Гости к Матусевичам явились без опоздания. Все, кто не был знаком, перезнакомились, старый год достойно проводили и к одиннадцати ночи перешли к танцам. Тон танцевальному периоду задала пара — хозяин дома Игорь Матусевич и его сестра Иветта. Они привлекли всеобщее внимание гостей. Игорь в рубашке цвета тёмного вина, в брюках из атласной шерсти. Иветта — дама с осанкой необычайной стройности и фигурой, ни один изгиб которой не скрывало ярко-синее платье, искрящееся по вороту кристаллами «Сваровски», оставляющее открытыми красивые руки.

Молодые люди с восторгом наблюдали за парой, танцующей танго. И хотя далеко не все из них могли исполнять этот танец, никто из компании не остался в стороне. Всех дам, кроме Людмилы Леонидовны и Арины, мужчины увлекли на свободное пространство в гостиной неподалёку от большого панорамного окна.

Людмила Леонидовна завладела вниманием Арины, как только в первый раз вышли из-за стола. Едва успев сделать комплимент гостье, одетой в шёлковое платье глубокого синего цвета с воротником-стойкой, американской проймой и пышной юбкой формы «баллон», с подвёрнутым внутрь краем подола, она потащила её к стеллажу с куклами. Тот занимал почётное место у противоположной от входной двери стены, в середине помещения площадью двести квадратных метров, где проходило празднество.

— Арина, детка, — воодушевилась хозяйка, нарядившаяся к столу в терракотовое платье из крепа, украшенное на груди бисерной вышивкой, — взгляни-ка, новые модели. В кисее цвета экрю — тургеневская барышня. А в бархате шоколадного оттенка — чеховская дама с собачкой.

— Как красиво, — рассеянно произнесла Арина, наблюдая за Вадимом, танцевавшим с женой брата Илоны — грациозно двигающейся тридцатилетней женщиной с короткой стрижкой на чёрных волосах, пронизывающим взглядом из-под длинных ресниц, с худощавыми руками и ногами, делавшими её похожей на кузнечика, в серебристо-сером платье без рукавов, длиной до середины бедра. — Экрю представляется мне цветом тумана, сквозь который пробивается солнце. Где вы только берёте стилизованные под старину ткани?

— Ах, Ариночка, до чего же ты чудесно сказала об этом платье, — всплеснула руками Людмила. — Надо же, — мечтательно улыбнулась хозяйка, — цвет тумана, сквозь который пробивается солнце. А ткани итальянские, — моментально переключилась она. — Привозит моя приятельница. Она занимается пошивом, поэтому после кройки мне достаются драгоценные лоскуты практически за бесценок. Но есть и старинные, например, вон то платье с турнюром на героине из пьесы Островского.

— А как называется этот цвет? — с трудом оторвав взгляд от Вадима, Арина подняла глаза к верхней полке, на которой красовалась кукла в голубом платье с высокой причёской.

— Это ткань цвета перванш, — гордо произнесла Матусевич.

— Мне очень нравится, когда вы его так называете, — ласково улыбнулась Дивеева.

— Как приятно это слышать! — расцвела Людмила Леонидовна. — Ариша, а какая красотка из новых приглянулась тебе больше других? Только не говори, что они все шедевральные, — нежно погрозила пальцем хозяйка, — как ты обычно делаешь. Должно же тебе быть что-то больше по вкусу.

— Меня особенно вот эта очаровала, — кивнула Арина в сторону куклы в атласном тёмно-зелёном платье и подходящего тона шляпке из бархата.

— Анна Каренина? — восторженно обернулась Матусевич.

— Это Анна? — уточнила девушка, с болью в сердце не сводя взгляда с Вадима, по окончании одного танца вернувшего свою партнёршу мужу и с началом следующего пригласившего Илону. Пристально наблюдающая за ним девушка отметила, что он даже не поискал её.

— Конечно же, это Анна.

— Какая у неё чудесная сумочка, — изображая интерес, воскликнула гостья.

— Ты, разумеется, помнишь, она называется ридикюль.

— У вас, Людмила Леонидовна, удивительный талант к деталям, настолько мелким по объёму и достоверным в отношении эпохи, что просто диву даёшься.

— Моя дорогая девочка, какая же ты внимательная! — улыбалась довольная собеседница. — Аринушка, а куда ты всё время смотришь?

