— Я заверяю всех вас, — слегка дрогнул голос Людмилы Леонидовны, — клятвенно заверяю, что не имею к исчезновению колье никакого отношения.

— Подобного рода признание, — вновь поспешил поддеть Илья, — может с лёгкостью сделать любой из присутствующих, без исключения.

— И ты, Илюша, — моментально вступила Иветта, — можешь поклясться в этом?

— Безусловно! Но при чём здесь я? Как мне кажется, ты преждевременно переводишь стрелки, минуя некоторых, — кивнул Илья в сторону Илоны и Вадима, сидевших по левую руку от хозяйки дома.

— Мы непременно вернёмся к ним, — заверила племянника Иветта, — а пока займёмся тобой.

— А почему это ты вдруг решила нарушить порядок расследования? — возмутился Илья.

— Порядок я не нарушала, — улыбнулась Иветта. — Ты же не станешь отрицать, что движение по часовой стрелке соблюдено?

Илье ничего не оставалось, как согласиться. Тем не менее он не успокоился, продолжая наседать на тётушку.

— Вета, может, всё-таки объяснишь, почему решила переметнуться на меня, минуя сестрёнку и нашего молчаливого гостя?

— Тут всё просто. Ты сам перевёл стрелки на себя, наседая на Людмилу. В такой ситуации невольно подумаешь, будто ты пытаешься нападением на другого отвлечь внимание от себя.

— Веточка, перестань, ты же никогда не мыслишь стереотипами! При чём тут нападение? Я просто озвучил то, что подумал почти каждый из присутствующих. Кроме заинтересованных лиц, разумеется. Стаса, например. Хотя, может, и он почувствовал, что гипотетическая тёща не особенно к нему расположена.

— Илья, — подала голос Людмила Леонидовна, — как ты смеешь делать подобные предположения?

— А что в этом такого? — невинно изумился сын. — Ведь это же ты поспешила ответить за Илону, будто ей необходимо время на размышление. А сама тем временем собираешься сказать ей, чтобы она как следует подумала, прежде чем принимать предложение этого парня. Он же пока толком и семью не может обеспечить.

— Следи за благосостоянием своей семьи, — огрызнулась Илона. — И не суй нос в наши дела!

— Не получается, сестрёнка, — ухмыльнулся Илья. — Иветта нас всех повязала, если можно так выразиться. Нанизала, словно бусинки на ожерелье.

— Зато, — вновь вступила Иветта, — это прекрасная возможность выяснить, кто к кому как относится.

— Веточка, — робко возразила Людмила Леонидовна, — тебе не кажется, что новогодняя ночь — не совсем удачное время для выяснения отношений?

— Люда, согласись, ничего бы этого не было, если бы колье не исчезло. А что касается отношений, то, как тебе известно, я всегда ценила откровенность. И предпочитаю искренность лицемерию в любое время.

— А тут и выяснять ничего не требуется, — безуспешно скрывая злость, изрекла Илона. — Илья всегда завидует.

— Это кому же я завидую? — бесцеремонно перебил брат.

— Да всем нам! Хотя тебе папа купил квартиру в элитном доме ещё пять лет назад. Ты тогда только собирался жениться на Лиане. А стоило родителям позаботиться о себе, как ты тут же пылаешь злобой и злишься, что новое жильё досталось не вам.

— Это уж ты загнула.

— Ничего я не загнула. Ты потому и стервенеешь, что дома тебя ожидает скандал. Лианка будет грузить, чтобы снова отремонтировать ваши сто квадратов.

— Вот только меня не надо приплетать, — подала голос жена Ильи. — В нашей семье ничего не решается с помощью скандалов.

— Кто бы говорил! Лианочка, да будет тебе известно, у Илюши есть скверная привычка после каждой твоей истерики мчаться к отцу. Папа обычно выслушивает первые два-три слова, а затем уточняет: «Сколько?» Потому что все ваши скандалы разгораются по поводу денег. Брюлики, шубки, путешествия…

— Сестрёнка, — вновь ехидно вступил Илья, — ты полагаешь, будто всё упомянутое позволено только тебе?

