В ночь перед вторым испытанием я вместе с Сэфой и Мареком ускользнула с праздника во дворцовом городке. Члены королевских семей устроили себе собственный праздник в саду, окруженные стражниками на земле и лучниками на крышах. Я старалась держаться подальше от Верховного Равейна и Вауна, которые наблюдали за шумным празднованием с одинаковым отвращением на лицах. Торговцы, расставившие свои киоски вокруг большой деревянной платформы, рисовали то, что они продавали, на их фасадах. Никто из королевских особ не ел то, что продавалось на празднике, но я заметила, как Мехти протягивает мешочек с монетами торговцу, стоящему за прилавком с нарисованной курицей. На возвышенной платформе, перемежаясь с выступлениями танцоров и актеров, проходили бои, подобные тем, что устраивал Махэр. Актеры приготовили постановку, в которой они, как и Авалины, сидели за дубовым столом и обсуждали, стоит ли погребать себя вместе с Ровиалом. Также актеры разыграли финальную битву между сестрами и братом и их падение с Сираука в ожидающие их внизу гробницы. В представлении омальцев Капастра блистала, как герой.

Поскольку фестиваль проходил по всему городу, то чем дальше продвигался человек, тем разнообразнее была музыка. Я уже успела услышать сладкие звуки цитры[31] и быструю омалийскую колыбельную на лютне. Наблюдала, как мужчины размахивают палками, танцуя в такт барабанной дроби.

Потягивая сок из сахарного тростника, я шла по окраинам фестиваля, куда были вытеснены приезжие из соседних городов омалийские торговцы. Увернувшись от крутящегося в радужной юбке мужчины, танцующего танноуру[32], я увидела старого торговца, который сидел на земле, согнув узловатые колени под своим худощавым телом, и махал мне. На стеганом одеяле был разложен его товар, и яркие цвета привлекли меня.

– У тебя есть с собой деньги? – спросила я Уэса, и когда он кивнул, опустилась на колени, чтобы рассмотреть предметы поближе.

Плетеные браслеты и браслеты из бисера лежали вперемешку с кольцами всех размеров и дизайнов, но мое внимание привлекло ожерелье из плетеной веревки, лежащее в углу одеяла, пыльного от того, что на него попадала дорожная грязь. На выкрашенной в черный цвет тонкой веревочке болтался кулон, перевернув который я увидела разрезанный пополам инжир. Его семена были похожи на крошечные золотые бусинки, а прожилки, соединяющие их, были вышиты фиолетовым и розовым цветом. Внешняя сторона инжира тоже была фиолетовой, обведенной золотым контуром. Я провела большим пальцем по пушистой лицевой стороне.

– Сколько за это?

Я дала торговцу вдвое больше, чем он попросил, потому что не скупилась на низальские деньги, которые Арин все равно компенсирует Уэсу.

– У тебя ужасный вкус, – сказал Джеру, когда я сунула ожерелье в карман.

Внезапно дорога, по которой мы шли, резко пошла под уклон, и под нашими ногами посыпались камни. Мое сердце заколотилось, когда мне показалось, что я увидела, как женщина с вьющимися черными волосами исчезает в толпе. Куда бы я ни посмотрела, я везде видела Сорайу, но кроме нее на празднике мог появиться любой из ураби или муфсидов. Они кружили вокруг меня, как стервятники вокруг истекающего кровью оленя, выжидая, кто окажется ближе, когда у него откажут ноги.

Я попыталась унять свое беспокойство, сосредоточившись на текущей задаче. Когда мы вернулись к толпе отдыхающих, на сцену вышли танцовщицы, одетые в платья из тонкой ткани, по форме напоминающие рошельясов. Полоска ткани, изгибающаяся вокруг их груди и бедер, представляла собой длинную шею рошельясов, а короткая юбка, словно их тело, была расклешена. Волосы танцовщиц были заколоты, чтобы все могли увидеть колье в виде зубов ящероподобных любимцев Капастры. Застегнутое на затылке, оно удерживало соблазнительный ансамбль на их телах. За исключением тех частей, которые прикрывали небольшие полоски ткани, танцовщицы были практически обнажены, чем и привлекали внимание в равной степени и королевских особ, и стражников. Поэтому Сэфа, Марек и я, воспользовавшись моментом, ушли, как только они начали свой изящный танец живота.

