Вечером в дом постучалась Ольга. Женя проводила подругу на кухню, налила ей чаю, а сама уселась на подоконник.

— Что думаешь? — тихо спросила Оля.

— Не знаю, — вздохнула Женя. — Алена уверена на все сто, что Егор в воду бы не полез, он верил в водяного.

— Бред. Валя, Лизкина мать, сегодня тоже о водяном толкала, мол, его чем-то прогневали, вот он детей к себе и забирает.

— Бесовщина какая-то.

— Кирилл назвал ее сумасшедшей и велел не позориться.

— Кирилл? — удивилась Женя. — Подожди, он же в больнице?

— Да нет, уже дома. Я забыла тебе сказать.

— Как его выписали с такой травмой?

— Ну, как оказалось, травма не такая уж страшная, — пожала плечами Ольга и вытянула ноги перед собой, положив их на соседний стул. — Его подлатали, он написал расписку и вернулся домой. Не захотел, чтобы жена дома одна была.

— Достойно, конечно, но глупо. Со здоровьем не шутят.

— Пусть сами разбираются, — отмахнулась Ольга и грустно взглянула на Женю. — Ты мне лучше расскажи, что у вас с Максом?

— Ничего у нас с Максом, — вспыхнула Женя. — Не было и больше точно не будет. Даже дружбы. И давай не трогать эту тему.

— Ну нет уж! — вскочила Ольга. — Ты как девчонка, честное слово! Так с плеча сразу рубишь: «Ничего не будет, даже дружбы!» Глупости не говори, все еще можно поправить!

— Отцепись от меня, а? — подозрительно ласковым голосом попросила Женя. — Я устала, я уже столько раз от тебя слышала, что все можно поправить! Ничего я не хочу больше поправлять, мне все смертельно надоело! Вся эта история закончится, и мы с Аленой уедем.

— Ну и что ты придумала? — уперла руки в бока Ольга. — Куда ты поедешь?

— Пока не знаю. Может, в город вернемся.

— Тебе же здесь нравилось.

— Да-да, я помню, я же в сказке живу, — горько усмехнулась Женя.

— Перестань! Уж кто-кто, а я-то знаю, что у тебя за сказка! Меньше слушай глупости всякие, не маленькая, чтоб в голову это брать! — окончательно разъярилась Оля. — А с Максом мы разберемся!

— Оль, иди домой, — поморщилась Женя. — Я спать хочу.

— Да иди ты знаешь куда, подруга! — махнула рукой Оля и вышла, испытав огромное желание хлопнуть дверью. Но, сдержавшись, тихо закрыла ее.

Женя посмотрела в окно, проводила Олю взглядом и, погасив свет и оставив окно открытым, ушла в свою спальню.

Алена долго не могла уснуть, ворочалась в постели. Когда ей казалось, что в комнате душно, она скидывала одеяло и сразу же замерзала. Укрывшись — вновь чувствовала духоту. Девушка злилась, но понимала, что ее бессонница вызвана вовсе не холодом или жарой, а мрачными мыслями. Впервые в жизни она чувствовала непонятную тяжесть где-то в области груди. Наверное, там находилась душа. И она у нее сейчас очень болела. Она была уверена, что Егор не полез бы в воду, а значит, не мог утонуть. Но где-то в глубине этой самой страдающей души, словно заноза, сидел страх — а вдруг полез бы? Так ли хорошо она его знала? И если не утонул, то что с ним случилось? Куда он пропал?

Девушка села в постели, снова откинула одеяло и взъерошила волосы. Затем нащупала ногами тапочки, встала и вдруг услышала тихий стук в окно. Сначала подумала, что показалось, но звук повторился. Это был даже не стук, а какое-то царапание. По коже побежали мурашки. Она кинула взгляд на часы. Половина второго. Говорят, с полуночи до двух нечисть гуляет…

Стук повторился. Разозлившись на саму себя за глупые мысли, Алена шагнула к окну и отдернула штору. И тут же крепко зажала рот руками, чтобы не вскрикнуть.

За окном, прижимаясь к стене дома, стоял Егор. Волосы его были всколочены, один глаз заплыл, вокруг него темнел огромный синяк.

— Егор! — пискнула Алена, и парень тут же приложил палец к губам.

— Тише ты! Никто не должен знать, что я здесь!

— Где ты был? Тебя всей деревней искали! Водолазы приезжали!

— Знаю. Помолчи. Лучше послушай, — раздраженно бросил Егор, — и помоги.

— Чем? — насторожилась Алена.

— Мне деньги нужны. Я должен уехать. Срочно. Ты сможешь достать денег?

— Подожди, — Алена подтянулась, перелезла через подоконник и выпрыгнула наружу. Затем прикрыла окно и вполголоса сказала: — Что у тебя стряслось? Куда ты собрался?

— Да какая разница!

— Большая! — повысила голос девушка. — Пока не расскажешь, никаких денег! Твоя мать там с ума сходит, ты в курсе? Ты бы хоть ей сообщил, что жив, она же думает, что ты утонул!

