Год назад

Сирена

Я сижу в машине Кея и, продолжая фыркать носом после слезливого потока, бестолково пялюсь в окно. Не знаю, куда едем.

Когда Кей усаживал меня в салон, тогда мне было не до того, чтобы узнавать. Я была обезоружена, и меня мог затащить к себе кто угодно – я ничего не видела из-за своих рыданий.

Какое-то время мы как будто хаотично куда-то ехали, пока я не стала различать за стеклом знакомые пейзажи – парень вез меня домой. И мое сердце разбилось в который раз. Какая-то часть осколков задела и Кея, потому что он все-таки передумал и проехал мимо моего особняка.

«Хныкающую, глупую надоеду пожалели и не стали сразу спихивать на поруки семье».

Я смогла только спросить:

– Куда?

На что Кей ответил:

– Сам не знаю.

За всю дорогу мы больше не произносим ни слова.

И хоть слезы потихоньку высыхают, я готова в любой момент дать им волю – стоит только вспомнить, как несколько минут назад парень, что ведет машину, целовал другую девушку. И у меня, к сожалению, слишком хорошая память – я весьма ярко и красочно повторяю этот фрагмент в своей голове.

И я не знаю, что делать дальше.

Мне стыдно и злобно.

Кей не давал мне обещаний ни до нашего поцелуя, ни после. Я нафантазировала, будто между нами что-то есть. Потому что я хотела в это верить. Но по сути – это только моя проблема, я даже не могу ничего предъявить Кею за измену.

И, к своему ужасу, я понимаю, что в своей бестолковой любви я каждый раз исключала вариант, что у Кея могут вообще быть серьезные отношения с другой девушкой, которые он не придает огласке. Почему? Да потому что имеет право не кричать об этом всему свету.

В таком контексте я ощущаю себя еще более паршиво.

Если у него есть невеста, то я внаглую бегала за ее парнем. Флиртовала с ним открыто. Делала недвусмысленные намеки. В конце концов, лезла к нему целоваться. А в итоге разнылась, увидев их вдвоем.

И даже если там нет ничего серьезного, то все равно паршиво.

В первом случае я Кею просто досаждаю, во втором – я для него «одна из». Может, он каждую неделю целует новую девушку. С чего я взяла, что он не такой? У меня перед глазами пример таких парней типа Алека или Сина, которые, сколько я знаю, только и заняты перебиранием девчонок, словно гребаные короли, пробующие блюдо к ужину.

Я видела это, возмущалась, но в упор не хотела всерьез подумать, что Кей может быть таким же.

Гребаная иллюзия.

Он не учился в нашей школе, поэтому я не могла видеть в его социуме, где много симпатичных девчонок. А с брутально-маскулинной внешностью он бы точно был популярен у женского пола. Наверное, в своем учебном заведении он прослыл первым красавчиком.

Из колонки доносится печальная песня Ланы Дель Рей, и мне еще сильнее хочется плакать, но я тру свои и без того покрасневшие глаза, чтобы не взбесить Кея сильнее. И чтобы он не посчитал нужным развернуться и отвезти меня домой. Как только это произойдет – наступит наша финальная точка.

Финал истории, которая не развернулась, и так близок, но я мазохистски оттягиваю его, пытаясь ловить последние минуты, которые провожу с Кеем наедине.

Мы уже заехали в какие-то лесопосадки – и я, в общем-то, знаю, что мы находимся на границе Даствуда, окраины нашего города с южной стороны. Озеро Чара, в свою очередь, тоже граничит с соседним районом. Мы с братом исколесили почти все окрестности, но конкретно здесь еще не были.

Кей глушит машину, дальше ехать неудобно.

Через зеркало он кидает на меня быстрый взгляд, я испуганно опускаю глаза. Он матерится сквозь зубы, я только краснею и поджимаю нервно губы.

«Я вмешалась в его идиллию с той девушкой. Он имеет право злиться на меня».

Открыв дверцу, Кей резко выходит из машины и просто бредет вперед, огибая деревья.

Через секунду я выскакиваю за ним и спрашиваю, обращаясь к его спине:

– Кей, куда ты?

Не поворачиваясь ко мне, он бросает:

– Никуда. Мне нужно подумать.

Это намек – отвали. Не лезь. Не трогай и не задавай вопросы. Я ему, очевидно, в тягость, и ему нужно время, чтоб набраться сил для… Не знаю, для чего. Может, просто подобрать слова, чтобы отшить меня максимально корректно. Скорее всего, мой брат для него – важный человек, Кей только из уважения к нему до сих пор не послал меня прямым текстом ко всем чертям.

