После окончания войны Марика и ее люди покинули склоны гор и приступили к закладке фундамента новой эры – строительству города Лейнделла вокруг своего нового идола. Однако, как мы знаем, Пламя Погибели все равно представляло опасность, поэтому эти земли были объявлены запретными. Именно поэтому Маликет приказал своим последователям – плебеям-ополченцам и Родичам Черного Клинка – охранять дорогу в горы.

На самой горе был создан целый религиозный орден, призванный сдерживать пламя у источника. Об этом мы узнаем из описания молитвы «Гори ясно, пламя!»:

«„Пламя великанов“ – это пламя погибели, способное сжечь Древо Эрд. И вот после Великанской войны его разрушительная сила была запечатана, и к нему приставили стражей, чтобы следили за ним.» – Гори ясно, пламя!

Это, строго говоря, монашеский орден, но также и военная организация. Каждый такой монах – мужественный сильный воин, вооруженный, обученный и владеющий мощными огненными молитвами. У огненных монахов внушительный географический охват для группировки, не связанной ни с одним из полубогов, и им принадлежит несколько крепостей, включая Гарнизон стражей, расположенный под кузницей. Учитывая его расположение и присутствие Главного стража, можно предположить, что это их главная база. Также есть Могила героя-победителя великанов, которая, похоже, служит полноценной крепостью, и, наконец, недавно завоеванный форт Лайед на плато Альтус.

Этот орден призван стеречь пламя, и в самом начале, как я считаю, они не руководствовались ничем другим. На раннем этапе мы можем представить огненных монахов как последователей Древа Эрд, боящихся силы огня и посвятивших себя его укрощению. Если у вас есть сомнения в приверженности ордена и его связи с Орденом Древа Эрд, достаточно взглянуть на знамена в логове огненных монахов в Могиле героя-победителя великанов: на них четко изображен символ Двух Пальцев.

Усердную подготовку и духовную стойкость этих монахов, а также испытания, которые им пришлось перенести, подчеркивает Прах огненного монаха:

«Дух крепкого монаха, некогда охранявшего Великанское пламя. Искусен в огненных молитвах и устойчив к воздействию пламени. Хотя этому монаху было поручено стеречь Пламя, после многих лет несения этого почетного долга он все-таки поддался очарованию Пламени.»[338] – Прах огненного монаха

Однако мы узнаем, что такой подход и система убеждений не выдержали испытания временем, из молитвы «Кружись, пламя!»:

«Огонь завораживает тех, кто в него смотрит, поэтому стражи Пламени также поклоняются ему.»[339] – Кружись, пламя!

Сама сила пламени не только вызывала страх, но и завораживала, и нынешнее состояние, в котором мы видим орден, – нечто среднее между почитанием и сдерживанием пламени. Мы видим, что поклонение ему стало настолько важным для монахов, что они даже стали изображать на доспехах лик Павшего бога. В описании этого предмета подробно раскрываются их двойственные отношения с пламенем:

«Гротескное лицо на груди, по преданию, изображает порочного древнего бога пламени. Запреты благодаря внушаемому ими страху превращаются в непреходящую одержимость.» – Доспех огненного монаха

С точки зрения психологии, страх – одно из сильнейших средств, внушающих благоговение, так что неудивительно, что монахи стали почитать силу пламени и включили его символику в свою структуру. Мы видим, как монахи стали теми, кого мы знаем сегодня: их одеяния покрыты изображениями Пламени Погибели, а оружие подражает языкам пламени. Они создали устрашающие огненные колесницы с ликами великанов. (Если вас смущает, откуда мы знаем, что эти колесницы – творение огненных монахов, достаточно прочитать в игре заметку «Огненные колесницы», где прямо об этом говорится.)

Как показывает это устройство, монахи явно уважали силу павших великанов и, несомненно, считали себя их преемниками. Огненные великаны когда-то заботились о пламени, и не эту ли роль теперь выполняют монахи?

