– Она не едет, – с нотками паники констатировал Игуана, ударив по борту вагонетки. – Как и моя мотивация.

– Неправда, – возразил коати, просунув лапу под корпус. Из них в транспортных средствах он разбирался явно больше всех. – Мотивация у тебя шатается, как и эта тележка. Осталось заставить хотя бы одну из них работать.

Вагонетка выглядела так, будто в последний раз на ней ездили ещё во времена, когда на земле только-только вымерли динозавры. Колеса заржавели, ось запылилась, торчащая вверх палка тормозного рычага застряла в положении «спасайся кто может». Внутри – пыль, старая каска и обглоданный хвостовой ремень. Никаких двигателей, никаких кнопок. Только рельсы, гравитация и вера в чудеса.

– Так. План простой. – Матеуш осмотрел шпалы и потер нос. – Мы снимаем тормоз, выталкиваем ее к наклонному участку и… надеемся, что ускорение сделает свое дело.

– Наклонный участок? – переспросил Игуана. – Ты уверен, что мы просто не разобьемся, слетев с рельс?

– Никто не уверен, но дальше есть небольшой уклон поверхности! Но у нас нет времени на геологическую экспертизу.

Полицейский что есть сил надавил на тормоз – тот заскрипел, застонал и со злорадным щелчком освободил колеса.

– Есть! Теперь толкаем.

– Как? Нам не хватит сил сдвинуть их с места. Мы не буйволы!

– Мы – герои, – буркнула Клара. – А герои иногда делают очень глупые вещи с очень древними вагонетками.

Матеуш и старшие обезьянки уперлись лапами в стенки, Клара толкнула сбоку, а Игуана изобразил поддержку голосом. Вагонетка скрипнула, дрогнула… и медленно покатилась. Сначала – как ленивец по утрам. Потом – как ленивец, которого догоняет стая голодных крокодилов или падающие с грохотом камни древних строений, окончательно решивших сложиться, как карточный домик.

– Запрыгиваем! – заорала Клара, не слишком грациозно запрыгивая внутрь вагонетки.

А вагонетка наконец-то достигла наклона и поехала сама. На одной надежде и законах физики весь поезд, размахивая хвостами и громко вереща от смеси восторга и ужаса, неуклонно начал набирать скорость. Вагонетки нырнули в темноту с визгом, достойным оперной труппы из испуганных капуцинов.

Чем сильнее они разгонялись, тем отчетливее рельсы дрожали под их весом, искры вылетали из-под колес, тоннель впереди изгибался пугающей дугой, как будто нарисованной лапой архитектора, вдохновленного кошмарами.

– Мы едем слишком быстро! – заорал Игуана из хвоста кавалькады, удерживая всеми пятью конечностями трех вопящих обезьянок. – Или слишком медленно, учитывая, что за нами все рушится!

– Не паникуй! – рявкнула Клара из первой вагонетки. – Пока мы на рельсах, мы живы!

– А если рельсы закончатся?

– Тогда ты станешь первой летающей игуаной на свете! – крикнул Матеуш и тут же пожалел. Впереди туннель резко ушел вниз под углом, больше похожим на спуск водяной горки для очень смелых и очень безответственных любителей аквапарков.

– ДЕРЖАТЬСЯ! – заорали одновременно Клара и Матеуш, цепляясь в деревянные борта.

Вагонетка сорвалась с привычного ритма и понеслась вниз, унося за собой визжащую процессию из всех остальных.

Свет фонаря метался по стенам, превращая тоннель в пляшущий вихрь теней. Из расколовшейся породы швырнуло струю раскалённого пара – и среди этого сумбура вспыхнул и тут же исчез символ когтя. Пирамида всё ещё дышала. И, судя по гулу и дрожи, была не в духе. Позади них с оглушительным грохотом рухнул свод подземелья. Камни катились по рельсам, с искрами отскакивая от колес. Один из кусков породы пролетел мимо и с хрустом ударился в край вагонетки Игуаны, отправив его в короткий, но драматичный полёт.

Впереди рельсы разветвлялись. Одна ветка – вверх и налево. Другая – в темноту, где было слишком тихо.

