Мы с мужем обменялись брачными клятвами, а исполнительный директор зачитала свадебную речь. Все немного напоминает наспех организованную профессиональную церемонию. Вы ведь тоже терпеть не можете длинные речи? Давайте поскорее закончим и поедим. Управляющий директор надела нам с мужем обручальные кольца, подготовленные для нас в NM. Тонкие кольца из золота 14K без единого драгоценного камня. В отличие от гладких колец, полученных на прошлую свадьбу, на этих виднелся узор «елочка». Если надеть их вместе, получится красиво. Мы с мужем открыли шампанское – его тоже заботливо подготовило агентство, – и на этом свадьба закончилась. Из-за того, что у нас было воссоединение, все прошло даже проще, чем обычно. Мы уже собирались уйти, когда управляющий директор взяла меня за руку и коснулась кольца. Она пожелала мне жить красиво, и кончик ее носа покраснел. Красиво. Так и надо жить. Эта женщина похожа на мать, отправляющую дочь во взрослую замужнюю жизнь. Автомобиль бизнес-класса, в котором сидели управляющий и исполнительный директора, проехал мимо поля зеленого лука. Странно. Половина поля совсем пуста. Куда делся весь лук? А ведь белые цветы, похожие на букеты, действительно радовали глаз. Внезапно я ощутила всепоглощающую пустоту где-то в районе груди. Муж обнял меня за плечи. А я его – за талию.

– Какой сегодня жених-красавец.

– Специально постарался. Пойдем.

Я сняла белое платье, единственным украшением которого была драпировка на подоле. Надевать удобную футболку в первый день супружеской жизни будет уж совсем невежливо. Поэтому я сменила свадебное платье на симпатичное домашнее. Это мой первый повторный контракт. Я распаковываю те же вещи в том же доме. Знай я, что так быстро вернусь, не стала бы выбрасывать все, чем пользовалась. Я открыла дверцу шкафа, где уже хранила одежду раньше. Муж обнял меня сзади:

– Боялся, что ты выберешь «NO».

– Еще один отказ, и мне придется уволиться. Жаль было бы тратить его на тебя.

– Мне стоило предложить контракт на три года.

– Тогда бы я ответила «NO».

– Почему?

– Мне ведь тоже хочется ощутить вкус перемен.

Нас охватил жар еще до того, как я успела закончить распаковывать вещи. И почему он такой, этот мужчина? Или концепция нашего брака – сексуальное помешательство? Я отдалась мужу без остатка. Похоже, все это время он только и делал, что смотрел порно в своей студии с прекрасной звукоизоляцией. Он попробовал действовать смело – не так, как раньше. Уделил больше внимания прелюдии и даже усаживал меня к себе на колени. Навыков ему недоставало, поэтому приходилось часто менять позу. Почему-то он то напирал, то отстранялся. Что это за уникальный стиль секса? Затем он навалился на меня, словно был готов вот-вот потерять сознание. Он стал решительнее и действовал уже более разнообразно, но все равно чего-то не хватало. И почему он все время спрашивает, нравится ли мне? А ему бы понравилось, если бы я то сосала, то резко прекращала? Я направилась в ванную – муж остался лежать на кровати, удовлетворенный своей безупречной техникой. И почему он так серьезно подходит к этому браку?

Пьяные привычки мужа все те же. Стоит ему выпить сверх нормы, как он тут же покупает спиртное. В этот раз я решила не обращать на это особого внимания. Не хочу ни сама нервничать лишний раз, ни заставлять мужа переживать по этому поводу. Можно ведь пить разные виды алкоголя под настроение, а еще спиртное пригодится в готовке. Я видела, как люди умирали от распития напитков с высоким градусом, но никогда не видела, чтобы кто-то умирал от их покупки. Проблема лишь в том, что количество жира на моей талии прямо пропорционально веселью от выбора алкоголя под настроение. Муж прекрасно пьет даже без закуски, а вот я так не могу. Он даже смеется иногда, что я пью ради того, чтобы закусывать. Боюсь, такими темпами я встречу тридцатилетие в джинсах на три размера больше. Я пробовала и крутить обруч, и прыгать через скакалку, но жир продолжал захватывать все новые территории моего тела. А еще мне было скучно, потому что мне здесь нечем заняться. И вот так я начала пропалывать двор от сорняков. Каждый день выделяла определенный участок и стригла травинки ножницами вместо газонокосилки. Даже если отрезать по чуть-чуть, трава быстро заполняет банку от краски. Сегодня муж вышел во двор с газетой и зажигалкой, заявив, что будет сам палить траву. Он разжег огонь, который через пару минут начал приятно потрескивать.