— Почему это? — пожала плечами Илона. — Ты вправе обеспечить своей жене всё перечисленное и даже больше. Только почему-то у тебя не сильно получается. Без папы никак не обходишься!

— Посмотрим, как ты обойдёшься без папы, если выйдешь замуж за Стаса.

— Илья, — впервые заговорил Стас, — не стоит заглядывать в чужой карман.

— Стас, да ты что! — расхохотался Илья. — Я же тебе добра желаю. Думаешь, Илона будет счастлива с тобой в двушке? И обойдётся без всего того, в чём только что упрекнула Лиану? Или ты думаешь, папа как снабжал свою любимую доченьку, так и будет продолжать это делать? Вдобавок ещё и тебя возьмёт на баланс?

— Успокойся, — невозмутимо ответил Стас. — И прошу тебя ещё раз, убери нос из чужого кармана.

— Понятно, значит, папаня уже пообещал молодой семье всяческое содействие.

— В любом случае, — парировала Илона, — разбирайся со своей семьёй и не лезь, куда тебя не просят. А то папа ненароком снимет вас с Лианой с довольствия. Тогда посмотрим, сколько просуществует твоя семья.

— Илона, — неожиданно доброжелательно отозвалась вместо мужа Лиана, — вот ты обвиняешь Илью в том, что он завидует, а на самом деле сама полыхаешь завистью.

— Уж не к тебе ли? — хмыкнула девушка.

— Ко мне, к своему брату, нашей семье, — пожала плечами Лиана. — Иначе зачем тебе выдумывать разного рода небылицы? Будто Игорь Владимирович содержит нас. А Илья выпрашивает у отца деньги. Дорогая, зависть сквозит в каждом твоём слове. Главное, что Илья получил от своего отца, — способность быть успешным.

— Ты реально считаешь, будто удача передаётся по наследству? — изумилась Илона.

— Безусловно, — уверенно подтвердила Лиана. — Ты же не станешь отрицать, что Илья — самый успешный и востребованный менеджер в городе.

— Обалдеть, — вырвалось у оторопевшей Илоны. — Ты реально так думаешь?

— Илона, — произнесла Лиана с жалостью, словно обращалась к умалишённой, — когда Илья делал мне предложение, я даже не предполагала, что буду когда-либо испытывать трудности материального характера. Это тебе стоит призадуматься о том, как жить, если примешь предложение Стаса.

— Не лезь не в своё дело, — отчётливо произнесла Илона. — Мы со Стасом сами разберёмся, как нам жить, если решим создать семью.

— В таком случае, — отметила Лиана, — я попросила бы вас с Иветтой проявить любезность и тоже не лезть не в своё дело.

— Что ты имеешь в виду?

— Исключить нас с Ильёй из списка подозреваемых в краже колье.

— На каком основании я обязана сделать снисхождение? — осведомилась Иветта. — Илья нападает на мать, ты, Лиана, уличаешь Илону. Не кажется ли вам обоим, что это выглядит жалкой попыткой отвратить внимание от себя? Вы не представили ещё ни одного весомого доказательства, что не имеете отношения к исчезновению украшения.

— Почему я должна это доказывать? — хохотнула Лиана. — Ты взяла на себя роль доморощенного детектива? Значит, будь добра добывать эти доказательства самостоятельно. Либо, при их отсутствии, с извинениями перейти по часовой стрелке к следующей персоне.

— Всему своё время, — миролюбиво улыбнулась Иветта. — А пока, — добавила она таинственно, — позволь предложить тебе своего рода сделку.

— Что за чушь? — возмутилась Лиана.

— Ты, вероятно, собиралась спросить: «Что за сделка?» — скрывая восхищение, что ей удалось вызвать смятение Лианы, вновь улыбнулась Иветта. — Прощаю тебе эту невинную оговорку и предлагаю: или ты доказываешь свою невиновность, или возвращаешь колье, и тогда я не буду раскрывать секрета твоих взаимоотношений с одним из присутствующих.

— Лиана, — испуганно заторопилась Людмила Леонидовна, смазав весь эффект таинственности, который пыталась поддержать Иветта, — неужели Иветта хочет сказать, что у тебя были отношения со Стасом?

