– Подожди. Сперва я посмотрю, – Лукас цокнул языком и от толкнул меня. – И что это за химера?

А, Лукас ведь впервые видел Дженит, да? Как странно, даже здесь он называл ее химерой. Да, что-то остается неизменным.

Шух!

Неожиданно из тела Дженит вырвалась черная мана. Я замерла, увидев, что она направилась к Клоду.

– Это ведь нехорошо, да?

Я испугалась, что черная мана Дженит может плохо повлиять на Клода, и попыталась ее заблокировать. Однако Лукас, хмуро наблюдавший за магической энергией, отрицательно покачал головой:

– Нет, наоборот, она нам даже помогала. Мана химеры довольно странная. Мне кажется, она действует неосознанно, но в ней нет ни капли злобы к императору.

То есть, грубо говоря, ее магия поддерживала Клода, ведь Дженит желала ему лишь добра.

Услышав слова Лукаса, я поежилась, но не стала препятствовать мане Дженит, раз она хоть немного облегчала страдания Клода.

Тем временем Феликс и Иджекиил ушли, и рядом с Клодом осталась лишь Дженит.

– Сейчас минимальное количество свидетелей. Если собираешься его исцелить, то надо действовать быстро, – строго сказал Лукас.

Я взглянула на Дженит, смотревшую на Клода со слезами на глазах, и подняла руку. Как только я погрузила ее в сон, тело девушки тут же упало на кровать.

Затем я коснулась лица Клода и воспользовалась заклинанием, которому меня научил Лукас. Спальню залил ослепительный свет.

– Сработало?

– Давай еще раз.

К моему удивлению, Лукас не отвлекал меня, не отпускал саркастичных комментариев, а послушно помогал исцелять Клода. Я еще несколько раз воспользовалась этим заклинанием и почувствовала, как стремительно убывают мои силы.

Впервые с тех пор, как я начала использовать магию, мне стало по-настоящему плохо. Да, это явно не обычное заклинание. Из меня будто бы вытягивали жизненные силы в режиме реального времени.

Однако, несмотря на все мои старания, Клод так и не пошевелился.

– Слушай… Разве он не должен очнуться?

Заклинание сработало, я делала все так, как учил меня Лукас. К тому же я почувствовала, что лечение прошло успешно. Так почему же он до сих пор не пришел в себя?

Лукас некоторое время переводил взгляд с меня на Клода, а затем сказал:

– Похоже, твой император не намерен просыпаться.

Что?! Я была ошарашена таким заявлением. Как это – не намерен просыпаться?!

– Что нам тогда делать?!

– Это уже не мое дело, – Лукас лишь цинично фыркнул. – Ты хотела моей помощи. Я помог. Но он сам не желает просыпаться. Чего еще ты от меня хочешь?

Вот же г-гад. Конечно, он прав, но…

– Лечение точно прошло успешно?

– Сомневаешься в великом маге Черной башни?

Судя по раздражению в его голосе, он не врал. Хорошо хоть самое важное мы сделали…

– Принцесса Атанасия?

Ах, Иджекиил!

Похоже, я потратила слишком много маны, и заклинание невидимости развеялось само собой. Иджекиил, вернувшийся в комнату, удивленно замер, увидев меня у постели Клода.

Тц, я-то думала, что он ушел с концами!

– Вам тоже рассказали про состояние его величества?

– А, да…

– Вы в порядке?

В его голосе неожиданно прозвучало беспокойство. Оно же было заметно и во взгляде. Меня несколько удивило, что он так волновался за меня. С другой стороны, он только что утешал рыдающую Дженит и мог просто сочувствовать мне, ведь я находилась в таком же положении.

– Я в порядке, – смущенно ответила я, а затем потерла уставшие глаза.

Наверное, меня вымотал резкий расход маны. Ой, мне почему-то показалось, что я скоро потеряю сознание. Надо скорее делать ноги.

Я взглянула на Иджекиила, чтобы попрощаться, но заметила, что он смотрел на меня более пристально, чем раньше. Думал, что я тайком утирала слезы? Но у меня не было времени разубеждать его.

– Что ж, я пойду. Милорд, останьтесь, пожалуйста, с Дженит, – с этими словами я направилась к выходу.

– Принцесса Атанасия.

Эй, не надо меня звать! Я же вот-вот в обморок хлопнусь! Нужно быстрее сваливать отсюда! А у меня даже маны нет, чтобы телепортироваться!

Но Иджекиил начал утешать меня теми же словами, что и Дженит.

– Его величество скоро очнется. Придворные врачи изо всех сил стараются найти лечение, поэтому постарайтесь сильно не волноваться. Императору не понравится, что все так изводят себя.

