Год назад

Кей

–Ну все, бывай! На связи! – Чувак бьет меня по спине и, не стирая с лица тупой, расслабленной улыбки, наконец выкатывается из моей машины.

Я киваю ему в ответ, а когда он тянет руку для прощального рукопожатия – делаю вид, что не замечаю ее, уставившись в телефон.

Потом быстро перекладываю упаковку таблеток в бардачок, где уже хранится на них рецепт. На всякий случай. Когда учишься в меде, подобное достать не сложно, заодно лишает ненужного риска, если вдруг мою машину остановят на осмотр.

За последние годы я накопил уже достаточно денег, помимо Дасти, круг моих «пациентов» расширился до десяти человек. Это не очень много, но зато стабильно. Тем более суммы полностью покрывают нужды обычного девятнадцатилетнего парня.

У меня хорошая машина, годовая аренда на квартиру, мне хватает денег на здоровую пищу и на приличные шмотки, хоть я в девяти случаев из десяти ношу прежний пиджак. Но это моя личная фишка. Кроме того, он не единственный элемент одежды из моего гардероба. Вдобавок я помогаю семье, точнее, братьям и сестрам. Что касается развлечений – у меня их нет в силу постоянной занятости на учебе и подработке. Лишь иногда я ради разнообразия тусуюсь с Дастом и его мажористыми придурками.

«И Сиреной – но в этом я не готов признаться даже самому себе».

Выкидываю из головы ненужные мысли и разгоняю автомобиль в сторону уже привычного мне элитного района Даствуд, где расположен спортивный комплекс «Яркие звезды». Стабильные два часа из суток, где я провожу время.

Можно было бы легко найти нечто подобное и в центре, где я проживаю, – в принципе, престижное место для меня не приоритет, а тягать железо с тем же успехом можно и в самой обычной качалке за сто долларов в месяц.

Но сто долларов тоже деньги, а в «Ярких звездах» у меня есть свободный доступ к любым услугам.

За это сомнительное, но все же спасибо Алеку Брайту – без пяти минут владельцу здания, как и сотни других объектов недвижимости, раскиданных по нашей стране. Для него оформить для меня бесплатный пропуск – капля в золотом море. В море, в котором он максимум готов обмочить пятки, потому что по жизни выбирает разрушение, а не созидание.

И хоть мы иногда пересекаемся в «Звездах», ведь спортивные занятия помогают Брайту сохранять тело в приличной форме, но в разы чаще его можно встретить в «Леваде» – пьяным и в отрубе.

Приоритеты, мать вашу.

Оказавшись на месте и переодевшись в майку и шорты, я иду к привычным тренажерам. Сначала разминка. Рукопожатия с парнями, которые зависают тут постоянно.

Невольно сравниваю себя с другими.

«Я действительно в порядке? Да…»

Надеваю наушники и приступаю к упражнениям.

У меня нет определенных предпочтений в музыке, поэтому я просто слушаю то, что сейчас появляется в топе. Обычно – довольно простые биты и незамысловатые рифмы, которые не загружают мозг. Просто фон. Так было всегда.

Но именно последнюю неделю я невольно вслушиваюсь в эту муть.

Боже, да там все про любовь. Каждый, мать его, текст. Неважно, кто исполнитель. Любовь, любовь, любовь. Поцелуи, разбитые сердца, надежды, вожделение, предательства, снова поцелуи.

Я хочу воспринимать это фоном, как прежде, но каждые пять минут на автомате снова начинаю вникать в текст.

Ничего удивительного, что я злюсь…

Любовь и отношения – для меня сейчас точно не в приоритете.

Вру. Я готов принять и первое, и второе – я не задроченный фрик, который станет корчить из себя, что он «выше этого». Для меня является проблемой, что два вышеупомянутых понятия я, уже на уровне подсознания, прилагаю исключительно к Сирене.

Можно обманывать себя сколько угодно, что это не так, дескать, я сумею игнорировать ее и погашу все свои желания насчет маленькой принцессы, но толку от этого – ноль. Я проиграл, а теперь лишь на автопилоте изображаю свою независимость от нее, которая держится на одной только имитации.

Однако после поцелуя с ней у меня нет сил даже на имитацию.

Я честно пытался тыкнуть ее носом в факт, что я не тот, за кого себя выдаю. Я не классный чувак, в которого ей стоит влюбляться. Да и вообще не тот, с кем у нее сложатся отношения, которых она достойна.

