КАМИ

Я узнала, как развивалась игра, потому что Надя всё время писала мне сообщения.

В итоге они победили.

Они победили, потому что действительно были хорошо подготовлены... не так, как это случилось с нами. Только при одной мысли об этом меня охватывала злость... Кейт вообще не понимала, как нужно руководить командой.

Мне казалось замечательным, что её мечтой всегда было стать капитаном, но это накладывает определённые обязанности. Нельзя просто так пойти тусоваться накануне соревнования... как бы сильно тебе этого ни хотелось.

Мне никогда не нравилось быть строгой, но когда нужно было проявить твёрдость, я делала это. А потом, когда мы забирали кубок домой, праздник становился вдвойне приятнее.

Я весь оставшийся день провела в своей комнате — у меня ужасно болела голова... Я всё ещё не могла поверить, что они позволили мне так упасть на пол. Я была в ярости.

Около семи вечера я услышала, как они вернулись. Все кричали от радости, и я была уверена, что их слышно за несколько километров. Первой в мою комнату зашла Элли.

— Как ты? — спросила она немного опустив голову, явно переживая за меня.

— Я в порядке. — Я встала с кровати и достала бутылку воды из холодильника.

— Ты злишься, да? — спросила она, садясь на кровать.

Я не успела ответить, как в ту же секунду кто-то постучал в дверь. Когда я открыла, передо мной стояли все девочки, ждущие, чтобы войти... первая была Кейт.

Как ты? — спросила она, говоря серьёзно... Без малейшего проявления настоящего беспокойства в голосе, и это меня ранило.

Гордость для неё значила больше, чем чувство вины... потому что да, это была её вина. Не вся, потому что девочки знали, что делать такие вещи, как пить до изнеможения накануне соревнования, было неправильно, но Кейт была капитаном. Она должна была быть примером авторитета. Хотела ли она этого или нет, уважение, которое все должны были ей испытывать, так и не появилось... А моё, которое было, исчезло в тот момент, когда она поставила под угрозу жизни всех нас, включая мою.

— Я в порядке, — сказала я, пропуская их в комнату.

Мы все десять человек втиснулись в довольно маленькую комнату.

— Как ты, Надя? — спросила я, заметив её запястье, перевязанное бинтом.

— Болит, но через месяц, думаю, смогу снова начать поддерживать, — сказала она, сжимая губы.

Окей... Я была не одна, кто злился.

Наступила неловкая тишина, и Кейт открыла рот, чтобы заговорить.

— Это не конец света, ладно? — сказала она, смотря на нас с явным раздражением. — Ничего страшного, что мы проиграли. Один раз! Мы всегда побеждали. Нам не помешает немного смирения, понять, каково это быть внизу, а не всегда наверху, — сказала она, не отрывая взгляда от меня.

— Ты что, намекаешь на что-то конкретное, Кейт? — спросила я, пытаясь сдержать гнев, который кипел внутри меня.

— Я просто говорю, что это нас чему-то научит... Проигрыш показал нам другую сторону медали...

— О, пожалуйста! — я уже не могла больше сдерживаться. — Хватит с твоими дешёвыми речами, Кейт. Мы проиграли, потому что ты не была хорошей капитаншей. Ты не смогла быть тем примером, которым нам всем нужно было быть. Ты не проявила ни дисциплины, ни решимости, чтобы привести нас к победе.

— А ты, конечно, идеальна, да? — спросила она яростно. — Ты ведь совершенна!

— Эй, Кейт, никто этого не говорил, — вмешалась Элли, пытаясь успокоить её.

— О, да ладно! Не вставай на её сторону! — закричала она на неё. — Вчера ты не говорила того же, когда пила пиво одно за другим... Подожди, что ты точно сказала? А, да, я помню. «Слава Богу, что Ками нет, иначе она бы испортила нам всю вечеринку... С тех пор как она перестала быть капитаном, быть чирлидером наконец-то стало весело.» Или ты этого не говорила?

Я посмотрела на Элли, чувствуя полное предательство.

