Господин Лукас в будущем будет так же выглядеть? Хелена всегда считала его крутым, но, увидев этого мужчину и его опасное очарование, не была уверена, что ее сердце выдержит такой удар…

Пока он танцевал с принцессой Атанасией и улыбался, демонстрируя свою убийственную красоту, дамы изо всех сил старались не упасть в обморок.

– Ах, я прожила хорошую жизнь…

– Чувствую, что час мой близок…

– А-а-ах…

Другие гости странно поглядывали на девушек, но им было не до осуждения окружающих. Так мероприятие достигло своего апогея.

* * *

– Ха-ха-ха! Полностью согласна с вами, леди Магрита.

Дженит тепло улыбнулась окружавшим ее людям. Ей было приятно находиться в обществе тех, кто хорошо к ней относился, и даже неважно, о чем шел разговор.

Но стоило ей вспомнить Клода с принцессой Атанасией, как девушка почувствовала, что ее настроение испортилось. Дженит не в первый раз видела их так близко, но у нее возникло ощущение, словно сердце сжали в тисках. К тому же прошлым вечером она немного повздорила с герцогом Альфиосом. Причиной опять был ее отец.

Герцог Альфиос выполнял любую прихоть Дженит, кроме тех случаев, когда она просила рассказать Клоду о ее происхождении. Он и раньше не позволял этого сделать, но в этот раз она надеялась, что он пойдет ей навстречу. Когда ожидания не оправдались, Дженит была очень разочарована.

После того разговора герцог так волновался, что пытался запретить ей пойти на банкет. Но мольбы Дженит смягчили его нрав, и в итоге он дал свое разрешение. Однако девушка все равно была расстроена, поэтому Иджекиил утешал ее всю дорогу до императорского дворца.

Дженит осознавала, что люди стали к ней неестественно добры, но внутренний голос шептал: «Ну и что с того?»

– Что-то случилось?

Мягкий голос Иджекиила прервал ее размышления. Дженит думала, что, как только они войдут в банкетный зал, он сразу пойдет к принцессе Атанасии, но юноша все это время был подле нее.

Да, все в порядке. Вопрос с отцом можно решить позже. Главное, чтобы Иджекиил оставался рядом, как сейчас.

Из тела Дженит снова вырвалась черная энергия, но быстро исчезла.

– Леди Магрита, вы как будто бы побледнели.

– Верно. Неужели вы плохо себя чувствуете? – обеспокоенно спросили собеседники, заметив перемену в ее состоянии.

– Может, вам нужно отдохнуть?

– Вы слишком хрупкая, леди Магрита.

В ответ на их беспокойство Дженит слабо улыбнулась.

– Пожалуй, вы правы, – она знала, что ее хрупкость, как у незабудки, часто пробуждала в людях жалость. – Я выйду подышать свежим воздухом и скоро вернусь.

– Леди Магрита, давайте я пойду с вами.

– Нет, я пойду!

Все хором закричали, что пойдут вместе с Дженит. Девушка, ставшая центром внимания, взглянула на человека, что стоял рядом с ней.

– Иджекиил, составишь мне компанию?

Он мягко и нежно взял ее за руку. Этот жест будто бы говорил, что во всем мире она могла положиться лишь на него. Юноша спокойно изучал ее взглядом, а затем ответил:

– Да, конечно.

И они вышли вместе. Раньше даже девушки из ее окружения наблюдали бы за этой сценой с завистью, но сейчас все испытывали лишь беспокойство за состояние Дженит. Это изменение тоже произошло недавно, но никто не заметил ничего странного.

– Ах, как прохладно.

Как только Дженит вышла на террасу, ее лица коснулся холодный воздух. Девушка опустилась в кресло, подготовленное для гостей.

– Иджекиил, ты тоже садись.

Он подошел, но вместо того, чтобы сесть рядом, протянул к ней руку.

– У тебя температура.

Рука, коснувшаяся ее лба, была такой же прохладной, как и ночной воздух. Дженит спокойным взглядом изучала юношу перед собой.

Она так хотела быть с ним, но почему не могла его заполучить?

С самого детства они с Иджекиилом были вместе. Когда ей снились кошмары или когда в такие ночи, как сейчас, ее мучил жар, он всегда был рядом. Каждый ее день строился вокруг Иджекиила.

А когда он уехал на учебу в Арланту, Дженит показалось, что весь ее мир рухнул. Наверное, именно тогда она впервые осознала, что есть вещи, которые, как ни старайся, невозможно изменить.

Тем не менее Иджекиил каждый день отвечал на ее письма, не выказывая никаких признаков раздражения. И когда он приезжал в Обелию, охотно уделял ей время. Но в какой-то момент он изменился… Наверное, после знакомства с принцессой Атанасией.

– Думаю, нам стоит вернуться внутрь.

– Я пока не хочу возвращаться.

Теперь она пребывала в еще большем отчаянии, ведь то, что раньше считала само собой разумеющимся, перестало быть таковым. Но даже так Иджекиил уже укоренился в ее сердце. Дженит и сама не знала, когда именно начала испытывать к нему нежные чувства.

– Леди Магрита! Вы в порядке?

Дверь на террасу открылась, и послышались чьи-то шаги.

– Кэвелл, тебя стучаться не учили?

– Я услышал, что леди Магрита плохо себя чувствует! Тут уж не до стука.

