Аарон отлетел в сторону и выпустил сноп искр в драконита, мгновенно осветив пространство вокруг. Шеду парировал – его тени, живые змеи, устремились к золотому сиянию, сталкиваясь с ним в воздухе.

Тьма и свет пересеклись, вызвав взрыв энергии, который волной прокатился по тренировочной площадке. Кира сжала руки в кулаки, стараясь удержать собственную магию под контролем.

Зато вокруг начался настоящий хаос.

Кадеты, почувствовав вкус драки и отсутствие контроля со стороны инструктора, ринулись друг на друга.

Фирен оскалился и, будто припомнив дружелюбие драконитов, бросился на Армунта с яростью, что пульсировала в каждом его движении.

Дружки драконита едва успели вызвать свои тени на подмогу собрату, как в воздухе их накрыл вихрь из золотых и черных крыльев.

Кулаки. Сноп искр. Теневые щупальца.

В ход шло все.

Кадеты сталкивались друг с другом с гулким звуком, от которого мурашки бежали по коже. Хвала Феникс, мечи были тренировочные, но даже деревянная гарда способна отправить любого напыщенного идиота на землю.

– Фирен, сзади! – крик Киры утонул в оглушительном гуле. Она с Финорис и несколькими фениксидами мягко приземлились на выжженную землю, не желая участвовать в мордобое. Кира отметила, что и не все дракониты ринулись в драку.

Ветер разносил резкий запах гари и опаленных перьев и крики ярости. Чей-то меч треснул, ломаясь пополам, и щепки разлетелись в стороны. Ветер подхватил их и унес к лесу.

Кира нашла взглядом Аарона.

Его крылья были почти полностью скрыты плотным коконом теней, будто сама тьма пыталась поглотить его. Он парил спиной к Кире, его плечи отчетливо дрожали.

Она вспомнила это липкое, невыносимое ощущение, когда тени сковали грудь и воздух отказывался наполнять легкие, – то, что сама испытала пару минут назад. Ее охватил страх за Аарона. Пальцы сжались в кулаки.

– Не вздумай, Кира. – Финорис положила руку ей на плечо. – Они должны сами разобраться. Пусть лучше сейчас, чем на поле боя.

– Ох, а я сразу понял, что ты умная девочка, – в разговор вклинился Лексан, сияя, будто все это представление было устроено специально для него. Он как бы между делом закинул руку на плечо Финорис и приобнял ее, но в его глазах светился азарт. – Смотри, сейчас мой братишка покажет пернатому, что такое настоящее мастерство.

Финорис скривилась и, вызвав огонь на ладони, прижгла наглеца. Лексан отдернул руку и, жалобно поскуливая, подул на кисть.

Кира перевела взгляд на Шеду, тот поднял руки, и из них вырвался черный огонь – не хаотично, как это случалось у нее, а точно, выверенно, с пугающей силой.

Кира задержала дыхание, наблюдая, как потоки тьмы устремляются к Аарону. Но тот не собирался уступать: его охваченный пламенем меч разрубил кокон теней. В следующий миг Аарон бросил пылающий деревянный клинок прямо в Шеду. Тот, хоть и потерял на секунду контроль, успел укрыться тенью и исчез прежде, чем его задел поток огня. Шеду возник у Аарона за спиной и сразу же нанес удар, подсекая фениксида мечом. И вновь обоих накрыла тьма, в которой лишь смутно угадывались силуэты.

Ситуация принимала пугающий оборот, но тут раздался крик Армунта. Ударом по крылу Фирен сбил драконита в воздухе. Крыло согнулось под невозможным углом, и Армунт начал падать, закручиваясь в беспорядочном вихре.

Инструктор, до этого безмолвно наблюдавший за хаосом, взмахнул руками, направляя тени к дракониту. Они замедлили его падение, прежде чем отпустить его прямо над землей. Глухой удар – Армунт рухнул, корчась от боли в сломанном крыле.

Фирен тоже спустился, пошатываясь. Его лицо выглядело так, будто кто-то разрисовал его кулаками, нос уже наливался неприятной синевой. Но он все же улыбался. Мирра сделала шаг к нему, но замерла, когда заметила, что Финорис направилась к брату.