— Что вы, Людмила Леонидовна? — пренебрежительно фыркнула Лиана. — Как только вы могли такое вообразить? Ничего общего с этим неудачником, пытающимся решить свои проблемы посредством женитьбы на Илоне, у меня не было и быть не могло. А твой секрет, Иветточка, не стоит выеденного яйца. И я не собираюсь умолять тебя сохранить в тайне, что когда-то моим парнем был человек, который недалеко ушёл от своего друга в способности обеспечить благосостояние своей избранницы, — Лиана сделала паузу, обведя присутствующих за столом горделивым взглядом. — Это Вадим. И я не понимаю, Иветта, почему ты решила, будто мне стоит скрывать наши давние отношения?

Арина украдкой взглянула на Вадима, пытаясь уловить истинные чувства, которые он испытал при заявлении Лианы. Литвинов казался невозмутимым. Кто выглядел ошеломлённым, так это Илона.

«Ничего себе! — изумилась она. — А я ещё надеялась сразить Лианку возможным предложением Вадима. Поэтому он и не стал его делать, когда увидел свою бывшую пассию. Как же всё запуталось после пропажи колье! Нет, — воодушевилась Илона, — не запуталось, наоборот, встало на свои места. Если бы Иветта не затеяла расследование, я бы сейчас переживала, что Стас опередил Вадима, а тот решил не мешать нам. Я злилась бы на Стаса и ждала, что Вадим всё-таки решится на предложение. А теперь не жду. Не настолько я запала на Литвинова, чтобы простить ему бывшую. Лиана! Надо же! Кто бы мог подумать? А я-то собиралась без оглядки бросить Стаса ради призрачного предложения. Может, Вадим вовсе не меня хотел позвать замуж? — впервые пришла в голову Илоны здравая мысль. — Я почти отдала Стаса подруге, словно надоевшую игрушку. А у Стаса, между прочим, нет бывшей. Он любит только меня. Во всяком случае, мне ничего о ней не известно. Он никогда не говорил. Вдруг, — осенило Илону, — у него тоже есть скелеты в шкафу? А Иветта вытащит на свет какую-нибудь историю, связанную со Стасом? Не хочу! Не желаю ничего слушать! Я не намерена терять Стаса! Надо немедленно остановить Иветту, пока она не дошла по этой дурацкой часовой стрелке до Стаса!»

* * *

В отличие от Илоны, Вадим не испытал потрясения, когда Лиана озвучила их бывшие отношения. Встретив её в начале вечера у Матусевичей, Литвинов учтиво поприветствовал девушку. Она ответила, стараясь казаться равнодушной. Лишь затаила в уголках рта изумление, тщательно скрытое усмешкой. На самом деле Лиана оторопела, увидев высокого молодого мужчину, который когда-то с обожанием смотрел на неё.

Сердце Лианы наполнилось торжеством, когда на первый танец Вадим пригласил именно её. Она уже предвкушала, что с давних пор влюблённый в неё Литвинов наверняка предложит интимные встречи и с каким удовлетворением она откажет ему. Однако, к её безмерному удивлению, Вадим заговорил о другом.

— Очень рад тебя видеть, — улыбнулся молодой человек, неторопливо двигаясь с ней в ритме медленной композиции.

— В самом деле? — с придыханием проговорила Лиана. — Даже невзирая на моего мужа?

— Знаешь, — посмотрел поверх её головы Вадим, отыскивая Арину, и, заприметив, что она по-прежнему находится в цепких руках хозяйки дома, вернулся взглядом к собеседнице, — этому я тоже необычайно рад.

— Чему? — хохотнула Лиана. — Моему замужеству?

— Угу, — кивнул Вадим. — Приятно осознавать, что у тебя всё хорошо. И выглядишь ты счастливой. Скажи, я прав?

— Разумеется, — подтвердила Лиана, но голос её при этом приобрёл мурлыкающие нотки, как происходило всегда при ощущении, что беседа развивается вопреки заданному ею направлению. — Спасибо за радость! Мило, что не питаешь неприязни.