Омалийские стражники во дворце узнали меня и разрешили войти внутрь. В Орбане осуществить эту затею нам бы точно не удалось. У меня было такое чувство, что наемники Орбана сделали бы нашу миссию просто невыполнимой.

– Ты знаешь, где находится комната Вайды? – спросила я Марека.

Мимо нас вверх-вниз по лестнице бегали слуги, готовя комнаты для пьяных королей и вельмож, которые должны были ввалиться в них.

– Третий этаж, восточное крыло, – ответил Марек. – Я узнаю ее дверь по охраннице, стоящей перед ней.

Утром Марека и Сэфу не беспокоило ничего, кроме головной боли. Они отказались говорить о том, что показала им Гайба, но им понравился мой рассказ о том, как Арин отомстил Вайде за ужином. Целый день я потратила впустую, гуляя по садам с другими чемпионами и обсуждая наряды, которые они подготовили для праздника вечером.

До сих пор наш план продвигался с ошеломляющим успехом. Сэфа просто спросила омалийского стражника, куда ей доставить вечернее платье султанши, и он указал ей нужное направление. Мареку было поручено отвлечь дежурную охранницу, стоящую у дверей, пока мы с Сэфой обыскиваем комнату Вайды.

Похоже, пока я проходила первое испытание в Орбане, Марек и Сэфа не сидели сложа руки, и девушка предложила мне неожиданное решение касательно того, что мы будем делать с кольцом после того, как его украдем. Путешествуя по деревням Орбана, Марек и Сэфа вернулись от какого-то аптекаря с нацарапанным заклинанием, помеченным тремя косыми линиями. Сэфа объяснила мне, что эти линии означают, сколько магии потратит джасади при его использовании. На все мои вопросы в ответ я получила ошарашивающее молчание.

Теоретически, как только мы украдем кольцо и используем его в обмен на нашу безопасность, это заклинание должно помешать Вайде нарушить свое обещание. Она не узнает о наложенном заклинании, если только не попытается причинить нам вред, а если она это сделает, то потеряет ход своих мыслей.

Пока мы шли в крыло, где располагались покои Вайды, слуги не обращали на нас особого внимания, а некоторые из них с завистью выглядывали из окна на толпу празднующих людей снаружи. Подойдя ближе к крылу Вайды, мы с Сэфой спрятались за углом, глядя, как служанка Лукуба, прислонившись к двери покоев Вайды, лениво поправляла шнурок на своем жилете. Марек взъерошил волосы и распустил верхние шнурки своей туники, с важным видом проходя мимо нас. При приближении Марека лицо девушки просветлело. Видимо, она знала его, потому что они виделись во дворце Слоновой кости. Озорно ухмыльнувшись, Марек прислонился рукой к стене над головой служанки и что-то шепнул ей на ухо, от чего она звонко рассмеялась. Глядя на то, как легко Марек пользуется своей привлекательностью, я не смогла сдержать приступа зависти. Я всегда думала, что мой характер не располагал к романтическим интрижкам, пусть даже мимолетным, но последние события, похоже, свидетельствовали об обратном. Но там, где Марек мог умирать от шести ножевых ранений и при этом находить в себе силы очаровать ближайшее живое существо, я чуть не сломала лодыжку, пытаясь не столкнуться с Арином этим утром. Я не понимала своей реакции на него и делала то, что у меня получалось лучше всего, особенно в момент внутреннего смятения, – я старалась его игнорировать. Ликующий вопль вернул меня с небес на землю. Служанка свободной рукой гладила Марека по груди, а он целовал ее пальцы один за другим. Судя по возмущенному вздоху Сэфы, она далеко не первый раз видела, как Марек кого-то очаровывает своей привлекательностью. В это время служанка уже просунула пальцы за пояс Марека, притягивая его бедра навстречу себе, а тот в ответ, прижав ее к стене своими широкими руками, захватил ее губы в поцелуе. Служанка обхватила Марека ногами за талию, взъерошила его золотистые волосы и стала покусывать его за ухо, а Марек схватил ее за полные бедра и подмигнул нам, прежде чем пинком распахнуть первую попавшуюся дверь и исчезнуть внутри вместе со служанкой.

