К обеду уже вся деревня знала о случившемся. Вначале Людмила пустила сплетню о том, что Оля загуляла и довела мать до инфаркта, но очень скоро правда распространилась среди людей. Ольгу жалели, а на ее соседку ополчились за вранье. Впервые в жизни смутившись, женщина скрылась в доме и не появлялась до самого вечера.

Односельчане собирались группками и обсуждали новость, строили версии, догадки. И все как один винили Ирину. Внезапное исчезновение девушки не оставило никаких сомнений в ее вине.

Вернувшись домой, Женя первым делом бросилась готовить завтрак. Беда бедой, а отец и дети хотели есть. Да и Макс поглядывал на исходящие паром кастрюльки совершенно голодным взглядом. Когда завтрак был почти готов, в кухню вошла Алена. Она выглядела испуганной.

— Доченька, что случилось? — не укрылось от внимания Жени состояние дочери.

— Мам, это правда, что на тетю Олю напали? — вполголоса спросила девочка.

— Откуда ты знаешь?

— Соседи на скамейке говорят, я и услышала. Так правда?

— Правда, — не стала врать Женя. — Но ты не думай об этом, все будет…

— Мам, подожди! — перебила ее Алена.

Девочка присела за стол рядом с Максом и обхватила голову руками.

— Ты чего? — Женя отложила ложку в сторону и села напротив дочери.

— А про Ирину правда? — совсем тихо спросила Алена. — Ну… что это она напала на тетю Олю.

— Не знаю, — пожала плечами Женя. — Возможно.

— Мам, прости… — глаза Аленки потемнели, в них заблестели слезы. — Прости…

— За что? — ахнула Женя.

— Ирина… она… — Девочка закрыла лицо руками: ей было ужасно стыдно. — Я знаю, кто ее душил тогда, у реки.

— Кто? — охрипшим голосом спросила Женя. — Откуда ты это знаешь?

— Мы с Егором разговор их слышали! — заплакала Алена. — Они из машины выбежали и ругались. Это был ее муж! А потом Ирина попросила нас не рассказывать всей правды, чтобы выгородить его, и я придумала историю с попуткой… Она жалкой такой казалась, говорила, хочет, чтобы муж помучился, думая, что утопил ее! И мы с Егором согласились молчать…

— Тише, тише, — Макс привлек девочку к себе. — Не реви. Ничего страшного не случилось. Ирина обманула вас, вы еще дети и потому поверили ей. Да что там говорить — она и нас, взрослых, обвела вокруг пальца. Лучше вспомни, о чем они с мужем тогда говорили? Может, имена называли какие-то?

— Ага, — утерла нос Аленка. — Я помню. Ирина все клялась, что никому ничего не скажет, а он ей не верил. И еще… Мужчину этого зовут Артур. Я запомнила — имя такое приметное, не совсем обычное…

— Да, приметное имя, — вздрогнув, повторила за дочкой Женя. — Приметное…

— Жень, ты-то чего? — удивился Максим.

— Ничего… — отмахнулась женщина, и взгляд ее стал рассеянным.

Аленка тем временем продолжала:

— Артур этот не поверил Ирине, бросился ее душить. Все повторял, что любил ее, а она… Что она — он не договорил. Испугался, бросил ее в воду и уехал. А мы даже номера не догадались запомнить… Плохо видно было, и вообще…

Густо покраснев, Аленка низко опустила голову. Стыдно было смотреть матери в глаза. Никогда не врала ей, а тут решилась. И вот чем дело обернулось. Если тетя Оля… Нет, не стоит даже думать о таком!

— Мам, прости… — прошептала Алена.

Женя вздрогнула, как будто очнувшись ото сна, и, взглянув на дочь, обняла ее, поцеловав в макушку.

— Я не злюсь, моя девочка. Надеюсь, ты поняла, что поступила неправильно. И впредь такого не повторится.

— Я все поняла, мамочка… — всхлипнула Алена. — Я пойду к Кате, ладно?

— Иди.

Девушка выскользнула из-за стола и скрылась в своей комнате. Макс проводил ее задумчивым взглядом.

— Жень, что с тобой? Почему ты так отреагировала на имя Артур?

— Погоди, — она взяла в руки телефон. — Надо позвонить в больницу, узнать, как состояние Софьи Андреевны и Ольги.