Инструктор вновь поднял руки. Всех оставшихся в воздухе мгновенно окутали тени, и они вынуждены были спуститься вниз под воздействием магического притяжения.

Ветер стих, гарь тяжелым облаком висела над площадкой.

Аарон и Шеду разошлись в стороны, но их взгляды оставались прикованными друг к другу. Аарон, нахмурившись, вытер кровь с губы большим пальцем. Лексан приблизился к брату с довольной улыбкой.

– Ну как, потрепали тебя? – усмехнулся он, хлопнув Шеду по руке. Тот не отреагировал, но Кира заметила, как на секунду его лицо исказилось от боли.

– Выпустили пар? – Холодный голос инструктора заставил всех замереть. Никто не осмелился ответить. Лишь болезненные стоны Армунта нарушали тишину.

– Если вы собрались с такими навыками останавливать тенебров, то я вас огорчу, девочки: можете прямо сейчас собирать свои вещи и возвращаться по домам. – Инструктор презрительно осматривал каждого, кого уличил в слабости и недостатке навыков. Все это время он оценивал каждого кадета.

– Вам было велено отрабатывать, а не пытаться развязать новую войну. Все покалеченные – бегом в лазарет. Не можете идти или лететь – ползите. – Он сплюнул себе под ноги.

Несколько кадетов, в том числе и Армунт, с мрачным видом направились в лазарет; последний, волоча сломанное крыло, бросал на Фирена злобные взгляды, обещающие кровавую месть. Тот лишь ухмылялся, делая вид, что не замечает.

– Теперь-то я могу полетать в свое удовольствие без тупоголовых помех? – спросил Фирен, расправляя золотистые крылья.

Инструктор устремил на него предупреждающий взгляд, в котором ясно читалось: еще слово – и пойдешь драить двор.

Оставшаяся часть тренировки проходила чуть спокойнее, если не считать мелких всплесков магии и откровенного соперничества. В эти моменты отчетливо была слышна витиеватая ругань офицеров и угрозы в адрес обеих сторон конфликта.

Кира наблюдала за всем этим краем глаза, стараясь сосредоточиться на собственной тренировке. Когда наступила ее очередь снова взлететь в паре с Шеду, она уже чувствовала, как усталость берет свое. Но его насмешливый вид и подрагивающие тени заставили ее забыть о слабости.

Кира набрала высоту и попыталась поймать драконита. Она вытянула ладони вперед, заставляя пламя вновь вспыхнуть. Но стоило огню ожить, как тени Шеду хлынули к нему сами. Встреча огня и тени спровоцировала очередную вспышку, которая на мгновение осветила все вокруг.

Кира и Шеду одновременно опустили руки, сбрасывая потоки магии, и разлетелись в разные стороны на безопасное расстояние. С трудом удерживаясь в воздухе, Кира ощущала барабанную дробь сердца. Шеду же выглядел удивленным, но не испуганным. Его тени медленно возвращались к нему, словно проверяя, все ли в порядке.

– Ты это почувствовал? – прошептала Кира, чувствуя странное тепло в груди и одновременно пустоту без теней.

Шеду задумчиво посмотрел на свои руки, потом на нее – его взгляд стал мрачнее.

– Ты вообще не понимаешь, с чем играешь, Скайфолл?

– Будто ты понимаешь, – огрызнулась она, упрямо сжав губы.

Шеду подлетел ближе, вновь принося запах влажного мха и грозы.

– Я понимаю одно: если ты не научишься контролировать свой огонь, он спалит здесь все дотла.

Инструктор скомандовал всем вернуться на землю и объявил, что завтра состоится дополнительная тренировка для особо отличившихся – то есть для всех.

Кира закатила глаза, а Финорис толкнула ее в бок, сдерживая смешок, и увлекла в крепость.

* * *

Столовая гудела: голоса, звон тарелок, скрип стульев. Запах жареного мяса, хлеба и пряных специй смешивался с остатками гари, которая так и не выветрилась после утренней тренировки.

Еда разделяла кланы не меньше, чем война.

