И вот я опять оказалась здесь. Там же, где начинала. В своем новом домишке у шоссе Санта-Эулалия, по которому пролетали автомобили. Время – двадцать два ноль два. Еще даже не час пик. Однако что-то ощущалось иначе, Морис. Меня все это больше не бесило. По правде, я даже начала чувствовать себя как дома.

Не знаю, что именно помогло мне ощутить уют. Ничего ведь не изменилось, кроме разве что прекрасного цветка на тропинке. Все та же тесная прихожая, маленькая гостиная, старый диван с потрепанным ярким покрывалом. Ковер все еще требовал чистки, большой вентилятор в гостиной был таким же пыльным, и, к моему стыду, я так и не протерла полы. Пианино у окна занимало полкомнаты. Старый музыкальный центр с рядами кассет и пластинок напоминал музейный экспонат. Воздух был спертым, влажным, плотным. Но все же что-то было иначе. Теперь я чувствовала облегчение, оттого что я здесь.

Дому нужен повод. И теперь у меня был повод, причина, чтобы здесь находиться. Я снова ощутила то же чувство, что и в аэропорту. Я поняла, почему Кристина хотела помогать людям. И теперь я стала, по словам Кристины, защитницей. Я должна была защищать людей и этот остров. Что это, если не предельный смысл? После стольких лет, когда я чувствовала себя лишней во вселенной, я наконец-то почувствовала себя по-настоящему нужной.

А это приятно – быть нужной. Серьезно.