Оставшиеся несколько часов пути по реке прошли спокойно. Если не считать горестные вздохи Матеуша, демонстративно баюкавшего свой немного прореженный хвост, и бесконечные анекдоты Луиса, которые после пяти часов в одной лодке детективы успели выучить наизусть. Клара старалась делать вид, что находится в лодке одна или как минимум совершенно не знакома с этими двумя.

Наконец вдалеке за бесконечными деревьями замаячили строения. Это были серые деревянные домики с треугольными крышами, покрытыми сухими пальмовыми листьями и травой. Некоторые из них стояли прямо в реке на высоких сваях, другие возвышались уже на берегу, а между домами были натянуты многочисленные канаты, лианы и подвесные мостики. В реке к сваям многих домов были привязаны деревянные лодки.

Чем ближе их лодка приближалась к деревне, тем больше напрягалась Клара. Она не раз была в кварталах и поселениях, где жили обезьяны, но ни разу не слышала там такой гнетущей тишины. Маленькие обезьянки обычно с визгом и криками прыгали, носились и лазали чуть ли не по потолку и стенам, а гвалт стоял такой, что капибара с трудом слышала собственные мысли. Эта же деревня казалась как будто вымершей, хотя тут и там на веревках виднелось сушащееся белье, слышался плеск весел о воду, а из труб поднимался легкий дымок очагов.

– Будьте наготове и держите ухо востро. Тут явно что-то не так, – предупредила она спутников. Те, тоже почуяв неладное, напряглись, быстро собрали вещи и напряженно всматривались в домики.

Луис почти заглушил мотор, и они тихо подплыли к берегу возле самого большого скопления домов на сваях.

Лодка мягко ткнулась носом в песок, и пекари, накинув петлю из каната на торчащий неподалеку столбик, заметил:

– Все-таки парковать лодку проще, чем такси в аэропорту.

– Похоже, нас ждали, – пробормотал Матеуш, нервно поводя острым носом по сторонам, пока Клара с рюкзачком неспешно и аккуратно выбиралась из лодки.

К ним действительно вышли – по шаткой лесенке одного из домиков спустился худой старый капуцин с серьёзным взглядом и густой белой бородкой, заплетённой в три тонкие косы с нанизанными на них бусинами и амулетами. Он был одет в свободную накидку из волокон пальмы и держал в лапе длинный резной посох, инкрустированный цветными стекляшками и ракушками. За его спиной мелькнуло еще несколько взрослых обезьян, но ни одного любопытного обезьяньего детеныша видно не было.

– Добро пожаловать, капибара из Лаимы, – спокойно сказал старейшина. – Мы ждали тебя с тех пор, как заметили дым с запада. Только тот, кто знает о статуэтке, может принести с собой такие знаки.

Матеуш и Клара воскликнули одновременно. Первый – удивленно, вторая – с возмущением.

– Откуда вы узнали?

– Я не из Лаимы!

Старый капуцин выразительно вскинул подвижные брови и укоризненно посмотрел на Клару. Капибара не в первый раз имела дело с шаманами, сохраняющими в глубине джунглей древние, никому, кроме них, не понятные знания. Она уже привыкла к тому, что шаман может не уметь пользоваться смартфоном или не знать, как включать душ. Зато они видят тебя насквозь, ведают то, что было, и часто то, что еще только будет.

– Вы нас ждали, – констатировала она, склонив голову в почтительном поклоне. – И знаете, что статуэтка Бога-Медведя пропала.

– Не пропала, а открылась, – тяжело выдохнул старейшина. – Прошу, пойдемте. У нас мало времени.

Капибара чуть заметно кивнула Луису, и тот, понятливо прихрюкнув, остался сторожить лодку. Неизвестно, что можно было ожидать от странных обезьян, к тому же детективы изначально не собирались посвящать ушлого таксиста во все детали расследования.

Вслед за ловкими капуцинами новоприбывшие осторожно поднялись по шаткой лестнице внутрь дома. Матеушу это далось легко, а вот Клара сопела, неуклюже перебирая короткими лапами.

Они оказались внутри просторной полутемной комнаты почти без мебели. На полу были расстелены разноцветные циновки, под потолком сушились связки пахучих трав, вяленой рыбы и плетенные из разноцветных ниток амулеты. Гостям предложили сесть прямо на пол, на набитые сухой травой пестрые подушки, а на низеньком столике перед ними уже стояло блюдо с сочными тропическими фруктами и дымился чай матэ. Его по традиции подавали в круглых сосудах – калебасах, сделанных из маленьких тыкв, – и пили через металлические трубочки с ситечком на конце, которые назывались бомбильи.

Клара уселась с видом капибары, которая уже всё поняла и ждет подтверждения. Матеуш достал блокнот с логотипом полиции Рио-дос-Анималес и приготовился записывать показания не то свидетелей, не то подозреваемых. Он заметно нервничал, потому что еще с прошлого их совместного дела опасался лесных шаманов, а перед ними вероятно был именно он. И действительно.

– Меня зовут Ауэрелиано-Буэно. Я шаман и старейшина Ракчи, и мы ждали чужестранцев из Лаимы, которые прибудут, дабы помочь страдающим жителям нашей деревни.

– Но мы приехали совсем по другому делу и не знали, что у вас проблемы, мы… – затараторил Матеуш, однако быстро умолк, повинуясь властному жесту старого обезьяна.

– Детеныши исчезли три ночи назад. Сначала мы думали, что это бандиты-ягуары, но следы вели в другом направлении. Следы лап с когтями. Следы медведей.

Клара кивнула. Она и боялась, и ожидала чего-то подобного. Все в этой нехорошей истории крутилось вокруг медведей.

