В этот момент Иджекиил, внимательно вглядываясь в мое лицо, вдруг произнес:
– Мне кажется, принцесса Атанасия чувствует себя нехорошо. Не будет ли лучше проводить ее в Рубиновый дворец, чтобы она смогла отдохнуть?
Хм? Но я ведь себя нормально чувствую. Особенно после того, как немного осадила герцога Альфиоса. Или это он пытался мне помочь, заметив мое нежелание идти в Изумрудный дворец?
– Я провожу ее высочество в Рубиновый дворец.
Похоже на то.
Феликс обеспокоенно осведомился о моем здоровье, и я слабым голосом пообещала, что мы прогуляемся в следующий раз. Мистер Снежок выглядел так, словно только и мечтал, чтобы я поскорее ушла. Он велел Иджекиилу отправиться со мной.
Так мы вдвоем направились к Рубиновому дворцу.
Иджекиил взглянул на девушку, шагавшую рядом с ним. Принцесса Атанасия уверенно смотрела вперед.
Он переживал, ведь ее дважды рвало кровью на его глазах, но, к счастью, она быстро поправилась. До всех тех событий цвет ее кожи отдавал серым, но теперь девушка выглядела пышущей здоровьем настолько, что было трудно не удивляться. Более того, она казалась непривычно умиротворенной.
Иджекиил побледнел, вспомнив то, что произошло минутами ранее.
Он впервые видел, чтобы его отец так отступил перед принцессой Атанасией. И с какой бы стороны он ни смотрел, она вовсе не походила на человека, которого искренне обидели и задели слова его отца. Неужели все это было лишь местью герцогу?
– Лорд Альфиос.
Однако Иджекиил не жалел своего отца, ведь именно его неосторожные слова привели к той перепалке.
– Вы не обязаны провожать меня до самого Рубинового дворца, поэтому давайте попрощаемся здесь? – произнесла девушка, глядя на него.
Юноша отвел взгляд. Похоже, принцессе Атанасии было не очень комфортно в его присутствии. Это осталось неизменным.
– Я не могу отпустить вас одну, принцесса. Прошу, позвольте мне проводить вас до Рубинового дворца.
В ответ на слова Иджекиила девушка остановилась и поджала губы, словно хотела возразить. Однако, похоже, она поняла, что он не отступит, поэтому не стала настаивать и промолчала.
Сделав еще несколько шагов, Атанасия наконец-то заговорила с ним:
– Я доставила вам столько хлопот, что в прошлый раз, что сейчас. Спасибо вам за заботу.
В этот момент Иджекиил испытал знакомое странное чувство.
«Спасибо, милорд».
«Мне жаль, что я причинила вам столько неудобств, лорд Альфиос».
Как странно.
Он знал принцессу Атанасию уже несколько лет… Но что-то будто бы изменилось?
Иджекиил никак не мог понять, в чем заключалась разница между Атанасией, благодарившей его за помощь, и Атанасией, которая постоянно извинялась за беспокойство. К тому же события на балу маркиза Ирейна – прежняя принцесса никогда бы не повела себя так.
В глаза Иджекиила попал ослепительно яркий луч света.
Принцесса Атанасия пристально смотрела на него. Он заметил ее сверкающие в солнечных лучах золотые волосы и сияющие топазовые глаза. Юноша не знал почему, но его внимание привлекла незнакомая эмоция в ее глазах.
Он остановился, посмотрел на девушку, а затем быстро отвел взгляд. Вскоре с его губ слетели тихие слова:
– Гораздо приятнее слышать слова благодарности, чем извинения.
После этих слов Иджекиил замолчал. Фраза вырвалась непроизвольно, без обдумывания, без прикрас. Он и сам смутился, впервые поделившись с другим человеком своими настоящими мыслями.
Может, в его словах и не было ничего необычного, но он с раннего детства следил за каждым своим словом.
К счастью, принцесса Атанасия не заметила его смущения.
– Да, я тоже так думаю.
Улыбка, с которой она на него взглянула, поразила его в самое сердце. Так же, как и Иджекиил мгновение назад, девушка нахмурилась, словно та улыбка показалась случайно. Но было уже поздно – этот момент остался в его памяти.
Иджекиил и принцесса Атанасия продолжили свой путь по тропинке, по обеим сторонам которой пышно цвели душистые кусты.
Почему-то эта дорога показалась ему ярче, чем прежде.
Вернувшись в Рубиновый дворец, я скрестила руки на груди и погрузилась в размышления.
Я все-таки не могла вот так оставить принцессу Атанасию и Клода. Конечно, я до сих пор не была уверена, что события будут разворачиваться так же, как в романе. А значит, убийство Атанасии Клодом могло и не состояться. Однако все несчастья принцессы были настоящими.