— Лика, — он обратился по имени, которым её называли только самые близкие люди, — я давным-давно должен был поблагодарить тебя. Только мы не пересекались.

— За то, что бросила тебя? — не удержалась Лиана, чтобы не съязвить.

— Не совсем, — тихо рассмеялся Вадим, вызвав изумление молодой женщины. — Скорее, что оказала влияние на формирование моего характера.

— Нашёл тоже педагога, — искривила в усмешке губы Лиана.

— Извини, не хотел обидеть, — смешался Литвинов. — Просто неправильно выразился. Если честно, ты сделала из меня настоящего мужчину.

— Ну ты даёшь, Литвинов, — изогнувшись в его руках, расхохоталась Лиана, привлекая внимание танцующих рядом с ними. — Значит, то, что я оказалась твоей первой женщиной, оставило неизгладимый след в твоём сердце?

— Не первой, — прошептал Вадим возле самого её виска, — но, несомненно, самой яркой из тех, что были до тебя. А поблагодарить собирался совсем не за это.

— А за что же?

— За твои претензии, истерики и скандалы.

— Именно они сформировали твой характер?

— Не они, а их причина.

— Вот оно что, — сообразила наконец Лиана.

— Да, Лика. Кем бы я стал в этой жизни, не имея такого стимула? Легкомысленный парень. Учился себе в универе. И каждый вечер только и думал, согласишься ли ты пойти со мной в клуб, а потом на всё остальное.

— А оказалось, чтобы заслужить всё остальное, — цинично напомнила Лиана, — необходимо было преподнести девушке дорогой подарок. И когда ты вздумал делать мне предложение, не имел понятия, куда приведёшь молодую жену и на что собираешься с ней жить.

— Точно, — подтвердил Вадим с лёгкостью, неприятно уколовшей Лиану. — Я-то при этом понятия не имел, во сколько обходится коммуналка за дом, который построил и содержал мой отец. Что уж говорить о собственных заработках.

— Ты не сразу сообразил, что мужчиной я считаю того, к кому деньги липнут сами, кто с лёгкостью, не задумываясь о количестве, сорит ими ради любимой. Вовремя поняла, что ты совсем не тот человек, навстречу которому удача раскрывает свои объятия. Ты, без сомнения, старался, но при этом приходилось сильно напрягаться. Подумать только, после занятий ты вкалывал подмастерьем в оконной фирме у двоюродного брата, а ночью хватался за ничтожные проекты. И что получал за них? Жалкие копейки!

— Без приобретения опыта невозможно заполучить дорогостоящий проект, — спокойно подчеркнул Вадим. — Зато теперь, могу заметить без ложной скромности, мы с отцом — самые востребованные специалисты по металлоконструкциям в городе. А в регионе — в первой десятке. И за это тебе огромное спасибо!

— За отца, что ли? — фыркнула Лиана.

— Нет, конечно. Я говорю только о себе. Отец всегда был классным специалистом и моим главным учителем. Но ещё раз повторю, без такого мощного стимула в твоём лице из меня ничего не получилось бы.

— А как же твой брат? Его пример для тебя ничего не значил?

— Сашка — талант от Бога. Но стимулом он служить не мог. Скорее, раздражителем.

— Неужели?

— Именно, — добродушно улыбнулся Вадим. — Я ведь отчаянно завидовал Саше. Хотя прекрасно понимал, что ничего ему не падает с неба.

— И когда же начался переворот твоего сознания? — уточнила Лиана, предполагая, что услышит в ответ, и не ошиблась.

— Когда ты бросила меня, — подтвердил её догадку Вадим. — Долгое время было невыносимо тоскливо. Это была не просто депрессия. В общем, жуткое состояние. Спасибо отцу! Завалил работой, не оставив времени для переживаний и жалости к себе. А затем пошли деньги. И я понял, что способен на большее, чем рассчитывал отец, доверяя мне с каждым разом всё более сложные заказы.

— И тогда, заработав кучу денег, ты хотел попытаться вернуть меня?

— Так и было. Решил, не пройдёт и года, и ты сможешь мной гордиться. Как когда-то восхищалась моим отцом и братом, их способностью обеспечивать семьи. Задумал вернуть тебя и упросить стать моей женой.