– Завтра я поеду в офис.

– Почему так внезапно? Мы же собирались вместе выбрать колонки.

– Управляющий директор пригласила на ужин. Поэтому уйду днем, а приду поздно вечером.

– Ничего не поделать.

В итоге госпожа Ю потеряла ребенка. Ей был положен небольшой отпуск, но она сразу же вернулась к работе. Скорее всего, сейчас ей нужно утешение. В конце концов, кроме нас, ей больше не на кого опереться. Поэтому ужин был организован ради нее. Директор позвала меня туда, потому что я наставница госпожи Ю. Она с самого начала была немного наивна. Собиралась упрямиться и выбирать «NO» до тех пор, пока не появится подходящий супруг. Даже увольнения не испугалась. Но тут госпожа Ю встретила первого мужа. Похоже, он показался ей неплохим, и она сказала «YES», а затем с радостью от него забеременела. Но вот родить ребенка ей не удалось. Первый брак и без того протекает довольно хаотично, но для нее этот опыт стал еще и болезненным. Карьера госпожи Ю складывается совсем не так, как она планировала. Я бросила вырванные сорняки в банку из-под краски.

– Дорогой, а каким был твой брак вне компании? Могу я вообще спрашивать о таком?

– Ты ведь уже спросила. Поэтому будем считать, что можешь. Ну… Мне казалось, что я преступник в бегах.

По его словам, он всегда чувствовал, будто ему приходится каждые сто метров проходить через алкотестер и резко тормозить из-за установленных по всей дороге камер. Но в этом браке никто не желал ему зла, поэтому ничего предъявить он не мог. Ведь, возмутись он хоть раз, в итоге это сказалось бы на их общих интересах. Поэтому ссоры всегда проходили по одному сценарию: «Так нельзя». – «Нельзя». – «И почему ты это делаешь?» – «Не знаю». – «Ты понимаешь, что поступаешь неправильно?» – «Понимаю». – «Тогда почему продолжаешь наступать на одни и те же грабли?» Похожие ссоры возникали и когда они только начинали встречаться. Но это сильно отличалось от того, что началось после свадьбы. Теперь в каждом слове, в каждом поступке его жены читалось: «У меня есть юридическое право тебя исправлять». И из-за этого ему приходилось нелегко.

– Брак означает полное вмешательство супруга во все сферы твоей жизни. А расставаться вам или нет, и вовсе решает государство. Если два человека пришли к единому мнению, зачем им идти в суд? Почему нельзя подать на развод так же просто, как на заключение брака? Или они думают, что тогда все разом ринутся разводиться? Люди, которые и так не собирались расставаться, не сделают этого. Не государство же предоставляет супруга для совместного проживания, а так усложняет процесс развода.

– Может, политики потому и пытаются всячески препятствовать разводу, что решения попросту нет? Эх, брак – очень утомительное мероприятие.

– Ну, в моем случае так и было. А что? Тешишь себя какими-то иллюзиями на этот счет?

– Как знать… И все же, когда тебе плохо, разве не муж примчится в больницу первым?

– Немало супругов ссорятся как раз потому, что их партнер появляется самым последним.

Муж отломил сухую ветку, бросил ее в жестяную банку и усмехнулся. Он рассказывал о своей супружеской жизни так сухо, словно речь идет о ком-то другом. Брак подобен езде по бескрайней пустыне. С каким бы комфортом ты ни передвигался, единственное, о чем ты можешь думать в дороге, – оазис. Муж сказал, что одна только смутная мысль об этом самом оазисе заставляла его чувствовать еще большую жажду. Окружающим могло показаться, что они ехали в комфортном кемпере с большим запасом еды и топлива, но сам он порой завидовал тем, кто преодолевал барханы верхом на верблюде, с одной лишь бутылкой воды в поясной сумке. Да и кемпер тоже жаловался, что ему тяжело. Мол, такая машина не предназначена для езды по пустыне. Муж сказал, что им обоим было тяжело в этом браке – по разным причинам. Поэтому они и расстались. Ведь больше ничего друг от друга не хотели.

– И все-таки, похоже, вам удалось нормально расстаться, несмотря на мнение окружающих.