Лукас как-то спрашивал, какое у меня есть право вмешиваться в дела этого мира…
Откровенно говоря, какая-то часть меня сомневалась, могу ли я вмешиваться больше необходимого, но сейчас мне это все казалось крайне нелепым. Кто вообще может дать такое право? Может, это и богохульство, но есть ли здесь вообще бог? А раз уж это вопрос, ответ на который никак не найти, то почему бы не поступить так, как я того хочу?
Так что я решила успокоиться и подумать, зачем меня вообще отправили в этот мир. Должна ведь быть причина. Да, я прекрасно понимала, что таким образом пыталась успокоить себя.
Я не могла сделать вид, что не знаю ни принцессы Атанасии, ни Клода этого мира. Если бы я оставила все как есть и вернулась домой, то следующие лет десять не смогла бы спать по ночам из-за сожалений.
Ну, что поделать. Такая уж я уродилась.
Если бы Лукас из моего мира сейчас меня увидел, он бы закатил глаза и обозвал идиоткой.
Я решила действовать ночью, ведь это было единственное время суток, когда я могла свободно перемещаться. Сначала надо было встретиться с Лукасом этого мира.
Лукас был совершенно не в духе.
С некоторого времени его настроение менялось по тысяче раз на дню. Особенно каждый раз, когда он думал об одном конкретном человеке.
«И что это вообще за вопросы? Ты мне кто?.. Ты будто свою жену в измене уличить пытаешься!»
Шух.
Он снова услышал голос, что преследовал его изо дня в день. Колыхавшаяся вокруг него трава упала на пол, словно отражая то, что его самого растоптали.
Причиной всех этих метаний и морщин на его лбу была Атанасия из другого мира.
Лукас считал ее очень наглой девушкой. У него в голове не укладывалось, как можно быть такой бесстрашной. С самой первой их встречи она не сомневалась ни в своих словах, ни в действиях.
Сперва это его забавляло и удивляло. В прошлом его всегда боялись, поэтому Атанасия, смотревшая на него без тени страха, стала особенной. Впервые за сотни лет Лукасу захотелось быть рядом с кем-то, заботиться.
Каждая реакция девушки была приятной и интересной, поэтому он подумал, что с ней ему скучать не придется, даже просто наблюдая со стороны.
На самом деле уже долгое время Лукас чувствовал глубокую скуку. Что бы он ни делал, ко всему терял интерес. На что бы он ни смотрел, все наскучивало ему. Так было даже до того, как он из-за магии чертового Этернитаса погрузился в магический сон, длившийся столетия. Это продолжилось и после его пробуждения.
Маг пробыл в Башне больше десяти лет в полном одиночестве. И когда он впервые за долгие годы встретил интересного человека, все было ему в новинку.
Но это чувство длилось недолго.
В какой-то момент Атанасия начала раздражать Лукаса. Он не знал точной причины.
Сперва ему не понравилось, с какой решимостью она заявила, что вернется в свой мир, словно это было самым очевидным исходом. Девушка была забавной игрушкой, которую нашел Лукас. Она не имела права самовольно исчезнуть из его поля зрения.
Однако если это была единственная причина, то он никак не мог объяснить жар, поднимавшийся в его груди всякий раз, когда она упоминала Лукаса из другого мира. И раздражение, которое он испытывал, когда она смотрела на него, но думала о ком-то другом. Его трясло от мысли, что она была так приветлива и спокойна с ним в их первую встречу лишь из-за того, что она приняла его за Лукаса из другого мира.
Раз так, то все дело было в чувстве собственничества, нежелании делить с кем-то свою игрушку. Даже если соперник находился в другом мире… Нет, особенно если соперник находился в другом мире.
Шух.
Внезапно он почувствовал волну маны, издалека она показалась ему знакомой. Лукас проследил взглядом за остатками магической силы, которые принес легкий ветерок. Сосредоточив на них все свои пять чувств, он более явно ощутил ее магию. Великолепную и ароматную магию, отражавшую свою владелицу.
Поскольку они поглотили одного и того же священного зверя, ее мана имела тот же источник, что и у Лукаса. Но, как ни странно, их мана ощущалась совершенно по-разному. Да, мана Лукаса примешивалась к его собственной силе, но это была не единственная причина.
Маг прислонился спиной к огромному дубу, наслаждаясь присутствием силы Атанасии в дуновении ветра.
Он не знал, почему она так настойчиво его звала.
Нет на самом деле ответ был ему известен. Ведь именно он бросил Атанасию на произвол судьбы.
Но в последнюю их встречу ее слова так его задели, что он не хотел сразу же откликаться на ее зов.
Видя то, как отчаянно она продолжала его звать, Лукас почувствовал себя лучше.
Хе-хе-хе, раз она так хотела его увидеть, то стоило, наверное, показаться?
Лукас взглянул на ночное небо и задумался. Затем, словно ему не оставалось ничего другого, отправился туда, откуда шла магия.