Британская поп-культура 1970-х годов – любопытнейшее явление, которое определяли три телевизионных канала и, до 1973 года, четыре национальные радиостанции. С окончания Второй мировой войны минуло 25 лет, но ее призрак до сих пор витал над Туманным Альбионом. Большинство государственных служащих, полицейских, банковских работников и управляющих магазинами в возрасте 50 с небольшим лет имели печальный опыт жизни в военное время. В обществе хватало людей, на чью долю выпало обе мировые войны. Сюжеты ситкомов того времени нередко отсылали к военному прошлому, напоминая об уважении к общественной иерархии. Вслед за сериалом «Папашина армия» (1968 г.) на экранах британцев транслировались такие телефильмы, как «На автобусах» (1969 г.), «Спасибо за покупку» (1972 г.) и «Бабье лето» (1973 г.). Наряду со знатоками своего дела, британские СМИ нередко курировали отставные военные, пытающиеся контролировать то, в чем не до конца разбирались, что приводило к возникновению своеобразных «независимых вотчин». Их создателями были опытные и до изворотливости хитрые ведущие – популярный ди-джей Джимми Сэвил, артист Рольф Харрис, певец Гэри Глиттер и другие мастера по пусканию пыли в глаза своему начальству. Под видимым блеском и очарованием эфира они скрывали нечто более темное и зловещее.
За нравами общества пристально следила Мэри Уайтхаус[81]. И пока песни «School’s Out» Элиса Купера, «Teenage Rampage» группы Sweet и, в особенности, «My Ding-A-Ling» Чака Берри мешали «Gudbuy T’Jane» Slade занять первое место в чартах, опытную блюстительницу порядка раздирал гнев: «Одна учительница сообщила нам, что застала целый класс юных мальчиков, распевающих эти песни, расстегнув штаны и усиливая их и без того очевидный, непристойный смысл. Впрочем, она далеко не единственный работник системы образования, кому по долгу службы приходится сталкиваться с подобным поведением современных учеников». По сравнению с ними Slade действительно казались вполне безобидными. Озорными, но милыми.
1 ноября 1972 года Slade выпустили альбом Slayed?. Пластинка стала первой студийной работой группы после обретения ими звездного статуса. Ее выход сопровождала мощная рекламная кампания. На промо-листовке была изображена четверка музыкантов, играющих на инструментах в гигантском гробу, а внизу красовалась подпись: «Slade. Их священная миссия – будить мертвецов». Рекламный текст гласил: «Slade пустят в пляс кого угодно, вне зависимости от его состояния… Прекрасный тому пример – их последний хит “Gudbuy T’Jane”. Вы уже Slayed?[82] Пора снова вернуться к жизни».
Музыканты на всех парах летели к высшей точке своей карьеры, и обложка альбома идеально отражала их суть. Хотя ребята оставили в прошлом скинхедство, Чес Чендлер задумал отразить в их образе уличную культуру, в том числе посредством феномена татуировок. Задолго до того, как войти в массовую культуру, наколки носили исключительно представители сурового образа жизни: моряки, торговцы на ярмарках, «стиляги», «тедди бои» и заключенные. Татуировкой на фалангах пальцев мог похвастать либо суровый мужик, либо конченый псих. Общественное отношение к наколкам наглядно демонстрировалось в культовой постановке 1973 года «Шоу ужасов Рокки Хоррора». В сцене, когда доктор Фрэнк-эн-Фертер спрашивает примерного Брэда Мэйджорса: «Есть ли у тебя татуировки?», тот так убедительно отвечает: «Конечно нет!», что становится ясно – он даже не рассматривал подобный вариант.
Чтобы подготовить образ, отражавший музыку их нового альбома, ребята отправились к своему давнему товарищу Гереду Манковицу, осевшему в самом сердце лондонского Сохо – в студии на Грейт-Уиндмилл-стрит, 41. «Кажется, именно в тот раз мы чуть ли не впервые целенаправленно делали снимки для обложки», – вспоминает Манковиц.