Фениксиды любили богатую, пряную пищу, напитки с разогревающим эффектом: чай с перцем, медовые настои, горячие тушеные блюда. Они выбирали места поближе к огню. В их столовой в военной академии Гнеезда пламя мерцало в специальных нишах, создавая иллюзию домашнего очага.

Дракониты предпочитали более легкую, но сытную еду: вяленое мясо, кислые ягоды, корнеплоды. Их напитки были охлажденными, терпкими. Их столы всегда находились чуть дальше от очага в центре зала, будто они не доверяли открытому огню.

Кира заметила, что, несмотря на это, группы смешивались: фениксиды иногда пробовали блюда драконитов, а те нехотя, но пили теплые напитки, когда холод был особенно пронизывающим.

Направляясь к своему месту, Кира почувствовала, как на нее обрушиваются десятки взглядов.

Она сделала вид, что не замечает. Финорис шла рядом, настороженно посматривая на кадетов за другими столами. Кира знала: у подруги было стойкое убеждение, что дракониты слишком высоко задрали носы.

– А ты хороша, Скайфолл, – протянул Фирен, усмехаясь, когда они уселись за стол. – Не все могут так эффектно поджечь мишень и одновременно устроить маленький пожар в сердцах драконитов. – Он прикладывал к распухшему носу холодную ложку.

– Да и ты тоже оставил неизгладимое впечатление о себе. Армунт так и не вернулся из лазарета, – отозвалась Кира. Она пыталась сосредоточиться на еде, но ее пальцы предательски дрожали. После теневых фокусов Шеду ей никак не удавалось прийти в себя: в венах все еще пульсировал огонь, не находя выхода.

Финорис заметила, как ее подруга теребит вилку, и легонько толкнула ее в плечо.

– Все уже забыли. Ну, почти все. Разве что этот, с серьгой в ухе, еще не закончил скулить и обвинять тебя в птичьем бешенстве.

– Прошу заметить, что мой поджог хотя бы не был преднамеренным, в отличие от твоего. – Кира натянуто улыбнулась и посмотрела в сторону стола, за которым сидел Лексан.

Она еще не успела притронуться к еде, как за их столом возникла Мирра, опустив поднос на деревянную поверхность с таким звуком, будто объявляла войну.

– Кто бы сомневался, – язвительно произнесла она, глядя прямо на Киру. – С твоей любовью привлекать к себе внимание, я удивляюсь, что ты не ввязалась в общую потасовку.

Финорис прищурилась, явно готовясь к словесной дуэли, но Кира молча отложила вилку и встретила взгляд Мирры.

– Если есть что сказать, скажи. А то боюсь, что снова подожгу кого-нибудь, – проговорила она убийственно спокойно.

Мирра в кои-то веки сама решила закончить перепалку и, переключив свое внимание на Фирена и его синяк, молча протянула ему кусочек льда, явно взятого со стола драконитов.

Кира и Финорис удивленно переглянулись. Фирен что-то невнятно пробурчал, но взял лед.

К их столу подошел Аарон. Он выглядел уставшим, но его золотистые крылья все еще излучали привычное тепло.

– Кира, ты как? После тренировки все только и шепчутся, что о тебе.

Кира почувствовала странное облегчение: видел он что-то или нет, Аарон всегда умел своим присутствием смягчить даже самые неприятные моменты.

– Почему из всего произошедшего все запомнили только сгоревшую мишень? Твоя драка была не хуже, – сказала она. Она заметила, как Аарон посмотрел на ее дрожащие руки и нахмурился.

– Ты не ранен, Аарон?

– Все в порядке.

– Да, это был шикарный трюк с обугленным мечом! – Фирен похлопал Аарона по плечу, но тот сморщился от боли.

– Ты должна научиться контролировать это. – Сжав губы, он указал на крохотные искры на кончиках пальцев Киры. – Это может быть опасно. И в следующий раз поджог мишени будет наименьшей из проблем.

Глаза Финорис расширились, она толкнула Киру под столом ногой, чтобы та вышла из ступора. Кира быстро стряхнула магию с пальцев и потянула вниз край рубашки, будто желая сделаться меньше.