Я должна смириться и дать ему это время. И себе – чтобы достойно принять неизбежное признание Кея, что я ему не нужна, поцелуй был ошибкой и прочее бла-бла-бла. Не плакать, услышав вердикт. Не предъявлять ничего. Ни в коем случае не обвинять его в своих же тупых ожиданиях, которые он не захотел исполнить.

Я все понимаю, но моя врожденная порывистость не дает мне спокойно сидеть на месте и стоически готовиться к приговору.

Поэтому я молча иду следом за Кеем.

В конце концов, он же не запрещал мне?

Спустя пять странных минут, в течение которых я топаю за парнем, мы выбираемся на открытую, широкую поляну, которую скрывали деревья. У меня даже захватывает дух – здесь очень красиво. Низкая трава стелется к ногам, а перед глазами – бесконечное розовое небо, которое оставило за собой закатное солнце.

Обгоняя Кея, я шагаю вперед, по пути солнца, пока не достигаю пологого обрыва – внизу блестит оранжево-розовыми переливами озеро, в котором отражается небо.

Это действительно самое прекрасное место, которое я когда-либо видела.

В царство природной красоты, встречи неба, земли и воды в розовых тонах привел меня Кей.

Он не подарит мне свое сердце, но я сохраню для себя увиденный пейзаж как дар от него. Который он не собирался дарить, но открыл для нас по чистой случайности.

Я испытываю первозданный восторг, окруженная нежным светом. И вместе с тем – чистейшую грусть, зная, что сейчас мне окончательно разобьет сердце человек, подаривший мне это место.

Я стою на самом краю поляны, ведь это не страшная пропасть, а пологий склон, по которому можно спуститься к озеру. Однако он состоит сплошь из острых, скалистых камней, поэтому при падении вниз от меня ничего не останется.

Но такие финалы меня не интересуют.

Поэтому я поворачиваюсь и смотрю на Кея. За моей спиной во всю ширь раскинулось розовое небо, словно мой личный охранник и опора.

Я, наверное, ошибусь, но мне кажется, что в этот момент Кей любуется мной. Между нами десять шагов, и я делаю первый, навстречу ему.

– Здесь очень красиво.

Второй шаг.

– Согласен.

Шаг.

– Жаль только, солнце ушло.

Еще шаг.

– Ни черта не жаль.

Половина пути до Кея.

– Почему?

Шестой шаг.

– Потому что солнечный свет остался.

Еще один.

– Он тоже исчезнет.

Еще…

– Он никогда не исчезает, Сирена.

Девятый шаг.

Я останавливаюсь в полуметре от Кея и не отвожу от него взгляд. Но не могу дойти до конца, словно натыкаюсь на невидимую стену. Она и есть та самая невозможность быть вместе с ним. Его нежелание сблизиться со мной.

Я могу обрадовать себя тем, что по итогу Кей сегодня оставил ту девушку и решил провести время со мной. Но последнее не означает ровным счетом ничего. Не знаю, почему он так поступил, и не хочу гадать.

Ведь все бессмысленно – и сейчас это становится еще очевиднее.

Между нами было десять шагов, из которых я сделала девять – к нему.

Девять из десяти шагов я делаю всегда ради возможности быть с ним. Я бы утешилась, если бы Кей сделал хоть один мне навстречу.

Хотя бы один шаг… Вот и все, что я хочу.

– Потому что Солнечный Свет – это ты.

Я даже не осознаю смысл слов Кея, поскольку он делает ко мне шаг, и я мгновенно оказываюсь в его объятьях.

Никто не является инициатором поцелуя – мы враз тянемся друг к другу. Я просто утопаю в нежности – именно таков наш второй поцелуй.

Мы аккуратно касаемся губ друг друга, словно немного стесняясь. Кей слегка посасывает мою нижнюю губу, одновременно лаская ее языком, – и по всему моему телу пробегают сотни мурашек.

Я обнимаю его за широкие, сильные плечи, приближая к себе.

И каждую секунду проживаю как откровение.

«Я его трогаю. Я его обнимаю. Он меня целует. Невероятно».

Ненадолго оторвавшись от поцелуя, я лицом утыкаюсь в его грудь, чтобы сделать глубокий вдох. Я не понимаю, что сейчас происходит между нами, но привычный цитрусовый запах, исходящий от Кея, я втягиваю носом как запах моего мужчины.

Если через минуту он меня оттолкнет и отменит все, я хочу успеть «забрать» Кея себе по максимуму.

Отчаяние возможной потери подгоняет меня, и я снова тянусь к его губам. Теперь это нервный поцелуй – я то кусаю Кея, то сплетаю в бешеном ритме наши языки. Мои руки впиваются в пиджак Кея, комкают его. Потом я хватаю его за шею и тяну ближе к себе.

Я сгораю в моменте, боясь, что его у меня отнимут.

Когда Кей прерывает поцелуй и приподнимает мое лицо, я чувствую страх.