Я выпрямлялась, следуя за Сэфой к покинутой служанкой двери Вайды.

– Мы не должны вмешаться?

– Соблазнение красивых женщин не проблема для Марека, – сказала Сэфа, закрывая за нами дверь. – Пусть развлекаются.

Покои Вайды были вдвое больше моих, и поэтому я подавила стон, ведь она могла спрятать кольцо где угодно. Ветерок из открытого окна в ее комнате доносил до нас тихие звуки музыки на празднике.

– Я возьму на себя правую сторону, а ты левую, – сказала я, выдвинув ящик ее туалетного столика, откуда показалась стопка красного нижнего белья. – Марек часто так делал, пока вы скитались по деревням?

Сэфа порылась в прикроватной тумбочке Вайды с другой стороны, обшаривая каждый ящик.

– Постоянно. Он не может не привлекать к себе внимание.

– А тебя это не беспокоит? – Я распахнула дверцу шкафа в поисках спрятанных там сундуков с драгоценностями.

– С чего бы это? – Сэфа занялась другой тумбочкой. – То, что я не интересуюсь подобными вещами, не означает, что я ожидаю того же от Марека.

Наверное, я выбрала неподходящий момент, чтобы удовлетворить свое любопытство, но, откинув подушки на диване Вайды и покопавшись в углу, я спросила:

– А Марек когда-нибудь хотел от тебя чего-то больше, чем дружбы?

Поджав губы, Сэфа продолжила рыться под подушками, наваленными на огромную кровать Вайды.

– Да, но это время прошло. Я посоветовала ему найти кого-нибудь в Махэре и построить жизнь с партнершей, которая разделит его страсть и преданность, – сказала Сэфа, заползая под кровать. Когда я вышла из ванной, она продолжила: – Он отказался.

– Он последует за тобой, куда бы ты ни пошла, а потому его отношения с другой девушкой из-за преданности тебе обречены на провал, – сказала я, и Сэфа тяжело вздохнула, открывая дверцы второго шкафа, стоявшего рядом с кроватью.

– Мы слишком долго зависели друг от друга, – ответила она, изучая дюжину платьев цвета слоновой кости, висящих внутри шкафа. – Он думает, что позволив себе полюбить кого-то, он разрушит нашу связь, и я не знаю, как доказать ему, что он не обязан мне своей жизнью.

Некоторое время Сэфа восхищалась каждой строчкой на подолах изящных шелковых платьев и оглянулась, только когда услышала, как я разрезаю подушку и засовываю руку внутрь.

– Раньше ты об этом не спрашивала.

Перевернув подушку на в другую сторону, я положила ее обратно на кресло.

– Раньше я не имела права спрашивать об этом.

– А сейчас имеешь? – спросила Сэфа, улыбаясь. – Если это что-то значит, то ты могла спросить об этом в любой момент, – сказала она, перебирая предметы на косметическом столике Вайды, переставляя духи и пудру.

Закончив с подушками Вайды, я подумала, что Сэфа была такой всегда. Она с легкостью предлагала мне свое сердце, и поначалу я думала, что эта легкость – ее недостаток, но на самом деле Сэфа была скупа на откровенности. Она просто решила довериться именно мне.

– Сильвия, что с тобой? – Сэфа отошла от стола и присела на диван рядом со мной.