— И что же помешало?

— К тому времени ты уже вышла замуж. А я встретил другую.

— Вот как? Удивительно!

— Что тебя удивляет? В самый тяжёлый момент она протянула руку помощи, вытянула меня, произнеся буквально несколько ободряющих слов. Заставив посмотреть на ситуацию другими глазами.

— Значит, не так уж глубока была твоя депрессия, — безжалостно произнесла Лиана, — если она справилась с ней парой слов.

— Тебе было бы приятнее, если бы я попытался свести счёты с жизнью?

— Знаешь, нет, — решительно встряхнула головой Лиана. — На тот момент я и думать забыла о тебе, потеряв голову от Ильи. Он именно тот человек, которого любит удача.

— Неужели ты способна терять голову? — усмехнулся Вадим. — Впрочем, если она окажется на подушке с позолоченной наволочкой…

— В этом нет ничего предосудительного, — заключила Лиана. — А поскольку ты начинаешь язвить, рискну предположить, ты до сих пор ко мне неравнодушен.

— Что навело тебя на такую мысль? — удивился Вадим.

— Не успев поблагодарить, уже хамишь, — спокойно пояснила она.

— Извини. Надеялся, ты воспримешь мои слова со скидкой на иронию.

— Мне всегда с трудом давалось восприятие твоей иронии, — недовольно произнесла Лиана. — Кстати сказать, это одна из причин, по которой я решила расстаться с тобой.

— Да брось, Лика, — отмахнулся Вадим, — сейчас можно не врать друг другу! Самая главная причина — ты попросту меня не любила. Тебе было хорошо со мной, но не более того.

— Мне хотелось замуж, но не за такого мальчишку, каким тогда был ты. И я злилась на тебя за неспособность прилично заработать, за неимение деловой хватки, за легкомыслие и жизнерадостность, совершенно ничем не обоснованную.

Вадим с удивлением подумал, что Арина, в отличие от Лианы, нередко упрекает его за стремление к материальному, за самозабвенную работу в ущерб времени, которое можно провести вдвоём. Он предпочёл умолчать об этом, равно как и о том, что их взаимные чувства с Ариной разительно отличаются.

«Пожалуй, это было безумное влечение, — заключил Вадим, — и намерение доказать, что я чего-то значу в жизни. Но с любовью это не имело ничего общего».

— Что же ты умолк? Любишь свою новую пассию больше, чем меня?

— Я бы сформулировал по-другому: люблю, в отличие от тебя.

— Меня, выходит, не любил?

— Тогда казалось — любил. А сейчас понял, что желал тебя, порывался доказать свою способность быть надёжным и состоятельным, но не любил. Извини за откровенность, как мне представляется, мы с тобой квиты. Ты ведь тоже не пылала особыми чувствами ко мне?

— Скорее всего, — пожала плечами Лиана. — Честно говоря, уже не помню подробностей.

— Как бы там ни было, — подвёл черту под разговором Вадим, — на тот момент мы оба оказались нужны друг другу, повлияв, ты на меня, разумеется, в большей степени, и я на тебя, хотя и в меньшей. Во всяком случае, сейчас у меня не осталось никаких чувств, кроме искренней благодарности, о которой я тебе уже говорил.

— Скажи, пожалуйста, — загорелись любопытством глаза Лианы, — а которая из этих девушек сумела покорить тебя? Илона? Или та, что сидит рядом со Стасом?

Не успел Литвинов ответить, как музыкальная композиция неожиданно закончилась. Вниманием Лианы тут же завладел оказавшийся поблизости супруг, а Вадим, убедившись, что Арину пока невозможно отвлечь от Людмилы Леонидовны, пригласил на следующий танец Илону. В результате Лиана приняла за новую пассию Вадима сестру своего мужа. Она знала об отношениях Стаса и Илоны. Но, предпочитая видеть в людях худшую сторону, допускала, будто Илона вполне способна, водя за нос одного, отвечать взаимностью другому. И думала так до тех пор, пока за столом не прозвучало предложение Стаса.