– Да, спасибо…

– И еще… не держите все в себе. Если вы не возражаете, я всегда готов…

Да, меня вырубит прямо здесь и сейчас.

Пока я слушала речь Иджекиила, сознание, за которое я с трудом цеплялась, решило меня покинуть.

– Принцесса Атанасия!

Когда я начала падать, юноша поймал меня.

М-да, похоже, моя судьба – прослыть в этом мире принцессой с крайне слабым здоровьем. Ну, хоть Иджекиил меня здесь просто так не бросит.

Я окончательно провалилась в темноту.

* * *

– Проснулась?

Когда я открыла глаза, сразу же увидела Лукаса.

– Ну и горазда же ты спать. Спящей Красавицей себя возомнила?

Так я заснула? Вот вам и истощение маны.

– Сколько я спала?

– Полдня.

– Ну, это еще не рекорд.

Лукас неодобрительно на меня зыркнул. Тусклый лунный свет отбрасывал на его лицо загадочную тень. Я села на кровати и… испугалась.

– Ой, божечки!

Кто угодно испугался бы, увидев перед собой свою копию. Мы ведь правда похожи!

– Принцесса Атанасия?!

Да, рядом со мной на кровати лежала принцесса Атанасия собственной персоной.

Какого черта он принес девушку, которую все это время усердно прятал?

Лукас, словно почувствовав мое недоумение, холодно произнес:

– Мне надоело, что ты играешь роль этой принцессы. Оставим ее здесь, а сами пойдем в башню.

Что за выкрутасы?..

Но вскоре я поняла. Это ведь из-за Иджекиила, да? Думаю, что именно он принес меня сюда. Да и в том мире Лукас ревновал к нему.

Как бы то ни было, я обрадовалась, что он вернул Атанасию.

Я молча рассматривала ее бледное лицо.

И Клод, и Атанасия сейчас спали глубоким сном. Что же им снилось?

– Вставай, Атанасия, – у меня на сердце стало тяжело, и я шепнула девушке: – Неужели ты хочешь оставить своего близкого человека в таком состоянии?

Разумеется, я и сама не верила, что мой голос достигнет ее. Но к моему удивлению, золотые ресницы дрогнули.

– Атанасия?!

Ой, неужели она просыпается? Неужели мои слова достигли ее?! Ах, я точно заслужила звание гения!

– Не зазнавайся. Я просто снял с нее заклинание, и она начала просыпаться.

Лукас смеялся надо мной, но мне было плевать.

Веки принцессы медленно поднялись. Ее топазовые глаза сверкали, как звезды, в свете луны. Она походила на ожившую фарфоровую куклу.

– Атанасия.

Ох, как же все-таки странно звать другого человека своим именем. Словно я говорила о себе в третьем лице.

Когда мы встретились взглядами, девушка вздрогнула. Ее расфокусированные глаза медленно обрели осознанность.

– Вы…

Я немного волновалась, что она попросит меня снова вернуть ее в сон, но, к счастью, она этого не сделала.

– Да, это реальность, – пробормотала девушка неожиданно спокойным тоном.

– Если хочешь, я могу отправить обратно.

– Лукас. – Маг опять начал нести чушь, поэтому я осекла его взглядом. – Атанасия, с возвращением.

Ее взгляд снова скользнул по мне. Я искренне прошептала, глядя в наполненные тревогой топазовые глаза:

– Я рада, что ты проснулась.

* * *

Клод был в своей спальне один.

Врачи и маги, до сих пор сновавшие по Гранатовому дворцу, наконец-то ушли. Только Феликс остался на страже у двери. Дженит, все это время не отходившая от Клода, тоже вернулась к себе.

Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как принцесса Атанасия приблизилась к Клоду. Она долго рассматривала его мирное спящее лицо, а затем медленно произнесла:

– Он может никогда не проснуться?

Я не знала, как ответить на ее вопрос.

Все произошло из-за побочных эффектов черной магии, которую использовал Клод. Хоть лечение и прошло успешно, никто не знал, какие будут последствия. Более того, по словам Лукаса, сам Клод не собирался просыпаться…

– Отец.

Атанасия тихо позвала Клода. Ответа не последовало. Вскоре она осторожно взяла мужчину за руку.

Через какое-то время девушка обернулась ко мне и улыбнулась так, словно вот-вот заплачет:

– Он не злится, что я так его называю. Не отталкивает меня.

Разумеется, я ничего ей не сказала. Принцесса перевела взгляд на Клода, словно и не ждала от меня ответа.

– Знаешь, прямо перед тем, как проснуться, я увидела женщину.