«Все? Мы уже целовались, и это закончилось ничем».

И я хаотично впиваюсь в парня взглядом. В его светло-карие глаза, этот цвет похож на мой, если бы не крапивно-зеленая кайма зрачков. Каштановые брови, прямой нос, твердый подбородок. Сильная шея.

Но в нем – сильное все.

Мне хочется держаться за него и никогда не отпускать. Хочется верить, что такой парень, как Кей, никогда не позволит отпустить меня. Он станет моей опорой в жизни – надежной опорой. Благодаря ему я никогда не упаду вниз.

– Ты плачешь, – тихо говорит он.

Сама я этого не замечаю, но действительно – мои щеки влажные от слез. И я не знаю, чем они вызваны. Наверное, всем сразу. Эмоции накатывают на меня волнами – и боль от его поцелуя с другой, и нежность за наш поцелуй, и страх, что это может закончиться.

«Он сделал шаг».

«Он назвал меня Солнечным Светом».

Слезы дрожат на моих ресницах, а губы искрятся от поцелуев. Я смотрю в красивые глаза Кея и больше не могу сдерживаться. Несмотря на обилие противоречивых эмоций, во мне стабильно одно чувство. Что бы ни случилось в итоге, это никуда не денется.

– Я люблю тебя. – И я оставляю признание в сказочно-розовом месте. Нашем месте.

Я не хочу ничего скрывать или дразнить, ведь все и так слишком очевидно. Одновременно с признанием я отдаю Кею свое сердце, а как поступить со всем этим – он решит сам.

Вот мой десятый шаг.

Дальше некуда уже. Ближе некуда.

– И что мне с тобой делать?

Я сжимаюсь от сказанных им слов, но голос Кея звучит беззлобно. Держа меня за подбородок, он ласково целует меня в губы. Затем поправляет кудряшку, прилипшую к моей влажной щеке.

– Сирена, ты должна понимать, что я не смогу дать тебе того, что ты хочешь.

«Не говори так».

– Ты даже не знаешь, чего хочу, – парирую я.

Мне уже горько, что Кей снова начинает думать в таком ключе.

– А что ты хочешь?

– Тебя.

– Что именно – меня?

Я опускаю лицо и опять утыкаюсь лицом ему в грудь, наверное, пачкая своими слезами пиджак Кея. Мне сложно ответить, для меня все давно ясно. Я просто не знаю, как правильно выразиться.

Хочу тебя – далеко не про секс. Или не только про секс. Это включает все виды общения, когда хочется быть рядом с одним-единственным человеком.

Мне вечно говорят, что я прирожденный гуманитарий и умею красиво излагать мысли. Но это работает на бумаге.

Сейчас же, в реальности, наедине с любимым парнем, я могу с трудом формулировать мысли:

– Я хочу всего от тебя. И с тобой всего хочу. И для тебя тоже. Я не знаю, что ты там себе напридумывал, Кей, но я не верю в какие-то обстоятельства, когда люди не могут быть вместе. На это есть одна причина – нежелание. Я здесь и сейчас говорю тебе: я люблю тебя и хочу быть твоей. Ты можешь либо ответить взаимностью, либо отказаться. И если я тебе не нужна – просто скажи это прямо, я обещаю, что не буду пытаться хоть как-то зацепить тебя.

Кей слушает меня и аккуратно гладит мои волосы, наматывает на палец длинные кудри-пружинки.

Я не знаю ничего про его решение.

Не знаю, о чем он думает, пока молчит.

Какие за и против подбирает.

В любом случае – мы либо разойдемся навсегда под этим розовым небом, либо встретимся тут еще не раз.

И в любом случае – мне легче, ведь я наконец открыто сказала о своих чувствах.

Мне частенько говорили, что я бесхитростная, но я не считаю это недостатком. Я не любитель интриг и хитросплетений. Если меня не примут – я никогда не стану мстить, если примут – буду любить отчаянно.

– Для меня быть с тобой, Сирена, – то же самое, что разбежаться и упасть вниз. На скалы.

И еще считается, что девушки – королевы драмы?

– Не бойся. Я готова упасть вместе с тобой, если мы говорим аллегориями.

– Но в итоге падать будет кто-то один. А второй подтолкнет к этому.

На секунду мне становится жутко.

Он что, сомневается во мне?

Да Кей с ума сошел – я бы никогда не поступила с ним подобным образом, если он именно это имел в виду. Я никогда не стану причинять ему боль. Тем более осознанно.

Возможно, ему нужно время, чтобы все осмыслить и понять?

– Не бойся, – повторяю я, утопая в его руках. – Я никогда тебя не предам.

– Я и не боюсь.

– Тогда чего же ты боишься, Кей?

– Я боюсь, что Солнечный Свет погаснет.