Однако следует уточнить, что цель огненных монахов – не давать пламени вырваться на свободу. Пламя – то, чего стоит опасаться. Я думаю, этот момент хорошо иллюстрирует описание молитвы «Пламя, очисти меня от скверны»:

«Одна из молитв огненных монахов. Создает внутренний огонь, выжигающий токсины. Замедляет накопление яда и красной гнили и исцеляет эти недуги. Оставляет на теле заклинателя едва видимые ожоги – напоминание о том, что он должен бояться пламени.»[340] – Пламя, очисти меня от скверны

Эта молитва – проявление верований монахов: тот, кто использует ее силу, не должен остаться невредимым, иначе монахи могут забыть о причинах, по которым несут свой долг. Члены ордена обязаны ходить по этой тонкой грани, никогда не забывая об опасности и цене своего служения. Поэтому такие молитвы, как «Пламя, даруй мне силу», орденом запрещены:

«Высшая молитва огненных монахов. Создает живительный внутренний огонь, который увеличивает силу физических и огненных атак. Эта молитва не оставляет на заклинателе ожогов и поэтому запрещена стражами Пламени.»[341] – Пламя, даруй мне силу

Видно, что этот орден одобряет только молитвы, оставляющие на заклинателе ожоги, ибо сила без последствий – скользкая дорожка, которая может привести к отказу от долга.

В связи с этим в обязанности высших чинов ордена входит охрана величайших тайн и проявлений Павшего бога, которые для остальной массы огненных монахов считаются слишком опасными. Эти вожди ордена – прелаты огня, где «прелат» – термин, обозначающий епископа или аббата[342]. Они не только исключительные воители, но и самые преданные, стойкие члены ордена.

Основную информацию о прелатах мы получаем из описания комплектов их доспехов:

«Массивные фигуры прелатов олицетворяли бремя данных ими вечных обетов охранять пламя. „Запечатлей на груди своей образ сей – сокрушительно тяжкий“.» – Доспех прелата огня

В обязанности высших чинов ордена входит охрана величайших тайн и проявлений Павшего бога, которые для остальной массы огненных монахов считаются слишком опасными.

Это дает понять, что именно они служат ордену наиболее осознанно и потому менее склонны дать пламени вскружить себе голову. Многие образы, связанные с прелатами, ассоциируются с тяжестью, символизируя возложенное на них бремя и важность их долга. Этим объясняется дородность прелатов и громоздкая броня, которую дополняют тяжелые молоты:

«Огромный молот, украшенный языками пламени. Оружие прелатов – предводителей огненных монахов – тяжелое, как и их благородное бремя.» – Адский посох прелата

Это самые стоические, несгибаемые члены ордена огненных монахов. Им известны великие тайны пламени, но они не забывают о своей обязанности – не давать ему вырваться на свободу. Достаточно взглянуть на историю Бирака, чтобы понять, насколько преданными являются члены ордена, и осознать, какую важную роль играют прелаты, напоминая об общем долге. Об этом персонаже мы узнаем из описания Подсвечника из черепа:

«Подсвечник, используемый для поклонения Бираку, самому почитаемому монаху-прелату великанского пламени. Бирака так тревожила ленивая самонадеянность, с которой монахи относились к пламени, что он сам отрубил себе голову в назидание остальным, завещав использовать ее как подсвечник. Его вера до сих пор тлеет в подсвечнике.»[343] – Подсвечник из черепа

Получается, этот прелат Бирак был настолько обеспокоен нерадивостью своих братьев, что обезглавил сам себя. Мы уже затрагивали такую самонадеянность: тонкая грань, по которой ступает монах, может привести к тому, что он прельстится пламенем и забудет об опасности.

История о Бираке также наглядно показывает, каким религиозным пылом, знаниями и властью обладают эти прелаты. Действительно, в подсвечник в буквальном смысле вделана его голова – если присмотреться, можно увидеть торчащую снизу рыжую бороду. Это еще один пример характерной конструкции шлемов прелатов, которые, кажется, повторяют в миниатюре саму тлеющую кузницу.

Рассмотрим их поближе:

«Говорят, что первоначально чашу на макушке этого шлема наполняли углями, и когда вера его носителя достигала апогея, чаша полыхала пламенем. Однако огонь в этой чаше давно погас.»[344] – Шлем прелата огня

Это описание объясняет, как пыл – и, очевидно, знания – прелата как стража пламени буквально поддерживает огонь в чаше. Видно, что извержения этого пламени очень напоминают силу огненных великанов. Огненные монахи, особенно знающие и набожные прелаты, способны использовать силу Павшего бога так, как мы никогда не могли бы. Нам не хватает концентрации и огненной веры – именно поэтому мы не можем достичь таких же результатов, даже завладев шлемом прелата.

