Конечно, Винсент Ван Гог был не единственным художником, страдающим от ментального расстройства. Норвежский художник Эдвард Мунк создал знаменитый шедевр под названием «Крик». Эта картина заставляет нас, современных людей, ощущать тревогу больше, чем что-либо, а ведь она создавалась в то время, когда термина «тревожное расстройство» еще не существовало! Эдвард Мунк в детстве наблюдал за психическим заболеванием своего отца и всю жизнь жил в страхе, что он и сам станет таким же.

Эдвард Мунк работал примерно в ту же историческую эпоху, что и Ван Гог. По стандартам того времени сложно определить, каким именно психическим расстройством он страдал, но многие специалисты считают, что у него, как и у Ван Гога, было биполярное расстройство. Отец Мунка работал врачом, у Эдварда были старшая сестра, двое младших сестер и младший брат. Когда Эдварду было пять лет, его мать скончалась от туберкулеза, и детей воспитывали отец и тетя.

Отец любил своих детей, но он был болезненно религиозен, и Эдвард Мунк описывал его так: «Мой отец был нервным и безумно одержим религией. От него я унаследовал зачатки безумия».

После того как у его сестры Лауры в раннем детстве обнаружили психическое заболевание, страхи Мунка стали только сильнее; когда старшая сестра Эдварда Йоханна Софи умерла от туберкулеза в возрасте 15 лет, его мысли о смерти и психических заболеваниях усилились еще больше. Он писал: «Я унаследовал два самых страшных врага человечества: чахотку и безумие[15]. Ангел ужаса, печали и смерти был рядом со мной со дня моего рождения. Ангел смерти следовал за мной, когда я играл в солнечном свете весеннего дня, в великолепии летнего дня. Он стоял рядом со мной, когда я закрывал глаза вечером, угрожая мне смертью и окончательным проклятием. Я часто просыпаюсь посреди ночи и смотрю в пространство широко открытыми глазами: я в аду?»[16]

Эдвард был свидетелем смерти сестры, что стало для него большим потрясением, которое неоднократно проявляется в его картинах в виде темы больного ребенка.

Мунк поступил в инженерный колледж, преуспевал в математике, физике и химии, но учебу завершить не смог и стал художником.

Как и Ван Гог, он пытался заглушить душевную боль алкоголем, но однажды в результате несчастного случая получил серьезную травму. Эта травма и неоконченная учеба в университете ухудшили его отношения с отцом. Говоря об отце, который был против занятий сына живописью, Эдвард заявил: «Я пытаюсь объяснить себе жизнь и ее смысл с помощью живописи».

На заре своего творчества Эдвард Мунк находился под влиянием импрессионизма, но постепенно начал писать в собственном стиле, полагая, что импрессионизм не может в полной мере передать внутреннее состояние человека. Мунк выражал страх и тревогу, рисуя вокруг персонажа цветные круги и тени. Поскольку родственники Эдварда умирали один за другим, он подумывал о самоубийстве и был госпитализирован в психиатрическую больницу из-за алкоголизма, но работать над картинами не перестал. Доктор Якобсон, который был его лечащим врачом, рекомендовал ему «держаться хороших друзей и не пить в общественных местах». После восьми месяцев госпитализации состояние Мунка стабилизировалось, его картины наконец стали получать признание, и он постепенно становился успешным художником.

Однажды Мунк написал: «Страх по отношению к жизни нужен мне так же, как и моя болезнь. Если бы у меня не было тревоги и болезни, я был бы подобен лодке без руля. Моя боль – это часть меня и моего искусства, ее нельзя отделить от меня, и, если моя болезнь исчезнет, мое искусство тоже будет потеряно. Я хочу, чтобы моя боль продолжалась»[17]. Несмотря на страдания, вызванные психическим заболеванием, Мунк дожил до 80 лет и умер недалеко от Осло, оставив после себя множество знаменитых картин.

* * *

Среди многих бедных деятелей культуры, которые устремились в Париж, город огней, после Первой мировой войны, был Эрнест Хемингуэй. Он врал хозяйке магазина «Шекспир и компания» Сильвии Бич, что его отец умер «в разгар трагедии», когда он был еще «маленьким мальчиком в шортах». Он утверждал, что единственным наследством, которое осталось ему от отца, было ружье, и Хемингуэю пришлось бросить школу и кормить мать, младших братьев и сестер на деньги, заработанные в боксерских матчах[18]. На самом деле его отец был жив и здоров, а гениальный писатель обладал природным даром придумывать правдоподобные истории.