«Я помню техническое задание: придать их рукам и лицам четкость, что должно было сделать их образ жестче. Дэйв, позирующий в образе качка, выглядел странновато… Хотя он и в жизни был довольно спортивным. Зато мне понравилось, как Дон написал “Slade” под пластырями на фалангах пальцев, хоть и не знаю, зачем он их вообще лепил. Может, они помогали ему крепче держать барабанные палочки? В любом случае, это была отличная идея. По сути, все, что я должен был сделать – правильно расположить их в кадре, подобрать позы, придать четкость рукам и выразительность взглядам, будто спрашивающим: “Вы с нами или против нас?”».
«Вы с нами или против нас?» Так звучал девиз полярного мира Slade, где царил невероятный, бурлящий поток энергии по принципу «все или ничего». Звучание Slayed? и внешний вид ребят давали безошибочное понимание: уж они-то знают, что делают. При этом их внешняя жесткость всегда казалась немного напускной. «Думаю, так вышло из-за миловидной внешности Джима, – добавляет Манковиц. – Он играл роль местного Пола Маккартни, тогда как Нод – Джона Леннона. Как и Пол с Джоном, ребята выглядели одновременно и грубо, и гламурно, что, в свою очередь, отдавало театральностью. В общем-то вся эта история со скинхедами тоже казалось наигранной – никто из них не выглядел беспощадно, и особенно Дэйв».
Восторженные аннотации к альбому за авторством Криса Чарльсворта напоминали отзывы Тони Барроу[83] на альбом The Beatles десятилетней давности: «Нодди, Дэйв, Джим и Дон сделали себе имя исключительно благодаря уникальному музыкальному стилю. Сравнения излишни. Slade – это Slade, а Slade – значит “здесь и сейчас”». Именно после этой работы за Чарльсвортом закрепилась должность главного автора текстов о группе: «С выходом Slayed? в 1972 году я стал подрабатывать автором аннотаций к их альбомам, после того, как написал там какую-то нелепицу, – писал Чарльсворт в 2021 году. – Чес выдал мне чек на сумму двадцать фунтов – около двухсот пятидесяти фунтов в пересчете на нынешние. Солидный гонорар за какие-то триста слов».
Чес Чендлер делал для ребят все, что мог, привлекая к работе профессионалов. Геред Манковиц тоже тепло отзывается о сотрудничестве со Slade:
«Мне нравилось работать с ними. Ребята были невероятно креативные, умные и талантливые. Дэйв, хоть и регулярно создавал мне проблемы, вносил неоценимый вклад в жизнь группы. Будучи эксцентриком, он даже переодеваться уходил в туалет, поскольку не мог делать это при всех, и только потом выходил, напялив очередные нелепые каблуки. Как-то за кулисами я делал несколько снимков их отражений в зеркалах и навсегда запомнил, как Дэйв вывалился из уборной в своем роскошном наряде».
Тексты песен из альбома Slayed? звучат как манифест: «Забудь про свои внутренние запреты, мы пришли качать и отрываться» («The Whole World’s Going Crazee»); «Может быть, их парит это сегодня, но завтра уже нет» («Look at Last Nite»). Альбом занял первое место в Великобритании. В журнале «Melody Maker» рецензию от Билли Уокера украшала фотография Дона Пауэлла с красноречивой подписью: «бухло, цыпочки, их булочки и любовь».
«Этот альбом красноречиво заявил о том, как сильно мы продвинулась как группа, – рассказывал Дэйв Хилл в 2021 году в сообществе Facebook[84] “Slade Are For Life – Not Just For Christmas”. – Чес вместе с нами тщательно подбирал хиты и песни для концертных программ, а затем мы годами их исполняли. Как коллектив мы обрели новую уверенность и знали, куда движемся, так что работа в студии доставляла нам огромное удовольствие».
Австралийский фанат Стивен Кросс вспоминает: «К концу 1972 года я накопил достаточно денег и приобрел новый альбом Slayed?. Он мне, конечно, понравился, но все-таки не переплюнул мой любимый Slade Alive!. Зато покупка помогла мне понять, кто же изображен на обложке концертника. Оказалось, то была четверка крутых парней, так что совсем не удивительно, что их музыка была такой сильной и энергичной».