На все это – Сирена поцеловала меня. Когда я ответил на поцелуй, уже не было смысла скрывать, что ее чувства взаимны. Я физически не способен на подобное.

Я знаю, у нас может быть только трагичный финал, но последнее не мешает мне желать обладать этой девушкой во всех смыслах. Я хочу целовать ее, хочу прикасаться к ее прекрасным волосам, к этим веселым кудряшкам.

Хочу вернуться в прошлое и не остановиться после поцелуя, а залезть ей под юбку, трогать ее бедра. Хочу ощущать ее полную грудь не через ткань, а на своем теле. Хочу гулять с ней. Хочу держать за руку. Строить совместные планы. Познакомить с родителями – о, такая, как она, им точно понравится – более красивой и открытой девушки, чем Сирена, я еще не встречал.

Если бы мы познакомились в иных обстоятельствах или не будь она сестрой Дасти – я бы забрал ее себе с первой минуты. У нас бы все могло получиться, но, сука, не в этой жизни.

Для своей женщины я хочу быть гарантом и опорой.

Для Сирены я не смогу стать даже спасителем, наоборот, только тем человеком, кто выбьет из-под ее ног последнюю опору. А затем будет молча наблюдать за ее падением.

Все, что я могу сделать для нее, чтобы избежать большей боли, – вообще на хрен не пересекаться с ней.

Формально нас связывает ее брат, осталось совсем немного времени до выпускного в их школе, когда Дастин покинет город. После у меня не будет никакого повода даже отсвечивать в Даствуде, ведь продолжение общения с его дружками мне неинтересно.

Все закончится.

Возможно, Сирена, или ее родители, или даже полиция попытается связаться со мной в поисках Дасти, на что я буду говорить заученно: «Ничего не знаю». Как и все остальные.

Сирена будет смотреть на меня круглыми глазами, плакать, надеяться, что я помогу ей вернуть брата. А я не помогу.

Буду пялиться на нее и понимать, что я ее обманываю, причем давно. Что я тот, кто как раз-таки помог ей лишиться Дасти.

Это были бы самые извращенные отношения, если бы мы стали с ней парой.

Видеть страдания любимой девушки и продлевать их.

Сука.

Нужно не только избегать Сирену, а вытравить ее из своей головы хотя бы суррогатом. Мне нужна какая-то замена, пусть и жалкая, поскольку я боюсь сорваться в своем обещании Дасти хранить его секрет.

Спустя полтора часа, взмокший, как собака, попавшая под дождь, уставший и со звенящими мышцами, я тащусь в душ, где смываю с себя пот и грязь. Одновременно продумываю, чем займусь сегодня. Обычно воскресенье я проводил в компании Дасти, но сегодня специально отменил встречу, потому что уверен, что обязательно увижу Сирену, в каком бы месте мы ни пересеклись.

Я ее неплохо знаю – она тоже хочет встречи. Ее волнует наш поцелуй, и у нее накопилась куча вопросов ко мне.

Мне придется снова ее оттолкнуть – и на этом моменте я уже окончательно тронусь головой от отчаяния и ни за что не буду ручаться.

Поэтому на хрен. Сегодня я буду дома – на всякий случай.

Переодевшись, направляюсь в общий блок, чтобы пополнить запасы воды, и там же мы пересекаемся с Холли-Не-Помню-Ее-Фамилию. Мне вовсе не обязательно знать ее фамилию, но имеет смысл признать, что девушка – моя ровесница – довольно симпатична. По крайней мере, у нее подтянутое, спортивное тело, на которое приятно смотреть.

– Привет, красавчик, – первой здоровается Холли, захватывая свои короткие каштановые волосы в нелепый хвостик на затылке.

– Привет.

Она пытается задержать мой взгляд, но я, как скромная девица, отвожу глаза и наполняю термокружку ледяной водой.

Я не помню ее фамилию, равно как и то, где она учится или работает, но помню, как трахал ее больше года назад в мужском душе по взаимному согласию и череды намеков девушки на готовность к процессу.

Это не было никогда для меня актом любви или хотя бы дикой страсти, просто приятное краткое времяпрепровождение.

