В областной центр на собеседование в отдел кадров металлургического комбината Всеволод отправился вместе с Настей. Ей предстояло сопровождать детей из своей группы на конкурсе «Сказка за сказкой». Мероприятие начиналось в три часа, а Всеволоду было назначено прибыть в первой половине дня, к одиннадцати.

— Насть, — возразил Сева, когда сестра предложила отвезти его на машине, — зачем ты поедешь так рано? Я и на автобусе доберусь.

— Всева, перестань, — встряхнула волосами Настя, — на рейсовом автобусе ты доберёшься только до города. А там надо будет перейти через площадь до другой остановки, чтобы добраться до комбината. С непривычки можно перепутать направление и оказаться на правом берегу реки, удаляясь от комбинатоуправления. Так что давай уж лучше поедем на машине. Во-первых, мне очень приятно тебя подвезти. Если тебя примут на работу, то вы с родителями переедете ближе к нам. Разве не об этом мы с тобой мечтали? А во-вторых, мне тоже надо приехать пораньше, чтобы проверить, включается ли музыка на компьютере. В своих ребятках я более чем уверена. Хотелось бы, чтобы и техника тоже не подвела.

— Хорошо, — согласился брат, — поедем вместе. Я потом постараюсь подъехать к тебе и помочь с аппаратурой.

— Ой, Сева, ты, главное, свои дела с трудоустройством решай! И не торопись, потому что собеседование вполне может затянуться. Ты же наверняка будешь не один.

— Насколько я понял, меня должны встретить и договориться, чтобы всё прошло вовремя.

— Кто это оказался настолько любезен? — насторожилась Настя. — Папа кого-то попросил?

— Ага, — кивнул Сева, — сказал, что это дочь его приятеля, некая Алина Юрьевна.

— Дядь Юры Ролдугина дочь, — вспомнила сестра.

— Знаешь её?

— Виделись раза три, — нехотя ответила девушка. — Она, кажется, в кадрах работает.

— Она, правда, сейчас в отпуске, но пообещала прийти.

— Понятно, — кивнула Настя, в душе у которой вновь начинала нарастать волна ревности. — Поехали? — уточнила она у брата.

«Наверняка, — догадалась девушка, — это идея мамы с отцом — привлечь Ролдугину к трудоустройству Севы. Должно быть, собираются таким образом убить двух зайцев: помочь Всеве с работой и попытаться женить его на Алине. И чего им неймётся? — досадовала Настя. — Если у Всевы получится с должностью, то он так и так сюда переедет. Совершенно незачем ещё и знакомить его со всякими…»

Продолжая возмущаться про себя, Настя, сменившая ради поездки на конкурс шорты на узкие джинсы, направилась в гараж напротив подъезда, чтобы вывезти из него серебристую «Ладу». Проводив заинтересованным взглядом точёную фигурку сестры, Всеволод одёрнул себя и попытался сосредоточиться на предстоящем собеседовании, которое, честно говоря, не вызывало у него ни малейших опасений. В своих профессиональных навыках Лисицын был уверен. Кроме того, он знал, что тест этот — не более чем формальность, а на самом деле руководство дирекции по программному обеспечению с удовольствием примет его на должность, которую уже предлагали Всеволоду больше полугода назад.

* * *

Когда Настя доставила брата к зданию комбинатовского отдела кадров, то сразу увидела на примыкающей к строению стоянке белоснежный «Ниссан Жук», принадлежащий Алине Ролдугиной. К удивлению Севы, Настя пожелала брату успеха и поторопилась уехать, не выражая намерения поприветствовать дочь приятеля отца, мотивируя это тем, что здесь запрещена стоянка машинам, не имеющим пропуска на комбинат.

Вышедшая из автомобиля девушка поразила Всеволода тем, что оказалась невероятно похожа на Ольгу сложением. Выше среднего для женщин роста, который увеличивали ярко-красные высокие шпильки на худощавых, стройных ногах, Алина шагнула навстречу Лисицыну. Сквозь белоснежную блузку из тончайшего, прозрачного шёлка просвечивали хрупкие покатые плечи. Высокая грудь девушки, облачённая в нежно-розовый бюстгальтер, деликатно выделялась на фоне смуглой кожи. Полновесные, немного низкие бёдра, обхваченные красной шёлковой юбкой, подол которой отстоял на пять сантиметров выше колена, привлекал взгляд парня.