Сингл Gudbuy T’Jane со второй песней трек-листа альбома увидел свет 17 ноября, в самый разгар их гастролей, и сразу обрел бешеную популярность. Тон достаточно заметному топоту в этой потрясающей песне задают энергичные барабаны Пауэлла. Идея «Gudbuy T’Jane» пришла Ли во время отдыха у бассейна в калифорнийском Фресно, а сама песня была завершена во время трансатлантического перелета. Вдохновением для нее послужило телешоу, в котором группа участвовала в Сан-Франциско. Компанию на нем им составляла Джейн, сногсшибательная девушка, которая тихо сидела рядом с ведущим. Перед записью программы она потеряла свои модные туфли, и именно ребята из группы помогли найти пропажу. Возможно, это была Джейн Дорнакер, американская телеведущая и комедиантка, связанная с группой The Tubes и трагически погибшая в 1986 году. Холдер отшлифовал наработки товарища непосредственно перед визитом в студию и поскольку процесс записи получился свободным и непринужденным, песня была готова всего за два дубля.
«Мне было 12 лет, – вспоминает Кевин “Билли” Адамс. – В моей школе уроки музыки вел неплохой преподаватель, который, увы, потерял энтузиазм к работе. В начале урока он раздавал нам что-то вроде оркестровых колокольчиков и обещал, что если мы будем примерно себя вести, в конце занятия он поставит нам пластинку, принесенную одним из учеников. Однажды на такой пластинке оказалась “Gudbuy T’Jane”, и я попался на крючок. Так все и началось». Во время тура, когда группа находилась между Донкастером и Глазго, видеорежиссеры компании «Caravelle» сняли на песню промо-клип, который вскоре показали в программе «Top of the Pops». К слову, это видео стало одним из немногих постановочных видеоклипов в истории группы.
«Не знаю, почему “Gudbuy T’Jane” так хороша, – размышляет музыкальный журналист Алексис Петридис. – Наверное, оттого, что я знаю эту песню всю жизнь. Помню, когда мне было года три, родители часто включали эту запись. “Gudbuy T’Jane” – единственная песня Slade, которая хоть немного затрагивает глэм-струнки андрогинности. В этих синглах есть нечто необъяснимое и невероятно привлекательное, захватывающее тебя целиком и без остатка».
В чартах «Gudbuy T’Jane» заняла второе место, уступив лидирующую позицию Чаку Берри с его песней «My Ding-A-Ling». Пожалуй, это творение Чака может поспорить за звание одной из самых раздражающих записей, известных человечеству. Удивительно, но в ее записи косвенно участвовал Нодди Холдер. «Чак Берри записывал “My Ding-A-Ling” вживую, на концерте в “Coventry Locarno”, на котором был и я, – рассказывал он в интервью для “The Guardian” в 2015 году. – Прислушайтесь, там можно разобрать, как я пою!» Если это правда, то это любопытнейшая деталь для слушателей. «Он написал столько блестящих песен, – сокрушается Дон Пауэлл, – а первое место заняла “My Ding-A-Ling”!»
На обратной стороне сингла Gudbuy T’Jane расположилась не менее достойная песня. В 2015 году музыкальный журналист Кирон Тайлер посвятил ей замечательный очерк для «The Arts Desk».
«”I Won’t Let It ’Appen Agen», с ее плотным продакшеном и гулом гитар, по праву находится в списке величайших рок-песен семидесятых. Минорный рифф во вступлении напоминает начало трека “No Fun” от The Stooges. Затем инструменты участников входят в единый ритм, темп не меняется до самого конца трека. Пара пронзительных гитарных соло словно переносят Джими Хендрикса из “Third Stone from the Sun” в контекст хард-рока. Неспроста подготовленная Чесом Чендлером, бывшим менеджером Хендрикса, песня могла бы стать частью альбома High Time группы MC5. Но все-таки “I Won’t Let It ’Appen Agen” – самостоятельная композиция группы Slade, а не песня детройтских современников The Stooges или MC5».
Кроме того, вплоть до 1991 года «I Won’t Let It ’Appen Agen» была единственной песней, полностью написанной Джимом Ли.