К чести Холли, могу сказать, она никогда не относилась к категории девушек-прилипал, которые после ничего не значащего траха начинают долбить по мозгам своими фантазиями, что случилось нечто большее, чем секс. Мы по-прежнему можем перекидываться приветствиями при встрече, никаких упреков, было и прошло – по хер. Я не лезу в ее личную жизнь и голову, она тоже. Максимум с ее стороны – заинтересованные взгляды, дающие понять, что если повтор будет, то Холли не станет искать причины для отказа, их в принципе нет. Пока еще нет.

Закинув термос в рюкзак, я на автомате смотрюсь в зеркало – все ли в порядке, – прежде чем направиться к выходу. В отражении, помимо себя, ловлю и блестящие голубые глаза Холли, которая продолжает возиться с волосами. И пухлые губы. Реально слишком объемные с учетом мелких черт лица. Возможно, тут замешано гиалуроновое хирургическое вмешательство, или же природа щедро одарила девушку.

Но Холли весьма эффектна и цепляет взгляд. Наверняка у нее достаточно поклонников. Да я даже не удивлюсь, если у нее окажется официальный бойфренд – и был все это время, но мне плевать. Я не имею на нее никаких планов, не ощущаю интереса и вряд ли замечу, если она вообще перестанет посещать «Яркие звезды».

Однако мой взгляд дольше обычного задерживается на невероятных губах Холли.

И она это замечает. Губы растягиваются в широкую улыбку.

– Уже домой? – бесхитростно спрашивает девушка.

Или делает вид – ведь уже понятно, что я готов двинуться к выходу.

– Ага, – соглашаюсь я, а затем из вежливости спрашиваю: – А ты?

– Тоже. – Холли наконец оставляет волосы в покое, убрав резинку и распустив их.

Так намного лучше, чем с куцым хвостом на затылке, похожим на гигантский прыщ на залупе.

В руке она теперь держит телефон и, словно оправдываясь, продолжает свою речь:

– У меня тачка на техосмотре, уже несколько минут пытаюсь вызвать такси, но никто пока не откликается.

Ничего особенного: восемь вечера выходного дня – самое время броситься навстречу приключениям, оставляя личное авто в гараже, чтобы потом в состоянии пьяного коллапса спокойно вызывать такси. Каждый автовладелец знает такие нюансы – зачастую из личного опыта. Думаю, и Холли разбирается в этом, а мне нечего ей предложить, пусть названивает в сервис, чтобы заказать тачку с водителем.

Но…

Я натягиваю на себя улыбку, смахивающую на оскал. Мне кажется, я выгляжу омерзительно и отталкивающе, но, вероятно, только потому что я в курсе своих мыслей.

Но Холли в этот момент ощущает лишь исходящее из меня дружелюбие.

– Могу подвезти, – предлагаю я. И сразу же добиваю задуманное до конца, потому что готов все отменить уже сейчас. Не оставляю себе время на подумать. – Куда угодно. Если у тебя сегодня нет планов, можем потусить у меня.

«…Потусить у меня».

Звучит почти что нежно. Ведь буквальный «перевод» фразы – «едем ко мне трахаться, детка». Я бы мог сказать и напрямую, но ни хрена не знаю ни Холли, ни того, как она отреагирует на подобное – вдруг случай в душевой был для нее исключением?

Девушка на секунду замирает, перестав крутить в руке гаджет, и с интересом разглядывает меня.

И в этот момент меня разрывает от желания крикнуть: «Твою мать, откажи мне! Откажи мне немедленно!»

Я не хочу ее трахать, я ни капли не возбужден, даже предлагая ей завуалированно секс. Но если это произойдет, у меня будет хоть какая-то надежда, что перепихон перебьет мою неуместную зависимость от Сирены Лайал.

– О! Я свободна, – улыбается девушка. – Почему бы и нет? Можем что-нибудь заказать и посмотреть фильмы.

Но наши взаимные переглядывания напрямую говорят, что до фильмов мы не дойдем однозначно.

Мой внезапный план завершился успехом, но никакой радости я не испытываю и ничего приятного на хрен не предвкушаю. Да, сегодня я трахну Холли, вывозя чисто на биологических потребностях. Если рискнуть, можно попытаться поиграть с ней в видимость отношений какое-то время, имея с этого доступ к регулярному сексу.

Но насколько сильно интрижка перекроет мои чувства к Сирене?

Сколько мне потребуется доступа к другим женским телам, чтобы отвлечь себя от единственного поцелуя с маленькой рыжеволосой принцессой?