Женя подошла к окну и приложила телефон к уху. Макс терпеливо ждал, постукивая пальцами по столу. В трубке слышался женский голос, но слов было не разобрать.

— Я вас поняла, спасибо… — ответила Женя тусклым голосом и опустила руку с телефоном, продолжая стоять спиной к Максиму.

— Что там, Жень? — почуяв неладное, мужчина встал и прикоснулся к ее плечу. — Что там?

— Софье Андреевне лучше. Она поправится.

— А Оля? Жень, что с Олей?

— Она в коме. — Женщина повернулась и обняла Максима, прижавшись щекой к его плечу. — Врачи не дают никаких гарантий.

— Господи… — шумно выдохнул Макс, крепко обнимая любимую. — Ничего, Женька… Оля справится. Она молодая, здоровая. Я уверен в этом. И ты верь, слышишь?

— Слышу, — бесцветным голосом отозвалась Женя и, отстранившись, вытерла слезы. — Мы должны найти и наказать эту тварь. Ты понимаешь?

— Да, — кивнул Максим. — Только я пока не знаю как.

— Зато я знаю.

Женя с шумом отодвинула стул и, сев на него, взлохматила волосы руками.

— Знаешь? — удивился Макс.

— Да. Я знаю, вернее, догадываюсь, кто такой Артур.

— И кто же?

— Отец Сеньки.

— Кто? — опешил Максим. — Кто?!

— Отец Сеньки.

— У него же отчество Николаевич, — с глупым видом проговорил мужчина, опускаясь на стул рядом с Женей.

— Оля написала в отчестве первое имя, которое пришло в голову.

Женя поднялась опять, взяла в руки чашку с горячим чаем и, присев, принялась греть о нее ледяные руки. Максим терпеливо ждал рассказ, который давался ей с большим трудом. Не любила Женя выдавать тайны — не только свои, но и чужие. И кто знает, как бы Оля отнеслась к тому, что она собиралась сделать. Но иногда приходит время, когда тайны выплывают наружу, как бы глубоко ни были спрятаны.

Оля училась в городе, была отличницей, ей прочили хорошую карьеру и место в престижной ветеринарной клинике. Но… в ее жизни появился ОН. Красивый, статный Артур понравился девушке с первого взгляда. У них нашлись общие интересы, ведь он тоже был ветеринаром, и проблемы животных они могли обсуждать часами. Когда Артур обратил на Ольгу внимание, та чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Артур клялся ей в любви, охапками дарил цветы и говорил о том, что они поженятся. Оля верила. А потом узнала, что беременна. Артур обрадовался. Носил ее на руках, придумывал имя малышу. А через месяц Ольга заметила, что в их отношениях появился холодок. Девушка попыталась объясниться, но Артур лишь отмахнулся, сказал, что она выдумывает, у нее гормоны скачут и все такое. И Оля опять ему поверила. А когда она была на пятом месяце, Артур вдруг заявил, что полюбил другую.

К чести Ольги, она не стала закатывать истерики, плакать и что-то просить. Молча выслушала его, кивнула, собрала вещи и уехала. Ей и правда не хотелось плакать. Было странное ощущение. Она шла по улице, вокруг спешили по своим делам люди, но ей казалось, что на планете осталась она одна. Оля пришла на вокзал, купила билет и уехала домой. Софья Андреевна, увидев дочь, сразу все поняла. Так называемый зять ей никогда не нравился, и подспудно она ждала от него именно этого.

Артур больше ни разу не появился в жизни Ольги. Он не интересовался ни ею самой, ни ребенком. Девушка родила малыша, назвала его Семеном, а в свидетельстве о рождении в графе «Отец» поставила прочерк.

Женя замолчала, отхлебнула чаю и поморщилась — слишком сладкий. Молчал и Максим, пораженный услышанным. Он не особо интересовался происхождением Сеньки. Давным-давно на какой-то гулянке спросил у Ольги, кто отец мальчика, услышал ответ «подлец» и больше вопросов не задавал. В деревне просто говорили, что Оля нагуляла ребенка в городе. А тут, оказывается, целая драма…

— Пароль на ее телефоне — это…

— Да, — кивнула Женя. — Это его день рождения. Вот такие мы дуры, — горько усмехнулась она. — Он предал ее, а она столько лет его любит.

— Ты думаешь, с Ириной был он? Сомнительно как-то. Все-таки Артур не такое уж редкое имя.

