Войдя в «Метрополь», они поднялись на лифте, окруженные клеткой сверкающей позолоты и зеркалами. Только Бычья Шея и Линь.

Линь вздохнула, наблюдая за цифрами на дисплее над дверью, отсчитывающими этажи.

– Молчаливая, мне никогда не приходилось слышать, чтобы ты связывала вместе больше четырех слов, – сказал Бычья Шея. – Но вот ты говорила с этой девчонкой до тех пор, пока она не сломалась.

Линь пропустила его слова мимо ушей.

– Я всегда считал, что ты молчишь, потому что тупая, – продолжал Бычья Шея, однако блеск в его глазах показал, что ничего такого он не думал. – Но, похоже, это не так. Быть может, тебе следует почаще открывать свой рот.

Линь сдержалась, не выдав ответ, напрашивавшийся сам собой, сосредоточенно следя за цифрами.

Бычья Шея пожал плечам:

– Что касается другой проблемы – отправь ее в Сайгон.

– Кого?

– Нань.

Наконец Линь повернулась к нему.

– Это не так-то просто.

– Но осуществимо.

Двери кабины открылись. Шагнув на красную плюшевую ковровую дорожку, Линь убедилась в том, что поблизости никого нет, и повернулась к Бычьей Шее.

– Насколько это сложно? – спросила она по-вьетнамски.

– Это лишь вопрос денег, младшая сестра.

– И только?

– В оккупированном Вьетнаме мы самая крутая банда. И если уж мы не знаем, как перемещать людей, этого не знает никто.

– Бао никогда об этом не говорил.

Бычья Шея буркнул что-то невнятное. Что означало: «разумеется».

– Говорят, он служил в Доблестной Двадцать седьмой. И ты был вместе с ним, в сражении при Кхесане.

Лицо Бычьей Шеи стало каменным.

– Я видела выпуски новостей, – продолжала Линь. – Горы трупов, защитники использовали их в качестве брустверов. Боевые вертолеты китайцев спускались с неба, извергая пламя и дым, словно падшие ангелы. – Она тихо присвистнула. – О, быть свидетелем такой красоты!

Отступив в сторону, Бычья Шея вскинул подбородок.

Только тут Линь обратила внимание на него. Обратила внимание на себя. Она смахнула с лица волосы.

– Не будем об этом, – сказала Линь. – Твою мать, не будем об этом. Эта долбаная игра… она замкнула что-то у меня в голове, и изо рта льется какая-то чушь.

– У меня семья в Сайгоне, – сказал Бычья Шея, пораженный ее кровожадностью. – Две дочери, примерно одних лет с Нань. Если она захочет, можно будет остановиться у них.

Линь достала пачку сигарет и угостила Бычью Шею. Дав прикурить ему, она закурила сама и сказала:

– Спасибо.

– Не говори это с такой болью, младшая сестра, – проворчал Бычья Шея. – И пожалуйста.

Линь молча поджала губы.

– Если хочешь, можно будет также переправить туда и твоих родных.

– Они тут ни при чем, – сделала лицо бесстрастным Линь.

– Как и Нань.

– Никто не знает, что у меня есть родственники.

В глазах Бычьей Шеи вспыхнул огонь.

– Вот-вот начнется война с «Зеленым драконом». А воевать лучше необремененным.

Не обращая на него внимания, Линь кивнула на дверь в конце коридора:

– Пошли потолкуем с этим ублюдком-англичанином.