— Я не это сказала, — попыталась оправдаться она, глядя на меня с виноватым взглядом. — Я была пьяна... Ками, я...

Оставь, — перебила я её. — Знаете что? Мне всегда было пофиг на это чирлидерство... Если я это делала, так это потому, что мне нравилось быть с вами, быть командой, соревноваться, побеждать и потом праздновать вместе, как мы всегда делали. Я перестала быть капитаном, потому что не хотела, чтобы это выглядело как диктатура, даже если вы продолжали меня выбирать для этой роли, потому что это делали вы! Я отступила, чтобы дать тебе, Кейт, взять на себя управление, потому что я знаю, что это твоя мечта. Но знаешь что? Мечтать не значит, что, когда ты добиваешься своей мечты, тебе не нужно ничего делать, чтобы её сохранить.

Я взглянула на всех... Некоторые казались грустными, другие — раздражёнными, а большинство были злыми, не знаю, на меня или на Кейт, но хотя бы одно я поняла точно.

— Я ухожу, — сказала я и почувствовала облегчение, которого давно не испытывала. — У меня слишком много мыслей в голове, чтобы ещё беспокоиться об этом.

— Нет, Ками, не уходи, — сказала Элли с мучительным выражением на лице.

— Команда не будет такой же без тебя... Чёрт возьми, не спорьте. Мы сможем это исправить, правда, Кейт? — сказала Марисса, глядя на нашу капитаншу.

Но когда я повернулась к Кейт, она была с перекрещёнными руками, злая и очень серьёзная.

— Если она хочет уйти, я не буду её останавливать... К тому же, она права насчёт диктатуры. Я не замечала этого до того, как она сказала, и жаль, что приходится так говорить... Но два альфа-самца не могут существовать в одном стаде.

Мы пристально смотрели друг на друга несколько мгновений.

Я знала, что она говорила не только о команде чирлидеров.

— Ну что ж, тогда мне придётся быть одинокой волчицей.

Не сказав больше ни слова, я пересекла комнату и вышла, глубоко вдыхая... наполняя лёгкие свежим воздухом.

Сзади я услышала, как начинается тихая ссора, и поняла, что не хочу больше слышать, как меня критикуют.

Я не понимала, почему слёзы набегали на глаза... Я никогда не хотела быть лидером никого и ничего. Я была капитаном, потому что они этого хотели, а я просто поддавалась течению... как всегда, не задумываясь о том, что на самом деле хочу я.

— Эй, — услышала я голос, зовущий меня с конца коридора.

Я подняла глаза и увидела, как Тейлор подходит с обеспокоенным выражением лица.

— Я собирался пойти к тебе в комнату, хотел узнать, как ты... Слушай, что с тобой? Ками, почему ты плачешь?

Я не сомневалась. Я повернулась к нему и спрятала лицо на его груди. Его руки сразу же обвили меня, и я почувствовала себя лучше... намного лучше. Хотя моё тело всё ещё плакало, как если бы мне было десять лет.

— Пойдём ко мне в комнату, — сказал он, и я последовала за ним... без всяких сомнений.

Значит... получается, что только что произошёл переворот, да? — сказал Тейлор очень серьёзно.

Я ударила его кулаком, одновременно с тем, как на лице появилась улыбка. Тейлор рассмеялся, и напряжение, которое я чувствовала в груди, словно снялось.

— Клянусь, я никогда не хотела быть капитаном группы, и тем более...

— Ками, — перебил он, посмотрев на меня серьёзнее, — ты тот тип человека, который не становится лидером... ты им рождаешься. Некоторые люди обладают этим даром, а другие нет... Это так, и насколько бы мне не нравилась Кейт, хотя сейчас я к ней немного прикипел, она тебе даже до подошвы не дотягивает.

— Не говори так, она... — я начала защищать её, но замолчала. Она не заслуживала, чтобы я её защищала... Она поставила свои глупые амбиции занять моё место выше многолетней дружбы.

— У нее это скоро пройдёт... и она придёт, чтобы извиниться перед тобой на коленях, — сказал он уверенно.