— Но и не такое уж распространенное, — возразила Женя. — И потом, у нас больше нет никаких зацепок.

— Я не совсем понимаю, как все это умещается в одну кучу: Вадим, Ирина, Артур, Ольга, — покачал головой Макс. — На первый взгляд, никакой взаимосвязи.

— Но она есть. Возможно.

— Именно что возможно. Ты фамилию знаешь хотя бы? Как нам найти его?

— Артур Ворошилов.

— Оля не искала его? Ничего о нем не знала?

— По крайней мере, я не в курсе. Думаю, что нет. Она любила его, но не пыталась связываться. Она гордая.

— Я попробую найти его адрес, — Макс поднялся и шагнул к выходу. — Жень, что с детьми? Когда их отправлять будем?

— Завтра утром отвезем. Если вдруг узнаешь адрес Артура, заодно заедем и к нему.

— Значит, мне нужно поторопиться, — резюмировал Максим и вышел из дома.

Женя провела его взглядом, опустилась на стул, положила голову на скрещенные на столе руки и заплакала.

В соседней комнате, склонив друг к дружке головы, заговорщицки шептались подружки.

— Не реви, — уговаривала Аленку Катя. — Не люблю, когда плачут из-за ерунды.

— Ничего себе ерунда! — возмутилась та. — Ты не понимаешь, что ли: это я виновата в том, что Ирина на тетю Олю напала!

— Какая разница? — пожала плечами Катя. — Жизнь — это как задачка по геометрии. Дано: Ирине удалось втянуть тебя в свои подлые планы, в итоге пострадала тетя Оля, а ты якобы в этом виновата. Все, нужно искать решение.

— Какое здесь может быть решение? — опять всхлипнула Алена.

— Не реви, я сказала! — чуть повысила голос Катя и мудро заявила: — Слезами горю не поможешь. Нужно найти Ирину и сдать ее в милицию.

— Я не могу поверить, что это она, — покачала головой Аленка. — Она мне так помогла, дала алиби.

— Просто отблагодарила за то, что ты согласилась соврать. Кстати, это тоже показатель, — заметила Катя. — Смотри, как легко она соврала.

— Ложь во благо еще никто не отменял, — возразила Алена.

— Бросай философствовать! — фыркнула Катя. — Ирину искать будем?

Алена несколько секунд в недоумении взирала на подругу, а потом в полный голос спросила:

— Ты сейчас серьезно? Как мы ее искать-то будем? Ее милиция ищет, возможно, и мама с дядей Максом. А тут мы такие…

— Нужно верить в себя, — подмигнула Катя. — Значит так: завтра, когда нас посадят на автобус до санатория, мы сойдем на ближайшей остановке. Не время сейчас по санаториям раскатывать.

— А Сенька? Он же с нами будет, — напомнила Алена.

— Сенька пускай едет. А мы позвоним в санаторий от имени твоей мамы и отменим наши путевки. Скажем, что заболели.

— Кать, ты авантюристка, — улыбнулась Алена.

— Не спорю, — усмехнулась девушка. — Короче, план такой. С автобуса убегаем, едем к моим предкам и там поживем, пока не найдем Ирину. Нас не должны хватиться, все будут думать, что мы в санатории.

— А твои родители не будут против? — засомневалась Аленка.

— Не-а, — хохотнула подруга, откинувшись на спинку кресла и задрав ноги на подлокотник. — Они даже не заметят, что нас двое. В крайнем случае решат, что у них в глазах двоится!

Катя рассмеялась, но Алена заметила, что при упоминании родителей смех ее был совсем не веселый. В глазах подруги появилась грусть и еще что-то. Страх? В первый раз Аленка задумалась о том, что не так легко Катя относится к пьянству родителей, как делает вид.

— Кать? — робко спросила Алена. — Каникулы закончатся, и…

— Что и? — улыбка исчезла с лица подруги.

— Как ты дальше?

— А как обычно. — Девушка резко отвернулась к окну. — Вернусь домой и пойду в школу. Тут как раз таки все предельно ясно.

— Ну как же ты… Тебе же… Кать… — Алена не смогла найти нужных слов и замолчала.

— Жалеть меня вздумала? — Катя вдруг так же резко повернулась, в глазах ее вспыхнула злость. — Себя пожалей, а у меня все хорошо!