Да черт его знает. Нужно хотя бы сейчас выкинуть мысли о ней, а дальше будет видно.

– Погнали, – говорю я Холли, особо не скрывая равнодушия, и направляюсь к выходу, не дожидаясь ее.

Девушка покорно плетется следом за мной, словно тень.

И я снова невольно сравниваю ее с Сиреной.

Она тоже была готова следовать за мной на край света, но я бы ни за что не увидел в ней безликую тень, которая покорно тащится за мной и выполняет мои приказы.

Скорее, Сирена была готова идти за мной, чтоб потом обогнать и самой диктовать правила или искать компромиссы.

Рыжеволосая девушка – прямое олицетворение солнца на небе.

Пока солнце за твоей спиной – ты видишь только свою тень и немного других людей, идущих тебе навстречу. Но если солнце обгонит и окажется перед глазами, оно тут же ослепит своим ярким, теплым светом, и ты будешь видеть только его.

Жить лишь им, не замечая больше никого.

Мне нельзя этого допустить.

В дверях я, притворяясь джентльменом, беру спортивную сумку Холли в руки.

– Спасибо, – откликается она, продолжая улыбаться.

Но даже ее шикарные губы меня не способны ослепить. Все во мне противится тому, чтобы продолжить с ней вечернее общение. Я уже представляю, что мне, мать вашу, придется заставить себя трахнуть ее. Охренительно стремный настрой.

Нужно сказать ей что-то приятное – Холли, как ни крути, вообще не виновата в моих проблемах. А если быть честным – я собираюсь ей воспользоваться.

Но у меня не находится слов, чтобы сделать девушке хотя бы самый заезженный и тупой комплимент. Чувствую себя дегенератом – я просто останавливаюсь и молча пялюсь на Холли, отчаянно выискивая в голове что-то хорошее, связанное с ней. Пусто.

Поэтому я беру ее за шею и притягиваю к себе, прикасаясь ртом к ее влажным губам. Я провожу по ним языком, но ничего не испытываю – даже малейшего всплеска гормонов.

В мозгу витают абсолютно ненужные в данный момент мысли: «А свои у нее губы или все же накачала?» – и я словно пытаюсь это проверить. Да господи, я с силой пропихиваю язык ей в рот, яростно лаская ее.

Холли сразу же отзывается, пуская в действие собственный язык, прижимаясь ко мне всем телом. Я закрываю глаза, чтобы отдастся ощущениям, и чувствую небольшое шевеление в штанах.

О’кей, если не открывать глаза и не думать лишнего, я функционирую нормально.

Сейчас мне вполне достаточно этого знания.

Я отстраняюсь от Холли – с прелюдиями на улице покончено, остальное мы продолжим уже дома. Снова заостряю внимание на пухлых губах и представляю, как они сегодня окажутся на моем члене. А это непременно произойдет, эти губы просто созданы для качественного отсоса.

Но стоит мне, потянув Холли за собой, направиться к парковке, где я оставил машину, как все мои планы и гребаные попытки изменить ситуацию улетают к черту.

Сирена.

Я вижу это грустное солнце, свет которого померк. Из-за меня.

Она стоит возле моей тачки. Она прекрасно видела, как я целовал Холли.

«Это не мои проблемы. Я ничего не обещал Сирене».

Факт.

Не мои проблемы, мне плевать, плевать, плевать…

Плевать на одинокую фигурку, плевать на ее сгорбленные плечи. Плевать на потоки слез, что льются из печальных глаз, которые обычно светятся оптимизмом.

Но эти глаза и слезы меня почему-то убивают.

Сирена наконец отворачивается и начинает отходить от моей машины – сначала медленно, затем ускоряя шаг, ускользая и растворяясь в тени деревьев.

Я нервно сглатываю, не в силах двинуться с места, и Холли непонимающе теребит мои пальцы.

«Кей, все в порядке, теперь Сирена не сунется к тебе, а тебя ждет бурный вечер с обладательницей классных губ».

Классные губы и девушка, которая не принесет мне ни единой проблемы и не подкинет повода для стресса.

Другая девушка, которая для меня и проблема, и стресс, с огромными грустными глазами и ручьями слез.

Выбор?

Я должен покончить со всем этим сейчас, что я и сделаю. Плевать, что будет.