – кивнул Больдузер. – Монстр, говорите?

– Может, пора сваливать из Золотой Подковы? – встрял кот Акаций. – Зато целы останемся.

– Мы пришли сюда не для этого, – хмуро ответила Дарина.

– Так и знал, что ты это скажешь, – насупился кот.

– А где находится вход в подземелье? – обратилась к призракам девочка. – Вы можете показать нам дорогу?

– Разумеется, – кивнул генерал Больдузер. – Следуйте за нами!

Три призрака развернулись в воздухе и плавно поплыли прочь. Ребята поспешили за ними. Остальные духи растворились во мраке.

Генерал и его соратники пронеслись через несколько залов и, спустившись по винтовой лестнице, оказались в длинном темном коридоре. Ребята не отставали. В свете фонариков то и дело мелькали пауки и летучие мыши.

– Когда-то здесь трудились лучшие доктора империи, – рокотал бас генерала Больдузера. – Они лечили людей и животных, спасали жизни. Но проклятый узурпатор Всевелдор все разрушил. Врачи разъехались по другим городам. Госпиталь пришел в запустение. Обитель милосердия и спасения жизней превратилась в… – Он умолк, не в силах подобрать слова.

– В развалину, до чертиков пугающую людей, – подсказал Акаций.

– Может, сейчас доктора и рады бы сюда вернуться, но слухи о Золотой Подкове ходят не самые приятные, – сказал Пима. – Все эти исчезновения…

– Мы должны положить этому конец, – заявила Дарина. – А если госпиталь восстановят? Если доктора вернутся и все станет как прежде? Вы продолжите пугать людей?

– Как прежде… – мечтательно протянул генерал Больдузер. – Хорошие были времена. Если все заработает снова, мы будем тише воды ниже травы. Но разве можно повернуть время вспять?

– Мы хорошо знакомы с молодым королем. Я поговорю с ним, и кто знает: вдруг он согласится вдохнуть в Королевский госпиталь новую жизнь? Постараемся вернуть лечебнице ее былую популярность. Но сначала нужно разобраться с происходящим.

Внезапно призраки зависли посреди коридора и медленно повернулись к Дарине.

– Вот мы и пришли, – сообщил генерал Больдузер. – Здесь находится тайная дверь, ведущая в подземелье, а оттуда – в пещеры под Королевским госпиталем. Но сначала пообещайте, что избавите нас и город от этой напасти.

– Сделаем все, что в наших силах, – пообещала Дарина.

Капрал Пустовей ткнул полупрозрачным пальцем в стену:

– Давите ладонями на кирпичи, пока один из них не дрогнет.

Дарина, Триш и Пима начали ощупывать ледяную поверхность.

Наконец один из кирпичей поддался под руками Триша и вдавился внутрь кладки. В тот же миг часть стены с громким скрипом ушла в пол. В лицо ребятам дохнуло сырым, холодным воздухом. Акаций на всякий случай запрыгнул на плечи Пигмалиону.

– Последний шанс трусливо поджать хвост и удрать, – вполголоса произнес кот, но никто не стал его слушать.

– Теперь исполняйте свое обещание, – торжественно произнес генерал Больдузер. – И если у вас все получится… Если госпиталь снова заработает… Мы будем рады снова встретиться, чтобы отблагодарить вас за помощь. Удачи вам, Дарина – Разрушительница заклятий, Пигмалион, Акаций и ты, Триш Неблагозвучный.

Призраки отдали ребятам честь и медленно растворились во мраке.

– Спасибо! – крикнула им вдогонку Дарина.

– Наконец-то ушли, – выдохнул Акаций. – А ты, Сосиска, больше никогда при нас не пой. Иначе оставим тебя в какой-нибудь пещере и убежим.

– Зато призраки сразу рассказали нам все, что мы от них хотели, – парировал Триш. – И на твоем месте я бы вообще помалкивал. Из нас четверых ты один брякнулся в обморок!

– Я же не знал, что здешние призраки такие страхолюдины, – принялся оправдываться кот. – Иначе не оплошал бы!

– Пошли вниз, – буркнул Пима, освещая фонарем замшелые каменные ступеньки. – Или никогда отсюда не выберемся.

Спустившись по длинной винтовой лестнице, друзья попали в огромный тоннель, высота потолка которого составляла почти шесть метров. Пройдя до очередного поворота, они вдруг оказались в просторной пещере.

Здесь было так светло, что ребята спокойно погасили фонари.