— Зачем ты так? — опешила Алена. — Я же ничего плохого не сказала…

Катя замерла на минуту, потом медленно прошла по комнате, опустилась на диван и спрятала лицо в ладонях. Затем растопырила пальцы и взглянула из-за них на подругу.

— Ален, прости. Я не хотела тебе хамить. Честно. Просто не люблю, когда меня жалеют, такая грубость уже как защитная реакция. Прости.

— Ничего, — кивнула Алена, все так же пристально вглядываясь в лицо Кати. Сегодня она увидела свою подругу с другой стороны. Это была девочка-волчонок, который отгрызет руку каждому, кто посмеет тронуть ее. Сердце Алены еще больше затопила жалость. Но проявлять ее она уже не стала.

— Мир? — Катя поднялась и протянула ладонь.

— Мир, — улыбнулась Алена. — И знаешь, я согласна. Давай попробуем найти Ирину сами. В конце концов, это все очень интересно.

— Вот это уже другой разговор! — засмеялась Катя. — А теперь молчок, не проговорись.

Девочки дружно сделали жест, как будто запирают рты на замок, и так же дружно рассмеялись над этим.

Макс появился лишь поздно вечером, когда Женя стала беспокоиться. Она звонила ему, но телефон был недоступен. И как только мужчина переступил порог, Женя уперла руки в бока:

— Где ты был? Ты знаешь, что я чуть с ума не сошла? В свете последних событий я уже могу ожидать чего угодно, а ты пропадаешь и…

Договорить она не успела. Максим шагнул навстречу и закрыл ей рот поцелуем.

Женя тут же обмякла в его руках и уже тише повторила вопрос:

— Где ты был?

— Искал Артура. Прости, я не подумал, что ты будешь волноваться. Телефон разрядился, а мне пришлось смотаться в город.

— В город? — напряглась Женя. — Зачем?

— Говорю же: искал Артура. Ездил к знакомому следователю. Так получилось, Женька.

— Нашел?

— Да, — кивнул Макс. Он подошел к плите, налил себе в стакан воды и залпом выпил ее. — И не только адрес Артура. Не знаю, интересно тебе это или нет, но…

Мужчина замолчал, подошел к окну и зачем-то задернул занавески.

— Что но? Кого ты нашел? — занервничала Женя.

— Вадима.

— В смысле? — отпрянула женщина. — Он же умер, ты что говоришь такое?

— Я не так выразился, — поморщился Макс, затем вдруг навострил слух и попросил: — Идем в комнату, я очень устал, хочу прилечь.

Он вошел в спальню, стащил с себя футболку и откинулся на кровати.

— Спина затекла за день ужасно, — пожаловался Макс. — Возраст, что поделаешь.

— Старичок, — несмотря на тревогу, не удержалась от смешка Женя. — Рассказывай уже, хватит меня нервировать.

Она забралась на кровать рядом с Максом, скрестив ноги.

— Я разговаривал со своим знакомым во дворе, неподалеку от морга. Туда пришла женщина… Она интересовалась, когда можно забрать тело Вадима.

Макс пристально вглядывался в лицо Жени, пытаясь понять, как она отнесется к этой новости. Что она сейчас испытывает? Любопытство? Страх? Или, может быть, ревность? Последнего варианта он боялся больше всего.

— И что дальше? — поинтересовалась Женя, не зная, что сейчас творится в душе ее мужчины.

— Я спросил у своего знакомого, кто эта женщина. Он ответил, что жена. Жена Вадима.

— Адрес дал? — спросила Женя. Она выглядела настолько безразличной к этому рассказу, что Макс не сдержался:

— Тебе что, вообще все равно? Или ты такая искусная актриса?

— А что ты от меня хотел? — улыбнулась Женя. — Ревности? Ее нет. И быть не может. А удивления… — Женщина спустила ноги вниз и тоже растянулась на кровати рядом с Максом. Он тут же привлек ее к себе и поцеловал в макушку.

— Не удивлена?

— Странно, но почему-то нет. Мы были разведены, а Вадим вряд ли жил монахом все эти годы. Меня больше удивляет собственное безразличие к нему, к его жизни. Даже любопытства нет. Хочу поговорить с его женой только для того, чтобы прояснить нашу ситуацию.

— Поговорим, — пообещал Максим. — И с ней, и с Артуром. Только ребят на автобус посадим — и сразу к ним. А теперь хватит об этом…

Максим наклонился к Жене и поцеловал ее. Потянувшись, она погасила в комнате свет.