– Вау. Спасибо. Я подумаю, что могу с этим сделать, – сама того не ожидая, промямлила Кира, чувствуя, как внутри снова поднимается жар, но уже от обиды. Вот от него такие замечания слышать она не желала. Она понимала, что он прав, но ком застрял в горле.

Аарон покачал головой, ковыряя вилкой тушеное мясо.

– Слушай, насчет того драконита… – начал было Аарон, но его прервал громкий смех драконитов. Лексан, развалившись на стуле, повернулся к фениксидам.

– Кажется, вы тут обсуждаете нашу тренировку, – громко произнес Лексан, явно обращаясь ко всем. – Надеюсь, у Скайфолл еще осталось немного огня, чтобы осветить нам путь в туманной Пустоши.

– Да чтоб у тебя крыло свело в полете, Лексан! – Финорис подалась вперед и привстала, по ее крыльям пробежало опасное мерцание, но теперь уже Кира положила руку на запястье подруги.

– Дай мне хоть одну причину не свернуть тебе шею, – прорычала Финорис.

– Ну… я симпатичный? – Он довольно усмехнулся и приподнял кубок с ягодным настоем.

Аарон, не обращая внимания на Лексана, снова повернулся к Кире.

– Так вот… именно поэтому ты должна держаться от них подальше, – сказал он тихо. – И от Шеду. И от Лексана. Будь с ними осторожнее. Они явно неадекватные. – Он указал на беснующегося Лексана.

– И что, по-твоему, мне делать? – Кира не собиралась становиться жертвой, в ее глазах мелькнуло упрямство. – Прятаться? Это была обычная тренировка, не надо было влезать! Я могу постоять за себя! – Кира сама не заметила, как стала говорить громче, и несколько кадетов за соседними столами обернулись. Она почувствовала гнев и одновременно стыд, глядя на разбитую губу Аарона, и притихла.

– Нет, но… – Аарон замолчал и помрачнел. – Просто держись от него подальше. Его тени странные.

Кира сжала зубы, но вместо того, чтобы спорить, просто отвернулась, оглядывая шумную столовую. Ей было сложно понять, кого она больше хотела ударить в этот момент: Лексана за его насмешки и за то, что он влез в разговор, Аарона за его покровительственный тон или Шеду за те эмоции, которые она испытывала в его присутствии.

Она сжала пальцы под столом, стараясь не показать, что злится. Но пока она пыталась успокоиться, произошло то, чего Кира никак не ожидала, тем более после драки на площадке.

Зарак отделился от своей группы, сделал шаг к столу Киры и ее товарищей. Замялся, словно не был уверен, стоит ли говорить. Повисло короткое неловкое молчание. Кира успела оценить фингал под глазом драконита. В конце концов, он негромко сказал:

– Эй… Если вам некуда деваться после отбоя… – Он кашлянул. – Мы сегодня собираемся в общей комнате драконитов. Выпивка есть. Офицеры все уйдут на собрание, так что никто не помешает. Хотите – приходите.

Финорис вскинула бровь и вопросительно посмотрела на Киру. Та на секунду задумалась, но затем, уловив азарт в голосе Зарака, усмехнулась:

– Ну, если вы готовы выдержать нашу компанию…

Зарак хмыкнул:

– Только если вы готовы к моему убойному домашнему вину.

Фениксиды обещали подумать, не торопясь с ответом. Но стоило им выйти за пределы зала, как Финорис толкнула Киру локтем в бок.

– Ну, и как тебе такое? – спросила она с игривой улыбкой. – Стоило хорошенько подраться, и дракониты уже приглашают нас к себе добровольно. Это либо ловушка, либо начало чего-то великого, как ты и хотела!

Кира улыбнулась, но в глубине души она ощущала легкое волнение. Они шли по коридору к своим комнатам, мимо тускло освещенных стен с выгравированными символами древних боев.

– Может, надеть платье? – сказала Кира. Оказавшись в своей комнате, она подошла к сундуку у стены, приоткрыла его и нащупала внутри тонкий кусок ткани, совсем не похожий на форму кадетов. Рука замерла.

– Ты серьезно? – Финорис прислонилась к дверному косяку, глядя на нее с веселым недоверием. – Для кого именно ты хочешь нарядиться?