– Тут рядом находится забытая древняя столица некогда могущественного клана медведей, верно?

– Ты хорошо осведомлена. – Старейшина одобрительно кивнул. – Долгие десятилетия она была практически заброшена и не доставляла никому хлопот. Однако несколько лет назад у клана вдруг объявился новый глава, древний город стали восстанавливать, туда стали стекаться золотые слитки, остатки медвежьего клана и всякие подозрительные личности. Энцо – правитель клана медведей, и именно в нем корень всех постигших нас бедствий. Когда-то они жили в согласии с другими племенами. Хранили лабиринт, хранили тайну. Но со временем всё изменилось. Энцо хочет вернуть клану былую силу. Он верит, что статуэтка Бога-Медведя и рубин, сияющий во тьме, – ключи к пробуждению древнего духа, заточённого в пирамиде Вечной Тени, укрытого в подземельях пирамиды.

– Пробуждению? – скептически фыркнул Матеуш, но его ручка перестала царапать по бумаге.

– Это не метафора, коати. Под пирамидами покоится зло, имя которого нельзя произносить вслух. Когда-то мы… – старейшина замялся, – …пытались уничтожить ключи от лабиринта. Но поняли: уничтожить их нельзя, пока стоит пирамида. Тогда мы унесли их подальше от медведей. Статуэтку я отнес в музей, взяв с его директора клятву, что он будет хранить ее в тайне. Клятва была нарушена, а рубин «Сердце Огня» был похищен из пирамиды еще раньше.

– Звери Энцо выкрали рубин и статуэтку из музея несколько дней назад, – вынужден был подтвердить Матеуш.

– А дети? – спросила Клара, голос её был сух, как кора мангрового дерева. – Зачем он взял детей?

Ауэрелиано-Буэно тяжело вздохнул, опустив глаза, и в этот момент стало очевидно, насколько он чудовищно стар.

– Я не знаю. Но мой учитель упоминал о древнем темном колдовстве, после которого зло будет выпущено наружу, и золотой век мира и процветания древнего города подойдет к своему концу. Я был молод, напуган и не захотел его слушать. Сейчас я боюсь, что наши детеныши нужны Энцо для жертвы и участия в темном колдовстве, способном пробудить духов Лабиринта Вечной Тени.

– Но духов не существует! – не унимался полицейский.

– Энцо считает иначе. В любом случае никто не похищает детей у их родителей из благих побуждений, – осадила его Клара. – Мы вернем малышей в деревню, а похищенные реликвии в музей. За этим мы и прибыли сюда.

Шаман благодарно выдохнул:

– Поэтому мы и ждали вас. Мы не можем противиться медведям, ведь когда-то наш народ служил им и давал клятву повиноваться решениям верховного правителя затерянного города Текаля. Но мы дадим вам проводника, который доведет вас до этого города, а еще… – Капуцин достал из кармана своей просторной рубахи полотняный мешочек и протянул его Кларе. – Это сонная трава. Добавишь ее в еду или питье, и даже самый крупный медведь проспит крепким сном не менее шести часов.

– Благодарю. Еще не знаю как, но, думаю, пригодится. – Капибара бережно спрятала мешочек в поясную сумку. Матеуш начинал всерьез полагать, что она ведет в другое измерение, в котором у его напарницы спрятан целый склад нужных, но совершенно неожиданных вещей. – Долго отсюда добираться до Текаля?

– По нашей тайной тропе не больше двух часов.

– А реки с пираньями на этой вашей тропе есть? – подозрительно добавил коати.

Старейшина усмехнулся.

– Нет. Только ядовитые стрелы, каменные обвалы и проклятие кровавого солнца.

Матеуш застонал и снова схватился за хвост.

– Поехали, – бросила Клара, оборачиваясь к спутникам. – Лабиринт сам себя не разгадает. А дети не спасутся по расписанию.

Они встали из-за стола и спустились вниз по шаткой лестнице. Ауэрелиано-Буэно сделал знак хвостом, и тотчас же к ним подскочил молодой обезьян в простой домотканой одежде и глубоко поклонился.

– Это Паоло, он будет вашим проводником.

Обеспокоенный Луис засуетился:

– Я не могу идти в джунгли! Я таксист, а не самоубийца! А мне еще надо присматривать за чужой лодкой и вернуть вас обратно в город целыми и невредимыми, и в Лаиме еще присматривать за больными детишками…

– Не проблема. Ты останешься в поселении присмотреть за лодкой. Если через три дня мы не вернемся, возвращайся в Лаиму, беги к директору городского музея, Хосе де Паньосу, и рассказывай все как есть. Пусть поднимает международную тревогу.

Пекари благодарно кивнул Кларе, а Матеуш нервно сглотнул слюну. Фраза «если через три дня мы не вернемся» отчего-то ему совсем не понравилась.

Провожать их вышли, кажется, все жители деревни. Заплаканные матери, отцы с надеждой в глазах – все махали лапами вслед, желали удачи и старались всучить что-нибудь в дорогу: кто флягу воды, кто спелый фрукт. Матеуш тоже предательски шмыгнул носом: одно дело искать никому не нужную древнюю рухлядь, а другое – спасать похищенных детей. Ведь именно для расследования таких дел он когда-то и стал полицейским. Чтобы помогать простым и обиженным зверям и добиваться для них безопасности и справедливости.

Капибара и коати молча последовали за проводником – в самую чащу джунглей, где начиналась тропа в земли, забытые картами и богами, скрытые лианами и древними тайнами. Впереди их ждали затерянный город, таинственный лабиринт, медведи, обезьянки и похищенные сокровища.