– Эссия, не надо, –предупредила Ханым.

– Ты была права, – выговорила я, чувствуя, как пересохло мое горло.

– Права в чем? – Сэфа задумчиво нахмурилась, но после минутного изучения моего опущенного взгляда на ее лице промелькнуло понимание. – О, Сильвия, только не это! – У нее отвисла челюсть.

Слова полились из меня с силой крови, вытекающей из перерезанной артерии.

– Сэфа, наследник Низала приводит меня в ярость! Я никогда в жизни не встречала более параноидального человека. Он постоянно строит какие-то теории и манипулирует людьми с такой отрешенностью, что я никогда не могу угадать, какие ужасы он придумает на этот раз. Ты знаешь, что он ест правой рукой, когда у него хорошее настроение, и левой, когда плохое? Почему я об этом знаю? А если он прикасается ко мне, то… – Не в силах смотреть на Сэфу, я воткнула кинжал в подушку, прочертив диагональную линию по бархатной поверхности. – Он командир армии Низала, и я должна сгорать от ненависти к нему каждую секунду, проведенную в его присутствии.

– Не говори мне, что ты должна чувствовать, – сказала Сэфа, чьи карие глаза смотрели на меня без тени осуждения. – Скажи мне, что чувствуешь на самом деле?

Как я могла сказать ей о том, что она просит, если не могла найти нужных слов. Хотя слова… это было наименьшей из моих неприятностей. Большей неприятностью были мои глаза, прикованные к нему, как только он входил в комнату, и мое сердце, бьющееся с удвоенной силой, стоило ему приблизиться ко мне. Но хуже всего было то, что я не могла признаться Сэфе в том, что с наследником Низала я не просто чувствовала себя самой собой, а была ею.

– Она идет! – запаниковала Сэфа, когда снаружи раздался голос Вайды.

– Прячься в красный шкаф. – Я столкнула ее с дивана и подождала, пока она захлопнет за собой дверцы шкафа, прежде чем спрятаться самой.

Забравшись в белый шкаф, я закрыла его двери и погрузилась в темноту как раз в тот момент, когда дверь в комнату с грохотом распахнулась. Посмотрев в узкую щель шкафа, я с удивлением увидела, как Вайда буквально вбежала в комнату.

– Возможно, этому нищему королевству и недостает чего-то во всех других отношениях, но их в праздники, – икнула она, – не разочаровывают.

Судя по ее нетвердой походке, султанша не сдерживала себя в употреблении омальских вин. Вторую фигуру я узнала по линии его широких плеч еще до того, как он заговорил.

– Смотри под ноги, – предупредил Арин.

Споткнувшись об ножку стула, Вайда налетела на наследника и прижалась к его груди. Казалось, она была сбита с толку, обнаружив, что Арин сжал ее запястья руками в перчатках и отвел в сторону.

– Это из-за вчерашнего? – нахмурилась Вайда. – Это было всего лишь недоразумение. Ты что, мне не веришь?

Она приподнялась на цыпочки, и, пытаясь разглядеть, что происходит, я, прищурившись, опасно приблизилась к дверцам шкафа, рискуя их открыть.

– Ты никогда не задумывался, какой бы мы были парой, Арин? – пробормотала она. – Неужели ты ничего не делаешь просто ради удовольствия? Ты должен как-нибудь попробовать, ведь никакой контроль не может быть таким совершенным.

Я видела Арина только в профиль, но даже так могла разглядеть его равнодушие к самой красивой женщине во всех королевствах, более того, являющейся потомком самой Байры.

– Мой контроль далек от совершенства, – сказал он. – Но он точно лучше твоего.

Быстрым движением Арин прижал пальцы к какой-то точке на шее султанши и рывком повернул ее голову в сторону. Глаза Вайды закатились, и я прикрыла рот обеими руками, когда он подхватил ее обмякшее тело и уложил ее на кровать, позволив себе вздохнуть, только когда убедилась, что Вайда дышит и ее грудь вздымается. Он всего лишь усыпил ее.

