В 22:34 наконец началось движение. На сетчатке появилось тревожное предупреждение, отправленное разведчиком наверху.

Полковник Бао Нгуен встал, зарядил и поставил на боевой взвод свой компактный пистолет-пулемет «Тип-17». Он забрал его у убитого китайского сапера-спецназовца десять лет назад. Сержант Бычья Шея Буи взял свой «калашников»; остальные нетерпеливо переступали с ноги на ногу, ожидая приказаний.

Бао подал беззвучную команду: «Ждите моего сигнала!» – и прошел к двери. Он кивнул боевику у входа, тот ткнул пальцем в замок, отпирая его. Темноту разрезала полоса флуоресцентного света с пляшущими в ней пылинками. За дверью находился зал небольшого кафе. Хозяева кафе – давнишние помощники «Биньсыена», тихие, надежные, а само заведение находилось прямо напротив бара под названием «Плохие спят хорошо». Бар выполнял функцию штаб-квартиры «Зеленого дракона». Постоянный поток клиентов, но допускались только члены банды, местные полицейские, купленные с потрохами, а в последнее время изредка также и китайские военные.

За низким пластиковым столиком сидели трое, рубашки засучены, открывая ночному воздуху их животы; поперхнувшись пивом, они выпучили глаза от изумления и ужаса, когда из глубины зала появился Бао Нгуен. Эти трое были боевиками «Зеленого дракона», которым было поручено наблюдать за улицей перед баром.

– Как аукнется… – сказал Бао, нажимая на спусковой крючок.

Тра-та-та, тра-та-та.

Взорвались осколками разбитые стаканы с пивом, от пластикового стола отлетели выбитые пулями куски, боевики умерли.

Мгновение, всего лишь секунда-другая тишины, после чего начался рев.

Три крупнокалиберных пулемета, принесенных в здание по частям и собранных тремя этажами выше, открыли огонь. Из помещения в глубине и жилых квартир по обе стороны от него в зал мимо полковника Нгуена хлынули боевики, вооруженные до зубов, под крестьянской одеждой бронежилеты.

«Плохие спят хорошо» представлял собой современный двухуровневый бар: балкон, стекло, хромированная сталь, сияющая голубая неоновая вывеска. Перед входом вереница дорогих машин: «Тесла европас», глиммер-мопеды «Синопек», седаны «Вулин». Витрина из пуленепробиваемого стекла, стены армированы паутиносталью. Это не имело значения. Крупнокалиберные пулеметы наверху были из тех, что обыкновенно устанавливаются в башнях бронетранспортеров; они были похищены из арсенала в Хойане. Их пули пробивали стекло, вырывали куски из стен; тех, кто находился на балконе, разрывало пополам, конечности разлетались в разные стороны, изуродованные люди умирали еще до того, как падали на пол.

Бао двигался вместе со своими людьми, ведя огонь на ходу. Здесь уже было не меньше сорока боевиков с улицы, Бычья Шея кричал на них, призывая идти вперед, указывая огневые позиции, хватая за шиворот споткнувшихся и поднимая их на ноги.

Огненный шквал уничтожил фасад бара, разбитая вывеска брызгала искрами, звенел по металлу рикошет: у Бао в ушах громыхали непрерывные «тра-та-та» и «ба-бах». Двустворчатые двери заведения наглухо захлопнулись – сработала система безопасности; из мостовой вдоль всего тротуара выскочили сверкающие стальные защитные столбы высотой шесть футов, предназначенные для того, чтобы остановить идущую на таран машину; от пеших боевиков совершенно бесполезные.

Бао в непрерывном движении – остановка означает смерть – пересек полосу асфальта, отдавая беззвучную команду.

Наверху тотчас же откликнулись крупнокалиберные пулеметы, обрушивая всю свою мощь на входные двери. Бао прочувствовал всем своим телом удары тяжелых пуль. Массивные двери прогнулись внутрь, из пробитых отверстий повалил дым, двери прогнулись еще больше, левая створка лопнула пополам. Не прекращая стрелять, Бао прислонился к защитному столбу, используя его в качестве укрытия; Бычья Шея выкрикивал команды. Один боевик, подбежав к дверям, бросил внутрь гранату; двигавшаяся по дуге рука находилась в верхней точке, когда его сразила пуля, он выполнил сальто и упал перед дверями, однако дело уже было сделано, из бара повалил густой дым, а в пролом, открыв шквальный огонь, устремились еще двое.

Взревев во весь голос, Бычья Шея Буи с разбега ударил плечом в поврежденную створку двери, выбивая ее внутрь; боевики последовали за ним, под черной крестьянской одеждой спрятаны бронежилеты из паутиностали, конические бамбуковые шляпы с подкладкой из тонкой брони, никаких иллюзий, твою мать, ни у кого, вперед, следом за Бычьей Шеей, полковник Бао Нгуен присоединился к ним.

У Бао зажглись глаза, когда его боевики заполонили заведение, дорогая обстановка объята пламенем или испещрена пулевыми отверстиями, повсюду распростертые тела, ползущие, кричащие, боевики бегут вверх по лестнице следом за своим командиром. Полковник Бао, пылающий взор, зубы стиснуты, увидел поднимающегося с пола человека, главу «Зеленого дракона» Большого Круга, рот разинут, блеск золотых зубов, руки подняты, вся правая половина залита кровью, но Бао Нгуен пристрелил его. Без колебаний.

Пылающий взор, ствол автомата ходит из стороны в сторону, сверху спорадический огонь, вокруг его люди, в глазах у них уже разгорается огонь мрачного удовлетворения.

Опустив автомат, Бао Нгуен выдохнул. Огонь в груди постепенно начинал затихать.

– Так и откликнется.