Тем временем внешний вид группы продолжал меняться. Хилл после появления в серебряном костюме на «Great Western Festival» продолжал пользоваться услугами Мегсонов. Они, в свою очередь, получили полную свободу действий в выборе его стиля. Холдер отмечал, что Чес Чендлер с самых ранних выступлений одобрял обновленный облик Хилла. «Чендлер говорит: “Заметил, ты немного теряешься на сцене. Есть отличная идея, ты должен раздобыть самую большую гитару и носить ее на шее”, – вспоминал Дейв в разговоре с Марком Блейком. – Мне нравился ход его мысли. Чес поддерживал меня с тех самых дней, когда я только начал экспериментировать со шмотками, найденными на рынке. Он говорил, что главное – ни в коем случае не выступать в черном, но я, собственно, и не собирался».
Если кого и раздражали вычурные наряды, так это Джима Ли. «Во время фотосессий я с трудом выносил как выглядят наши глупые костюмы, – рассказывал Ли Киту Алтхэму. – Помню, Дэйв разоделся, как петушок, а Нодди в своем длинном галстуке, который волочился по земле, всем видом напоминал старого комика Артура Инглиша. С таким прикидом я еще мог смириться, но фотографироваться с каким-то мокрым петухом не собирался, поэтому развернулся и ушел».
В восприятии общества имидж стал играть значительную, если не главную роль, поэтому если одному из участников следовало стать эксцентричным кадром, то им стал Дэйв Хилл. В 2015 году Холдер вспоминал: «Он никогда не показывал свой наряд заранее. Мы слышали, как он гремит и шуршит в уборной, и кричали ему: “Давай, Эйч, покажись нам!” Стоило ему выйти, как мы все, кроме Джима, катались от смеха по полу, а Ли заявлял: “Пока он в таком виде, я на сцену не выйду”. Хилл отвечал: “Ты пишешь песни, а я их продаю”, и был прав».
«Не помню, сколько костюмов в общей сложности я для них разработал», – говорил Стив Мегсон.
«Но каждый раз, когда мы отправлялись на гастроли, я шил для Дэйва шесть-восемь костюмов. Мы прекрасно ладили, хоть он и был самодовольной мартышкой, но в плане сотрудничества полностью меня устраивал. Конечно, он не понимал, что ему нужно, но четко знал, как хочет выглядеть. Дэйв – отличный клиент, поскольку всегда мне доверял. Я же черпал вдохновение из костюмов коренных американских народов или самураев. Приходилось конкурировать с такими асами, как Гэри Глиттер и Дэвид Боуи».
К моде тянулся не только Хилл. Однажды Холдер увидел, как свет отражался от блестящего платья Лулу[85], и придумал свою зеркальную шляпу. «На самом деле это просто старинная шляпа кучера с приклеенными зеркалами», – говорил Холдер в 2015 году. Но происхождение головного убора окутано тайной. Нодди утверждает: «Я купил шляпу на рынке Кенсингтона у парня по имени Фредди. Он сказал: “Однажды я стану такой же большой поп-звездой, как и ты”, а я ответил: “Да пошел ты, Фредди”. Это был Фредди Меркьюри».
Это, как и многие другие байки, звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. Конечно, ребята знали, что Фредди работал на рынке, но вряд ли виделись лично. Позже Холдер уточнял, что лавка Меркьюри находилась буквально на три торговых места дальше от палатки, где он приобрел шляпу. Но подобные истории хороши для любой легенды, и Нодди – не исключение. Кто бы ни продал ему шляпу, всякий раз, когда ее освещали прожекторы, зрители заливались лучами звездного света, и шоу достигало апогея, не думая заканчиваться.
Масштабный тур в поддержку Slayed? впервые для группы прошел по-настоящему успешно. В первой половине года ребята меняли площадки, из клубов переходили в городские залы, играли со Status Quo, но все это казалось мелочью по сравнению с их первыми концертами в качестве хедлайнеров и группы, за плечами которой числились уже три первых номера в Великобритании.
Успех ребят наглядно демонстрирует положение популярной и рок-музыки на сцене конца 1972 года. Недавно переехавшая из Детройта в Британию Сьюзи Кватро заключила контракт с лейблом RAK Микки Моста. Надев кожаный костюм, она кардинально меняла свое амплуа и готовилась окончательно порвать с личиной тихой 20-летней скромницы. Чес Чендлер был большим другом Микки еще с тех пор, как тот продюсировал The Animals. Мост устроил Кватро на разогрев тура, платя ей 40 фунтов за 15 минут каждого вечера. Тур начался 3 ноября в городской ратуше Ньюкасла. Все билеты были проданы.