Кира скривилась и захлопнула сундук.

– Ладно. Аарон не идет. Сказал, что это не его дело. И потом он меня сильно разозлил сегодня. Так что не вижу смысла.

Финорис закатила глаза:

– Мы идем туда не для Аарона. Ты же хочешь, чтобы эти надменные крылатые ящеры поняли, что мы не хуже их?

Кира вздохнула, схватив свежую рубашку и штаны, привычные и удобные.

– Думаю, сегодня надо показать, что фениксиды мирные и умеют развлекаться не хуже хладнокровных.

– И никакого оружия, – хмыкнула Финорис, засовывая клинок в сапог.

– И никакого оружия, – повторила Кира, схватила клинки-когти со стола и вышла следом из комнаты.

* * *

Гул голосов заполнял каменный зал, резонируя от стен, воздух пропитался огненной магией и густым ароматом крепкого напитка. Общая комната драконитов выглядела внушительно: стены с высеченными барельефами крылатых фигур, низкие широкие столы, окруженные креслами из черной кожи. Из огромного окна открывался вид на бушующую снежную бурю, подсвеченную редкими вспышками магических разрядов.

На столах стояли массивные металлические кубки, наполненные вязкой темноватой жидкостью с переливами синего. «Глоток тени» – вино драконитов – сначала обжигал горло, но затем оставлял ледяное послевкусие.

Кадеты, сегодня устроившие драку на тренировке, кроме тех, кто остался в лазарете, сидели бок о бок, смеясь, перебрасываясь колкостями и обсуждая, кто кого разнес во время воздушного боя.

– Ты видел, как этот фениксид свернул, едва не врезавшись в стену?! – расхохотался Лексан, хлопнув по столу. – Я думал, он разобьется, но нет – выкрутился! Почти как драконит.

– Почти?! – огрызнулся Фирен, пьяно мотнув головой. – Да мы лучше вас летаем, просто не бьемся мордами о землю, как некоторые.

Зарак в этот момент отставил свой кубок и поднял руку, привлекая внимание собравшихся:

– Знаете, я тут подумал… – Он помолчал секунду, собираясь с мыслями, и продолжил уже более уверенно: – А ведь когда-то наши народы не только летали вместе, но и сражались бок о бок. Может, пора хотя бы попробовать не бросаться друг на друга при первой же возможности, а посмотреть, на что мы способны, если объединим силы?

На несколько мгновений в зале воцарилась неловкая тишина. Затем Лексан усмехнулся:

– Ты предлагаешь нам дружить, Зарак? Это после того, как сегодня мы едва не убили друг друга?

Зарак пожал плечами, глядя ему прямо в глаза:

– Может, именно поэтому. По крайней мере, так нам будет проще сражаться с врагом.

Финорис чуть улыбнулась, поднимая свой кубок:

– Мне кажется, за это стоит выпить.

Кира заметила, как взгляды кадетов смягчились. Кто-то еще поднял кубок, соглашаясь:

– Да, может, попробовать?

Температура в комнате будто поднялась на несколько градусов.

– О, тогда вы должны доказать, что не просто перьями хлопаете, – ухмыльнулся кто-то из драконитов.

Лексан хищно улыбнулся:

– Давайте проверим! Испытание для настоящих воинов!

В зале наступила настороженная тишина, которая быстро переросла в возбужденный гул.

– Правила простые, – заговорщически начал объяснять Лексан. – Пройти по выступу со внешней стороны стены и достать флаг. – Он указал за окном на соседнюю башню. Ткань на древке трепало так, что она держалась на честном слове.

– Крыльями пользоваться нельзя. – Глаза сидящих зажглись азартом. – За окном буря, но это ведь не проблема?

Дракониты понимающе переглянулись, фениксиды притихли. Конечно, это звучало безумно – выйти на узкий выступ, рискуя в любой миг сорваться вниз с высоты без права раскрыть крылья.

– Чего замялись? – подначивал Лексан, ухмыляясь. – Или боитесь?

Чья-то рука, сжатая в кулак, резко взметнулась в воздух. Кира с удивлением обнаружила, что это была ее рука.

