Они устроились в тесном гостиничном номере, наслаждаясь царящей внутри прохладой. Фыонг и Линь плюхнулись на одну из двуспальных кроватей. Сняв шляпу, Кайли положила ее на стол у двери и облегченно вздохнула.

– Девочки, вас не было долго. Хорошо повеселились?

Фыонг и Линь лежали лицом друг к другу, зеркально повторяя позы. Линь хмурилась, Фыонг улыбалась, ее мысли были где-то далеко.

– Девочки! – повторила Кайли.

– Фыонг целовалась с парнем, – сказала Линь.

– Линь! – воскликнула сестра, теперь уже также хмурясь.

Кайли подбоченилась.

– Фыонг?

Посмотрев на нее, сестры разом уселись, обхватив руками колени. Кайли также была в совместном купальнике. Округлые бедра, красивое тело.

– Он высокий и красивый, – сказала Фыонг.

– И? – вопросительно подняла брови Кайли.

– Его зовут Роб. На вкус он был как океан.

– Гм… – пробормотала Кайли, и взгляд у нее стал рассеянным. – Похоже на мечту.

– Он показал мне, как кататься на гребне волны. У него сильные руки.

Кайли вздохнула.

– Быть может, мне также следует завести кавалера.

Линь все больше кривила лицо.

– Ты не сердишься?

Похоже, Кайли была озадачена ее вопросом.

– Милые девочки, вы становитесь женщинами. Я хочу, чтобы вы знакомились с хорошими парнями.

– Ты понравилась брату Роба, – сказала Фыонг. – Ты могла бы поцеловаться с ним.

– Он грубый. Все мальчишки грубые.

– Нет, не все, – возразила Кайли. – Только большинство. Когда-нибудь ты встретишь хорошего парня.

– Заткнись! – Лицо Линь стало пунцовым, губы сжались в тонкую линию.

Кайли наблюдала за сестрами, чуть склонив голову набок.

– Гм. Ну да ладно. В любом случае держитесь подальше от мерзавцев, выбирайте тех, кто на вкус похож на океан. – Она подмигнула Фыонг, и та хихикнула. – Ну а теперь, – сказала Кайли, – я хочу есть. Как насчет того, чтобы пообедать горячими чипсами?

Фыонг проворно вскочила с кровати.

– Да! Можно я пойду с тобой?

– Ну конечно. Линь, а ты как?

Плюхнувшись обратно на кровать, Линь Лэшли уставилась в потолок и пробурчала что-то невнятное.

– Ладно, – нисколько не смутившись, сказала Кайли. – Если хочешь, посмотри кино. Мы скоро вернемся.

Линь ничего не сказала, по-прежнему глядя в потолок. Взяв свои полотенца, Кайли и Фыонг ушли.

В тот вечер близнецы вырубились рано. Утомленные солнцем и впечатлениями. Линь снился сон, однако ее рассудок, как обычно, продолжал работать словно часы: тик-так, тик-так. И в этом полусознании кто-то стремился утащить ее в огромный бездонный океан. Она пыталась кричать, но у нее не получалось, давление на грудь нарастало по мере того, как ее увлекали все глубже, глубже и глубже. Линь открыла глаза, в горле еще на три-четыре секунды задержался страх, но затем до нее дошло, что это лишь рука сестры, откинутая в сторону, обнимающая ее.

– Все хорошо, милая? – с тревогой посмотрела на нее Кайли. Лицо, озаренное отсветом от электронной книги, мягкое, словно сон. Линь ничего не сказала.

Отложив книгу, Кайли на цыпочках приблизилась к ней. Склонилась над кроватью.

– Ты всхлипывала. Приснился страшный сон? – Сильные пальцы Кайли нежно скользнули Линь по щеке. – Милая!

Линь повернула голову, подчиняясь этому мягкому прикосновению. Посмотрела Кайли в лицо, и недовольство прошло. Тугой комок мыслей, сгустившийся у нее в сознании, рассосался.

– Да… – шепотом призналась Линь.

– Что тебе приснилось?

– Мне приснилось, будто я тону.

– О! Ты здесь впервые. – Кайли провела рукой ей по волосам. – Океан бывает страшным.

– Да. Нет. Мне такое уже снилось. Постоянно снится.

– О! – Кайли молчала, погруженная в раздумья, положив ладонь дочери на голову. – Милая, мне очень хочется спать. Не хочешь лечь вместе со мной?

– Хочу.

Кайли взяла дочь на руки, стараясь не разбудить Фыонг, легко подняла ее своими сильными руками. Линь, еще не полностью покинувшая мир снов, на время забыла о том, кого старалась изображать, и уткнулась лицом матери в грудь.

Кайли запела колыбельную, которую всегда пела Линь, когда та, еще совсем маленькая, появилась у нее в семье. Голос у нее был чистый и мягкий. Колыбельная, старая рок-баллада «Объятые пламенем деревья» про маленький городок, который не меняется со временем.

Кайли принялась медленно расхаживать взад и вперед по номеру, распевая про городок и потерянную любовь. Линь прижалась к ней еще крепче.

Повзрослев, Линь поняла, что на самом деле песня не про любовь. Совсем не про любовь. «Объятые пламенем деревья» были про невозможностью вернуться назад. Про то, что с человеком происходят такие сильные перемены, что уже никто не может его узнать. Даже он сам.

Однако в настоящий момент Линь не было до этого никакого дела. Ее волновали лишь всплывшие воспоминания о теплом теле, о доверии, о чувстве родственной близости.

Наконец Кайли положила ее на кровать и накрыла одеялом по грудь. Она допела колыбельную до конца, и Линь плавно качалась на волнах ее голоса и любви, которой он был проникнут.

К тому времени как баллада закончилась, веки у нее отяжелели. Какое же чувство уюта принесли эта песня, эта женщина! Зловещие голоса, что-то настойчиво нашептывающие в сознании Линь, притихли.

– Это твоя родина, милая, – прошептала ей мать. – Она всегда останется твоей родиной. – Она накрыла ладонью сердце Линь. – Я никогда тебя не покину, что бы ни произошло. У тебя всегда будет мать – всегда. Я никогда тебя не брошу, не так, как… Я никогда тебя не брошу.

– Обещаешь?

– Обещаю!