«Зал битком наполнили кричащие фанаты в блестящих нарядах, цилиндрах и сапогах на платформе», – пишет Сьюзи Кватро в автобиографии «Unzipped». «Мы любим Slade!», – гласили надписи на ленточках и растяжках, свисающих с балконов зала. В тот вечер за выступлением Кватро наблюдал Нодди Холдер: «Фанаты Slade обычно не жалуют музыкантов, выступающих перед нами. Они то улюлюкают, то швыряются тем, что попадается под руку. Но ты их покорила, я впечатлен». Через полгода после выступлений на шоу Slade, Сьюзи Кватро с песней «Can the Can» достигнет первого места в хит-парадах. Девушка завяжет прочную дружбу с группой, которая будет опекать ее всю карьеру, а она, в свою очередь, полюбит «мальчишек, в особенности Дона. Мы – друзья», согласно ее словам в 2023 году.
В качестве главной разогревающей группы на осенних гастролях Slade 1972 года выступили ирландские рокеры Thin Lizzy, подписавшие еще год назад контракт с «Decca», но так и не сумевшие закрепиться на британском рынке. Сотрудничество с ирландцами вновь свело Slade и Криса О’Доннелла, который два года назад был их организатором выступлений. Теперь с Брайаном Моррисоном он совмещал обязанности менеджера ирландцев.
«Чес – человек-глыба, он заполнял собой всю комнату», – вспоминал О’Доннелл.
«Он был нереально крут. Когда мы вместе с Сьюзи Кватро и Slade выступали в Ньюкасле, он зашел в нашу гримерку и сказал в стиле директора школы: “Или вы начинаете понимать, зачем вы здесь, или катитесь к черту”. Фил Лайнотт был в шоке: “Ну что, Фил, у тебя два варианта, – сказал я ему. – Ты вообще слушал, что он сказал?”. Уже следующим вечером Фил стоял за кулисами и наблюдал за Нодди, вникая, как управлять энергией. Да, музыка самодостаточна, но ты должен донести ее до каждого. Нужно объяснить публике, почему она должна ее слушать. Контроль над слушателем, взаимодействие с ним и направление его движения – вот что должен уметь каждый артист».
И вновь принесла свои плоды и суровая любовь, и безоговорочная вера Чеса Чендлера в своих подопечных. «Чес умел вдохновлять, – подтверждает О’Доннелл. – В тот судьбоносный вечер именно благодаря Чендлеру Фил стал тем, кем он стал. Возможно, ему бы удалось написать хит и выбрать относительно верный путь и без этого. Но именно наблюдая за Холдером, он стал Филом Лайноттом».
Осенний тур прошел блестяще. Slade-мания набирала обороты. Насыщенное событиями время отметил Дэйв Хилл, сломавший ногу, когда рухнул на сцене в своих ботинках на платформе 18 ноября на стадионе Ливерпуля. Шоу должно продолжаться, и несколько последующих вечеров Эйч провел в эпичном инвалидном кресле-каталке. Место канувших в Лету хиппи и скинхедов в зале заняли девочки-подростки. Они отличались от типичных слащавых фанаток Осмондов или Дэвида Кэссиди. Будучи более прогрессивными и дерзкми, они вешали на стены фотографии из сериала «Прозвища Смит и Джонс»[86], скорбели по Питу Дюлу[87], уходили от творчества Болана, но пока не понимали Боуи.
Участники группы по-прежнему жили на малой родине, но теперь, когда у них появились кое-какие деньги, они решили обустроить собственную жизнь: «Мы все еще жили с родителями, когда стали популярны, – с улыбкой вспоминает Пауэлл. – Мама стирала мою одежду и каждый день готовила ужин. Отец шутил: “Черт возьми, да ты ешь только тогда, когда оказываешься дома!”».
В конце 1972 года Дэйв Хилл приобрел дом стоимостью 40 тысяч фунтов стерлингов, куда после их свадьбы переехала Дженис Партон. Недвижимость находилась в процветающем городке Солихалл, в 37 километрах от Вулверхэмптона. Каково же было его удивление, когда вместо роскошных особняков по соседству, ближайшим зданием от его дома оказалась местная средняя школа для девочек.