Арин выдвинул ящик прикроватного столика Вайды и затем, слегка наклонившись, пошарил в нем рукой. Я увидела, что, выпрямившись, он достал из кармана маленькую коробочку.

– Он за минуту сделал то, что ты и твоя бесполезная подружка не смогли сделать за двадцать, – сказала Ханым.

Он нашел кольцо Вайды, но зачем оно ему?

Напрягая память, я вспомнила, что вскользь упоминала о кольце в тот день, когда рассказала ему о предложении Вайды. Меня не должно было шокировать, что даже такое краткое упоминание послужило катализатором для следующего плана Арина.

Я смотрела на то, как он приложил кольцо к какой-то массе в коробочке, а затем вернул коробочку в карман, а кольцо в ящик комода. Остановившись на полпути к двери, Арин внезапно вздернул подбородок.

– Дура, ты забыла про его слух! – выговорила мне Ханым.

Прикрыв нос и рот платьем Вайды, я смотрела на то, как Арин скользит взглядом по шкафу, и меня охватила паника, когда его взгляд на мгновение задержался на дверях, но затем он отвернулся и открыл дверь комнаты, и я с облегчением выдохнула.

– Султанша упала, когда снимала обувь, и ударилась головой, – сказал он охраннице, стоящей у двери.

– О нет! Может, позвать дворцового лекаря?

– Не стоит. Пострадавшая отделалась лишь головной болью и искаженными воспоминаниями об этом вечере, – сказал Арин. – Но рекомендую немедленно принести ей лед.

– Сию минуту, – сказала девушка, и дверь за наследником захлопнулась.

Я досчитала до десяти и открыла шкаф. Сэфа тоже вылезла наружу, отбросив в сторону облегающие платья.

– Ты видела, что он делал с кольцом?

– Он будто бы сделал его оттиск, – ответила Сэфа.

– Откуда он знал, где Вайда его прячет? – Сэфа закрыла шкаф, и я взглянула на Вайду, чтобы убедиться, что она крепко спит.

– Они знают друг друга с детства, – хмыкнула я, приседая у ночного столика. – Похоже, у Вайды неизменный распорядок дня.

Кольцо свисало с гвоздя, который Вайда вбила в заднюю стенку ящика. Радуясь тому, что мы нашли его, я взяла его в руки, но тут же выронила, потому что оно обожгло мои пальцы.

– Что случилось? – Сэфа потянулась за кольцом, но едва она до него дотронулась, как с визгом выронила из руки.

– Как же тогда он брал его в руки?

Сэфа попыталась поднять кольцо, завернув его в подол своего платья, но ткань опалилась и почернела.

– Возможно, его защитили перчатки?

Я стиснула зубы, потому что меня охватило неудержимое желание придушить Арина.

– Нет, то же самое произошло и с Гайбой. Магия проходит сквозь него, как через сито, и, возможно, он догадался о том, что сможет вытерпеть жар кольца достаточно долго, чтобы сделать оттиск и вернуть его на место.

– А ты догадлива. – Сэфа хмуро посмотрела на толстый ковер, на который упало кольцо.

– Это не догадка, – прорычала я. – А теория. Он же не единственный может их строить.

Влияние на меня той куклы оборвалось, когда я задела ее своими браслетами. Если верить Сорайе, то браслеты сдерживали даже самые сильные заклинания слежения, а если это так, то, вполне возможно, они могут свести на нет и магию кольца. Или хотя бы смогут сдерживать ее достаточно долго, чтобы мы смогли донести кольцо до нашего крыла.

– Поторопись. – сказала Сэфа. – Стражнице недалеко идти до кухни.

Поднять кольцо, держа его между запястьев, оказалось более сложной задачей, чем ожидалось. Судя по настороженному взгляду Сэфы, она явно думала, что я лишилась рассудка. Ведь она видела лишь кольцо, которое я странным образом пыталась удержать, но не услышала никаких объяснений, почему оно не обжигало мою плоть.