– О нет. – Финорис ударила себя ладонью по лбу.

Это была не храбрость, а слабоумие и фениксидская кровь.

– Я пойду.

Фениксиды и дракониты одобрительно взревели. Кто-то хлопнул ее по плечу, кто-то заулюлюкал:

– Давай, рыжая!

Она вышла в ночь, и холодный ветер ударил ей в лицо, пронзая кожу, но отступать уже было поздно.

Порыв ветра рванул ее в сторону, и Кира резко вжалась в стену, сердце колотилось. Где-то за спиной кричали болельщики, высунувшиеся по пояс из окон и подбадривая, но они были уже далеко. Главное – флаг. Еще двадцать шагов.

Добравшись до него, она схватилась было за древко, но замерла.

Мох и черный перец.

Прямо перед ней, на крыше, кто-то сидел.

В темноте, не страшась бури.

Она уже знала кто.

Кира замерла, кровь в висках застучала быстрее. Ветер бил в лицо, обжигая холодом, но она не сразу смогла пошевелиться.

Он сидел на самом краю, сливаясь с тьмой: плечи расслаблены, крылья сложены, а темные пряди волос трепал ветер. Капли дождя скатывались по его коже и куртке, но он оставался неподвижен. Будто наслаждаясь одиночеством, холодом и дождем.

Ее пальцы непроизвольно сжались на древке. «Что он здесь делает?»

– То есть все-таки летучая мышь, а не дракон? – выпалила она первое, что пришло в голову, пытаясь не выдать, насколько колотится сердце.

Шеду медленно поднял голову. В его глазах отразился лунный свет, и Кира поняла, что не может отвести от них взгляд.

– Ты явно пьяна, – заметил он равнодушно, не сдвинувшись с места.

Этот голос.

Глубокий, ленивый, рокочущий.

По коже побежали мурашки, оставляя предательский холодок вдоль позвоночника.

Кира сглотнула. Что в нем постоянно выбивает ее из равновесия? Сейчас, подхваченная алкоголем и дрожащим воздухом надвигающейся грозы, она ощущала это особенно остро.

– И что? – фыркнула она, отбрасывая мокрые пряди с лица. – Это мешает мне выиграть спор у твоих приятелей?

Шеду медленно поднялся:

– Ах, да, испытание. И конечно же, вызвалась именно ты.

Его движения были плавными, как у хищника, готовящегося к прыжку, – без лишних жестов, без шума, но с той неоспоримой уверенностью, что заставляла других отступать.

Он шагнул ближе, и ее дыхание сбилось.

Аромат усилился.

Чистый, проникающий в сознание. Кира быстро облизала пересохшие губы.

Перемотанные пальцы Шеду лениво потянулись к древку флага, и прежде, чем Кира успела хоть что-то осмыслить, он сорвал его с креплений одним резким движением.

Она моргнула, непонимающе глядя на него:

– Ты что, правда помогаешь фениксиду?

На его губах появилась кривая усмешка. Серебряные глаза полыхнули чем-то темным, опасным – в их глубине извивались тени. Шеду шагнул ближе, и между ними остались считаные сантиметры.

Слишком близко.

Кира почувствовала, как сердце пропускает удар, сбиваясь с привычного ритма. Она злилась на себя за эту слабость, за то, как ее тело предательски реагировало на его близость.

– Чем быстрее ты заберешь свой приз и уберешься отсюда, тем быстрее я останусь один. – Его голос звучал низко и хрипло, совсем не так, как он планировал.

Ее губы раскрылись, но слова не шли. Грубость Шеду задевала Киру больше, чем она готова была признать.

Шеду резко бросил ей флаг, который она поймала чисто инстинктивно, ощутив, как грубая ткань больно царапнула кожу ладоней.

Но прежде чем она смогла сказать что-то язвительное, Шеду уже отвернулся, отрезая ее одним движением, словно она перестала существовать.

Неожиданно резкий порыв ветра заставил ее потерять равновесие. Мокрый камень под сапогами оказался предательски гладким – мир качнулся, перевернулся.

Падение. Паника.