— Я не могу к ней пойти, это опасно, — поморщился Егор. — Ален, я влип в большие неприятности. Из-за Лизы. И мне нужно сбежать, иначе отправлюсь следом за ней.

— Из-за Лизы? — попятилась Алена. — Ты знаешь, за что ее убили?

Егор ничего не ответил, но кивнул.

— И ты молчал! — ахнула девушка. — Да ты с ума сошел! И знаешь кто?

— Нет, — буркнул Егор и опустил глаза. Алена посмотрела на него подозрительно, но промолчала.

— Так за что ее убили?

— Ален, я не могу сказать! — огрызнулся Егор. — Это опасно, пойми ты! Лучше тебе не знать!

— Да тебе в милицию надо было обратиться, куда ты собрался бежать!

— Не могу я в милицию! — сорвался на крик парень.

— Тише! — шикнула Алена и с тревогой оглянулась на окно. — Не ори.

— А ты не говори глупостей!

— Почему ты не можешь пойти в милицию? Ты что-то сделал? — не унималась Алена. — Вообще, каким боком ты связан с Лизой? — в ее голосе прорезались ревнивые нотки. — Я думала, вы не общаетесь.

— Ален, это все сейчас не имеет никакого значения. — Егор присел на корточки и еще больше прижался спиной к стене дома. — Если ты ревнуешь, то не стоит: ничего такого у нас и близко не было, она мне даже не нравилась. Просто… так вышло. Впутался. Бывает.

— Бывает? — всплеснула руками Алена. — Вот это все называется «бывает»?

— Ты достанешь денег или нет?

Алена несколько секунд молчала, буравя его взглядом, а потом со вздохом кивнула.

— Жди меня у нашего колодца. Попытаюсь достать денег у мамы.

— Спасибо тебе, — буркнул Егор и растворился в темноте. Алена влезла обратно в комнату и, тихонько притворив дверь, выскользнула в коридор. Как только она исчезла, Катя открыла глаза и села в постели.

«Ничего себе, — присвистнула девушка. — Вот это фокусы! И что мне теперь делать? Она ведь сейчас деньги у тети Жени сворует и этому придурку отдаст. А он свалит, и уже ничего никто не докажет».

Девушка закусила губу, задумалась, а потом быстро встала, натянула джинсы и майку и нырнула обратно под одеяло, притворившись спящей.

Алена вернулась быстро. Сняла пижаму, влезла в шорты и футболку, натянула кроссовки, повернувшись к столу, пересчитала деньги и засунула их в карман. Затем встала на стул, дотянулась до сидящего на шкафу большого плюшевого медведя и стащила его оттуда. Оглянулась на Катю, боясь, что могла разбудить ее, и быстро подсунула игрушку под свое одеяло. Бесшумно распахнула окно, мягко выпрыгнула в сад и, прикрыв за собой створку, исчезла.

Катя молниеносно подхватилась и последовала за ней. Так же бесшумно прыгнула в траву и, пригибаясь, побежала вдоль дома. Девушка очень боялась потерять Алену из виду, ведь она-то не знала, где находится этот их колодец! Надо же — «наш колодец»! Романтики фиговы!

Но боялась Катя напрасно. Алена быстро пересекла двор, вышла на улицу и вскоре очутилась возле колодца. Катя, прячась от света луны, прижалась к стволу большого дуба и замерла, выглядывая из-за него.

— Егор, ты где? — позвала Алена.

— Здесь. — От колодца отделилась тень. — Принесла?

— Вот. Сколько смогла.

Егор взглянул на протянутые ему деньги и фыркнул:

— Да, не густо.

— Ну извини! — вспыхнула Алена. — Я не могу мать обворовывать, у нас с деньгами и так туго!

— Ладно, не поднимай кипеж. Я просто так сказал. Спасибо тебе. Уехать отсюда мне хватит. А там видно будет.

— Так и не расскажешь?

— Нет. Это опасно.

— Родители Лизы думают, что это я! — крикнула Алена. — Это, по-твоему, не опасно? Ладно, уезжай! Но мне расскажи правду, я сообщу всем, убийцу посадят, и ты сможешь вернуться!

— Глупенькая, — в темноте лицо Егора не было видно, но по голосу Катя поняла, что он улыбается. — Мне ты уже не поможешь. И с тебя все подозрения снимут совсем скоро. Вот увидишь. Еще денек — и все всё узнают.

— Откуда?

— Увидишь.

— Егор, твоя мама…

— Да мне плевать на маму! — неожиданно заорал Егор. — Плевать! Это она во всем виновата, она одна!

— Господи, а мама-то уже в чем виновата? — ахнула Алена.

— Не важно! Ничего, пускай помучается, пускай подумает, что я умер. Еще день-два — и она будет выбирать, что лучше: мертвый сын или сын-убийца! — в запале бросил Егор и осекся.

— Что ты сказал? — каким-то неестественно ровным голосом спросила Алена. — Убийца? Ты?