Однако, несмотря на благие намерения ордена и его непоколебимых прелатов, сила пламени завораживает настолько, что в ней можно потеряться с концами. Пламя в той или иной степени почитают все монахи, но есть среди них те, что полностью забывают о своем долге и страхе и становятся одержимы лишь силой, даруемой пламенем. Эту концепцию объясняет комплект Монаха черного пламени:

«Монахи черного пламени, прельстившись богоубийственным черным пламенем, стали изменниками и бросили свои посты стражей. Соблазнам, которые таит в себе запретное, непросто противиться.»[345] – Доспех монаха черного пламени

Именно поэтому появляются монахи черного пламени, пренебрегшие долгом ради силы: они пытаются завладеть тем, что считают еще более могущественным – Черным Пламенем, убийцей богов.

Именно от такого отступничества должны отвращать монахов прелаты. Они стараются держать своих братьев в узде, показывая им на своем примере стоицизм и верность догме. Я думаю, эту идею религиозного пастырства у них подкрепляет еще одно оружие, которое можно видеть у некоторых прелатов, – Шипастый кнут:

«Огромный кнут, покрытый багровыми шипами. Такими сражаются прелаты, предводители огненных монахов. Орудие устрашающего религиозного подбадривания, сделанное по образу и подобию Шипов греха.»[346] – Шипастый кнут

Я полагаю, этот инструмент выступает средством не только религиозного «подбад-ривания», но и господства и усмирения, чтобы монахи и Виновники никогда не забывали о своем долге. То, что эти кнуты выполнены именно в форме Шипов греха, не случайно – этот инструмент используется орденом во исполнение своего долга стражей. Мы ниже еще раз вернемся к этой теме и обсудим ее подробнее.

Именно благочестие и чистота помыслов прелатов открывают им доступ к особенно опасным тайнам Павшего бога. Такие молитвы черпают энергию непосредственно из силы огненных великанов, как, например, «Пламя, испепели их»:

«Одна из молитв, черпающих энергию из силы огненных великанов… Эта молитва не упоминается в обычных молитвенниках. Только избранные знают о ее существовании.» – Пламя, испепели их

Чары, которые обращаются напрямую к огненным великанам и высвобождают всю мощь Павшего бога, нельзя доверить рядовым членам ордена. Только прелаты достаточно тверды в своей вере, чтобы постичь их и ответственно ими пользоваться.

Величайшая из этих молитв – Пламя Падшего[347] бога, в котором, как считается, обитает он сам. Эта молитва настолько опасна, что ее охраняет лично предводитель огненных монахов, Главный страж Арганти, о чем мы узнаем из ее описания, как и о драматическом повороте событий: эту бесценную молитву выкрал Адан, известный как Вор огня. Он получил такое прозвище, забрав Пламя павшего бога прямо из-под носа Главного стража. Интересно, что Адан в игре носит части доспехов прелата, так что он либо сам был прелатом, либо замаскировался.

Я бы выбрал последний вариант, главным образом потому, что доспехи выглядят на нем неуместно почти до комичности: мне нравится представлять, как он переодетым проникает в крепость огненных монахов. Заполучив желаемое, Адан бежал в Лиурнию, а затем оказался взаперти в узилище. Однако огненные монахи не знают ни его местонахождения, ни судьбы, и именно из-за этого военный отряд монахов вторгся в Лиурнию. Мы узнаем об этом из описания Горящей катаны монаха:

«Монахи пришли в Лиурнию по следам того, кто украл у них огонь.» – Горящая катана монаха

Если у кого-то из читателей остались сомнения в том, насколько серьезно монахи относятся к своему долгу, обратите внимание, с каким размахом они подошли к возвращению утраченной реликвии. Они даже напали на одну из крепостей столичной армии, форт Лайед, перебили всех солдат[348] и превратили ее в собственный оперативный плацдарм. По крайней мере, я полагаю, что дело обстоит именно так, поскольку единственный прелат, которого мы видим за пределами Вершин великанов, находится как раз в форте Лайед.

Итак, монахи – интересная компания: религиозный орден, который почитает пламя, но также служит ему стражами, охраняя его силу и секреты от тех, кто может безответственно использовать его мощь. И все же монахи занимаются этим не одни, ведь кроме них есть еще и чародеи шипов – виновники, которых наказали за преступления изгнанием и обязанностью помогать монахам.

Это ловкий политический ход со стороны Золотого порядка – превращать опасных инакомыслящих граждан в полезные орудия и одновременно отправлять их подальше от Лейнделла.