Но как относиться к таким придуманным историям? Может быть, они стали для Эрнеста семенами его будущих проблем, или это было просто предчувствие? Спустя некоторое время отец Хемингуэя, врач Кларенс Эдмондс Хемингуэй, действительно покончил жизнь самоубийством. Известно, что Кларенс Хемингуэй на протяжении всей жизни страдал от резких перепадов настроения, навязчивых идей и склонности к суициду. Узнав о смерти отца, Эрнест говорил окружающим: «Может быть, именно так и я умру»[19]. В его романе «По ком звонит колокол» описана сцена, в которой отец главного героя покончил с собой из такого же ружья, как и Кларенс Хемингуэй.

Неясно, с какого времени этот выдающийся писатель, получивший Пулитцеровскую и Нобелевскую премии по литературе, страдал психическим заболеванием, однако известно, что у Эрнеста Хемингуэя с юности были те же симптомы, что и у его отца, а также бессонница, злоупотребление алкоголем и депрессия. Братья и сестры Хемингуэя тоже покончили с собой. За свою жизнь Хемингуэй был женат четыре раза, и каждый раз, кроме своего первого брака, он встречал новых женщин, еще будучи женатым, и из-за этого расставался с предыдущими женами. Рассказывая о семейном опыте с Эрнестом, жены Хемингуэя заявили, что они были близки, и называли друг друга «выпускницами университета Хемингуэя»[20]. Но история романов Хемингуэя, конечно, не ограничивается его четырьмя женами.

Психическое заболевание Эрнеста обострилось в конце 1930-х – начале 1940-х годов, когда умерли его коллеги-писатели Уильям Батлер Йейтс, Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Джеймс Джойс и Гертруда Стайн. После этого он объявил о перерыве в писательской деятельности и стал затворником на Кубе. Несмотря на пошатнувшееся здоровье и сильную алкогольную зависимость, Хемингуэй оставил после себя множество шедевров, включая повесть «Старик и море». Однако к концу 1950-х годов, когда Эрнесту исполнилось 60 лет, его здоровье достигло такого критического состояния, что он не смог завершить начатую рукопись.

В то время Эрнест Хемингуэй жил в Ки-Уэсте, штат Флорида (США), и в поместье «Финка-Вихия» на Кубе, но он навсегда покинул Кубу после того, как Фидель Кастро, который сверг режим Батисты и совершил коммунистическую революцию, объявил, что конфискует все американские активы. Семья Хемингуэя обзавелась новым домом и переехала жить в Кетчум – горнолыжный курорт в штате Айдахо. С тех пор Эрнест стал одержим рукописями, оставшимися на Кубе, и начал вести себя странно, утверждая, что Федеральное бюро расследований США следит за ним.

Зимой 1960 года Хемингуэй под псевдонимом был госпитализирован в клинику Мейо в Рочестере (штат Миннесота), где два месяца проходил лечение по поводу высокого кровяного давления. На самом деле его болезнью была депрессия, и известно, что во время пребывания в стационаре он 15 раз подвергался электросудорожной терапии (ЭСТ). Больница выписала ему счет, в котором не были указаны детали лечения. Это было время, когда не существовало достаточного понимания психических заболеваний и была широко распространена стигматизация. Известно, что Хемингуэй страдал от тяжелой депрессии, бреда преследования, маниакальных состояний и злоупотребления спиртным.

2 июля 1961 года Эрнесту Хемингуэю должно было исполниться 62 года, но он не дожил до этого момента. Воскресным утром, за 19 дней до этой даты Эрнест проснулся растерянным и расстроенным. Он встал с кровати, спустился в подвал, отпер замок оружейного ящика, достал ружье и патроны, после чего снова поднялся по лестнице и пересек гостиную широкими шагами. Его жена Мэри, проснувшаяся от грохота выдвигаемого ящика, спустилась в гостиную и обнаружила Хемингуэя, лежащего на полу…

О смерти великого писателя объявили газеты всего мира. Сначала было объявлено, что он погиб в результате осечки ружья, но позже выяснилось, что это было самоубийство, а не несчастный случай. В то время оно приравнивалось к психическому заболеванию…

«Жизнь писателя, когда он на высоте, протекает в одиночестве. <…> Избавляясь от одиночества, он вырастает как общественная фигура».