И только лицо Алины, смуглое, с искусно накрашенными тёмными глазами, казавшимися больше, чем они есть, маленьким чувственным ртом, тронутым алой помадой, тонким, слегка ястребиным носом, обрамлённое чёрными прямыми волосами ниже плеч, оставляющими открытым высокий лоб, напрочь перечёркивало схожесть с Ольгой. Несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте со Щегловой, Ролдугина показалась Всеволоду на первый взгляд её ровесницей — то ли из-за смуглой кожи, то ли из-за серьёзного, не лишённого некоего самодовольства выражения лица.

Лисицын сначала даже слегка оробел и собрался обратиться к молодой женщине по имени-отчеству. Опомнившись в последний момент, выбрал обращение на «вы».

— Здравствуйте, Алина, — осторожно улыбнулся он.

— Привет, — без ответной улыбки ответила Ролдугина, давая понять, что форма на «ты» для неё предпочтительнее. — Ты Всеволод Лисицын? — спросила она, откровенно разглядывая парня в очках.

— Он самый, — не переставая улыбаться, подтвердил Сева. — Спасибо, что уделила мне внимание в отпуске.

— Не за что, — краем губ изобразила подобие улыбки Алина. — Я не могла отказать Павлу Алексеевичу. А чтобы ты не переживал за потраченное на тебя время, предлагаю после собеседования отметить его успешное завершение в ресторане на набережной.

— С удовольствием, — нисколько не кривя душой, согласился Всеволод.

Алина отметила про себя, что парень не стал выражать сомнений по поводу успешного прохождения собеседования, и эта самоуверенность ей необычайно понравилась, как и сам парень.

«Молодец Павел Алексеевич, — подумала она, — что решил познакомить меня со своим племянником. Классный парень! Симпатичный и, судя по всему, перспективы у него будь здоров. Далеко не каждого приглашают на должность программиста с индивидуально оговорённым окладом. Не пройдёт и года, как он окажется одним из высокооплачиваемых специалистов. И если даже не достигнет высот в плане руководящей должности, что будет довольно проблематично на нашем предприятии, то уж, во всяком случае, достойное материальное вознаграждение ему гарантировано. Да, теперь главное — не упустить добычу», — заключила Алина, направляясь вместе с Лисицыным в отдел кадров.

* * *

Как и предположил Сева, ему не пришлось томиться в очереди на собеседование. Копии документов и тест приняли у Лисицына точно в оговоренный срок, пообещав сообщить о результатах через неделю. Это был стандартный срок для тестируемых, однако Алина, у которой была возможность выяснить истинное положение вещей, уверила, что с прохождением собеседования всё в полном порядке.

— Ну что, составишь мне компанию, чтобы отметить удачное завершение тестирования? — сказал Сева, заняв место на переднем пассажирском сиденье «Ниссана».

— Конечно, — повернула Ролдугина ключ зажигания, — я же обещала, — пояснила она с таким видом, будто Всеволод долго уговаривал её пойти с ним в ресторан.

Никогда и ничего не пуская на самотёк, Алина Ролдугина позаботилась о местах в ресторане заранее. Река делила город на две части. Одна из них была промышленной зоной, именуемой Левобережным округом, где располагался металлургический комбинат, а во второй, по правую сторону реки, более обширной, находился облюбованный Алиной ресторан.

Заведение, куда они отправились с Севой, не пустовало в любое время года. Ресторан на прекрасно оборудованной набережной удовлетворял потребности даже самого взыскательного гостя. Разнообразие, отменный вкус и качество блюд оправдывали высокую стоимость. Выбор мест также был довольно богатым. Если посетитель выбирал основное здание ресторана, то к его услугам предоставлялось двухэтажное строение, близкое к классическому стилю. По левую сторону находилась отдельно стоящая двухэтажная постройка по типу веранды, со второго этажа которой можно было обозревать всю территорию комплекса. С правой стороны приютился оборудованный кондиционерами японский домик с огромными веерами на стеклянных стенах, плетёными креслицами и столами из тёмного дерева. Между этими строениями посреди клумб из камня и декоративных деревьев располагалось несколько беседок со столиками на четыре места. И, наконец, два так называемых шатра находились на широком причале, выступающем в реку метров на пятнадцать. В одном из шатров и обосновались Всеволод с Алиной.