— Как видно, ты её не знаешь...

Тейлор слегка пожал плечами, и я заметила, что у него был синяк под правым глазом. Не раздумывая, я подняла руку, чтобы коснуться его синяка.

— Что с тобой? — спросила я.

— Мне дали локтем перед тем, как я забросил мяч в корзину, — ответил он автоматически. Его глаза были прикованы к моим, ожидая, что я сделаю то же самое... и я сделала.

И я почувствовала много вещей.

— Ты обещала, что мы поговорим, — сказал он, внезапно став серьезным.

— Я знаю, — тихо сказала я, не понимая почему.

— Я ждал тебя всю ночь вчера... Хотел увидеть тебя, только тебя. Сегодня я узнал, что ты смотрела фильм с Джулианом... Я бы очень хотел посмотреть фильм с тобой. Почему ты не дала мне такую возможность?

Я опустила руку, которая все еще лежала на его щеке, и поставила ее между нами, на кровати, где мы сидели.

— Потому что с тобой это было бы не просто посмотреть фильм.

Когда я это сказала, атмосфера, похоже, изменилась... она как будто нагрелась, наполнилась чем-то волшебным. Чем-то волшебным, что могла создать только Тейлор... Чем-то между спокойствием, миром и очень-очень большим жаром.

— А что бы это тогда было? — сказал он, медленно наклоняясь ко мне.

Прежде чем я успела ответить, он уже прижал губы к выемке моего шеи. Сначала он поцеловал меня несколько раз, касаясь кончиком носа, а затем губами, вызывая почти

мгновенную реакцию моего тела. Затем он провел языком... превращая свои поцелуи в нечто гораздо более интенсивное...

— Мы бы посмотрели десять минут этого фильма, ты права, — признал он, касаясь моей кожи.

— Тейлор... — Я попыталась остановить его, но добилась того же, что добилась бы, если бы попыталась сломать стену только руками... То есть, ничего.

— Позволь мне только немного попробовать тебя на вкус, — попросил он меня, почти умоляла. — Совсем чуть-чуть.

Прежде чем я успела согласиться, он уже начал целовать меня... целовать понастоящему. Не как в тот день в классе, нет, но зная, что мы, наконец, остались одни, что никто не может войти и помешать нам продолжить то, чего мы оба хотели продолжить.

Хотела ли я этого?

Мое тело, казалось, восторженно кивало... потому что, черт возьми..., как хорошо он целовал, как хорошо он прикасался... Его рука опустилась, чтобы стянуть с меня шорты и просунуть руку под трусики...

— Тейлор — сказала я, стараясь вдыхать воздух, потому что, черт возьми, я только что остался без дыхания.

— Так, скажи мое имя, оно сводит меня с ума — сказал он, вводя палец внутрь.

Я упала на кровать, и он последовал за мной, устроившись рядом. Его рука входила и выходила из меня, сначала медленно... потом сильнее. Его губы снова нашли мой шею, и он поцеловал меня, спускаясь все ниже. Другой рукой он откинул мою футболку, и его губы коснулись моего соска, затем мягко прикусив его...

Тогда мой разум сыграл со мной злую шутку... Потому что это был не Тейлор, кто целовал меня... а Тьяго... Тьяго был тем, кто вводил пальцы до конца... Кто кусал мне мочку уха, шепча все, что хотел сделать...

— Черт... Ты вся мокрая, Ками — сказал Тейлор, и этого было достаточно, чтобы все перестало мне нравиться.

Одного слова было достаточно.

Ками.

Тогда, прежде чем сказать ему остановиться... кто-то постучал в дверь.

Тейлор оторвал взгляд от меня и ругнулся вслух.

— Черт, что им нужно? Они должны были праздновать...

Не спрашивайте почему, но у меня было предчувствие.

Тейлор встал, чтобы открыть дверь, а я поспешила поправить одежду. Когда дверь открылась, в комнату вошел Тьяго. Сначала он посмотрел на меня, а потом на Тейлора.

