– Быстрее! Пока потолок не решил, что ему уютнее на нашем хвосте! – Кларе и остальным пришлось вспомнить своих далеких диких предков, периодически опускаясь в узком земляном ходу на все четыре лапы, пригибаясь и уворачиваясь от сыплющейся сверху земли и камней.

Матеуш, вцепившись в фонарик и не забывая оглядываться каждые три секунды, будто ожидал, что за ними в темноте ползет не то Энцо, не то духи его древних предков, и уже прикидывает, в какой яме удобнее всех похоронить.

– Ненавижу ползать по грязи! Я надеюсь, после этого нас хотя бы пригласят на торжественный обед. Или похоронят со всеми почестями. Или дадут медаль. – Игуана, самой природой задуманный для проползания по извилистым земляным ходам, умудрялся еще и ныть на бегу.

– Если выберемся отсюда живыми, я лично куплю тебе пончик, и будешь счастлив.

– Фисташковый?

– Фисташковый, только шевели хвостом поактивнее!

Ход вывел их в низкий подвал, выложенный небрежной каменной кладкой. Воняло плесенью, сырой землей и скисшей капустой. Вдоль стен валялись старые бочки и поломанные ящики. Они явно покинули древнюю часть лабиринта и оказались в относительно современных хозяйственных подвалах не то под пирамидой, не то под соединенным с нею системой переходов дворцом. Однако и здесь пол и стены продолжали дрожать, будто кто-то снаружи решил, что пора превратить пирамиду в каменную кашу.

– Все рушится, – прошептал Матеуш, – как будто под нами просыпается что-то… древнее.

– Или просто структура здания отвратительная. Я же говорила – не ставьте статуэтки с рубинами во вращающиеся механизмы! Не удивлюсь, если вскоре от Текаля останутся одни руины и неприятные воспоминания.

– Надо срочно уносить отсюда лапы. – Джонс заозирался в поисках выхода из подвала.

– Надо вывести отсюда детей!

– Нет времени. – Игуана нашел деревянную дверь, которая оказалась запертой с противоположной стороны.

– Тихо! Слышите? – Чуткий нос коати сначала уловил запах, а потом и звук.

Сквозь грохот разваливающегося на части лабиринта пробивался тонкий, еле различимый плач и призывы о помощи.

– Капуцины!

– Живы! Быстрее! – Джонс уже достал из поясной сумки связку инструментов и копался ими в замке единственной двери, ведущей из этого подвала.

Матеуш наметанным взглядом полицейского сразу определил, что это набор отмычек, и впервые в жизни порадовался, что в его команде есть профессиональный взломщик. Игуане для вскрытия замка хватило буквально нескольких секунд.

Они кинулись на выход из подвала, стараясь ориентироваться на звук и петляя по очередному узкому коридору. Впереди, уворачиваясь от летящих сверху камней, бежал Матеуш, последней, тяжело дыша и с трудом перебирая короткими лапками, бежала Клара. Через пару поворотов запыхавшийся коати буквально налетел на плачущую обезьянку, которая отчаянно пыталась открыть еще один огромный старый замок на массивной деревянной двери. Сквозь дверь пробивались плач и писк множества детских голосков.

– Пожалуйста, помогите! Они все там… я не могу открыть! – Обезьянка со слезами обернулась к Матеушу и Игуане, но, увидев позади них Клару, буквально кинулась запыхавшейся капибаре на шею.

– Лусинда!

– Пожалуйста! Тут все рушится, мы должны их спасти…

– Джонс! – Клара бросила гневный взгляд на игуану, и тот нехотя опять достал свою связку отмычек.

– С тобой я за сегодня превысил план добрых дел за весь год. Что бы вы без меня делали, а? – Он хмыкнул и буквально за пару секунд вскрыл и этот замок как раз в тот момент, когда рядом шлепнулась с потолка увесистая каменная плита, чуть не прищемив полосатый хвост коати.

Подземелье стало трястись еще сильнее. Замок щелкнул. Дверь с грохотом распахнулась.

По узкой, шатающейся от подземных толчков лестнице они под счастливые крики маленьких обезьянок сбежали вниз и кинулись освобождать их от кандалов и клеток. Сложные замки вскрывал Джонс, простые Матеуш сбивал с петель острым камнем, а Клара с Лусиндой помогали ослабевшим малышам выбраться из клеток и выйти в коридор из тюрьмы.

– Все хорошо, вы свободны, но надо торопиться! – Клара пыталась рассортировать перепуганных детенышей по направлениям, но все они, как назло, шли в разные стороны, цепляясь за хвосты друг друга.

Наконец-то все обезьянки оказались на свободе и, сбившись в круг возле двери, с надеждой смотрели на своих спасителей. Самых маленьких старшие держали в лапах.

– Вверх нам не подняться, – всхлипнула Лусинда. – Я проверила. Все завалено, и там еще остались медведи.

– Есть идеи? – Клара обвела старших глазами.

Джонс протянул с сомнением:

– Есть один вариант. Энцо говорил, что, кроме лабиринта, тут были еще и заброшенные шахты, в которых добывали драгоценные камни. Даже показывал мне схему туннелей, которые идут из Текаля практически до самой реки. Там должны остаться старые рельсы и вагонетки. Если повезет – выберемся.

– А если не повезет? – проворчал Матеуш, стряхивая с головы песок и мелкие камушки.

– Тогда хотя бы умрем в движении, – фыркнула Клара и подтолкнула его вперед. – Кто-нибудь знает, как отсюда попасть в эти заброшенные шахты?

– Я, кажется, видела рельсы, – пискнула Лусинда.

– Отлично, веди нас к ним. Вы с коати вперед, мы с игуаной сзади. Малыши в центре между нами, на разбредайтесь!

Лусинда побежала вперед и уверенно свернула в неприметный проход слева на ближайшей развилке. Сначала коридор был очень узким, долгие годы им явно никто не пользовался, но постепенно начал расширяться. При этом пол под лапами продолжал трястись с диким грохотом, каждый раз вызывая испуганный писк детей. Когда они наконец выбежали к большой полукруглой галерее, освещённой отсветами от алых кристаллов, притаившихся в стенах, все отчаянно задыхались, пытаясь восстановить дыхание.

– Это они? – прошептал Матеуш. – Настоящие рубиновые шахты?

– Рубины, мрак, рельсы и толпа детей – набор «выживание для начинающих». Все как мы любим, – мрачно отозвалась Клара.

Рядом стояло несколько ржавых, но все же целых вагонеток, похожих на деревянные ящики на колесах. Они были явно не рассчитаны на такое количество зверей, но выбирать не приходилось. Коридор, из которого они только что вывалились, с диким грохотом заваливали камни, падающие с потолка. Пол под лапами трясся настолько сильно, что становилось сложно даже просто стоять на нем.

– Все по вагонеткам! Самых маленьких – на колени, и держите их крепче! Цепляйтесь хвостами, если что. Ценности – к себе! Паника отменяется! – скомандовала Клара.

За несколько минут взрослым удалось унять суету и кое-как распихать капуцинов по вагонеткам. В первой осталось место для Клары с Матеушем, в последней – для Игуаны, который оказался буквально облеплен малышами.

– А как заставить эти штуки двигаться? – выкрикнул кто-то из обезьянок. – Тут нет никаких кнопок и педалей.

Коати и капибара переглянулись. Никто из них ни разу в жизни не видел вагонетку вблизи.