То, как было захоронено тело Годвина, поспособствовало распространению Корня Смерти. Из Пустулы Принца Смерти мы знаем, что он был похоронен у корней Великого древа:

«Говорят, что этот гнойник взят с лица Принца Смерти, того, кто раньше носил имя Годвин. Рассказывают, что, он, как Первый из Мертвых среди полубогов, похоронен глубоко под столицей, у самых корней Древа Эрд.»[496] – Пустула Принца Смерти

Это совпадает с тем, что мы видим в игре: труп Годвина в Низовье Глубокого Корня прислонен к корням огромного дерева. Хотя задним числом такое погребение может показаться глупостью, из многочисленных источников мы знаем, что погребение у корней Древа Эрд считалось наивысшей почестью мертвым: усопшие возвращаются в Древо Эрд. Однако именно эта связь способствовала распространению Корня Смерти, что подтверждается его описанием:

«В ночь страшного заговора украденная Руна Смерти позволила впервые убить полубога. Позже Руна Смерти распространилась по Междуземью через подземные корни Великого Древа, прорастая в виде Корней Смерти.»[497] – Корень Смерти

Как это нередко бывает с элегантным подходом к повествованию FromSoftware, это видно и в игре. у трона Годвина мы видим, как Смерть растекается из его разрушенного тела, поражая корни Великого Древа, а затем охватывая весь мир.

Важно понять, что на самом деле такое Корень Смерти. Это Руна Смерти, которая была украдена в ту роковую ночь, а точнее, ее частицы, которые Маликет не смог защитить. Он решил сотрудничать с охотниками, чтобы вернуть похищенное, пытаясь исправить свою ошибку, восстановить Руну Смерти и Золотой порядок.

Гурранк испытывает голод по отношению к Руне Смерти, к Корням Смерти. Он чувствует Руну, поскольку сам заковал ее в свое собственное тело, как мы узнаем из описания Черного клинка Маликета:

«Черный клинок Маликета, некогда хранивший в себе силу Руны Смерти. Слабый отголосок былого величия. Когда одной роковой ночью осколок Смерти был украден, Маликет заковал клинок в своей плоти, чтобы на Смерть никто и никогда больше не покусился.» – Черный клинок Маликета

Он силится все исправить, но, к несчастью для Маликета, некоторые вещи изменить нельзя. Когда мы возвращаем ему Корни Смерти, Маликет понимает, что зараза «полукруга в виде многоножки» слишком сильно распространилась по миру, чтобы все можно было вернуть на круги своя.

«Все… все это… съедено. И все же я не насытился… Еще не насытился… Марика… Это… и есть… грех? Неужели все… никогда не будет прежним… как раньше?» – Гурранк, жрец-зверь

Здесь мы возвращаемся к тому, что случилось с Годвином в Ночь Черных Ножей. Он получил лишь половину раны в виде многоножки, половину Руны Смерти, связанную только со смертью души – ту же половинку содержит и Корень Смерти. Это объясняет, почему те, кто поражен им, мертвы душой, но продолжают существовать телесно. Они буквально живут в Смерти.

То, что это проклятие называется «меткой многоножки», уместно по нескольким причинам – не в последнюю очередь потому, что эта половина Руны Смерти действительно напоминает многоножку. Однако более важна связь с идеями гниения и застоя в синто, где текущая вода считается хорошей, чистой и олицетворяет жизнь, а застойная – порчу, смерть и разложение.

У трона Годвина мы видим, как Смерть растекается из его разрушенного тела, поражая корни Великого Древа, а затем охватывая весь мир.

В застойной воде охотно размножаются микроорганизмы и насекомые, поэтому она часто используется как символ порчи и гниения. В западной культуре в том же качестве выступают мухи и личинки. В игре представлен и этот образ – вокруг разлагающегося трупа Годвина роятся мухи, мы слышим жужжание, когда пытаемся поговорить с Фией, а «шипы», растущие при накоплении статусного эффекта Смерти, – мушиные крылья. Однако полезно понять культурный контекст остальных образов, чтобы увязать их с водной тематикой. Многоножки относятся к категории паразитической жизни, которая процветает среди гнили. В японской культуре они часто используются как символ застоя. (Лучшее изображение этого в играх FromSoftware – в Sekiro, где присутствие паразитов-многоножек означает загрязнение божественных вод.) Эта ассоциация становится тем интереснее, если взглянуть на золотую многоножку:

«Золотые высохшие останки многоножки… Фундаменталисты Золотого порядка, особенно охотники на Тех, Кто Живет в Смерти, носят их как обереги. Поэтому такие останки можно встретить рядом с церквями и тому подобными местами.»[498] – Золотая многоножка

Под словом «оберег» (fetish) как правило, понимается талисман, используемый для духовной защиты. Учитывая, что это именно золотая многоножка, логично, что фундаменталисты Золотого порядка охотно используют ее в качестве защиты во время охоты в местах, отмеченных «полукруглой раной в виде многоножки».