– Я рассказал только то, как все закончилось, поэтому и выглядит просто. Когда разводишься, уходишь из кемпера с одной бутылкой воды, зная, что можешь умереть в пути. Но есть и те, кто уходит еще и с ребенком на спине, не имея при себе даже этой самой бутылки. Если до необратимого взрыва кемпера остаются считаные секунды, что еще можно сделать, кроме как побыстрее покинуть его? Уж лучше попробовать что-то изменить и погибнуть, чем умереть прямо на месте. Но, уходя, не нужно вырывать руль и прокалывать шины в отместку. Ведь кемпер может и не взорваться. Кто знает, возможно, просто водитель был неподходящим.

– Кто из вас был кемпером?

– Оба. Каждый был то водителем, то кемпером. И так по кругу. В этом вся суть брака.

– Почему ты зарегистрировался в NM?

– Потому что выбрался из пустыни.

– Значит, оазис тебе больше не нужен?

– Всё, кроме пустыни, и есть оазис.

Муж отложил щипцы и аккуратно подтолкнул меня к садовому столику. Из-за его пылкого нрава в этот сумеречный тихий вечер я ощутила легкое замешательство. «Похоже, теперь я для него оазис», – подумала я и покорно отдалась мужу. Если это его осчастливит, почему бы и нет… Но столик, которого коснулся мой живот, оказался слишком холодным. Я никогда не думала, что мой первый секс во дворе будет настолько неудобным. Столешница была такой шершавой, что, казалось, еще немного – и я расцарапаю кожу.

– Погоди немного, – сказала я и выпрямилась. Лучше просто сесть на стол. Я ловко забралась на него, закинула одну ногу на стул и поманила мужа пальцем. Он радостно бросился ко мне. И тут же радостно кончил. Похоже, ему самому стало неловко, поэтому он обнял меня и рассмеялся.

– Повторим чуть позже. Когда ты задрала ногу, я сильно впечатлился.

Я только ухмыльнулась и натянула трусы и брюки, которые повисли на одной ноге. Внизу стало мокро и прохладно из-за размазанной спермы. Скорей бы помыться. Жаль, что я не взяла с собой даже носового платка. Неужели теперь придется разложить салфетки еще и во дворе? Я уже собиралась сказать мужу, что первой иду в дом, когда раздался звонок в дверь. Дзинь, дзинь, дзинь. Я спросила, кто там, – ответа не последовало. Только дверной звонок продолжал надрывно пищать. Муж подбежал следом за мной и открыл калитку. Не смогла разглядеть, кто стоял в дверях: фигура мужа закрывала обзор.

– Кто вы?

Ответа не прозвучало. Муж повернулся ко мне, и только тогда я увидела лицо гостя. Ом Тхэсон. У меня закружилась голова. Казалось, будто земля в одно мгновение высосала всю кровь из моего тела. Что он здесь делает? И до сих пор держит в руках эту чертову коробку с тортом из ттока! Почему он так себя ведет? Может, не умеет считывать эмоции других людей? Нет, кажется, ему просто нет до них дела. Он всегда появляется в одном и том же виде – будто каждое утро перезагружается. Ом Тхэсон поприветствовал меня с улыбкой коммивояжера. В его спокойствии и жизнерадостности есть нечто театральное. Муж посмотрел на меня, словно спрашивая, знаю ли я этого мужчину. Я коротко ответила, что мы познакомились на свидании вслепую.

– Войдете?

Муж сделал шаг в сторону. Ом Тхэсон переступил через порог, с интересом осматривая двор. Будь это возможно, я бы хотела положить всему конец за тем шершавым столиком. Но пока я колебалась, муж и Ом Тхэсон уже прошли мимо него. Огонь в банке погас – теперь оттуда поднималась лишь тонкая струйка дыма, похожая на ту, что выпускает противомоскитная спираль. Спокойный, размеренный пейзаж, казалось, теперь вызывал удушье. Этот мужчина мастерски умеет перекрывать доступ к кислороду.

Я провела Ом Тхэсона в гостиную и принесла из кухни несколько банок пива. Он явился незваным гостем, поэтому закуски я предлагать не стала. Я поставила поднос с пивом на стол. Ом Тхэсон пододвинул ко мне коробку с тортом из ттока. Выглядит точь-в-точь как та, которую принесла ко мне домой Сиджон. Они что, готовили этот кулинарный шедевр вместе? Хотя Ом Тхэсон и ворвался в наш дом без приглашения, все же у него хватило такта хотя бы не приходить с пустыми руками.

– Я приготовил его сегодня, перед приходом сюда.