Подняв кольцо, я кое-как переложила его на правое запястье и старалась держать руку прямо, направляя пальцы вниз.

– Хорошо, хорошо! – выдохнула Сэфа. – Я пойду вперед и постараюсь расчистить нам путь к нашему крылу. Марек, наверное, ждет нас за углом.

Она еще раз взглянула на мое запястье, чтобы удостовериться, что кольцо не обжигает его, и выскользнула за дверь, оставив ее приоткрытой, чтобы я могла пнуть ее ногой.

После того, как я сделала несколько осторожных шагов в сторону двери, кольцо на моем запястье закачалось. Я старалась держать руку как можно ровнее и почти вышла из покоев Вайды, как вдруг услышала голос:

– Я бы не советовала тебе делать это.

Чуть не уронив кольцо, я осторожно повернулась. Султанша сидела на кровати, уставившись на меня совершенно белыми глазами. У меня не было ни малейшего сомнения в том, что существо, сидящее на постели и улыбающееся мне, не было султаншей.

– Ты… Байра? – спросила я, поперхнувшись.

Тварь в обличии Вайды засмеялась, откинув голову назад.

– О, моя дорогая, конечно же нет. Но она соединила меня со своей печатью на кольце, и боюсь, я должна настаивать на том, чтобы ты вернула кольцо законному владельцу.

К несчастью для нее, я не для того затеяла эту авантюру, чтобы какой-то упырь помешал мне. Поэтому, не сводя с нее взгляда, я попятилась назад, но прежде чем я успела сделать еще хоть один вдох, эта тварь в теле Вайды материализовалась прямо передо мной. Кольцо со звоном слетело с моего запястья и упало где-то между нашими телами, а это существо приблизилось ко мне настолько близко, что я увидела, как светятся ее глаза молочного света.

– Почти получилось, – буквально пропело оно. – Несмотря на их попытки, твой выбор снова и снова оставался неизменным. Кто же знал, что тебя ожидает такой успех?

Любопытство исчезло с лица существа, и я съежилась от безжалостной угрозы, появившейся в его взгляде. Богатые покои омалийского дворца внезапно исчезли, и последние слова твари эхом отразились от стен темной хищной пещеры, в которой мы оказались. Меня окружила древняя магия, царапающая когтями мою кожу. С уверенностью обреченного на казнь человека, лежащего под топором палача, я могла сказать, что это не было волшебство, предназначенное для глаз простых смертных. Это было как первый крик птицы, выпорхнувшей первый раз из гнезда и неуверенно расправившей крылья для полета. Первым громом среди неспокойного неба. Водой, бурлящей под Авалинами, когда они отдыхали на своих тронах под Сирауком, поддерживаемые своей магией и пойманные в ее же ловушку. Я была комаром, сгорающим от приближения к поверхности солнца.

– Печать Байры предназначена только для ее султанши. Больше никогда не нарушай эту заповедь.

Не успела я и глазом моргнуть, как мы снова оказались в покоях Вайды, и существо вернулось в прежнее положение. Сев на кровать и улыбнувшись мне в последний раз, оно закатило глаза, и тело Вайды приняло такую же позу, из которой поднялось.

За дверью послышались шаги, и я услышала, как Марек пытается уговорить стражницу не входить в комнату. В растерянности я пнула кольцо ногой под комод, молясь, чтобы Вайда решила, что она сама сняла его с гвоздя, будучи в алкогольном опьянении.

Я протиснулась наружу как раз в тот момент, когда Марек обхватил лицо охранницы руками, отводя от меня ее взгляд, благодаря чему мне удалось прокрасться по коридору незамеченной.

– Где кольцо? – воскликнула Сэфа, когда я завернула за угол. – Оно все-таки начало жечь твои руки?

Я помассировала запястья, вздрогнув от воспоминания о силе, заключенной в пустоте пещеры.

– Да, – ответила я.