Не успела девушка ответить, как Матусевич сделала заключение сама.

— Должно быть, любуешься колье, которое Илоне подарила бабушка?

— Да, — обрадовалась неожиданному выходу из неловкой ситуации Дивеева, — необыкновенно притягательная вещь.

— Я знала, что ты со своим тонким художественным вкусом непременно оценишь. Подумать только, оно было сделано в единственном экземпляре отцом моей свекрови. Он был ювелиром. А изготовление колье приурочил ко дню помолвки со своей будущей женой. Изольда, безусловно, пришла в полный восторг и навсегда подарила возлюбленному руку и сердце. В ожерелье нет ни одного драгоценного камня, оно сплошь из чистого золота, обработанного, кажется, алмазной гранью. Я не запомнила, как в точности называется эта технология. Игорь говорил, в то время она только начинала применяться для обработки ювелирных изделий.

— Очень красивое колье, — вновь похвалила Арина.

— Скажу по секрету, — понизила голос Людмила, — украшение приносит своей обладательнице счастье в создании семьи.

Девушке стало тоскливо. С трудом сдерживаясь, чтобы не обидеть хозяйку, она делала вид, будто внимает возобновившимся восторженным рассказам о переиначивании образа той или иной куклы. Дивеева испытала неимоверное облегчение, когда Людмилу Леонидовну позвала Иветта, чтобы решить вопрос с обновлением блюд на столе к наступлению Нового года.

Арина осталась возле стеллажа, задумчиво касаясь тонкими пальцами бордового шёлкового платья с золотистой каймой по подолу на одной из кукол. Она выделялась среди прочих размером, была немного больше. Да и вид у неё казался простецким, в отличие от утончённо-кокетливых барышень. Она понравилась Арине своей безыскусностью, соломенными косицами на покрытых белой пелеринкой плечах, румяным круглым личиком, на щёчках которого проглядывали улыбчивые ямочки.

* * *

Не обратив внимания, что очередная медленная композиция сменила другую, Арина опомнилась, услышав рядом нежный баритон Вадима.

— Можно пригласить загадочную принцессу на танец?

— Почему загадочную? — со слабой улыбкой подалась в его объятия Арина.

— Ты даже не заметила, как я подошёл. И стоял, пытаясь угадать, о чём ты думаешь. А до этого ждал подходящего момента, когда тебя можно будет вырвать из цепких рук хозяйки дома.

— Бедная Людмила Леонидовна, — тихо рассмеялась Арина, — никто не интересуется её куклами.

— Ага, — кивнул Вадим, — она почему-то напоминает ребёнка, который не доиграл в детстве. Неужели тебе действительно интересно их рассматривать?

— Мне на самом деле любопытно. Тем более сама не занимаюсь рукоделием. А такие увлечённые люди всегда вызывают у меня восхищение.

— Но не в новогоднюю же ночь, — привлёк её ближе к себе Литвинов, коснувшись губами душистых волос девушки.

Она чуть качнула шеей, по которой от ласки любимого покатились сверху вниз мурашки, разбегаясь по плечам. Приникла лбом, покрытым пышной чёлкой, к его подбородку. Они двигались в танце, переступая едва заметно, словно сберегая в своих объятиях возникающие между ними электрические разряды, чтобы защитить их от окружающих. Высокие шпильки велюровых туфель, увеличивая рост Арины, приближали её лицо к Вадиму. Положив ладонь на грудь молодого мужчины, одетого в тёмно-синюю рубашку с едва заметной глазу полоской, тёмно-серые брюки, девушка наслаждалась близостью возлюбленного.

«Совсем скоро, — думала она, — у меня не будет такой возможности. Почему он не может остаться со мной? Почему всё счастье достаётся Илоне? Неужели всё дело в ожерелье, которое приносит удачу?»

— Я люблю тебя, — тихо произнесла вслух.

— Аринка, — Вадим на мгновение замер, чуть крепче сжав тёплыми ладонями обнажённые плечи девушки, — давай поженимся?

Она задохнулась от смешавшихся чувств: неожиданного испуга, восторга, удовлетворения и недоумения. А он заторопился, словно опасаясь её отказа.

— Ариша, не обижайся на меня, пожалуйста, что я пока приведу тебя в дом к родителям, ладно? Почти уверен, мне удастся сложный проект! Кажется, я разгадал секрет расположения опорных балок. Мне заплатят за него миллион рублей, а может, даже полтора. И я смогу купить жильё.