– Спасибо.

Я бросила безразличный взгляд на коробку и поставила перед Ом Тхэсоном пиво. Как мне поступить с этим мужчиной? И откуда он узнал про этот дом? Что он задумал, вот так беспардонно ворвавшись в нашу супружескую жизнь? Он собирается уличить меня в том, что я, будучи замужней женщиной, явилась на свидание вслепую? Ну я ведь не соблазняла его, и ничего, кроме разговоров, между нами не случилось. Да даже если бы мы и переспали, что с того? Прелюбодеяние уже давно не грех, сукин ты сын. Но если он не собирается мне угрожать, тогда зачем вообще заявился? Муж просто молча пил пиво и наблюдал. С этим мужчиной разобраться должна я. Меня это бесит. Я будто хожу по кругу. И, как в сквоше, чем сильнее ударяю по мячу, тем с большей скоростью он отскакивает. Если буду яростно атаковать стену, в итоге пострадаю сама. Боже! Уже один только вид этого подонка меня вымотал.

– Думаю, вы пришли не просто так?

– Изнутри дом выглядит еще лучше. Площадь тут довольно большая, не так ли? Вы сами построили? Правда, он на окраине, значит, продать его будет непросто.

Ом Тхэсон полностью проигнорировал мой вопрос. Какое-то время он болтал об отделке и о том, как лучше использовать двор. Я не стала его перебивать. От этого нарочитого простодушия у меня аж мурашки побежали по коже. Все это время я противостояла психу. Ом Тхэсон явно из тех людей, которые, даже если выставить их вон силой, на следующий день будут стоять у твоих дверей с улыбкой на лице. Он ни слова не сказал мне в упрек за мое замужество. А я, конечно, не стала обвинять его в том, что он за мной проследил. Это уже случилось, и мне не хотелось весь оставшийся вечер мусолить эту тему, ввязываясь в споры о том, кто здесь не прав. Проблема в том, что делать дальше. Я прервала его, когда он с упоением рассказывал об овощах, которые лучше всего высаживать в загородном доме.

– Не похоже, что вы пришли сюда, чтобы подарить нам тток.

– Ах! Как раз из-за этого я здесь. Из-за этого.

– Из-за чего?

– Я не мошенник.

– Что?

– Я много размышлял после нашей последней встречи. Хочу попытаться все прояснить, но ситуация довольно запутанная, поэтому сказанное мной может звучать несвязно. Надеюсь на ваше понимание. Эм… Да, я ходил на курсы приготовления ттока. Там мы все вместе пили чай и все такое. А еще болтали о том о сем. «Почему все женщины, которые знакомят меня со своими подругами, странные?» – кажется, сказал я что-то вроде этого. Да, именно так. Это была шутка. Но Сиджон вспылила. И сказала, что у нее есть подруга, которая слишком хороша для того, чтобы знакомить ее с кем-то. И я ответил, что женщины, которых мне так представляют, как правило, оказываются хуже всех. Мы немного поцапались, а потом я встретил вас, Инджи. Да и со стороны меня подталкивали. Вот так все и обернулось.

Вот оно что. Значит, таковы обстоятельства нашего с Ом Тхэсоном знакомства.

– Мне понравилось, что у вас не было изъянов, будто вас вырезали из мыла. Вот и все.

– Но почему вы продолжали ко мне приходить?

– Просто приходил, и все. Я же не мешал вам работать.

Ом Тхэсон сделал глоток пива и, закашлявшись, рассмеялся.

– Ох, умора. У пива отличный вкус. И температура в самый раз. О чем я говорил? Ах да, мошенник. Я не мошенник. Вы решили, что мне нужны ваши деньги, раз я постоянно к вам прихожу? Конечно, нет. Мне было вот что любопытно. Ну… почему вы так ненавидите людей? Почему ненавидите меня? Что я натворил-то?

Я поднесла банку к губам и отхлебнула пива. Кажется, теперь я понимаю, что меня так пугало при первой встрече. Этот человек живет в своем мире, вторгнуться в который другим не по силам. Вот почему мой резкий отказ на него не подействовал. Как в театре одного актера, он слушает только себя, соглашается с этим и действует соответственно. Похоже, его абсолютно не волнует даже то, что у меня есть муж. Мы всего лишь зрители и должны просто наблюдать за его игрой. Это односторонняя связь, в которой нет места сочувствию. Ом Тхэсон не понимает, что такое грубость, потому что действует в строгих рамках собственного порядка. Ссоры здесь бесполезны. Его можно считать психопатом. Обычно это слово используют в шутливой форме, но в реальности это совершенно не повод для веселья.