Приятный речной ветерок скрасил ожидание блюд. Молодые люди непринуждённо беседовали, с интересом расспрашивая друг о друге. Сева с Алиной про себя отметили возникшую между ними бесхитростность и лёгкость в общении. Единственное, что смущало Лисицына, — это непривлекательная, слегка хищная улыбка девушки. Алина знала о своём недостатке и старалась выражать веселье преимущественно блеском глаз, а при хохоте округляла рот в форме буквы «о», приподнимая безупречные дуги тёмных бровей. В свою очередь, Сева стремился повернуть разговор в русло более тёплое, нежели развлекательное, чтобы лишний раз не вызывать улыбку девушки.

Неторопливо насладившись блюдами кавказской кухни, Всеволод с Алиной вышли прогуляться по причалу. Девушка прошла немного вперёд. Чуть приотстав, Сева с удовольствием оглядел женскую фигуру. Сейчас, когда Алина оказалась спиной к нему, Лисицын вновь сравнил её с Ольгой, с сожалением вспомнив о том, насколько нелепо прекратились его отношения со Щегловой.

«А с другой стороны, — подумал Сева, — они не могли продолжаться вечно. Если бы не нагрянул Мышковец, то я бы так и пребывал в неведении, плывя по течению и не собираясь ничего менять в своей жизни. Эта Алина, — заинтересованно продолжал размышлять Всеволод, — вроде бы расположена ко мне. Пожалуй, надо попытаться сблизиться с ней. Мало ли, вдруг наше знакомство действительно окажется судьбоносным».

Не оборачиваясь на своего спутника, Алина остановилась на краю причала, любуясь видом реки. Приблизившись к ней, Сева отважно положил ладони на её талию и, приникнув щекой к волосам девушки, проговорил:

— Здесь замечательно. Спасибо, что выбрала такое чудесное место.

— Рада, что тебе понравилось, — едва повернув к нему голову, ответила Алина, одновременно ошеломлённая и осчастливленная смелостью парня, приглянувшегося ей с первого взгляда. — Я знаю ещё более интересное место, где можно провести время, — уверенно сказала она, покрываясь с головы до ног гусиной кожей от прикосновения Лисицына.

— Готов следовать за тобой, — Всеволод понизил голос почти до шёпота. — А где это?

— У меня дома, — откровенно произнесла Алина. — Если ты, конечно, ничего не имеешь против.

— Буду счастлив, — ответил Сева, крепче сомкнув руки на талии радостно затрепетавшей молодой женщины.

* * *

В обоюдном возбуждении они не заметили, как расправились с десертом, и, расплатившись по счёту (расходы взял на себя Лисицын), покинули ресторан.

Целоваться начали ещё в лифте по пути на одиннадцатый этаж элитного здания в центре города. Всеволод наслаждался шелковистостью губ Алины, вдыхая пряный аромат эвкалиптово-лаймовой жевательной резинки. Не выпуская девушку из объятий, Лисицын шагнул из лифта одновременно с ней. Несколько минут продолжал целовать её, прежде чем они оказались перед дверью в квартиру.

Не давая открыть дверь, Всеволод прижал Алину спиной к прохладной металлической тёмно-коричневой поверхности. Оторвавшись от губ, парень стал покрывать быстрыми поцелуями лицо своей спутницы, нежно ласкать мочки ушей. Девушка была на седьмом небе от ласкового прессинга Севы. Выгнувшись, она приникла к Лисицыну. Однако неожиданно для Алины её движение затормозило Всеволода в его страстном натиске.

«Зачем ты спешишь, как мальчишка? — подумал парень. — Насладись процессом и доставь удовольствие девушке, чтобы после первой встречи остаться у неё в памяти не нетерпеливым юнцом, а мужчиной, способным извлекать максимум наслаждения из любовной игры».