Крылья не раскрывались, голова трещала от напряжения и выпитого алкоголя, движения были слишком медленными, слишком бесполезными. Дыхание сбилось на хрип, пропадая во влажной пустоте ночи.

Рывок. Тепло.

Шеду выхватил ее из бездны одним мощным движением. Его пальцы сомкнулись на ее запястье – жестко, надежно.

Вторая рука мгновенно обвилась вокруг ее талии, подтягивая обратно на крышу. Кира ощутила его дыхание у виска, горячее и частое.

Темные мембраны его крыльев раскрылись, укрывая их от дождя, ветра, чужих глаз. И в этом коконе из теплой тьмы было слишком уютно, слишком опасно.

Мир вокруг исчез.

Она чувствовала его напряженные мышцы, жар тела, и внутри закипала магия, откликаясь на близость. Дрожь прокатилась по коже.

Шеду застыл, словно пораженный внезапной слабостью. Его дыхание участилось, тени зашевелились вокруг.

Она посмотрела в его широко раскрытые серебристые глаза – он чувствовал это тоже. Что-то невозможное, неправильное, опасное вспыхнуло между ними.

И в следующую секунду он оттолкнул ее так резко, как если бы получил ожог.

Кира рухнула на камни, боль пронзила плечо и колено, яркая, пульсирующая.

Она с гневом вскинула голову, готовая высказать все, что думает, но Шеду уже исчезал, растворяясь в тенях. Без слов, без единого взгляда.

Кира осталась одна, от злости стискивая флаг в руках.

Ее кожа горела там, где он прикоснулся к ней.

– Чтоб тебе крыло свело в полете, – яростно прошептала она, вдыхая аромат влажного мха и черного перца.

* * *

Когда Кира направилась к тренировочной площадке, день был в самом разгаре и шум крыльев смешивался с командными выкриками инструкторов. Коленка ныла. Голова раскалывалась. Она поклялась себе больше не пить это «убойное домашнее вино» Зарака. Пыль, поднятая сотнями ног и крыльев, витала вокруг. Кира старалась сосредоточиться, хотя ее мысли еще блуждали, как вчерашняя буря.

Ее взгляд тут же нашел драконита, не выходящего из ее головы. Шеду что-то обсуждал с Лексаном и инструктором. Их низкие голоса звучали глухо, но, судя по выражениям лиц, разговор был серьезным.

– Интересно, о чем они там, – тихо заметил Фирен, подходя ближе к Кире и Финорис.

– Надеюсь, он не стучит на нас из-за вчерашнего, – пробормотала Кира, потерев виски.

Инструктор то и дело кивал, поглядывая на Киру. Фигура Шеду, скрытая длинным темным плащом, казалась вырезанной из самого сумрака. Все обходили драконита стороной, не пересекая невидимую границу. Будто почувствовав взгляд Киры, Шеду повернул голову в ее сторону и слегка прищурился. На лице драконита не было ни насмешки, ни презрения. Тени потянулись к ее ногам. Кира тряхнула головой, отгоняя видение. Но то чувство, что она испытала, когда его крылья защищали ее от дождя, она отогнать была не в силах. Голос инструктора вернул Киру в реальность, и ей пришлось оторваться от пронзительных серебристо-серых глаз. Инструктор уже отошел от братьев и громко призывал к вниманию всех кадетов.

– Сейчас, девочки, вы будете отрабатывать слаженность действий в воздухе. Дракониты и фениксиды разделятся на пары. И, я надеюсь, в ваши светлые и не очень головы придет, наконец, понимание, что монстры не делят нас на кланы. Они просто уничтожают. Ну, пошли! – прикрикнул он в свойственной ему манере.

Гравий зашуршал под ногами кадетов, кто-то недовольно перешептывался. Они разошлись в разные стороны: кто за оружием, кто уже на линию взлета. Кира крепче сжала рукоять тренировочного меча. Черное древко было прохладным на ощупь. Она попыталась сосредоточиться, но услышала, как командир снова выкрикнул ее имя.

– Скайфолл! – Голос инструктора резко вернул ее к реальности. – Партнер – Найтбридж! В небо! Быстро!

– Да чтоб меня!