Дома он плеснул в стакан виски, а затем снова открыл письмо с прикрепленным фото на своем ноутбуке. Возможно, теперь, на другом экране оно будет выглядеть иначе. Увы, лицо было тем же самым.

Разве что…

«Сколько ему тогда было? – задумался Клэй.– У детей иная шкала для оценки возраста. Все взрослые кажутся им просто старыми. Я бы сказал, что в то время Фокуснику было лет тридцать, самое большее – сорок. Вряд ли меньше».

Мужчина на фотографии выглядел так, будто не постарел ни на день.

Клэй встал, вновь наполнил стакан и принялся мерить шагами свою маленькую квартиру. В голове постепенно нарастала боль.

«Насилие не происходит в вакууме,– думал он.– Это не единичный акт. Что мы обнаруживаем, когда находим агрессора? Мы обнаруживаем закономерность. Историю».

Клэй знал, куда ведут эти мысли, но ему не хотелось их развивать. Не сейчас.

Вместо этого он позвонил Никки Альварес. Он познакомился с Никки несколько лет назад, когда она была проблемным подростком, кочующим из одной приемной семьи в другую. Чрезвычайно смышленая девочка, Никки долго и упорно работала с ним, несмотря на свои проблемы, поверив обещанию Клэя, что в конце темного туннеля ее ждет свет. Клэй не хотел, чтобы она стала еще одной жертвой прогнившей системы и дурного влияния города, поэтому работал ради нее с не меньшим усердием. В итоге она справилась – еще одно подтверждение ее способностей. И решимости. Теперь Никки жила в собственной квартире в центре Ист-Лансинга и работала в IT-сфере, выполняя различные госконтракты. Она была компьютерным гением, и Клэй не раз прибегал к ее услугам, чтобы отследить личности детей на фото. Размышляя об этой ее способности, он набрал номер Никки.

– Сейчас отправлю тебе фотографию одного мужчины. Попробуй прогнать ее через свою программу распознавания лиц. Может, удастся найти совпадение. Было бы здорово получить имя или адрес, но буду рад, если найдешь страницу в соцсети или что-нибудь еще.

– Принято,– сказала Никки.– Это какой-то педофил?

– Честно говоря, я понятия не имею, что мы ищем. Давай пока оставим это между нами.

– Само собой, шеф,– сказала Никки. Она знала правила.

Клэй (по своему обыкновению) спросил, как у нее дела, и Никки (как всегда) ответила, что «дела идут в гору, как альпинист на вершину Эвереста», после чего они завершили разговор.

Закономерность.

История.

Какова вероятность, что этот ублюдок все еще на свободе и ходит по одному и тому же кругу?

Клэй вернулся к компьютеру и поискал свежие новости о детях из Лексингтона и его окрестностей. Один заголовок сразу бросился ему в глаза:

11-ЛЕТНЯЯ ДЕВОЧКА

СМЕРТЕЛЬНО РАНИЛА ПОДРУГУ

Жертву звали Шарлотта Браун. К статье прилагалось фото. Большие очки, смущенная подростковая улыбка. Изящное личико в обрамлении непослушных песочных локонов. Слегка потерянный взгляд. Маленькая и щуплая для своего возраста.

Как следовало из новостной заметки, Шарлотта Браун отправилась со своей подругой и соседкой, одиннадцатилетней Молли Брум, в безымянный лесок на окраине Пенанса – сельской фермерской общины, где жили обе девочки. Полиция заявила, что девочки, судя по всему, играли там уже некоторое время: был обнаружен пристроенный к дереву самодельный дощатый домик, а также другие предметы. Судя по отзывам, девочки были хорошими подругами. Однако в то утро Молли Брум зарезала Шарлотту Браун ножом. Через некоторое время, когда отчим Молли, Стив Рассел, увидел ее в спальне всю в крови, девочка призналась в содеянном. Мистер Рассел позвонил в полицию. Новостная статья завершалась сообщением о том, что Молли Брум будет осуждена за свое преступление как взрослая.

Инцидент произошел чуть больше месяца назад, а городок Пенанс, штат Кентукки, находился примерно в двух часах езды от Лексингтона. Клэй мог бы закрыть глаза на эту историю, если бы не строчка о предполагаемом мотиве, толкнувшем Молли на убийство подруги.

Молли Брум утверждала, что убила Шарлотту Браун по приказу человека, живущего в лесу.

Клэй откинулся в кресле, глядя на светящийся экран с фотографией Шарлотты Браун. У него в голове пронесся миллион мыслей.

Если бы не эта статья, он в конце концов вы-

кинул бы из головы письмо Мии Томасины. Если бы не его убеждение в циклической природе насилия, он и не подумал бы искать нечто подобное в Сети. Даже сейчас ему хотелось отмотать время назад и прикинуться дурачком. И, возможно, все-таки удалить письмо Мии.

Но все случилось так, как случилось.

На следующий день, рано утром, Клэй позвонил коллеге из округа Фейетт – женщине, с которой познакомился на конференции несколько лет назад и с которой провел ночь в гостиничном номере. Она обрадовалась звонку, и они немного поболтали, хотя Клэю не терпелось поскорее перейти к делу.

– Смертельное ножевое ранение в прошлом месяце. Городок под названием Пенанс… Молли Брум и Шарлотта Браун, обеим по одиннадцать. История наверняка наделала много шума в тех краях.

Женщина по имени Кейша защелкала клавишами.

– Эта Молли пару лет фигурирует в нашей системе. Хочешь, чтобы я отправила тебе файл?

– Было бы здорово. Там есть контакты ее родителей?

– Матери и отчима. Да, все здесь.

– Отлично,– сказал Клэй.– В заметке говорится, что в деле каким-то образом замешан мужчина, живущий в лесу…

– Мне об этом ничего не известно.– Кейша вновь застучала по клавиатуре.– А с чего ты вообще заинтересовался этим случаем?

Прижимая к щеке нагревшийся телефон, Клэй закрыл глаза. Что ей ответить? «Я просто наткнулся на эту историю, и она что-то во мне всколыхнула». Что отчасти было правдой.

– Ладно, дело твое. Не собираешься в ближайшее время приехать? Было бы здорово встретиться. Может, сходим куда-нибудь выпить?

– К сожалению, не могу,– сказал Клэй и тут же подумал: «Почему бы и нет? Я мог бы поехать завтра. Или даже сегодня. Прямо сейчас. Может, в этом что-то есть? Может, все это часть цикла? Или я просто гоняюсь за призраками?»

Он поблагодарил Кейшу и нажал отбой.

Не собираешься в ближайшее время приехать?

К черту.

Он решил, что поедет.