Вот почему она символизирует Тех, Кто Живет в Смерти, – застойные формы жизни. Они застряли в одной части цикла. Именно поэтому Тех, Кто Живет в Смерти, описывают как находящихся вне Золотого порядка:

«Особенно действенное средство против Тех, Кто Живет в Смерти – оно не дает им снова восстать. Золотой порядок не знает пощады для тех, кто беззаконно преступил грань жизни.»[499] – Горшок со святой водой

Здесь повторяется идея выхода за некие границы, ведущего к загрязнению и застою, которые распространяются по мере того, как источник загрязнения соприкасается с другими существами. Это отражено в словах охотников, таких как Ди:

«Я повинуюсь лишь указаниям великого Кольца Элден. Те, Кто Живет в Смерти, находятся вне принципов Золотого порядка. Само их существование марает ведущее нас золото. Пятнает его истину. И этих паразитов нужно истребить… Всех до единого.» – Ди, охотник на мертвых

Таким образом, присутствие застойной воды в местах, где мы находим Тех, Кто Живет в Смерти, также имеет тематический смысл. Возможно, это объясняет также связанных с водой Лодочников Тибии, которые, похоже, переносят заразу Корня Смерти – еще одно проявление тем застоя и кэгарэ.

Как мы уже обсуждали, Те, Кто Живет в Смерти, по сути, представляют собой сбой в системе – и для того, чтобы это было возможно, в Золотом порядке должен быть какой-то изъян:

«Знаешь ли ты о Тех, Кто Живет в Смерти? Само понятие „жизнь в смерти“ противоречит Золотому порядку. По мнению Ди, этих оскверненных тварей нужно извести под корень. Но, по правде говоря, я ищу знак проклятия, чтобы спасти их. Наверное, тебе это покажется странным, но я кое-что обнаружил, изучая Ночь Черных Ножей. Эти души не повинны ни в каком преступлении. У них есть полное право на жизнь, они лишь случайно затронули изъян в Порядке.»[500] – Чародей Рожер

Как и Рожер, я испытываю большую симпатию к Тем, Кто Живет в Смерти. Случайно обнаруженный ими системный сбой – это изъятие и заточение Смерти, что уместно описано Целой руной Принца Смерти.

«Эта руна, сформированная из двух соединенных вместе полукругов – священных клейм, введет в Порядок принцип жизни в Смерти. Золотой порядок создали, заточив Предначертанную Смерть. Посему этот новый Порядок будет Порядком восстановленной Смерти.»[501] – Целая руна Принца Смерти

Таким образом, в основе Золотого порядка лежит отсутствие смерти. Мы видим, как это отражается на обитателях мира, в котором никто не умирает, а обречен на вечную жизнь, иссыхая заживо. Лучше всего это видно на примере комплекта Аристократа, который носят Странствующие вельможи: их иссохшее состояние описывается как результат нескончаемой жизни.

Выглядит прискорбно. Бесконечная жизнь может казаться очень привлекательной, но, как это часто бывает у FromSoftware, игра быстро развенчивает эту простую мысль. Если сковырнуть поверхностное величие Золотого порядка, становится ясно, что он по сути своей не работает: ни внутри, ни снаружи его нет цикличности. Те, кто живет в его пределах, находятся в таком же застое, как и те, кто оказался вне этих пределов, – что, вероятно, не было очевидно с самого начала.

Изъятие Смерти и убийство Годвина нарушили мировой порядок настолько же сильно, как и разрушение Кольца Элден. С этим соглашается Рожер:

«Знаешь ли, когда-то я хотел стать ученым. Я провел много часов, копаясь в архивах поисках сведений о том судьбоносном заговоре. Мир сделался кривым, и если ты хочешь его выправить, стоит сначала выяснить, отчего он стал таким, м-м?» – Чародей Рожер

Но это адское состояние нескончаемой жизни заставляет меня вспомнить один из моих любимых монологов Марики в игре, который мы слышим в Храме малого Древа Эрд на Плато Альтус:

«Я объявляю о своем намерении исследовать глубины Золотого порядка. Через познание праведного пути наша вера, наша благодать возрастут. Блаженные ранние дни слепых догм остались далеко позади. Друзья мои, разве вы должны колебаться?» – Королева Марика через Мелину

Как мне кажется, после создания Золотого порядка недостатки бессмертия стали очевидными, что привело к упадку веры. Это показывает лицемерие охотников Золотого порядка или, по крайней мере, их невежество, ведь живые и Те, Кто Живет в Смерти, – две стороны одной сломанной медали.

К чему на самом деле приводит ненависть, направленная на Тех, Кто Живет в Смерти, лучше всего описывает молитва охотников «Лечение порядка», которую мы уже рассматривали выше.

Как сетует Золотая Маска, охотникам нужен козел отпущения. И, как я уже говорил, Золотой порядок с его отсутствием Смерти в корне порочен, что и привело к застою самого потока жизни. Те, Кто Живет в Смерти, сознают этот очевидный изъян. Именно поэтому на них нужно охотиться и именно поэтому они стали козлами отпущения.

Когда Ди говорит, что «само их существование пятнает истину Золотого порядка», это заведомо противоречивое утверждение: будь Золотой порядок истинным, ничто бы ему не противоречило и не могло противоречить.

Однако есть и те, кто ищет обходной путь, способ отменить и обратить вспять порчу, заключенную в Принце Смерти, и спасти его. Настало время взглянуть на тех, кто мог бы избавиться от проклятия, терзающего некогда золотого Годвина.