Опешив от неторопливости парня, Алина невпопад подумала, что очки совсем не послужили им с Севой помехой во время поцелуев. В предвкушении секса она не заметила, что парень снял их ещё в автомобиле, положив в нагрудный карман рубашки, как только они подъехали к дому Ролдугиной.

Оказавшись наконец в квартире, оба слегка растерялись. Опыт Алины с мужчинами из-за её зашкаливающей самовлюблённости не был обширным. А уж такого обоюдного желания с первых минут встречи, как со Всеволодом, не возникало никогда. Как следствие, она понятия не имела, как лучше себя вести в этом спонтанном порыве. Обычно, как правило, молодые люди принимали душ, но сейчас Алине при всей её чистоплотности показалось неуместным напоминать парню о водных процедурах перед актом любви.

В свою очередь, Сева пребывал в недоумении, что делать дальше для продолжения так страстно начавшегося сближения. Одновременно с Алиной подумав о душе, он тоже не знал, как тактично сказать об этом. Вдобавок ко всему, Лисицыну внезапно пришла в голову мысль о предохранении. Он не привык заботиться об этом с Ольгой и впервые задумался после разговора с отцом. Теперь перед Севой встала дилемма, что окажется более неделикатным: предпочесть безопасность или вообще не поднимать вопрос об этом. Заключив, что обе проблемы разрешатся как-нибудь сами собой, Сева возобновил ласки прямо в прихожей. Через некоторое время Алина поняла, что имеют в виду, когда говорят, будто хочется замереть от счастья, остановив мгновение. Звонок на Севин сотовый, который парню не пришло в голову отключить, раздался словно отклик на мысли Алины. Миг был остановлен — почти выстроенный замок счастья рушился на глазах.

— Не бери, — взмолилась Алина.

Но он уже отстранился, безжалостно сбросив её со звёздного пьедестала, на который сам же и водрузил молодую женщину несколько минут назад. Сева с трудом сообразил, что звонить может только Настя. А если она вызывает его, значит, у неё что-то случилось, ей нужна помощь. Не успев восстановить дыхание, Сева ответил на звонок.

— Да, Настя, — выдохнул он, — слушаю.

— Что с тобой? — удивилась девушка. — Почему ты так дышишь?

— Ничего, — глубже вздохнул Лисицын, пытаясь сбросить с себя морок, — за телефоном наклонялся. Выронил нечаянно.

— У тебя всё в порядке? — продолжала беспокоиться Настя. — Как прошло собеседование?

— Всё отлично, — голос Всеволода был почти спокоен. — Как у тебя?

— Сева, беда, — воскликнула Настя. — Комп не даёт звук в колонки. Где ты? Можешь приехать?

— Где я… — растерялся Сева, пытаясь определить своё местонахождение, — …где-то в центре, рядом с парком, — пояснил он, с воодушевлением вспомнив, что, когда они ехали с Алиной к дому, за окнами мелькали деревья и несколько фонтанов.

— Сева, — сестра почти кричала, — от парка на любом автобусе, маршрутке, троллейбусе до остановки «Областной дворец культуры». Хотя нет, на троллейбусе не надо, маршрутки надёжнее. Только не перепутай сторону, а то снова уедешь на левый берег, где комбинат.

— Понял, разберусь, — ответил Лисицын. — Во сколько вам выступать?

— Мы вторые, — сказала Настя. — Если конкурс начнут вовремя, то до нашего выхода сорок минут. Но после начала я уже не смогу проверить звук, потому что это помешает выступающей перед нами группе. Надо всё сделать до трёх.

— Не волнуйся, всё сделаем, — пообещал Сева. — Скоро буду.

Нажав «отбой», он взглянул на Алину. Девушка оставалась у стены, ценой неимоверных усилий стараясь не сползти на пол.

— Алина, прости, пожалуйста, — неожиданно для девушки, готовой разразиться ругательствами в адрес прервавшего ласки Севы, он стремительно выпрямился и поцеловал её в щёку. — Насте нужна помощь. Я должен срочно уйти. Я позвоню тебе… обязательно.

Едва не крикнув: «Можешь не утруждаться!», Алина прикусила язык и вместо дерзкой фразы жалобно пробормотала:

— Возвращайся прямо сегодня…

Не дожидаясь лифта, Всеволод помчался по лестнице и уже не услышал мольбы.