– Вы что, уволились? Или сотрудники третьего этажа могут работать из дома? Вы не станете отвечать, верно? Разве вы вообще когда-нибудь мне отвечали? Но я не мошенник. Хотя это и не важно. Так вот, я спрашиваю: почему вы меня ненавидите? За что? С чего вдруг вы невзлюбили меня с первого взгляда? Что я сделал? Я не нападаю на вас – мне просто любопытно. Ах, взгляните разок на этот тток! Я посыпал его порошком из черного риса, поэтому он выглядит так аккуратно и красиво.

Почему ненавижу? Как бы это сказать… Я ненавижу само его существование. Может, он сам предложит рациональную причину, а я просто соглашусь? Ведь рациональность в обычном ее понимании все равно не для него. Даже если он устранит причину моей неприязни, лучше все равно не станет. Он ужасен. Я тянула время как могла, но отряд спасения до сих пор не вышел на связь. Конечно, я знаю, что эта охранная компания часто задерживается, но уж больно надолго. Скорее бы они уже приехали и забрали этого подонка. «К нам явился Ом Тхэсон» – такое сообщение я отправила управляющему директору, пока доставала пиво из холодильника. Но в ответ – тишина.

Еще какое-то время Ом Тхэсон восхвалял тток, а затем наконец прибыли спасатели. Вместе с ними была и управляющий директор. Она буднично прошла в дом, словно мы заранее договорились о встрече, и извинилась за задержку. А затем тепло поприветствовала Ом Тхэсона:

– Ого, мы снова встретились? Да еще и здесь!

Управляющий директор представила Ом Тхэсона одному из пришедших вместе с ней мужчин. Тот охотно протянул руку для рукопожатия. Ом Тхэсон недолго колебался, а затем нерешительно протянул руку в ответ. И ее тут же заломили ему за спину. Второй мужчина платком закрыл ему рот и нос. Судя по тому, как быстро закрылись глаза Ом Тхэсона, платок был смочен сильным анестетиком. Я и подумать не могла, что они утащат его вот так. Все случилось за доли секунды. На то, чтобы уложить Ом Тхэсона в спальный мешок и исчезнуть, этим двум загадочным мужчинам не потребовалось много времени. Это чем-то напоминало отлов уличных собак. Управляющий директор глубоко поклонилась перед моим мужем.

– Прошу прощения за опоздание.

– Ничего, все в порядке.

Я вышла во двор, чтобы проводить начальницу.

– Извините.

– Ничего. Мы с ним разберемся. Ты, должно быть, испугалась.

– Да.

– И все же отреагировала спокойно. И правильно.

– Но этот человек…

– Мы о нем позаботимся, так что возвращайся скорее в дом. Муж, наверное, уже заждался.

Почему мир так жесток? Люди вроде меня просто не имеют права на возражения. Единственное, что нам остается, – улыбаться, словно ничего не произошло. Таков мир NM. Я прибрала беспорядок на столе, который возник, пока усмиряли Ом Тхэсона. В этом доме не должно быть следов присутствия других людей. Бутылки пива опрокинулись, а коробка с тортом из ттока упала на пол. Муж забрал у меня поднос и поставил его обратно на стол.

– Надо было уделить ему побольше внимания.

– Давайте проявлять уважение к личной жизни.

Пока одного знакомого нам мужчину везли в машине скорой помощи, даже не включив сирену, муж вставил в меня неизвестно когда затвердевший член, словно сдерживая обещание, данное во дворе. Какое-то время Ом Тхэсон проведет в лечебнице как человек без семьи и друзей. Возможно, это сильно скажется на его здоровье. Возможно, вы попробуете возмутиться, господин Ом Тхэсон. Но вам такое не дозволено. Ведь они не любят шум. Скорее всего, из этого места он выйдет не совсем в здравом уме. NM сделает так, что все, сказанное им снаружи, будет звучать как чушь. Хорошо? Да. Главное, что он исчез. Устроив напоследок шоу, которое сильно раззадорило моего мужа. А ведь мог бы просто уйти еще тогда, когда я отвергла его в первый раз… Спасатели NM действуют не в интересах сотрудников. Эта услуга предназначена исключительно для клиентов. NM защищает их от любых неудобных и раздражающих факторов. Сегодня мой муж просто слетел с катушек. Хорошо ли это? Да.