Заметив перепалку, Дженит слегка улыбнулась.

– Все нормально. Нужно просто немного отдохнуть.

– Правда?

– Кстати, вам вернули вашу пропажу?

– А, нет. Мне сказали, что меня будут ждать у канделябра недалеко от входа в банкетный зал, но никто так и не пришел.

Кэвелл Эрнст покинул банкет сразу, как только узнал, что кто-то нашел подарок от его сестры, потерянный еще во время охотничьих состязаний. Однако сейчас рыцарь выглядел ужасно разочарованным, ведь вернулся с пустыми руками. Возможно, он неправильно понял, где именно с ним должны были встретиться, или же просто разминулся с нужным человеком.

– Не печальтесь. Этот человек точно в банкетном зале, так что вы с ним сегодня обязательно встретитесь.

– Леди Магрита! Откуда у вас такое ангельское сердце?

Кэвелл был тронут утешениями Дженит, и его глаза просияли.

– Дженит, твой голос звучит хрипло.

– Да?

– Я принесу тебе что-нибудь попить.

С этими словами Иджекиил направился к выходу с террасы. Сама того не осознавая, Дженит схватилась за край его сюртука. Иджекиил обернулся. Какое-то время он смотрел на ее руку, а затем глубоко вздохнул. От этого звука девушка вздрогнула, а юноша снял с себя сюртук и накинул ей на плечи.

– Я скоро вернусь.

Кэвелл, молча наблюдавший за ними, присоединился к разговору:

– Иджекиил прав, леди Магрита. Я побуду с вами, пока он не вернется.

Дженит молча провожала Иджекиила взглядом. Вероятно, из-за тепла и едва уловимого аромата, оставшегося на сюртуке, ей казалось, что он все еще рядом.

Как странно. Всякий раз, как она видела, что он уходит, ей почему-то казалось, что она не сможет его удержать.

– Вы часто носите этот браслет, – сказал Кэвелл, глядя на руку Дженит, которой она придерживала сюртук.

Наверное, он запомнил его, потому что аристократки редко носили одно и то же украшение от встречи к встрече. Тем более что браслет на запястье Дженит был скромным и совершенно не подходил для такого банкета.

– Мне его подарил особенный человек, – тихо ответила девушка, коснувшись украшения.

– А, он от Иджекиила?

– Нет.

Этот ответ лишь разжег любопытство Кэвелла, и Дженит улыбнулась.

– Если от самого сердца пожелаю чего-то, это желание исполнится, – неожиданно для самой себя пробормотала Дженит, глядя в ночное небо.

Причина, по которой она достала из шкатулки браслет, много лет пролежавший там, заключалась в тех словах, которые произнес подаривший его человек.

– Я в это верю.

– Хорошо, если так…

За спиной улыбающейся девушки снова всколыхнулась черная энергия, но никто этого не заметил.

Вскоре на террасе появились другие люди. Они переживали за Дженит и пришли ее проведать. Она поблагодарила их и вернулась в зал в поисках Иджекиила.

В последнее время у нее так часто менялось настроение, что было даже стыдно за столь глупое поведение. Решив, что скажет Иджекиилу, будто ей уже лучше, она увидела его.

Вместе с принцессой Атанасией.

Ах. Опять это выражение в его глазах, когда он смотрел на принцессу. Дженит начала задыхаться, словно ее медленно погружали в воду.

Они стояли так близко, смотрели друг на друга и выглядели так естественно… Казалось, ничто в мире не способно их разлучить. Сколько бы она ни протягивала руку, ей было до них не достать. Ни до одного из них.

– Леди Магрита, вам уже лучше?

С ней разговаривали другие юные аристократы, но сама Дженит застыла в оцепенении.

– Леди Магрита?

– Нет…

С губ Дженит сорвались неизвестно кому адресованные слова.

– Я не Магрита.

Она чувствовала себя совершенно одинокой и несчастной в толпе смеющихся и веселящихся людей. Дженит никак не могла принять, что несчастной ее делали те, кого она любила больше всего на свете.

* * *

– Сэр Эрнст! Вот вы где!

После того как Дженит покинула террасу в поисках Иджекиила, Кэвелл Эрнст с угрюмым видом стоял в углу бального зала. Вдруг его кто-то радостно окликнул.

– Вот, это же ваше, да? Я храню его с охотничьих состязаний.

– Ах, это с вами мы должны были сегодня встретиться!

Во время разговора выяснилось, что произошло недопонимание касательно места встречи. Зато потерянный подарок наконец-то вернулся в руки Кэвелла. Он принял его с замиранием сердца.

А!

Может, его воображение разыгралось, но стоило взять в руки золотой медальон, как ему стало не по себе. Хм? Почему он, как щенок, бегал за леди Магритой?

– Что-то не так?

– Н-нет, все в порядке.

От души поблагодарив юношу за то, что тот вернул ему медальон, Кэвелл ушел. Однако чувство растерянности никуда не делось. Рыцарь искренне не мог понять, почему он так непристойно вел себя, увиливая за сестрой Иджекиила, словно был до беспамятства влюблен в Дженит Магриту.

– Ах! Сегодня ведь мой последний день в Обелии, а я даже не поздоровался с феей! Кто знает, когда снова смогу ее увидеть после возвращения в Арланту?!

Эта внезапная мысль взволновала его и заставила броситься на поиски принцессы Атанасии.