– КУДА?! – закричал Матеуш, со всей силы нажимающий на тормозной рычаг.

– Вверх! Всегда вверх! – закричала Клара. – Или… налево. Нет! Наверх и налево!

У вагонеток не бывает руля, поэтому за повороты отвечает рычаг стрелки на самих рельсах, которую надо было как-то умудриться переставить в нужное положение на полном ходу. Матеуш что есть силы толкнул заржавевший механизм, но он и не подумал сдвинуться с места.

– Я справлюсь! – из второй вагонетки прямо на ходу выпрыгнула Лусинда.

С перекошенной от решимости мордочкой она ударила лапой по рычагу, как будто собиралась выгнать из него всё забытое уважение к законам механики. Стрелка щелкнула. Вагонетка Клары влетела в нужную ветку, за ней – остальные. В последнее мгновение Игуана из последней вагонетки успел дернуть храбрую обезьянку за хвост и силой втащить ее внутрь.

Впереди туннель стал шире, воздух – прохладнее, а вдалеке показался свет.

– Неужели выход?! – радостно взвизгнул один из капуцинов.

– Или встречный поезд! – буркнул Игуана, пытаясь снять с морды малыша, который от страха забрался ему буквально под шляпу и лапами закрывал глаза.

Свет в конце тоннеля приближался. Камни сзади уже не катились – они падали массивными пластами, как огромные зубы гигантского каменного чудовища. Пирамида, дворец, весь затерянный город Текаль буквально проваливались под землю с диким грохотом и клубами пыли.

– Мы не успеваем!

– Успеем! – рявкнул Матеуш и изо всех сил дернул за тормозной рычаг, торчащий сбоку. Проржавевший металл не выдержал такого напора и переломился в лапах коати, однако поезд вагонеток при этом резко ускорился едва не выкинув половину вопящего содержимого наружу.

За очередным поворотом в глаза им ударил резкий свет. Последний рывок – и вагонетки с визгом и грохотом вылетели из ужасного подземелья наружу.

– А-А-А-А-А-А-А-А!!! – Все участники этой сумасшедшей гонки слились в диком вопле.

Выход из тоннеля за годы бездействия сдался на милость разросшихся джунглей, а некогда каменная платформа заросла высокой травой. Именно крепкие лианы, гуща кустов и травы спасли отчаянным беглецам если не жизни, то кости точно. Набравший скорость состав без тормоза сначала задержала путаница лиан, а когда все звери кубарем полетели наземь, их падение смягчили мясистые тропические растения. Не обошлось без царапин и ушибов, однако никто не получил серьезных травм.

Как только удалось собрать и осмотреть малышей, которым Клара раздала все свои запасы разноцветных лейкопластырей, все обернулись. И на короткий момент наступила абсолютная, почти нереальная тишина. Некогда величественная пирамида исчезла в клубах пыли, осев в глубины своего зловещего подземного лабиринта. Текаль больше никогда не станет обиталищем страха и, наконец, сможет превратиться в очередную культурную достопримечательность для туристов и искусствоведов.

Клара встала, поправила сумку и обвела взглядом спасшихся. Все были живы. Грязные, поцарапанные, но живые. И это было главное.

– Кто-нибудь хочет сказать что-нибудь героическое? – устало спросил пыльный Игуана, потирая ушибленный хвост, который почему-то очень полюбился маленьким капуцинам.

– Нет уж. Героического всем хватит на год вперед. Нам срочно нужно попасть домой. И в душ, и поесть! Но сначала проводить этих ребят к их родителям. Сможете отсюда найти тропинку до Ракчи?

– Да! – радостно завопили обезьянки, а Лусинда уже начала спускаться вниз с платформы по направлению к блестевшей вдалеке водной глади Амазонки.

Где-то среди деревьев запели птицы – будто древний хаос наконец отступил, и в эти места вернулась жизнь, спокойная и светлая, в которой больше нет места ритуалам, землетрясениям и ловушкам. Издали Клара заметила, как из-под развалин выбираются спасшиеся медведи. Она была рада, что они уцелели, однако предпочла побыстрее увести капуцинов подальше от места, где все они так много пережили.