— Мы уезжаем сегодня обратно в Карсвилл, — сказал он, стиснув челюсти, но оставаясь спокойным.

Как? Почему? — спросил Тейлор, все еще держа дверь.

— Тренер считает, что вы не заслуживаете праздника. Две травмированные девушки и матч, который вам стоил крови, пота и слез, когда он должен был быть легкой победой... Собирайтесь. Автобус уезжает через полчаса.

Прежде чем уйти, Тьяго обернулся ко мне.

— Ты в порядке? — спросил он, отвернувшись от своего брата и глядя мне в глаза.

Я почувствовала покалывание по всему телу, увидев, что ему не все равно... что ему действительно не все равно...

— Да, — я смогла только ответить.

— Хорошо. Ты слышала, собирай вещи.

Тьяго ушел, и я встала.

— Вот дерьмо... — сказал Тейлор, подойдя ко мне. — Слушай... у нас все равно осталась одна не пройденная беседа...

— Знаю... и мы ее проведем, но... лучше, когда все немного успокоится.

Тейлор не торопил меня и проводил до двери. Прежде чем открыть и выйти, я обернулась к нему. Я заметила, что его глаза были немного грустными, не знаю, из-за того, что нас прервали, из-за того, что брат вошел и что-то охладил, или потому что знал, что это принесет ему проблемы... так же как и мне.

— Знаешь, Тейлор... Когда я была маленькой, ты был моим принцем, а твой брат — злым колдуном, который нас пытался разлучить... И ничего не изменилось. Может, пришло время принять, что мы не можем...

Тейлор перебил меня, взяв моё лицо в руки, и я почувствовала тепло его кожи. Он согревал меня, когда я чувствовала себя замороженной.

— Никто нас не разлучит, Ками. Ни мой брат, никто-либо другой, — сказал он очень серьезно. — Мне нравится снова проводить время с тобой. Мне нравится быть с тобой. Все просто. Так было всегда, и неудивительно, что это произошло... Я просто прошу, не переживай слишком сильно, ладно? Будем наслаждаться и посмотрим, что будет дальше.

Я кивнула и позволила ему быстро поцеловать меня в губы.

— Увидимся потом в автобусе... Если хочешь, забронировать тебе место рядом со мной.

Я кивнула и подарила ему искреннюю улыбку.

— Увидимся.

Тейлор и я болтали всю дорогу обратно, не прекращая. Я давно не смеялась так с кем-то, и это помогло мне забыть о взглядах всех моих подруг, когда я зашла в автобус и прошла мимо них, чтобы сесть в конец рядом с моим лучшим другом, хотя...

Мы все еще были друзьями? Кто мы с Тейлором?

Мне очень понравилось, как он меня трогал, но я должна была признать: тот, с кем я хотела быть, когда я закрывала глаза, был его брат, а не он.

Я была так запутана... Могли ли мне нравиться оба сразу? С Тейлором все было очень просто... это как-то само собой шло, понимаете? Но с Тьяго все было более интенсивно, глубже, как яд.

А у меня в жизни уже было слишком много токсичных вещей, чтобы добавлять еще одну.

В течение поездки Тьяго не вмешивался. Он ничего не сказал, когда, проходя по проходу и проверяя, чтобы все были на месте, он увидел нас с Тейлором слишком близко в конце автобуса, и... не знаю, что я почувствовала в тот момент...

Разве он больше не ревновал? Хотела ли я, чтобы он ревновал?

Черт, я была в полном замешательстве.

Когда нас высадили у школы, моя мама ждала меня с моим братом. Когда она увидела, как я выхожу из автобуса с Тейлором, который шел следом, ее лицо словно изменилось.

«Черт.»

Я поспешила повернуться к нему и помахала рукой на прощание.

—Увидимся завтра, извини, — добавила я тише.

Мой братец побежал и прыгнул ко мне, чтобы я его обняла.

— Ками, Ками! — закричал он радостно. — Слава Богу, ты вернулась! Твоей машины больше нет, Ками!