— Я не так выразился, — попытался исправить ситуацию Егор, но девушка уже все поняла.

— Так это ты Лизу убил, — спокойно констатировала она и покачнулась. — Ты. Потому и сбегаешь сейчас. Кто-то узнал правду и… Господи, дядя Кирилл? — ахнула от внезапной догадки Алена. — Ее папа? Он узнал, и ты пытался и его убить? А он выжил, и ты испугался!

— Ты какая-то чересчур догадливая, — вздохнул Егор и сел в траву, прижавшись к колодцу. — Я не хотел ее убивать. Я вообще никого не хотел убивать, — глухо сказал парень и закрыл лицо руками. — Моя мать и ее отец — любовники. Я давно в курсе, за отца обидно было просто ужасно. Но я молчал. А недавно узнал, что Лизкины родители разводиться собрались, и запаниковал. Догадка моя подтвердилась. Я за матерью один раз проследил и услышал, как они с дядей Кириллом договаривались уехать. Мать сокрушалась, что со мной будет. А дядя Кирилл сказал, мол, я должен сам выбрать. Но он не против, если я решу жить с ними. Добрый такой! — Егор со злостью дернул траву, вырвал пучок и отбросил его в сторону.

Алена стояла неподвижно, глядя на него полными слез глазами. Ей казалось, что земля под ее ногами качается.

— Я с мамой пытался поговорить, а она велела не лезть во взрослые дела, — продолжил Егор. — Тогда я Лизку к реке позвал. Вечером, чтобы никого там точно не было. Ты же знаешь, водяного все боятся. Она пришла. Я все ей объяснил, попросил объединить усилия, что-то придумать вместе, чтобы наши родители не разводились. А она в ответ рассмеялась. Сказала, мол, давно мечтает, чтоб ее мама с папой разошлись, скандалят часто, бывает, даже дерутся. Потом слово за слово… Она гадости начала говорить, про маму, про папу… Ален, я не помню, как напал на нее… В воду столкнул, она заорала, перепугалась. Давай выбираться, а я за плечи ее схватил — и под воду. Думал, просто попугаю. А когда опомнился, она уже… Я сам испугался ужасно. Бросился бежать.

— А потом всем рассказал про ее увлечение скайуокингом, чтоб отвести от себя подозрение, — бесстрастным голосом произнесла Алена. — А мама с дядей Максом в город мотались к семье пострадавшей девочки. Брата ее чуть в милицию не сдали. Хорошо хоть, что решили подождать, подумать… А так бы еще и несчастного парня посадили. Катю сюда притащили, спрятали.

— Да виноват я, виноват, — кивнул Егор. — Но ты представляешь, в каком я состоянии был?

— Ты не выглядел испуганным.

— Я держался. Я не мог себя выдать.

— А когда меня обвинили, ты даже слова в мою защиту не сказал.

— Что я мог сделать?

— Сказать, что мы были вместе, к примеру, — пожала плечами Алена.

— Я не мог привлекать к себе внимание. Боялся, понимаешь?

— Понимаю. Теперь я много чего понимаю. И что дальше? Дядя Кирилл как все узнал?

— Я сглупил, — еще ниже опустил голову Егор. — Надо было молчать, но я увидел, как мать опять на свидание собирается, и решил поговорить с ним напрямую. Потребовать, чтоб он не разрушал нашу семью.

— Поговорили?

— Поговорили. Я даже и сам не понял, как он догадался, что это я Лизку… Начал меня бить, сказал, что за дочку живьем закопает. Вот я и ударил его. Несколько раз. Думал, не выживет. А он выжил. И из больницы ушел. Раз не обратился в милицию, значит, сам меня искать будет. Вот я и решил сбежать.

Алена молчала. Ее мир рухнул, она была не в силах принять случившееся и сейчас отчаянно желала себе проснуться. Егор же внезапно поднялся, подошел вплотную к девушке и сказал:

— Аленка, ты такая хорошая… Ты мне правда очень нравилась и нравишься. Но зачем же ты такая догадливая?

— Что? — вздрогнула Алена, и в глазах ее мелькнул испуг. Она смотрела на Егора, на такое знакомое лицо, и не узнавала его. Перед ней стоял не робкий пятнадцатилетний парень, а взрослый мужчина, жесткий и беспринципный.

— То, — буркнул Егор. — Обещаю, это будет быстро. И не очень страшно.

— Что это? — попятилась Алена, а через долю секунды развернулась и бросилась бежать.

Егор догнал ее в два счета. Повалил на землю и принялся душить. Алена отбивалась, молотила руками и ногами, но силы были не равны. Ее захлестнула паника. Никто не знал, куда она пошла. Все спят, и никто не поможет.

Внезапно Егор странно всхлипнул, хватка его разжалась, в легкие Алены хлынул кислород, и она закашлялась. Егор повалился девушке на грудь и затих. А затем луну заслонила фигура и протянула ей дрожащую руку.

— Вставай, — сказала фигура Катиным голосом. — Холодно лежать на земле, простудишься.