Арина хотела возразить, насколько всё это неважно, о чём он говорит, но вместо этого выпалила:

— А как же Илона?

— Илона? — искренне удивился Вадим. — Вы с ней договорились одновременно выйти замуж? Могу тебя успокоить. Стас сегодня собирается делать ей предложение.

— Стас? — опешила Дивеева.

— Да, — пожал плечами Литвинов. — А что тебя удивляет? Он уже несколько раз просил выйти за него замуж. И вот сегодня решил пойти ва-банк и поставить перед фактом не только Илону, но и родителей.

— Я люблю тебя, — слабо улыбнувшись, прошептала Арина.

— Подожди, — остановился Вадим, — так ты согласна выйти за меня?

— Да, — он скорее увидел, как раскрылись её нежные губы, чем услышал ответ.

Не сводя с девушки пытливого взгляда, Вадим заметил, как из её глаз выкатились слёзы, которые он тут же, волнуясь, принялся промокать губами, повторяя при этом:

— Я тебя люблю, моя хорошая, моя самая красивая, милая Аришка. Что же ты плачешь?

— Я так тебя люблю, а ты говоришь о жилье. Вадька, мы же не на улице собираемся жить! Всё у нас с тобой будет.

— Конечно, будет! Ариша, только не плачь, я тебя прошу! Неужели я тебя чем-то обидел?

— Разве плачут только от обиды? — улыбнулась сквозь слёзы девушка. — Не переживай. Это от счастья.

— Аришка, — прижал её к себе Вадим, — я очень тебя люблю.

В этот момент за окном раздались хлопки салюта. Восхищённые гости с хозяевами сгрудились около окна, полюбоваться озаряющими небо самоцветами. Арина с Вадимом, присоединившись к остальным чуть позже, очутились позади Стаса с Илоной. Заметив их, Стас слегка отодвинулся, давая место Арине, чтобы ей было удобнее смотреть. Отступив на шаг, остановился рядом с Вадимом. Оба молодых человека, почти не обращая внимания на взмывавшие за окном сверкающие букеты, не сводили глаз с восторгающихся фейерверком девушек. Отец Илоны оказался как раз перед ними. Оглянувшись на дочь с подругой, Матусевич, подобно Стасу, отошёл немного в сторону. Подруги продвинулись ещё ближе к обозрению картины разноцветных огней. Игорь Владимирович встал неподалёку от Илоны, мельком глянул на стоявших позади молодых людей, к тому времени также увлёкшихся фейерверком. Переведя взгляд на дочь, тепло улыбнулся. В этот момент мягкое выражение лица Матусевича, озарённого очередной вспышкой, уловила находившаяся поблизости Лиана. Не сдержав досады, она даже передёрнула плечами. Лиана необычайно ревниво относилась к любому проявлению внимания, которое не было направлено на неё. Проследив за взглядом жены, Илья, приблизив лицо к её уху, прошептал несколько слов о сестре. После чего Лиана, удовлетворённо улыбаясь, вернулась к созерцанию фейерверка. Несколько минут спустя, когда небо погасло, вновь сделавшись бархатно-синим, хозяйка зажгла в гостиной свет и пригласила всех вернуться к столу, чтобы встретить наступление Нового года.

* * *

Застолье возобновилось. Гости, стараниями хозяек стола в лице Людмилы Леонидовны и Иветты, уже насытились вкусностями и едва пробовали новые блюда, отдавая предпочтение фруктам и напиткам. До боя курантов оставалось пятнадцать минут, когда Стас, сидевший рядом с Ариной, напротив Илоны, возле которой усадили Вадима, поднялся, обратив на себя общее внимание. Все за столом, кто с интересом, кто с удивлением, затихли в ожидании. Молодой человек поднял бокал, на треть наполненный красным вином. Затем, растерянно глянув на него, будто недоумевая, как тот оказался в руке, вернул на стол. Обведя взглядом окружающих, остановился на Илоне, которая оторопело посмотрела на Арину, словно умоляя усадить Стаса на место.

— Прошу вас, — чуть охрипло начал Стас, не сводя взгляда с Илоны, и, откашлявшись, продолжил: — Прошу немного вашего внимания. Игорь Владимирович и Людмила Леонидовна, я люблю вашу дочь и прошу её руки! Илона, я прошу тебя стать моей женой!