Я поставила его на землю и посмотрела на маму.

— Поговорим потом, — сказала она очень серьезно.

Я огляделась вокруг... Мои подруги все были группой, собирали свои сумки и бросали на меня странные взгляды... Что, черт возьми, сказала Кейт, чтобы они так смотрели?

Единственная, кто мне улыбнулась и помахала рукой, была Элли.

Я ответила ей тем же и пошла за мамой к «Мерседесу».

— Что ты делала с Тейлором Ди Бьянко, Ками?

Я закатила глаза, застегивая ремень безопасности.

— Это единственное, что тебя интересует, мама? Ты забыла, что я упала и ударилась головой? Что у меня легкое сотрясение, но это могло быть гораздо хуже?

Моя мама вывела машину с парковки и ускорила движение по главной дороге Карсвилла.

— Я уже поговорила с тренером, ты думаешь, что я успокоюсь с тем коротким сообщением, которое ты мне прислала? Я знаю, что могло быть хуже, но так не случилось. Ты в порядке, как я вижу, так что отвечай мне.

— Тейлор в моем классе, мама... Он друг моих друзей, и мы должны работать вместе...

Эти парни всегда втягивали тебя в неприятности... С их возвращением твое поведение стало совершенно странным. Ты рассеянная, тебя наказывают в школе, теперь ты упала перед всеми... Я даже не хочу знать, какие у тебя оценки...

— Мои оценки остались прежними, — пробормотала я, смотря в окно.

— Не хочу, чтобы ты общалась с ними, Ками, — добавила она, почти не дав мне закончить. — Я серьезно. Они принесли нам достаточно проблем...

— Они принесли проблемы нам? — перебила я, повысив голос.

Мама как раз остановила машину перед домом, но я даже не попыталась выйти.

—Ты принесла нам эти проблемы, мама! Или мне напомнить о последствиях твоего чертового романа?!

Я была в ярости... Столько всего внутри, столько ссор, терпеть взгляды гнева Тьяго, печаль в глазах госпожи Ди Бьянко, жалость в глазах Тейлора...

— Закрой рот, Камила, — сказала она резко. — Твой брат...

— Мой брат может узнать, что наша мама — это...

Пощечина пришлась раньше, чем я успела произнести слово. Я прижала руку к щеке, и в машине воцарилась тишина.

— Если ты снова скажешь что-то подобное, клянусь Богом, ты больше не войдешь в этот дом.

Я крепко сжала губы... и вышла из машины, не сказав ни слова.

Когда я это сделала, я заметила внешний гараж... Там, где обычно стояла моя красная кабриолет, теперь было пустое место. Мне даже не дали попрощаться с моей блестящей машиной... Я вытерла слезу с щеки и поднялась в свою комнату.

Никто из родителей не поднялся, чтобы узнать, как я, и тем более не объяснил, что произошло с машиной, кому ее продали или почему это сделали, не дождавшись моего возвращения...

Мой брат, наоборот, постучал в мою дверь, когда начались крики, которые звучат с тех пор, как все это началось неделю назад.

— Можно мне с тобой поспать? — спросил он, и я заметила, что он одел пижаму наизнанку.

— Иди сюда. — Я сняла верхнюю часть и перевернула, чтобы динозавры оказались с правильной стороны. — Конечно, можешь спать со мной, иди. — Я сделала ему место рядом.

Он прижался ко мне, как репей, и повернулся, чтобы смотреть на меня. Его маленькая ручка поднялась и коснулась моей щеки.

— Почему тебя побила мама?

— Потому что я почти назвала ее очень некрасивым словом, — объяснила я.

— Но разве не говорили, что насилие никогда не оправдано?

Я засмеялась.

— Оправдано, ты хотел сказать.

Мой брат кивнул.

— Иногда... только иногда... может, немного.

Я не сказала этого, потому что верила в это, а потому что не хотела, чтобы мой брат боялся нашу маму. Я не хотела настраивать его против нее. Он уже так страдал, видя, как с каждым днем наши родители все больше и больше отдаляются друг от друга.