Когда Линь снова открыла глаза, Бао по-прежнему был рядом. Закинув ногу на ногу так, что щиколотка лежала на колене, глядя на гибкий экран в руках. Над сигаретой у него в руке поднималась струйка дыма. Его обыкновенно пышные волнистые волосы были растрепаны, примяты, под глазами темнели мешки.

– Фыонг мертва.

Бао посмотрел на Линь. Усталым остекленевшим глазам потребовалось какое-то мгновение, чтобы сосредоточиться на ней и на ее вопросе.

– Да.

– И Кайли.

– Да.

Линь Тхи Ву уставилась в потолок. Белая краска пузырилась от сырости. Полная тишина, если не считать негромкого попискивания медицинского оборудования. Потрескивание сигареты Бао при затяжке. Линь чувствовала себя невесомой, словно воздух. В каком-то смысле освобожденной от собственного тела.

– Помните, мы обсуждали Х-37?

– Да.

– Он мне нужен.

Бао заколебался. Линь задумалась над тем, какие доводы может привести. К каким угрозам и мольбам может прибегнуть, чтобы получить желаемое. Но Бао наконец ответил:

– Да.

И это прозвучало как уступка.

– И также я хочу обратиться к Вычеркивателю. Я хочу очистить свой рассудок от этого дерьма.