Внезапно пространство над столом пронзили три стремительных взгляда, словно сияющие мечи из фильма «Звёздные войны». Наполненный завистью взор Лианы на свою золовку Илону. Настороженный и слегка беспомощный взгляд Арины на Вадима. И заинтересованный оторопелостью Арины взгляд Игоря Матусевича.

У Илоны хватило самообладания не взглянуть на занимающего место слева от неё Литвинова, несмотря на непреодолимое желание увидеть выражение его лица. Ей почему-то показалось, что Вадим должен немедленно сделать ей предложение вслед за Стасом. Поскольку в следующие несколько мгновений этого не произошло, девушка озадачилась своим ответом пытливо смотревшему на неё Стасу. Если бы она самонадеянно не ожидала другого предложения, несомненно, оказалась бы довольна, что молодой человек, к которому относилась с ответной симпатией, позвал её замуж в присутствии почти всех близких родственников. Между тем на выручку Илоне пришла мать.

— Замечательное завершение уходящего года, — поднялась из-за стола с фужером в руке Людмила Леонидовна. — Нам с Игорем, — тепло взглянула на мужа, — приятно слышать, что ты любишь нашу дочь, Станислав. Но мне кажется, Илона немного взволнована. Поэтому прошу дать твоей возлюбленной немного времени для ответа, — хозяйка обвела взглядом присутствующих. — Вы согласны со мной, дорогие гости?

Вокруг раздался гул, больше похожий на вздох облегчения. Людмила приняла его за согласие и, подняв фужер выше, провозгласила:

— А теперь давайте наполним бокалы и встретим Новый год, загадав каждый для себя самое сокровенное желание!

На сей раз окружающие откликнулись более внятно. Мужчины поспешили достать бутылки с шампанским из ведёрок со льдом, примостившихся на столе с напитками, чтобы успеть откупорить их к началу боя курантов. Несколько бутылок дорогостоящего шампанского преподнесли хозяевам застолья Стас с Вадимом в качестве новогоднего подарка.

Обе подруги, Илона и Арина, каждая в отдельности отчаянно пожелали, чтобы произошло нечто, отвлёкшее всех остальных от прозвучавшего предложения Стаса. Арина проницательно определила: хотя Илону и обрадовало предложение Плотникова, она наверняка размышляет о том, не подстегнёт ли это Вадима вступить в соперничество с другом. Пытаясь уловить выражение лица своего любимого во время речи приятеля, Дивеева не заметила ничего, кроме радостного оживления и любопытства. Девушка немного успокоилась, однако предпочла, чтобы вопрос об ответе на предложение Стаса не поднимался сегодня ночью.

«А то, чего доброго, — размышляла Арина, — Илона выкинет что-нибудь, чтобы спровоцировать Вадима, или скажет, что он якобы собирался позвать её замуж. Хотя вряд ли она станет выставлять себя на посмешище перед женой Ильи и этой таинственной девушкой, невестой двоюродного брата, с пронизывающим взглядом чёрных глаз. Интересно, почему она так злобно смотрит на всех окружающих, особенно на отца Илоны. Он сказал ей что-то неприятное? Вряд ли. Вообще-то, Игорю Владимировичу не чуждо стремление завести собеседника, подстрекая его на что-то неожиданное. Точно! Как же я сразу не догадалась, это Игорь Владимирович выдумал для Илоны историю с предложением Вадима! Вот только для чего? Вероятно, чтобы таким образом спровоцировать Илону и подстегнуть Стаса. Думаю, он в курсе, что дочь несколько раз легкомысленно отказывала человеку, которого любит. Впрочем, Игорь Владимирович настолько мудр и проницателен в отношении своей дочери, что предугадать его намерения представляется маловероятным. Как бы там ни было, теперь Илоне придётся ответить Стасу либо согласием, либо отказом. Надеюсь, у неё хватит здравомыслия ничего не выяснять у Вадима и принять предложение Стаса».

Из размышлений Арину вывел встревоженный возглас Людмилы Леонидовны:

— Доченька, а где же твоё колье?

— Как где? — удивилась Илона и прикоснулась кончиками тонких пальцев к груди у основания шеи.

Украшение исчезло.